6
- Ты где, труп-любитель? Я уже опаздываю!
Сережа часто куда-то пропадал - теперь его радиус позволял ему кутить чуть ли не по всему кварталу, так что он нередко развлекался, подглядывая за ничего не ведающими смертными. Но всегда возвращался, чтобы отправиться со мной... куда бы я ни отправилась. В общем, институт он теперь посещал чаще, чем делал это при жизни.
- Товарищ Чингачгук, ты где запропастился? Сереж!
Я напоследок осмотрела пустоту, чтобы убедиться в его отсутствии, и все же побежала в институт. К окончанию второй пары начала волноваться: не то, чтобы он был субъектом, за которого стоит переживать... Но вдруг он вышел из бестуманной зоны и попросту заблудился? Или все-таки нашел свой свет в конце тоннеля - ведь когда-нибудь это должно произойти. Когда не обнаружила его и в квартире, то первым делом схватила его телефон - когда-то Сережа нашел эту вещь в первый раз, значит, сумеет найти и во второй. А если он никогда не вернется? Интересно, он заглянул бы, чтобы попрощаться, и была ли у него возможность попрощаться?
Скорее всего, просто опять экспериментирует. Вчера он учился спать - предполагаю, что спать он учился прямо во мне, когда я отключилась. Часов в пять утра смотрел телевизор, но к моему пробуждению его уже не было. Окончательно успокоилась, решив, что если он не ушел навсегда в какой-нибудь иной мир, то отыщется - это ж Сергей Севостьянов! От такого и захочешь избавиться - да не получится.
Но почему-то облегченно выдохнула, когда он вечером показался из стены. На вопросы ответил только: «Я что, всю смерть должен вокруг тебя шляться?».
В следующие дни история повторялась - он куда-то исчезал ранним утром и появлялся только после четырех. Ну я и перестала волноваться - очевидно же, что нашел себе другую забаву вместо того, чтобы доводить меня. Зато ночевать домой приходит, как настоящий сожитель, фильмы со мной смотрит - любо-дорого взглянуть на нашу «семейку».
Но через несколько дней его серьезно-задумчивый вид меня насторожил. И до того, как я успела задать вопрос, он начал сам:
- Слушай, Маш, я тебе расскажу кое-что, - он был явно сосредоточен на собственных мыслях. - Правда, не знаю, что с этой информацией мы с тобой будем делать.
Я не стала отвечать, лишь вытянула ноги вдоль дивана, в которые он и уселся. Теперь мои стопы, погруженные в него, и разглядеть было сложно.
- В общем, я этого мужика заприметил еще несколько дней назад, - начал объяснять Сережа. - Он все возле школы крутится, подозрительный такой. Сам не свой - бубнит что-то постоянно, резко меняет выражение лица - странный. Ну я и начал за ним приглядывать. Он машину за школой паркует, а сам - буквально целый день там кругами ходит... До его дома я с ним добраться так и не смог, поэтому выяснил только детали.
- Продолжай, - я заинтересовалась.
- У него блокнот есть. Там про разных девочек пишет - их расписание уроков, где живут, возраст. За одной следит - позавчера до самого дома за ней шел. Ей лет восемь-девять на вид. К ней-то я попасть смог - она тут рядом совсем живет, от школы три минуты. Семья бедная - мать-санитарка да дед-алкоголик, втроем живут. Ее любят, не обижают, но и излишним присмотром не балуют...
- А это к чему? - я действительно не понимала, зачем мне информация о ее, хоть и неблагополучной, но вполне себе среднестатистической семейке.
Сережа наконец-то посмотрел на меня, но взгляд оставался серьезным:
- Я это к тому, что таких детей не похищают с целью выкупа.
Я затрясла головой:
- Ты думаешь, тот мужик хочет ее похитить? Может, это отец ее, например? Развелись, мать видеться не разрешает... - я искала разумное объяснение его слежке за ребенком. - Ну, а другие девочки в блокноте...
- Слушай дальше. После этого я уже мужика того постоянно пас, как только он тут появлялся. Если он и отец... всем этим девочкам, то, мягко говоря, так себе отец. Потому что передергивает в машине, когда первоклашек на площадку гулять выводят.
- Что делает?! - по-идиотски переспросила я. А он мне по-идиотски объяснил:
- Дрочит. Но не кончает. Смотрит на резвящихся детишек, расстегивает ширинку и...
- Фу!!! - я сморщилась и поджала ноги. Попыталась думать спокойнее: - Ладно. Допустим, он извращенец. И что? Такое и доказать сложно, да даже если докажешь - его вряд ли посадят! С чего ты взял, что он девчушку похитить хочет?
- С бутылки диэтилового эфира, тряпок, веревок и пачки скотча взял, которые он сегодня утром проверял в бардачке.
Я вскрикнула и прижала колени еще сильнее.
- И все равно... - заговорила после долгой паузы. - Что мы можем сделать? Заявить в полицию? Если он только собирается что-то сделать, то у нас не сажают за намерения! Или дождаться, когда он что-то натворит?!
Сережа качал головой - он тоже не знал ответа:
- Сегодня ее дед со школы встретил - за бутылкой ходил, так что было по пути. Но история может закончиться уже завтра... для этой девочки. И в полицию бесполезно... У него ксива и форма в машине. Возможно, он сам есть или был полицейским, а может, и поддельные документы себе сделал. Скорее всего, уволен по состоянию здоровья или что-то в этом духе.
- Полицейский?! - теперь я уже совсем не представляла, в какую сторону думать. Мое слово без каких-либо доказательств против их коллеги - это просто пук в небытие! - Тогда что нам делать?
А делать что-то теперь придется - я просто не смогла бы сейчас забыть об узнанном, а через пару дней смотреть новости о пропаже ребенка! Конечно, каждый день происходят какие-то зверства - людей убивают, похищают, насилуют, мучают - с этим приходится мириться. Но смириться можно только при условии, когда ты лично не в состоянии это предотвратить.
- Я мог бы встречать и провожать эту девочку. Но смысл? Он, очевидно, больной, но сознание у него достаточно стабильное - я не смогу в него вселиться, чтобы помешать...
- Я могла бы встречать и провожать ее! - подхватила я. - И еще - поговорить с ее матерью и дедом. Пусть дед на время о водочке позабудет - придумаю что-нибудь дико страшное для них! Просто чтобы кто-нибудь рядом с ней постоянно был на улице.
- Тоже смысла нет... - Сережа закусил губу. - Тогда этот извращенец просто переключится на другого ребенка.
Действительно. Какая-то безвыходная ситуация - сложно обвинить человека в преступлении, которого он еще не совершил.
- У меня нет плана, - честно призналась я, намекая этим, что приму любой его. И он не заставил себя ждать:
- Я точно не знаю... Может, просто подойти к нему и сказать, что ты в курсе всего? Если он до сих пор ничего подобного не делал, возможно, это его испугает? По крайней мере, он будет знать, что если ребенок пропадет, то ты побежишь в полицию.
Плохой план.
- Ну да. И после этого он захочет убрать сначала меня? Мы ведь не знаем точно - он просто блаженный сумасшедший или уже готовый на преступление псих!
- Риск большой, - согласился Сережа. - И не факт, что это поможет. Он может просто на пару месяцев затаиться, а потом выбрать себе другую школу - подальше отсюда. И ты можешь пострадать. Так что тебе и решать.
И вот что, скажите на милость, тут можно решить? Из каких вариантов выбирать-то? Какие вообще варианты предполагают, что я смогу потом спокойно спать?
К окончанию уроков Вики я уже была возле школы. Мужчина - лет за пятьдесят на вид - действительно вызывал подозрения. Почему его никто до сих пор не заметил, раз он тут каждый день крутится? Хотя о чем это я? Пашку и других избивали, прямо не отходя от кассы - а это занятие нетихое. И то, никто из учителей не вмешался. А эта школа еще и была значительно попроще, чем Пашкина. Тут уж точно никому дела нет до какого-то странного, но безобидного мужика.
Он шел за ней следом и прибавил шагу, когда они почти сравнялись с полуразрушенным зданием. Идеальное место - вокруг никого. Ему стоит только затащить ее за стену и усыпить, а потом подогнать сюда машину. Я кинулась наперерез и просто остановилась перед ним. Вика оглянулась на нас, а потом потопала дальше, размахивая рюкзаком.
- Чем могу помочь? - он спросил вежливо, но взглядом девочку все же проводил.
- Я знаю, что ты хочешь сделать! - выкать этой мрази мне почему-то не хотелось.
Он посмотрел на меня, но оставался спокойным:
- Чего?
Конечно, мне было страшно, но я знала, что поступаю верно. Этот день я тоже проживаю не зря!
- Я все знаю. Об эфире, скотче, об освобожденном багажнике твоих жигулей, о Вике, Лене и Кате. Вика ведь самая младшая из них, верно? Или ее просто не сразу хватятся, если она задержится со школы?
В его глазах мелькнула паника, но голос оставался ровным:
- Вообще не понимаю, о чем ты говоришь.
Сережа топтался рядом:
- Все, Маш, уходи. Он теперь ее побоится трогать. Уходи!
Я так и собиралась сделать, но напоследок нужно было закрепить результат:
- Если пропадет хоть какой-то ребенок в городе, я сразу пойду в полицию.
Он кинулся настолько резко, что я не успела среагировать. Он точно служил в силовых органах, потому что каждое его движение было выверенным. Зажав рот чем-то мягким, он просто тащил меня в сторону. За стеной нас уже никто не увидит. Я старалась не вдыхать едкий запах, но сознание все равно поплыло. Швырнул на землю, и едва я успела повернуть голову, как увидела направленный на себя пистолет. Черт! К такому я готова не была. Судя по выражению лица Сережи - для него это тоже оказалось сюрпризом. Но он не стал тратить время на то, чтобы возмущаться отходу от сценария и сразу занырнул в меня.
- Не ори, - спокойно сказал мужик.
Он не стрелял, боясь, что звук привлечет чье-то внимание. Наверное, ждал, когда я отключусь. Но я вдохнула совсем немного, зато это дало возможность Сереже моим телом легко управлять. Да вот только что он сможет сделать против пистолета?
Мужик снова ринулся ко мне, занося вперед руку с тряпкой - этого нельзя позволить! Сережа пнул его моей ногой в колено, и, пользуясь незначительной заминкой, быстро поднялся и побежал. Мы залетели за другую стену недостроенного здания и оказались в тупике - здесь выхода наружу не было, даже окна располагались слишком высоко.
- Не паникуй! Ты выбрасываешь меня! - сказала я сама себе, но последовать совету просто не могла.
Было понятно, что мужик это здание изучил заранее, потому что его шаги раздавались размеренно, без спешки. Я не смогу выбежать иначе, кроме как мимо него. Он не хочет стрелять, но выстрелит, если понадобится. Просто вырубить его не так-то просто - он профессионал, а не какой-то там школьный гопник. А я боялась - я никогда, даже при знакомстве с призрачным телефоном, так не боялась. Оказалось, что раньше был вообще не страх, а какие-то пустые переживания. Там пугала неизвестность. А настоящий страх появляется только тогда, когда все понятно - он идет, чтобы убить меня. Он настолько уверен в этом, что даже не спешит.
Сережа вылетел из меня - и я ничего не смогла с этим сделать. Это не тот ужас, который можно обуздать. Сил хватило только на то, чтобы поднять кирпич и кое-как выпрямиться - я хотела встретить эту тварь, хотя бы стоя на ногах. Он вошел в проем, остановился и скользнул по мне взглядом вниз и вверх. Спасибо, хоть песенку не насвистывал. Сережа попытался вселиться в него, но тут же вылетел обратно. И мне даже не нужно было смотреть на него, чтобы понимать, что он тоже в ужасе.
Мужик шагнул ближе, направляя в меня дуло пистолета, другая рука крепко сжимала белую тряпку. Сережа со всего размаха ударил по пистолету, но его рука прошла сквозь, лишь слегка качнув. Он тут же принялся лупить еще - и я поняла его стратегию. Крепкая рука ствол не выронит, но зато мужик пришел в недоумение, не понимая, что происходит. Это отвлечение внимания - единственное, что может дать мне шанс.
Я кинулась на него. Врезала кирпичом сначала по руке, и, даже не останавливаясь на то, чтобы узнать - выбила ли пистолет, тут же в плечо, потом в лицо. Он начал заваливаться, когда я била со всей силы по голове, слыша хруст при каждом ударе.
Окончательно пришла в себя, уже отшатываясь и роняя кирпич. Сколько крови... Меня затрясло.
Я отходила назад, качаясь и зажимала рукой рот, чтобы не начать орать. Сережа же согнулся, а потом выпрямился, начиная облегченно улыбаться.
- Вот, опять ничего! Никаких призраков... Ну вот куда они сразу исчезают, а?
Он умудряется шутить в такой момент?! Я старалась дышать глубоко, сдерживая рвотные позывы. Говорить смогла гораздо позже, да и одно только:
- Я убила человека. Я. Убила. Человека. Я убила...
Сережа подлетел ко мне, закрывая собой лежащее на земле тело:
- Я убила...
- Перестань, Маш, перестань! Иначе он убил бы тебя!
Надо дышать, иначе меня вырвет.
- Я убила...
- Маша! - Сережа практически кричал. - Это не человек! Это - чудовище! Помнишь Вику? Вспомни Вику, Маш! У нее дырка на колготках, видела? Вспомни дырку на ее колготках, Маша!
Я наконец-то смогла посмотреть и на него. Теперь даже получалось думать - да, я спасла эту девочку с дыркой на колготках. Эта дырка делала ее реальной - более реальной, чем то, что сейчас произошло. Но думать приходилось и о другом:
- Я убила полицейского... Может, бывшего... Меня посадят.
- Не посадят, - Сережа водил рукой по моему лицу, но я чувствовала только прикосновение ветра. - Не посадят, Маш. Ты, главное, успокойся.
- Кто-то мог видеть, как я шла за ним со школы. Вика видела. Когда начнут опрашивать свидетелей...
- Успокойся! - рявкнул он, и это привело меня в чувство.
Сережа повернулся и подошел к телу, легко погрузился в него. Мужик тут же открыл глаза, хотя лицо его представляло собой кровавое месиво. Сел, а потом почти бодро встал на ноги.
- Что ты собираешься делать? - мой желудок снова подскочил к горлу.
Он уже обыскивал карманы - достал паспорт, глянул прописку, потом поднял тот самый кирпич.
- Нам потом с тобой придется вернуться сюда, осмотреться лучше - чтобы крови не осталось. Но это потом. А сейчас я собираюсь сесть в свою машину и направиться к себе домой. Пошумлю там сегодня, чтоб соседи хорошо расслышали. Убьют меня ночью, в моей же квартире - там и замок сломаю, и орудие убийства положу, чтоб меня было удобнее убивать.
- Но судмедэкспертиза...
Он отмахнулся:
- А, придумают что-нибудь. Никто не начнет опрашивать свидетелей на другом конце города.
Сережа обмотал тряпкой голову, поднял ворот куртки, а лицо сверху попытался замазать землей, но это мало помогло. Он прокомментировал сам:
- Попытаюсь как-нибудь до машины добраться, там у него кепка есть. Ладно, решу на месте что-нибудь...
Пусть решает, а мне решать нечем.
- Я домой пойду, - единственное намерение, которое я могла в себе отследить.
Мужчина протянул ко мне руку, но я инстинктивно отшатнулась.
- Нет, Маш. Тебе придется ехать на троллейбусе и тусить где-то возле педа... У меня радиус - километра два, так что тебе придется... Там же где-то наша Танюха живет - напросись в гости.
- Ладно.
Я пошла первой, потому что просто не могла тут больше находиться.
К Танюхе я, естественно, не пошла - мне не то, чтобы в гости напрашиваться, вообще говорить было сложно. Просто сидела на остановке, потом обошла все магазины и снова вернулась на остановку. Поторчала в кафе - я знала, где тот самый дом, поэтому боялась уйти куда-то дальше. Есть мне не хотелось, но я слишком замерзла, поэтому заказала себе кофе, которое тянула пару часов. Туалетное зеркало мне продемонстрировало страшное зрелище, но люди на меня не оборачивались - значит, моя бледность и бешеные глаза не слишком подозрительны. На куртке я не обнаружила ни одной капли крови, но я все равно ее потом выброшу. Стоимость сеанса у психолога уже совсем не казалась завышенной.
Замерзая на троллейбусной остановке, я прокручивала в голове одну и ту же мысль - я убила человека. Плохого человека с плохими намерениями. Его намерения по отношению к девочке были очевидны, раз в кармане он наготове держал тряпку, но все же он этого не сделал. Может ли быть такое, что он так бы и не решился, остановился бы в последний момент? Я не дала ему возможности остановиться. Но если он не был готов, разве кинулся бы на меня? Любой, в ком были бы сомнения, просто послал бы меня ко всем чертям и ушел бы! В моем случае была стопроцентная самозащита - почему же в груди никак не успокаивается?
- Ну что, пойдем? - Сережа наконец-то появился на безлюдной остановке.
До дома пешком было очень далеко, да и сил к часу ночи уже совсем не осталось.
- Такси вызовем.
В машине он рассказывал какие-то детали, но мне было все равно. У мужика этого дома куча медицинских справок и неотоваренных рецептов... У мужика этого... У мужика... У мужика этого весь комп забит детской порнографией. У мужика этого есть дача, наверное, именно туда он и собирался увезти... Или прямо там... Нет, мне все равно.
Дома я сказала Сереже только, что если бы его не было, то я бы в этой ситуации не оказалась. Не очень справедливое обвинение, но мне нужно было кого-то обвинить. Он даже не отрицал, и вообще был какой-то притихший. Я бы все выходные продрыхла, но нарисовалась бабулька с пятого, которую так некстати выписали. Она зашла, чтобы забрать свой ключ, потом сходила проверить, ничего ли не пропало - вот прямо так мне и сказала, а затем снова вернулась, чтобы обсудить последние подъездные новости. Она их сама с собой и обсуждала, но после общения с ней голова просто раскалывалась. Хорошо, хоть завтра нет каких-то важных семинаров, к которым обязательно нужно приготовиться.
- Подъем! - заверещал Сережа, как обычно, за минуту до будильника.
Я кое-как продрала глаза, чтобы увидеть ухмыляющуюся рожу висящего прямо надо мной призрака - он часто так делал. Орала я только в первые два раза. Но сейчас вместо крика просто в него чихнула. Он демонстративно поморщился, но потом опустился рядом.
- Заболела, что ли?
Нос заложен, голова трещит, хочется забиться в уголок и поскулить - точно, заболела. Скорее, от стресса, чем от переохлаждения - слыхала, такое случается. С удивлением увидела, что Сережа мне несет градусник - сводит сосредоточенно брови, боясь уронить.
Я сунула холодное стекло подмышку, а сама поинтересовалась хрипло:
- Ты чего это такой заботливый сегодня?
Он снова улегся рядом, задумался, а потом заговорил как-то быстро, видимо, давно хотел это сказать:
- Виноватым себя чувствую, вот! Ухаживать за тобой буду! Вот! Чтоб вину свою загладить. За то, что я есть...
Я сквозь него протянула руку, чтобы взять платок - сопли так и норовили покинуть свое убежище.
- Да ладно. Я зря это сказала. Ты прав - если бы мы не вмешались, то эта девочка...
- Но ты чуть не погибла, - сказал он совершенно серьезно. - Потому что план был совсем дерьмовый.
- Тут не поспоришь, - я вытащила градусник, на котором уже набежало 37,7. - Сможешь принести мне таблетки?
- Обнаглела, Ваше Величество!
- Зови меня «Бэтмен», щенок. И пошевеливайся!