Глава 13. Рубиновый Шпиль.
ГЛАВА 13
РУБИНОВЫЙ ШПИЛЬ
Дни летели один за другим, и вот наступил октябрь. Фэш начал привыкать к новой жизни. Пять дней в неделю он учился в школе, посещая занятия на начальном круге: рисовал детали часовых механизмов, изучал историю часов, читал книги об открытиях и свершениях знаменитых часовщиков, где, не без некоторого удивления, нашел знакомые имена: Селена Драгоций и Константина Фрезер. Оказалось, что его мать многое сделала для хронологии, например придумала самый простой путь перемещения во Временной Разрыв. А мать Дианы была знаменита тем, что собирала вручную уникальные механизмы, призванные облегчить перемещение во времени любому человеку, не только часовщику.
На эферологии господин Крафт начал показывать кое-что поинтереснее: ученики пробовали передвигать предметы не только во времени, но и в пространстве. Дети оставляли свои сумки в башне, потом шли в мастерскую, где пробовали их притянуть с помощью стрел. Вначале надо было создать новую временную ветку. Фэш представлял в уме, что он пришел в этот класс вместе с сумкой, а не без нее. Получалось, что мальчик моделировал новое будущее для своей сумки. При этом надо было вычислить точное время эксперимента, чтобы знать, на сколько минут отматывать прошлое передвигаемой вещи. Но когда сумка наконец-то появилась у него на столе в мастерской, радости Фэша не было предела! И господин Крафт опять поставил ему двенадцать баллов. Мальчик подозревал, что на самом деле учителю нравится ставить ему хорошие оценки, даже когда у него что-то не получается, — может, от этого у него становится легче на душе.
Фэш перезнакомился со всеми одночасниками, но ни с кем так и не подружилсч. Ребята вскоре узнали, что он действительно сын самой Драгоций, «тот-самый-ключник», и теперь относились к нему с каким-то опасением. Но мальчик не обращал на это внимания — ему хватало общения со своими лучшими друзьями.
Фэш, Диана и Люцисен проводили много времени в Цапфе, где Данеля учила их собирать простые часовые механизмы, а они помогали ей с бортовым хронометром для часолета. Иногда они вспоминали о Васе — в основном, забывшись, о ней заговаривал Люцисен. У остальных ребят тут же мрачнели лица, поэтому тему обычно прекращали. Несколько раз Фэш робко просил Люцисена передать сестре привет, но ответного так и не дождался. В конце концов, мальчик разозлился и решил больше не думать о Васе и ее странном поведении.
Каждую неделю Фэш ходил в Звездную Башню на уроки к Астарисе, но совместных занятий с ключниками больше не было. Великая часодейя объяснила Фэшу, что теперь будет проводить для него индивидуальные занятия, чтобы больше внимания уделить его дару — часовому флеру, действие которого, признаться, она была бы весьма не прочь лицезреть. Мальчик старался изо всех сил, ведь ему очень хотелось доказать учительнице, что она не зря обучает ееговысшему часодейству. Но, к сожалению, сколько он ни хлопал в ладоши, таинственные цифры часового флера не хотели проявляться вокруг него. Фэш каждый день делал специальные упражнения, призванные сосредоточить его внимание на этой задаче, и все же мальчику так и не удалось удивить Астарису. В конце концов они договорились, что, как только часовой флер проявится, Фэш незамедлительно сообщит об этом учительнице через часовой браслет.
Как назло, ближе к концу октября погода испортилась, и теперь целыми днями лил дождь. А хуже всего было то, что вот уже вторую неделю мальчик жил в Голубиной башне один. Люцисен получил письмо от Сел с требованием немедленно прибыть в Змиулан. Наверное, поделился он с Фэшем, дело в их скором путешествии во Временной Разрыв. Как назло, Диана тоже уехала — мама взяла ее с собой в одну из своих рабочих поездок — на фабрику «Золотой Механизм». Конечно, Фэш переписывался с друзьями по часовой почте, но ему все равно было очень одиноко.
Вечерами, слушая завывание ветра за окном, он часто доставал из корзины голубое яйцо и подолгу согревал его в ладонях — Люцисен говорил, что тепло человеческих рук должно ускорить процесс созревания будущего луноптаха. Прошло уже больше трех месяцев, но голубую скорлупу украшало всего лишь несколько едва заметных черных трещинок.
Помимо прочего, Фэш все чаще проводил время в своем личном уголке — уютной долине с водопадом. И там, сидя на берегу, читал книги по часодейству, что-нибудь рисовал или от нечего делать кидал камешки в прозрачную воду.
Мальчик твсе чаще вспоминал о Нике, и его сердце принималось болезненно ныть. Время шло, и кажется, никто не собирался расчасовывать бывшего железного ключника… Даже Диана больше не заговаривала об этом — казалось, она уже смирилась и больше ни на что не надеялся. Старшая Фрезер видела настроение дочери, поэтому и старалась развлечь ее интересными поездками.
Утро в пятницу началось с яркого солнечного луча, пробившегося сквозь чердачное окно Голубиной башни. Фэш посчитал это хорошим знаком.
И действительно, как только он умылся и почистил зубы, часовой браслет негромко звякнул: в часолист Фэша пришло письмо от его матери. Селена-старшая сообщала, что она вернулась из поездки и вечером собирается забрать всех детей домой. А завтра, в субботу, они отправятся с важной дипломатической миссией в Чародол, где состоится праздник Листопада.
Фэш воспрянул духом: может, часовщики наконец-то помирятся с феями и спасут общими усилиями Ника? А вскоре пришло письмо от Дианы, в котором она сообщала, что они с матерью тоже приедут к феям на грядущее торжество. Прочитав это сообщение, Фэш даже запрыгал от радости: он скоро увидится с Дианой! А еще наверняка увидит Белого Короля… А может, и Вася тоже поедет к феям, она ведь серебряная ключница! Как только он об этом подумал, пришло еще одно письмо — от Люцисена: мальчик сообщал, что Огневы действительно собираются на этот праздник, в качестве делегации от неофит Осталы.
* * *
Ровно в семь часов вечера Фэш, сгорая от нетерпения, мерил большими шагами пространство возле главных ворот ВВоздушно-космической замка.
Сегодня в школе у него было всего лишь три урока — математика, часология и ювелирное искусство, где ученики два часа рисовали узоры для гравировки циферблатов карманных часов. Поэтому у Фэша оказалось достаточно времени, чтобы собрать сумку-таймер и даже заскочить в Цапфу поболтать перед поездкой с веселой и неунывающей Данелей. Девочка просила передать Васе привет и сказать ей, что та самая настоящая гадина и предательница их общего дела, если вдруг она еще сама не знает. Фэш обещал подумать над формулировкой этого «привета», справедливо полагая, что среброключница наговорит в ответ еще худших слов, а это его совсем не устраивало. Тем более если он будет ругаться с Васей, то уж как-нибудь сам подберет подходящие выражения.
К счастью, сегодня дождь не предвиделся, хотя все небо опять затянуло плотной пеленой туч. Да и не переставая, с надрывом дул холодный ветер — предвестник скорой зимы поднимал сухие выцветшие листья и кружил их над самой землей.
Немного в отдалении от ворот замка располагалась небольшая каменная набережная: можно было сидеть на одной из лавочек и смотреть на море. Фэш бы с радостью умостился где-нибудь на перилах каменной лестницы, спускающейся к песчаному берегу, но там уже были Мариша, Селен и Дейн, тоже приготовившиеся к отъезду, — возле них стояли точно такие же сумки-таймеры, как у Фэша.
Троицу окружала большая толпа школьных друзей и почитателей. Все они оживленно беседовали между собой, причем дискуссией явно руководила Мариша. Через несколько минут Фэш понял, что, по всей видимости, разговор идет о нем, потому что золотая ключница довольно часто тыкала пальцем в его сторону, и после этого тут же раздавались взрывы смеха.
Мальчик решил не обращать на это внимание и, подперев внешнюю стену замка, принялся читать книгу «Числа — простые и сложные», которую на последнем уроке дала ему Астариса. Она объяснила Фэшу, что для прямого вызова часового флера ему надо лучше понимать числа. Ведь число — это самое простое и в то же время — самое важное математическое понятие. Кроме того, она задала ему на дом много интересных логических задач, и мальчик сгорал от нетерпения поскорее приступить к их решению. Он должен научиться вызывать этот дурацкий часовой флер! Фэш переживал, что, если у него так и не получится, Астариса выгонит его из Звездной Башни. Страшно даже представить, как же это обрадует Миракла!
Фэш поплотнее закутался в теплую накидку и постарался сосредоточиться на книге. Но вскоре мальчику пришлось отвлечься: неожиданно раздался гром, словно начиналась гроза, и небо на миг потемнело. В беспокойстве он поднял голову, выискивая причину возможного бедствия, да так и застыл с открытым ртом.
К Воздушному замку приближался невиданный кортеж, состоявший из четырех стальных повозок, запряженных черными малевалами с ярко-пламенными, развевающимися гривами. Среди зрителей, наблюдавших прибытие диковинных гостей, послышались восторженные охи и ахи. У каждой повозки были огромные, в полтора метра каждое, механические крылья. Издавая легкий скрип, они плавно балансировали на ветру.
С большим интересом рассматривая крылья, состоявшие из тонких железных перьев, Фэш переместил взгляд на седоков и тут же округлил глаза: в первой повозке он увидел Селену-старшую и, конечно же, Миракла! На них были надеты теплые кожаные пальто и меховые шапки, словно они прибыли с Северного полюса. Конечно, Фэш очень обрадовался матери, хотя не собирался это ей показывать. Впрочем, ему легко удалось изобразить равнодушие: ведь рядом с ней сидел Миракл. Неужели он тоже собрался на праздник Листопада?
Фэш раздраженно перекинул через плечо свой рюкзак и неохотно приблизилсяк кортежу. Селен, Дейн и Мариша уже взгромоздились на вторую повозку. Завидев сына, Селена-старшая кивнула ему и сообщила, обращаясь ко всем сразу:
— Наши планы немного изменились. Я решила, что мы не будем заезжать домой. Завтра мы поедем в Чародол, поэтому нет смысла делать большой круг. Думаю, будет лучше выехать к феям из Астрограда… Поэтому сейчас мы поднимемся в Рубиновый Шпиль. Господин Мортинов был так любезен, что пригласил нас всех в гости и будет рада показать вам свой замок.
Прищуренный взгляд Миракла говорил об обратном, — во всяком случае, вряд ли он горел желанием проводить экскурсию по замку для Фэша.
— Возможно, тебе так понравится Рубиновый Шпиль, что ты захочешь поселиться в нем, — с усмешкой продолжила мать, обращаясь к Фэшу.
Красивое лицо Миракла исказила загадочная ухмылка. Мальчик в который раз поздравил себя с тем, что сделал правильный выбор, отказавшись жить в Рубиновом Шпиле.
— Все это очень здорово, — пробормотал Фэш. — А можно, я не поеду? — Он глянул на мать с затаенной надеждой. — Я мог бы остаться в Ратуше, все равно Фрезер тоже едут к феям…
Взгляд матери стал ледяным.
— Сядь возле Дейна! — приказала она голосом, не терпящим возражений. — Сегодня ты отправишься в Рубиновый Шпиль, где мы будем говорить с вами о предстоящей поездке. Там будут все ключники. Двое из них специально приехали на день раньше.
Фэш вскинул голову: неужели Вася с Люцисеном уже находятся в Рубиновом Шпиле?
— Поторопись, милок. — Миракл зябко повел плечами. — Мы и так задержались из-за тебя.
Фэш послал часовщику мрачный взгляд, вскочил на подножку и плюхнулся на сиденье рядом с Дейном, оказавшись напротив Мариши. Только он спрятал сумку-таймер в небольшом багажном отделении под сиденьем, Миракл звонко щелкнул пальцами.
На всякий случай мальчик вцепился в боковые поручни — и вовремя! По команде Миракла малевалы взмыли в воздух и понеслись по кругу, набирая неимоверную скорость. Фэш чуть не заорал от восторга — у него было ощущение, будто он летит на воздушных горках! Но мальчик старался сохранять невозмутимый вид, потому что Мариша с ухмылкой наблюдала за ним.
Рубиновый Шпиль находился недалеко от Воздушного замка. Малевалы с шумом и ржанием пронеслись над городской площадью — Фэш узнал вдалеке хоровод башенок на крыше Лазоря, пролетели над чередой одноэтажных домиков — кварталом ремесленных мастерских, миновали огромный городской парк и уже тогда приземлились перед высокими воротами с ажурной кованой аркой. Судя по всему, замок окружал небольшой парк — из-за высокого каменного забора, больше похожего на крепостную стену, виднелись желто-коричневые верхушки деревьев.
— Ну все, Селен, держись, приехали к мальчишкам. — Мариша осклабилась. — Здесь живут самые симпатичные часовщики… Образованные, ухоженные и нарядные.
Ее взгляд скользнул по Фэшу, машинально попытавшемуся при этих словах пригладить волосы — челка опять сбилась и лезла на глаза. Мариша осклабилась и презрительно хмыкнула.
— Даже не пытайся произвести хорошее впечатление, Драгоций. По тебе сразу видно, что ты воспитывался не в благородном доме.
— По тебе тоже, — огрызнулся мальчик. А сам вдруг подумал, что ничего не знает о Марише: где она живет, кто у нее родители. Но, если честно, не особо-то и хотел узнать.
Тем временем Дейн тоже достал зеркало и украдкой посмотрелась в него, поправляя прическу.
Мариша первой спрыгнула на землю и помогла Дейну спуститься — тот зарделся и от этого стал очень хорошеньким.
Фэшу вдруг пришло в голову, что брат выглядел бы куда симпатичнее, если бы почаще улыбался, а не кривил губы, как обычно.
Селен последовала за ними. Она с интересом глянула на замок и даже прищурилась, словно пыталась разглядеть толпы красавцев за его высокими стрельчатыми окнами.
Фэш вышел из повозки последним и тоже задрал голову.
По виду Рубиновый Шпиль напоминал связку игл — высоченный дом из нескольких корпусов, в каждом из которых насчитывалось, как минимум, десять этажей. В замке было много узких арочных окон, отделанных по периметру разноцветной кирпичной кладкой. По каждому этажу тянулся карниз, украшенный барельефами, лепниной и ажурной ковкой. Верх здания покрывала узкая конусообразная крыша, увенчанная тонким и острым шпилем, ярко сверкавшим в лучах заходящего солнца. Наверное, именно из-за этого шпиля замок и получил такое название.
Ворота открылись, пропуская прибывших, и вся процессия двинулась по дорожке, густо усыпанной гравием, к самом дому.
— Ах, Селена, Селена, — щебетал Миракл, пока старшая Драгоция опиралась на его руку, — ты так давно не была у меня в гостях… Из-за всех этих ужасных событий, долгих двенадцать лет… А ведь твоя комната по-прежнему ждет тебя. Я ничего в ней не менял. — Он игриво улыбнулся ей, не забыв послать хищный взгляд Фэшу, шедшем за ними.
Возле самых дверей их встречал Мандигор. Миракл с Селеной. прошли куда-то внутрь вместе с ним, а к каждому из детей кинулся слуга в красно-желтой ливрее. Несмотря на протесты Фэша, его сумка тут же перекочевала к одному из них — невысокому и хмурому усатому парню, и мальчику ничего не оставалось, как последовать за ним. К его ужасу, этот слуга привел его в ту же самую комнату, что и Дейна.
— О нет! — уже на пороге вырвался у него горестный возглас.
Брат тут же поджал губы.
— Не думай, что я балдею от твоего общества, — надменно произнес он. — Матушка очень долго упрашивала, чтобы я разрешил тебе сегодня переночевать в моей комнате.
Фэш раздраженно фыркнул: Селена-старшая наверняка просто приказала.
— Можешь даже не сомневаться, — произнес он, — твое общество меня тоже не радует.
— Я хотел пригласить Марка с дружками, — неожиданно произнес Дейн. — Если у тебя есть хоть капля здравого ума, ты не будешь заходить сюда после торжественного ужина… Ну не знаю, как минимум, в течение трех часов.
— И где это я должен быть?! — изумился Фэш. — Мне что, просто слоняться по коридорам?
— Мариша с Селен тоже обещали прийти, — зловеще изрек Дейн. — На твоем месте я бы поостерегся…
Фэш снова фыркнул, показывая, что ему все равно.
— На втором этаже есть большая библиотека, — менее уверенным тоном продолжил брат. — Вряд ли ты встретишь там кого-нибудь вечером в пятницу, поэтому спокойно можешь что-то почитать… — В его голосе проскользнуло нечто, похожее на отчаяние. Очевидно, он боялся, что из-за брата испортится такой чудесный вечер в их «крутой» компании. Возможно, Дейн решил сегодня очаровать Маришу и хотел, чтобы та пребывала исключительно в хорошем настроении.
Фэш прищурился. В принципе, он все равно думал посидеть немного над задачками Астарисы, ведь в Чародоле у него точно не будет на это времени.
— Не переживай, братишка, — задумчиво произнес он. — Я найду чем заняться после этого треклятого ужина.
Лишь только Фэш переоделсч в приготовленный для него темно-зеленый костюм, вышитое серебряными узорами — к счастью, вполне удобный, — их с Дейном позвали на прогулку по замку.
Фэш очень надеялся увидеть Огневых, но среди приглашенных их не оказалось. Зато в парадном холле уже стояли Мариша с Селен, Марк и, конечно, Селена-старшая нла под руку с хозяином замка.
Все выглядели вызывающе нарядно, словно на какой-то свадьбе. Впечатление усиливалось тем, что для сегодняшнего вечера Миракл выбрал себе длинное серебряное одеяние, усыпанное мелким жемчугом, и казался таким довольным, словно и вправду брал в жены Селену-старшую, только вот, цвета они перепутали. Ведь сама мать тоже переоделась в пышное черно-белое платье, но вид имела такой, будто находилась на поминках. Было заметно, что ее раздражает вся эта торжественная суета.
Мариша с Селен тоже щеголяли в пышном, чем изрядно повеселили Фэша. Он решила, что они похожи на разряженных клоунесс, сбежавших с циркового представления. Впрочем, у мальчиков, то и дело встречавшихся им по дороге, эти двое имели явный успех. Завидев Миракла, ученики мгновенно наклонялись а поклонах и получали в ответ от директора важный кивок. Как правило, мальчики пропускали всю процессию вперед, а после долго и с любопытством глазели им вслед. На Фэша их поведение подействовало удручающе: он даже в страшном сне не мог представить, что когда-нибудь поклонится Мираклу. Но если бы он жил здесь, то, наверное, ему пришлось бы это делать! Представив это, Фэш в ужасе содрогнулся, заслужив удивленный взгляд шагавшего рядом Миракла.
К счастью, господин Мортинов недолго водил гостей по коридорам замка, очевидно, решив в первую очередь показать им верхние покои, где проживал он сам. В этой части дома находилось три спальни, пять гостиных, две столовые, шесть гостевых комнат, библиотека, гардеробная, оранжерея орхидей и специально оборудованная бильярдная — оказывается, Селена-старшая очень уважала эту игру.
Роскошное убранство комнат потрясало воображение. Даже Фэшу, не особо интересовавшегося подобными вещами, пришлось признать, что у Миракла есть вкус. Все эти легкие шторы на окнах, множество каминов, забранных узорными коваными решетками, зеркала в изящных рамах, коллекции холодного и огнестрельного оружия на стенах, мягкие ковры с длинным ворсом, мозаичные картины, вазы, светильники… И конечно, часы — в фарфоровых, металлических или стеклянных корпусах — они были повсюду: на каминных полках и столах, встроенные в мебель и статуи, нарисованные на стенах в виде фантасмагорических абстракций, вышитые на шторах и скатертях. В общем, если бы Фэш увидел такой дом на Остале, он подумал бы, что его хозяин точно свихнулся на часах.
— Ну а сейчас я покажу вам библиотеку, — в очередной раз пропел Миракл, развернувшись к гостям.
Фэш, который находился с ним рядом, увидел, что даже серебряный костюм часовщика был стянут поясом, состоящим из череды повторяющихся циферблатов, украшенных по ободу жемчугом. На галстуке красовалась брошка в виде часов, прикрытых крыльями белой совы. Похоже, Миракл все-таки был увлечен часами сверх меры даже для часового мира. Фэш не удивился бы, если крышки унитазов в этом доме тоже имели стрелки и цифры.
Библиотека оказалась небольшой, но очень уютной. Вдоль стен шли ряды полок с книгами, а посредине комнаты размещались два больших дивана, разделенных кофейным столиком.
Миракл предложил Селене-старшей выпить чашечку кофе, но она отказалась, сославшись на то, что завтра рано вставать и надо выспаться. Поэтому они двинулись дальше — смотреть коллекцию кукол, для которой Миракл выделил отдельный зал.
Когда они только вошли, у Фэша волосы на голове зашевелились от ужаса. Ему показалась, что он очутился в одном из кинокошмаров: отовсюду на него смотрели равнодушные кукольные лица. Все притихли, даже Мариша с Селен, до этого вполголоса комментировавшие чуть ли не каждую вещь.
Фэш пошел вдоль рядов кукол, внимательно их разглядывая. В этой странной коллекции было много чудных экземпляров: томные красавицы с большими глазами, густо обведенными черным; младенцы с кривыми, неестественными улыбками; куклы без голов, но в красивых средневековых платьях; куклы в черных вуалях и платочках, с маленькими и злыми красными глазками. Чем больше Фэш вглядывался в их лица, тем страшнее ему становилось. У многих из кукол были тонкие, изящные крылья и миниатюрные часовые стрелки в руках. Кто создавал их? Неужели такие странные куклы изготавливают часовые мастера? Некоторые из кукол были заводными: они медленно качали головами из стороны в сторону, двигали ручками или открывали и закрывали рот.
Неожиданно Фэш остановился. Его поразила кукла с яркими каштаново-коричневыми волосами, одетый в длинный белый костюм, с тремя парами алых крыльев, окаймленных густым фиолетовым цветом. От макушки до талии куклу пересекала линия разреза: как будто кто-то в порыве ярости рассек бедняжгу топором, а после, устыдившись, аккуратно сложил обе половинки назад.
— Это мой любимец, — произнес голос, заставивший мальчика вздрогнуть. — У него даже есть своя история. Но не уверен, что она понравится тебе.
Фэш развернулся и медленно поднял глаза: неприятно усмехаясь, Миракл пристально смотрел на него, и в этот момент сам напоминал одну из кукол своей страшной коллекции. Все гости давно ушли в другой конец залы, к выходу.
— Хочешь, подарю, милый? — продолжил издеваться часовщик. — Этого, гов... шатена. Правда, он немного подпорчен.
Фэш хотел огрызнуться, но вдруг вспомнил Зал Печальных Камней, статую мальчика-люта… и передумал.
— Нет, спасибо, — сказал он очень вежливым тоном. — Я уже давно не играю в куклы.
И пошел вперед быстрым шагом, догоняя остальных. Оказывается, все сгрудились перед алым ковром на стене, на котором были развешаны самые разные часовые стрелы.
— А вот здесь хранятся часовые стрелы, отнятые у врагов. — Миракл как ни в чем не бывало подошел к Селене-старшей и взял ее под руку. — Сегодня утром Огневы потратили на рассматривание этой коллекции не менее получаса.
— Надеюсь, они еще не объявили нам войну? — загадочно ухмыльнулась Селена-старшая.
— Ну что ты, — одними губами улыбнулся Миракл. — Я позаботился о том, чтобы перед их приездом здесь остались только стрелы фей и лютов.
Пока они говорили, Фэш с любопытством оглядывал часовые стрелы, но не нашел в них ничего необычного. Только одно обстоятельство привлекло его внимание — некоторые из стрел были свернуты в кольцо, как часовой браслет.
Как будто прочтя его мысли, Марк спросил у Миракла, что это за часовые браслеты.
— Эти стрелы были сняты с мертвых тел, милый, — ответил тот. — Зачастую на войне побеждает тот, кто застанет врага врасплох и ударит первым… Та самая теория первого удара. — На его лице застыло некое странное одухотворенное выражение.
Фэш растерянно оглянулся и вдруг перехватил взгляд Мариши, обращенный на господина Мортинова: в глазах девчонки читалось неприкрытое восхищение. Марк тоже взирал на Миракла чуть ли не с благоговением, примерно как Дейн смотрел на него самого, и только Селен продолжала глазеть на часовые стрелы.
— Теория первого удара не всегда действенна, — неожиданно произнесла Селена-старшая. — Кроме того, это техника слабого.
Ее глаза хитро прищурились. Стало понятно, что она поддразнивает Миракла.
— Всегда прав тот, кто победил, Селена. — Господина Мортинова не просто было застать врасплох. — Прав тот, кто выжил. Прав, жив и силен.
К счастью, они все пошли дальше, а Мариша с Селен принялись обсуждать правила крылатого боя. Говорила больше Мариша. Девчонка хвасталась тем, что уже не раз участвовала в крылатых поединках, и Селен жадно внимала ей.
К счастью, экскурсия закончилась. Их привели в столовую, богато украшенную розами, гвоздиками и веточками папоротника, где Миракл объявил торжественный ужин. Где-то под потолком зазвучали скрипки, и в зал стали собираться остальные гости — Фэш наконец-то увидел всех Огневых, в числе которых были Вася и Люцисен. Девочка даже не посмотрела в его сторону, и раздражение Фэша только усилилось. Хорошо, что хоть ее брат незаметно кивнул ему в знак приветствия.
Селена-старшая и Миракл уселись во главе стола, словно молодожены. Слева от них посадили Мандигора и еще каких-то важных часодеев из РадоСвета, одетых празднично — в парадные костюмы и белые мантии. После них по правую сторону сели Огневы — Сел, Леса, Люцисен и Вася. Фэшу пришлось сесть между Дейном и Марком, а Мартша опять очутилась напротив, да еще между Ярисой и Селен.
Яриса слегка улыбнулась Фэшу, и он тоже улыбнулся в ответ. На этом их приветствие закончилось. Бронзовая ключница была симпатична ему, но она по-прежнему водила дружбу с Маришей, а значит, была его врагом.
— Как жаль, что наша дорогая среброключница сидит так далеко от нас, — нарочито громко начала Мариша. — Любопытно узнать, как ее дела… Как встретила ее родная тетя, — добавила она тише.
Невольно Фэша кинул взгляд в сторону Васи, которая делала вид, что заинтересована разговором между Сел и Мандигором. Правда, у мальчика создалось впечатление, что девочка только что отвернулась. Ему очень хотелось переговорить с ней, но как это сделать, если среброключница совсем не желает с ним общаться? Да и она ясно дала понять через Люцисена, что хочет, чтобы ее оставили в покое.
— Да ладно тебе, Мариша, с нашей Огневой все в порядке, — натянуто усмехнулся Марк. — Миракл рассказывал, что Астрагора теперь все для нее делает… Исполняет любые пожелания. Ты же видела, она и дальше ходит на занятия к Астарисе. И за свою придурочного брата попросила, чтобы его отпустили в нашу школу.
— Меня все это не удивляет, — хмыкнула Мариша. — Тетя бережет племянничку, холит и лелеет ее, но только до восемнадцатилетия… Как жаль, что еще так долго ждать.
У Фэша все похолодело внутри.
— Неизвестно, кого выберут, — возразил Марк. — У Астрагоры много старших учениц. Например, эта страшная зануда Сел. Или эта надменная, неприятная Леса, кошмар-р… В отличие от них всех, Вася — настоящая красавчица. Я бы точно выбрал ее. — Он кокетливо усмехнулся.
Усмешка Мариши тут же скисла.
— Я была лучшего мнения о твоем вкусе, — ядовито произнесла она. — Да и сам понимаешь, у этой малышки впереди никакого будущего.
— Меня не волнует ее будущее, — фыркнул мальчик. — Она симпатичная, хоть и вредная. Но мне такие очень нравятся… — Он не договорил, призывно глядя на еще больше нахмурившуюся Маришу и враз погрустневшую Селен.
Фэш тоже помрачнел. Его раздражали слова Марка о Васе. Подумать только, она нравится Марку! И все-таки Фэш хоть и испытывал к мальчишке большую неприязнь, но удивился тому влиянию, которое хрустальный ключник оказывал на девчонок. Вон, сидят и глаз с него не спускают. Интересно, господин Мортинов давал ему особые уроки, про которые когда-то рассказывал и Фэшу, еще не зная, что это «тот самый сын Драгоции». Как же Миракл тогда говорил? «Ты ведь уже знаешь, что красивым мужчинам не обязательно прибегать к часодейству, чтобы добиваться своего?» Интересно, что он имел в виду… А еще Миракл говорил, что из его особого класса выходят лучшие часовщики мира… Наверняка Ляхтич входит в число приближенных.
Сейчас Фэш был бы не прочь узнать один из таких секретов, чтобы обратить на себя внимание Васи и наконец-то поговорить с ней.
— Что ты так вытаращился на меня? — неожиданно грубо произнес Марк, обращаясь непосредственно к Фэшу. Его личико тут же потеряло все очарование. — Сидит здесь и подслушивает!
— Я смотрел сквозь тебя, — равнодушно ответил Фэш. — И мне все равно, о чем вы болтаете.
— Малышу Огневу с нами ску-учно, — протянула Мариша, обрадовавшаяся возможности поиздеваться над ним.
К счастью, начали подавать еду — салаты в отдельных салатницах, блюда с бутербродами, пироги с мясом, сыры и оливки. Всем, даже детям, налили красного вина, и Миракл произнес первый тост. Он говорил долго что-то о Селене и ее славном роде, но Фэш почти не слушал, всецело поглощенный горячими яичными гренками с помидорами.
Некоторое время за столом царило молчание — слышался только звон вилок. Вскоре вслед за холодными блюдами принесли горячие, и, после того как Мандигор произнес тост за процветание Астрограда, все гости опять отвлеклись на еду.
Мариша поглядывала на Фэша так часто, что у него даже закралось сомнение, все ли в порядке у него с внешним видом. К счастью, золотая ключница переключила внимание на Дейна — то просила подлить себе воды в стакан, то передавать бутерброды, то советовала попробовать гренок, — вскоре мальчишка стал пунцовым от удовольствия и теперь взирал на Маришу с плохо скрываемым обожанием. Марк заметил это: с усмешкой покачал головой и даже незаметно погрозил девчонке пальцем, но та лишь развела руками, делая самое невинное лицо на свете.
Фэшу даже стало немного жалко Дейна: брат не сводил с Мариши преданного, влюбленного взгляда и совсем не замечал того, что над ним просто потешаются. А та развеселилась окончательно и стала посылать Дейну долгие, пламенные взгляды — судя по всему, от новой порции столь неожиданного внимания ее «жертва» была готова упасть в долгий, счастливый обморок.
Чтобы не видеть ухмыляющейся физиономии Мариши, сидевшей напротив, Фэш посмотрел в другую сторону — на дальний конец стола: Селена-старшая по-прежнему общалачь с советниками, Вася и Люцисен о чем-то оживленно переговаривались между собой, Сел и Леса исподтишка разглядывали всех гостей.
Фэшу и на самом деле стало скучно. Он уже наелся, и его начало клонить в сон.
— А вы видели, какая у него смешная стрела? — вдруг послышалось у него над ухом. — Простая черная, совсем неинтересная… По-видимому, феи экономят на стрелах фрейлинов, кошмар-р…
Марк фыркнул, выражая крайнюю степень презрения.
— Я тоже удивилачь — совсем обычная палочка, — покивала Мариша. — Все-таки Лазарев жил при дворе… Даже не верится, что столько переполоха из-за такой посредственной стрелы.
— А где вы видели его стрелу? — заинтересованно спросила Селен, и Фэш насторожился.
— Ну ты чудная! — Дейн толкнул сечтру локтем, одновременно заискивающе улыбаясь Марише. — Мы ведь были сегодня в коллекционном зале господина Мортинова. Помнишь, он показывал нам коллекцию часовых стрел?
— И там была стрела Ника? — забывшись, переспросил Фэш.
Все, как по команде, уставились на него — даже Яриса.
— Мы слишком много болтаем, — мягко пожурила Мариша. — Забываем, что рядом находится наш враг и он развесил уши. — Девчонкв осклабилась и подмигнула Фэшу, словно бы приглашая вместе с ней посмеяться над этим.
— Дейн позвал нас к себе вечером. — Марк намеренно повысил голос, чтобы переменить тему. — Говорят, у него чудесная комната… Вот там и пообщаемся, что скажешь, Дейн?
Брат тут же обрадованно закивал.
— Если нас опять не потревожат, — добавила Мариша.
И все снова посмотрели на Фэша.
— О, не беспокойтесь, я не буду вам мешать, — заверил тот. — Целый вечер смотреть на ваши рожи? Только не это… Тем более что я, наверное, сам пойду в гости.
— Огневы вряд ли тебя пригласят, — холодно усмехнулась Мариша. — У них важный совет сегодня вечером.
— Значит, просто прогуляюсь по замку, — таким же тоном ответил Фэш.
— Вот и прекрасно, — холодно ответил Марк. — Я думаю, ты и сам не захочешь находиться с нами в одной комнате, без присмотра взрослых… Это может плохо сказаться на твоем здоровье… — ядовито продолжил он. — А может, будет опасно для жизни…
Фэш не выдержал и круто развернулся к нему всем телом.
— В отличие от Дианы, которая тогда еще не была часовщицей, я смогу зачасовать тебя, — звенящим от напряжения шепотом произнесл он. — И не думай, что моя рука дрогнет. Я уверен, что кто-то из вас пятерых сознательно зачасовал Ника по приказу кого-то из старших. Иначе как его стрела оказалась в коллекции Елены? И мне лично кажется, что это был именно ты.
— Поосторожнее с такими обвинениями, — прошипел хрустальный ключник и с опаской оглянулся. — Надеюсь, ты понимаешь, какую ляпнул глупость, кошмар-р…
Мальчишки смерили друг друга презрительными взглядами. Между тем Дейн от страха втянул голову в плечи, Мариша, наоборот, широко улыбалась, явно довольная возникшей ссорой, а Селен сжимала и разжимала пальцы, как будто собиралась наброситься на брата с кулаками. Одна лишь Яриса по-прежнему не принимала участия в разговоре, с увлечением ковыряя салат на своей тарелке.
Но Марк был раздражен и не собирался этого скрывать.
— Сегодня утром я разговаривал с Мираклом, — четко произнес он, обращаясь к Марише. — И он сообщил мне кое-что интересное о бедняжке фире.
Фэш не выдержал и все же повернула голову, чтобы лучше слышать его слова. Хрустальный ключний заметил это и злорадно усмехнулся.
— Миракл сказал, что фир никогда не проснется, — произнес мальчишка, глядя только на Фэша. — Потому что часовщики не собираются отдавать стрелу железного ключника феям. Его стрела — это гарантия того, что шестикрылые не будут нападать на нас хотя бы некоторое время… Кажется, мы больше не увидим бедняжечку Лазарева. Но никто не расстроится. Разве что наш каштановый малыш.
— Заткнись! — резко произнес Фэш. — Ты не имеешь права даже имени его произносить!
— Ник Лазарев мер-ртв, — издевательски протянул Марка. — Или, как говорят у фей, заснул навечно. На-все-гда!
— Если я узнаю, что это ты напал на него, — гневно произнес Фэш, — я сам тебя убью!
Последние слова он почти что выкрикнул, и за общим столом воцарилась тишина.
— Не обращайте на нас внимания. — Мариша чуть привстала и ослепительно улыбнулась. — Мы играем в ролевую игру.
Миракл усмехнулся ей и кивнул, хотя его взгляд выражал затаенный гнев. Впрочем, вскоре за столом вновь зазвенели приборами: начали подавать десерт — большие плоские торты, на которых темным шоколадом были выведены циферблаты с фигурными стрелками, и сахарное хрустящее печенье в виде цифр и шестеренок. Всевозможные часовые изображения были даже на чашках и блюдцах, поданных для чая.
Все еще взбудораженный разговором Фэш машинально глянул в сторону Люцисена и Васи и вдруг встретился с последней взглядом. Девочка едва заметно покачала головой — то ли о чем-то предупреждая, то ли просто не одобряя его поведения.
От этого у мальчика окончательно испортилось настроение и абсолютно расхотелось сладкого. Его даже не прельстил здоровый кусок кремового торта, на котором попалась часовая стрелка, изготовленная из тонкого черного шоколада. К тому же, чтобы еще больше позлить Фэша, Марк принялся в деталях описывать свой утренний разговор с Мираклом.
— Еще в семь утра господин Мортинов попросил меня зайти к нему, — елейным шепотком рассказывал мальчик. — Конечно, я был заинтригован, отослал горничных… Прошел по коридору, поднялся по старой деревянной лестнице — там еще вначале ступенька западает и вообще они ужасно скрипят, просто кошмар-р… Мне кажется, ее специально не чинят, чтобы наверх не пробрался кто-нибудь чужой…
К счастью, зазвучала тихая, торжественная музыка: был дан сигнал к завершению ужина. Наступало свободное время.
Фэш воспользовался этим — встал из-за стола одним из первых и сразу же пошел к выходу. Краем глаза он заметил, что Огневы поднялись все вместе, как по команде, и направились к другому выходу из залы. Наверное, у них действительно было совещание по поводу предстоящего праздника у фей.
Фэша никто не остановил, поэтому он быстро зашел в свою комнату за задачником Астарисы и направился в библиотеку, чтобы побыть там некоторое время.
Дело в том, что у Фэша созрел серьезный план. Но для его исполнения следовало дождаться темноты.