Тени под ёлкой

Меня охватила ледяная волна ужаса. «Тот самый продавец, у которого мы только что купили сладости?! Который заикался от шока и плакал?.. Что, если он действительно пытался нас предупредить?»
Испуганный возглас Алисы вырвал меня из оцепенения.
— Но мы же только что стояли у его прилавка! — она нервно сжала кулаки. — Правда... выглядел он и впрямь ненормальным.
Марк хмуро кивнул:
— Он бредил какими-то бессвязными вещами. Что-то вроде: «кровь прольётся, неизбежность, Рождество — это смерть»...
— Ого! Прямо как в моих ужастиках! — воскликнул Кевин, округлив глаза.
— Да, Кевин, именно, — тихо согласилась Алиса, испуганно приобняв себя за плечи.
Я медленно окинула взглядом комнату. Лицо каждого из присутствующих было бледным и осунувшимся. Разговоры затихли, и дом погрузился в тяжелое, зловещее молчание — каждый остался наедине со своими худшими страхами.
Спустя полчаса Марк с Алисой засобирались домой — каждого в столь тревожное время ждали взволнованные родители.
Следующий день пролетел серой, незаметной чередой. За окном прочно установилась хмурая, по-настоящему суровая морозная погода.
— Мам, мне тут Алиса звонила, — со вздохом нарушила я тишину. — Зовет прогуляться. Предложила сходить на каток.
— Вы уверены? Время сейчас, мягко говоря, не самое подходящее для прогулок, — обеспокоенно нахмурилась мама.
— Но, мам, три дня уже прошло. На улицах полно патрулей, да и новостей больше никаких нет. Не сидеть же вечно взаперти.
— Вы пойдёте кататься на коньках?! — Кевин, подслушивавший наш разговор из соседней комнаты, радостно ворвался в кухню. — Я тоже хочу с вами!
— Что? Кевин! — всплеснула руками мама. — Я Ариэль-то еще не отпустила, а ты уже коньки шнуруешь!
— Ну мам, мы же будем все вместе, честное слово, — пообещала я. — Никто никого не оставит ни на минуту. Нас ведь четверо будет, включая Марка.
Понадобился целый миллион уговоров, но в конце концов мы всё же добились своего.
На улице снова царил лютый мороз. Солнце то робко пробивалось сквозь плотные тучи, то вновь бесследно скрывалось за ними. Мы побросали вещи в рюкзаки и двинулись в путь. Дорога заняла минут тридцать.
— Ну что, как вам? — обернулась Алиса. Именно она была инициатором этой вылазки. — Скажите, ведь красиво?
Перед нами раскинулся огромный лесной пруд, скованный толстым, зеркально-гладким льдом. Его плотным кольцом окружали высокие могучие сосны, чьи заснеженные лапы свисали прямо к воде. Место выглядело завораживающе и... абсолютно безлюдно.
— Красиво, слов нет. Но не слишком ли тут многолюдно? — с сарказмом усмехнулся Марк, оглядывая пустой берег.
— Нас же целая толпа! Любой маньяк испугается и сбежит! — храбро воскликнул Кевин, подпрыгивая на месте.
— Вот именно, — с улыбкой подмигнула ему Алиса. — Да ладно вам, ребят. День на дворе, ничего не случится.
Мы с Марком обменялись быстрыми, полными сомнения взглядами.
— Ну... ладно, уговорила, — неуверенно сдался друг. Мы переобулись, затянули шнурки и один за другим осторожно ступили на лед.
Погода для катания выдалась идеальной. Лёгкий морозный ветерок приятно обдувал лицо, а размеренные, плавные движения помогали наконец расслабиться и забыть о тревогах. Скользить по льду меня научил отец, когда я была ещё совсем крохой. Я никогда не забуду тот день: тогда от многочисленных падений я знатно расшибла себе нос, но мы всё равно смеялись от всей души.
Сегодня мы изо всех сил пытались ловить эти редкие мгновения беззаботности.
Алиса скользила увереннее и быстрее всех — она уже умчалась на противоположный конец пруда. Марк с Кевином со смехом выписывали пируэты где-то посередине, а я держалась чуть в стороне, у самого берега, ближе всего к заснеженным деревьям.
Неожиданно краем глаза я уловила едва заметное движение позади себя. Резко обернувшись, я оцепенела. Там, в густой тени между сосновых стволов, снова застыл тот самый чёрный силуэт. В этот раз он не пытался скрыться — незнакомец стоял абсолютно неподвижно и, казалось, буравил меня невидимым взглядом.
— Эй... ребят! — крикнула я, изо всех сил стараясь сорвать голос.
Марк, Алиса и Кевин одновременно замерли и обернулись ко мне. Нахлынувшая волна дикой тревоги в секунду переросла в ярость. Земля ушла из-под ног, я едва удержала равновесие на тонких лезвиях коньков. Больше не было сил бегать и прятаться.
— Кто ты такой и что тебе нужно?! — закричала я в глубь леса, обращаясь к застывшему незнакомцу.
Чёрная фигура не шелохнулась. Но вдруг... существо медленно подняло руку и указало пальцем прямо перед собой. На кого именно — на меня, на испуганных ребят посередине пруда или на замерший вдали город, — я разобрать не успела. В то же мгновение лесную тишину разорвал истошный, леденящий душу крик.
Я резко обернулась. Марк с Кевином на бешеной скорости мчались на другой конец пруда... а самой Алисы нигде не было видно. Не раздумывая ни секунды, я рванула за ними. Стоило мне приблизиться к месту, как сердце пропустило удар: посреди разбитых осколков льда зияла черная полынья. Алиса ушла под воду. Волна леденящего ужаса мгновенно накрыла меня с головой.
— О нет! Алиса! — в панике закричала я.
— Алиса, держись! — доносились со стороны крики парней, но голоса казались мне приглушёнными, словно я находилась под плотным куполом.
Несколько страшных секунд на поверхности пруда была лишь крутящаяся ледяная каша. Но вдруг из темной воды судорожно вынырнули её руки.
— ХВАТАЙТЕ ЕЁ, СКОРЕЕ! — не своим голосом заорал Марк.
— Тяните, тяните! — почти плача, помогал Кевин.
Навалившись всем скопом, мы из последних сил вытянули Алису на прочный лёд. Подруга была без сознания. Её кожа на глазах покрывалась пугающей краснотой, губы и кончик носа посинели, а на ресницах застыли крупицы льда. Осознание катастрофы возвращалось ко мне вместе с бешено колотящимся сердцем. Руки крупно тряслись, но я отчаянно пыталась сохранить остатки рассудка.
— Нужно срочно тащить её в тепло и вызывать скорую! — скомандовала я.
Дрожащими от холода пальцами Марк кое-как набрал на телефоне экстренный номер. Кевин, сорвав коньки, со всех ног помчался к посёлку, чтобы отыскать родителей Алисы.
Те бесконечные минуты, пока мы с Марком на себе тащили обмякшее, ледяное тело подруги сквозь сугробы, показались мне целой вечностью.
И вот наконец в конце заснеженной дороги мы увидели её перепуганных родителей и мигающие огни машины скорой помощи. Кевина с ними не было — скорее всего, брат сразу побежал домой, чтобы обо всём рассказать нашей маме.
Дальнейшее пронеслось перед глазами как один смазанный кадр. Обмякшую Алису аккуратно, но быстро погрузили в реанимобиль, а мы с Марком поехали следом в машине её родителей. Атмосфера в салоне была удушающей.
— Объясните, ради Бога, что, чёрт возьми, произошло?! — голос отца Алисы дрожал от страшного напряжения и глухой, подступающей злости.
— Сэр, поверьте, это вышло совершенно случайно, — бледный Марк пытался говорить максимально спокойно и рассудительно. — Мы просто катались на коньках. И вдруг, ни с того ни с сего, лёд под Алисой треснул, и она ушла под воду. Мы сразу же бросились на помощь и вытащили её.
Перед моими глазами с новой силой закрутились кошмарные образы: мокрые ледяные пальцы подруги, её ничего не выражающее, посиневшее лицо, иней на ресницах... Навалившееся чувство вины буквально лишало возможности дышать. К горлу подкатил жгучий ком. Я резко задрала голову к потолку, изо всех сил моргая и пытаясь сдержать рвущиеся наружу слёзы.
Стоило нам ворваться в приёмный покой больницы, как каталку с Алисой мгновенно увезли за двери реанимации.
Мы остались ждать в пустом холодном коридоре. Чуть поодаль родители Алисы о чём-то взволнованно переговаривались с лечащим врачом.
— Понять не могу... — хмуро начал Марк, меряя шагами кафельный пол. — Как это вообще возможно? Лёд на пруду был толстенный, у нас уже несколько недель стоят лютые морозы... Она просто не могла провалиться!
— Да... Я думаю, тот человек в чёрном плаще как-то связан с этим, — тихо произнесла я, обхватив себя руками за плечи.
— Тот самый, которого ты заметила в лесу перед криком? — Марк резко остановился и посмотрел на меня.
— Да. Он точно такой же, как и на ярмарке... Погоди, а ты сам его разве не разглядел?
— Я сначала не понял, куда именно ты смотришь. Но когда пригляделся, тоже успел уловить этот чёрный силуэт... Видимо, это был он. Ты ведь что-то кричала ему? — спросил Марк.
— Я спросила, кто он такой и что ему нужно. В ответ он просто поднял руку и указал пальцем... Кажется, на нас. Или на Алису. Я не уверена...
— Чёрт... Но зачем ему мы? Или кто-то из местных жителей?.. — Марк в растерянности запустил пятерню в волосы.
Не успела я хоть что-то предположить в ответ, как к нам тяжёлым шагом подошли бледные родители Алисы.
— Алиса в реанимации, — глухо произнесла её мама, утирая заплаканное лицо дрожащим платком. — Что бы у вас там ни произошло на этом проклятом пруду — это ваша вина! Вы не уберегли её!
— Послушайте, сэр, мэм... — попытался заступиться Марк, но женщина резко перебила его, почти срываясь на крик:
— Нет, это вы послушайте! Мы запрещаем вам обоим даже приближаться к нашей дочери!
На меня мгновенно нахлынула удушливая волна обиды, непонимания и злости. Кровь яростно запульсировала в висках.
— Мы не виноваты, — чеканя каждый слог, сквозь зубы выдавила я. — Никто из нас не знал, что лёд треснет. Мы вообще впервые были в том месте, Алиса сама нас туда привезла!
— Не смей перекладывать вину на нашу дочь и повышать здесь голос! Если бы не вы и ваши дурацкие прогулки, всё бы обошлось! — рявкнул отец Алисы, заслоняя собой жену. — А теперь убирайтесь отсюда. Чтобы мы вас больше никогда рядом с ней не видели!
Сдерживать слёзы больше не было сил. Они горячим, обжигающим потоком хлынули из глаз. Злость и горечь смешались внутри в один уродливый ком, и я просто физически не смогла выдавить больше ни слова.
Марк, бледный как полотно, молча перехватил мою дрожащую руку и потянул к выходу из больничного коридора.