Книга будущего

— Похищение из небесного дворца. Три фразы повергают в ужас пантеон богов, — прочистив горло, зачитала Юйши Хуан. Название как всегда интриговало.

— Что же там за три фразы такие? — нахмурил густые брови Фэн Синь.

— Мне казалось, от любых мои слов у половины Небесной Столицы коленки трясутся, — незаинтересованно хмыкнул Хуа Чэн.

— То есть побег Се Ляня тебя уже не волнует? — скептически вскинул бровь Му Цин.

— Его похитили, сколько повторять?! — резко обернулся на соседа Фэн Синь. — И откуда это у Непревзойденного Демона такая статистика?!

— Да-да, — закатил глаза Му Цин показательно отодвигаясь от Фэн Синя подальше, насколько позволял размер дивана.

— Возможно небожителям это покажется удивительным, но... — Хуа Чэн сделал театральную паузу, его голос перешёл на заговорщицкий шепот, — некоторые существа способны к минимальному анализу того, что видят и знают.

Се Лянь с трудом подавил рвущийся наружу смешок. У Саньлана отлично получалось разрядить обстановку даже в напряженные моменты чтения и не только.

— Если хочешь что-то сказать — говори прямо, — с вызовом ответил Фэн Синь.

— Я и говорю прямо. Кто же виноват, что не все могут понять...— Хуа Чэн вновь состроил невинность.

— Ты! Подлый..!

Его неожиданно перебила Юйши Хуан, ей для этого даже не нужно было кричать или как-то привлекать внимание:

— Господа, давайте оставим это, — она обвела комнату взглядом, — и продолжим читать.

Когда перед глазами замелькали вспышки серебристого света, Се Лянь не успел толком ничего подумать — первой его реакцией было закрыться рукой, ведь на запястье повязана Жое, которая в случае опасности сама по себе защитит его от удара. Однако серебристые бабочки не выказали ни единого намерения напасть на него, лишь облетели принца и ринулись к двоим небожителям, которые только что колотили друг друга, сцепившись в драке.

— Эх, везучий Вы человек, Ваше Высочество, — вздохнул Ши Цинсюань, хотя подобное поведение бабочек было весьма предсказуемо, достаточно вспомнить первые главы с Призрачным женихом.

И Фэн Синь, и Му Цин в прошлом уже натерпелись горя в битве с призрачными бабочками, и отлично знали, насколько те сильны. Разве могли они в такой момент допустить небрежность? Практически в тот же миг оба синхронно вскинули руки и выкрикнули:

— Щит!

Му Цин передернул плечами, как от холода. Бабочки Хуа Чэна действительно были весьма неприятными противниками. Мало того, что демон всегда выпускал их огромным скопом, так у тех ещё были ужасно острые крылья. Действительно глубоких или опасных для жизни ран они не оставляли, но множество мелких порезов тоже не были шибко приятными.

Несметное множество серебристых бабочек, шелест крыльев которых был подобен ураганному ветру, налетели на двоих небожителей. Тут же послышался частый громкий стук, будто капли проливного дождя разбивались о землю, и засверкали яркие белые вспышки, похожие на брызжущие во все стороны искры. Это бабочки натолкнулись на невидимый барьер. Оказалось, что Фэн Синь и Му Цин выставили перед собой два магических щита. Но даже если щит мог на время заслонить их от атаки, бабочки ринулись вперёд неудержимо прибывающей волной, с бешеным напором, будто мотыльки, летящие на огонь. Дождь из бабочек оказался настолько мощным, что оба небожителя, хоть и не слишком явно, начали понемногу отступать.

Хуа Чэн откинулся на спинку дивана закинув ногу на ногу с видом полнейшего довольства. Может, хоть это немного собьет спесь этих двоих? Даже если нет, то немного позлить небожителей было даже полезно. Глядишь, и мозгами шевелить научатся.

Мимолётное замешательство обошлось потерей преимущества — если снять щит, призрачные бабочки немедленно доберутся до них, но поддержание магического барьера не давало возможности выхватить оружие. Поэтому Фэн Синю и Му Цину только и оставалось, что в душе издать страдальческий вопль, стиснуть зубы и из последних сил держать оборону. Фэн Синь ухватил взглядом Се Ляня, который так и стоял на месте, опустив голову, и немедля крикнул ему:

— Твоё Высочество, поберегись! Не стой там как вкопанный, скорее зайди за щит!

— Удивительно, но сейчас самое безопасное место именно там. А точнее, рядом с Его Высочеством, — отметил Пэй Мин. Как ни странно, сейчас их главным преимуществом был Се Лянь. Так что им стоило запоминать подобные мелочи, чтобы после использовать их в свою пользу.

К его великой неожиданности, Се Лянь повернулся, совершенно целёхонький, и растерянно свёл брови:

— А?

Ци Жун раздраженно цыкнул, борясь с желанием плеваться на этого придурка. Этот болезный как всегда — святая простота! За глазами ни одной здравой мысли.

Внимательно приглядевшись, двое небожителей на месте едва не выплюнули фонтаны крови в заоблачную высь. Перед ними предстала картина: Се Лянь со слегка озадаченным выражением лица держит на ладони призрачную бабочку. Когда остальные её подруги хлынули во дворец неудержимым вихрем, эта малютка порхала намного медленнее и не поспевала за основным отрядом. А оказавшись перед Се Лянем, и вовсе несколько раз тяжело хлопнула крыльями. Принцу показалось, что она летит с огромным трудом, и возможно, вскоре упадёт без сил, если продолжит так стараться. Поэтому он невольно протянул руку и подставил ладонь. Бабочка тут же присела к нему на палец и радостно затрепетала крылышками, явно не собираясь улетать.

Хуа Чэн тихо фыркнул. Ну какая подлиза. Бесстыдница, ещё и после того, как он ранил Его Высочество.

— Ваше Высочество, тебя жизнь вообще ничему не учит? — с раздражением спросил Му Цин сверля Се Ляня взглядом.

— Учит. Тому, что бабочек Саньлана можно не бояться, — улыбнулся тот.

Хуа Чэн чуть отвернулся от Се Ляня, чтобы тот не заметил появившуюся на губах смущенную улыбку. Ладно, возможно он разрешит немного вольности бабочкам, раз гэгэ в таком восторге от них. Но только немного.

От такой картины у Фэн Синя на лбу едва не лопнули вены, он заорал:

— Не прикасайся к этой твари!!!

— Ну... уже поздно, — пожал плечами Ши Цинсюань. Ему казалось, что пытаться как-то отвадить Се Ляня от дружбы с Хуа Чэном занятие весьма бесполезное. Принц проявлял удивительное упорство в действительно важных для него вещах.

Неожиданно Се Лянь ощутил, будто кто-то крепко сжал его запястье и с силой потянул, утаскивая в непроглядную тьму за воротами дворца.

Но даже оказавшись в полной темноте, принц не ощутил ни капли беспокойства, даже совсем не насторожился.

— А стоило бы. Откуда у вас вообще такое безоговорочное доверие к этому демону?

— Ну... это же Саньлан? Я имею в виду, он ещё не сделал ничего предосудительного? — Се Лянь даже не знал, что лучше ответить. — Да и по такой логике это он должен меня опасаться. Ведь именно «я» сжег его резиденцию...

— Гэгэ, это мелочи, ты же знаешь. Тем более,что ты даже не нарочно, а мой двойник «тебя» серьезно ранил, — на последней фразе голос Хуа Чэна приобрел жесткие и даже злые нотки.

— Саньлан, но это ведь тоже было не нарочно, так что по твоим словам ты тоже полностью невинен, — тут же нашел ответ Се Лянь и постарался проигнорировать максимально несчастный взгляд Хуа Чэна.

Темнота показалась ему мягкой бронёй, которая не только не представляла опасности, но даже даровала неясное умиротворение.

Му Цин закатил глаза на подобную смелость граничащую со слабоумием.

И хотя гость из темноты всё ещё не явил свой облик принцу, разве нужно было задаваться вопросом, кто это был, если первыми на место прибыли серебристые бабочки?

Му Цин, будто не смея поверить в произошедшее, воскликнул:

— Откуда у тебя взялось столько наглости, чтобы явиться в столицу бессмертных и учинять здесь беспорядки? Не слишком ли ты распоясался?!

— Судя по тому, как уверенно он действует... это далеко не первый раз. Так чего ему стесняться? — Пэй Мин кинул пронзительный взгляд на Хуа Чэна, как бы побуждая того сдаться с повинной.

— Разве вам неизвестно, что отплатить той же монетой — хорошая традиция, давно гуляющая в народе? — но Хуа Чэн остался глух к его намекам лишь расплываясь в по-лисьи хитрой ухмылке. — Поразительно совпадение, не находите?

Ему ответил смеющийся голос:

— То же самое могу сказать и о вас. Разве чиновники Верхних Небес не ведут себя подобным образом в моих владениях?

Ци Жун раздраженно цыкнул. Хуа Чэн что в книге, что здесь был раздражающе пафосным. И перед кем только так выёбывается?

Се Лянь давно понял, кто именно его схватил, и всё же, услышав знакомый голос совсем близко, принц ощутил, как дрогнуло сердце.

Се Лянь предпочел проигнорировать намекающие поигрывания бровями от Пэй Мина. Для сохранения своего собственного благоразумия.

Затем послышался голос Фэн Синя:

— Хуа Чэн, Владыка прямо сейчас в столице бессмертных, немедленно отпусти пленника!

— Как будто ваш владыка хоть что-то сделает, — раздраженно цыкнул Хуа Чэн.

Он, очевидно, относился к Цзюнь У как самому последнему бездельнику и безалаберному правителю. И это ещё мягко сказано.

Хуа Чэн прыснул:

— Посмотрим, хватит ли у вас духу заставить меня это сделать.

Едва он договорил, как створки ворот дворца тяжело захлопнулись!

Пэй Мин поджал губы. Кто бы мог подумать, что украсть Небожителя прямиком не просто из Небесной столицы, да ещё и из под домашнего ареста, — настолько просто.

Интересно, это у них безопастность ни к чёрту или, Хуа Чэн просто в любое место готов незаконно проникнуть, если там есть его драгоценный гэгэ?

Се Лянь чувствовал только, что Хуа Чэн крепко сжимает его запястье и куда-то быстро ведёт. Кругом стояла лишь чернота, в которой раздавался чистый приятный звон серебряных цепочек на сапогах, да ещё явственно ощущалось, как дорога под ногами непрестанно то устремляется вверх, то опускается вниз. Значит это действительно была не широкая и светлая главная улица столицы бессмертных, а какая-то дикая горная местность.

Наверняка Хуа Чэн связал врата дворца Сяньлэ с этой горной долиной при помощи Сжатия тысячи ли. Вот только связать любое место в столице бессмертных с другим при помощи этой техники на самом деле было не так-то просто, и никто, кроме обитателей Небесных чертогов, не мог это сделать.

Ци Жун весело фыркнул. Ему показалось или его августейший братец только что косвенно приравнял Хуа Чэна к небожителям? Ци Жун отдал бы все просто, чтобы посмотреть на перекошенные ебальники этих напыщенных придурков.

Как же подобное удалось Хуа Чэну? Се Лянь только хотел спросить его об этом, как вдруг услышал над ухом оглушительный крик:

— Ваше Высочество! Где вы?!

— О, кто же там такой умный решил ещё и оглушить Его Высочество для полного комплекта? Нам ж мало того, что он сбежал куда-то где хоть глаз выколи, — Му Цин с укором посматривая то на Ши Цинсюаня, то на Фэн Синя, как на самых активных (и крикливых).

Гневный вопль принадлежал Фэн Синю.

— Ну никто не сомневался, — цокнул языком Му Цин.

— По крайней мере «я» делаю что-то кроме плевки ядом во всех в радиусе нескольких ли, — раздраженно бросил Фэн Синь.

— Разве? На сколько я могу судить пока ты только успел оглушить Его Высочество. Не очень-то помогает.

— Потому что ещё не успел-

— Да-да, оправдывайся, — на губах Му Цина появилась чуть заметная улыбка пока он выводил из себя Фэн Синя. Се Лянь скрыл свою собственную улыбку ладонью.

Он прогрохотал совсем близко, но самого небожителя не было видно. Он выкрикнул это в сеть духовного общения. От рёва Фэн Синя у Се Ляня заболели уши, а остальные небожители, потревоженные внезапным вопросом, в страхе заголосили:

— Что стряслось, генерал Наньян? Какая беда приключилась?

Му Цин тоже вошёл в духовную сеть и объявил:

— Тревога! Линвэнь здесь? Немедленно сообщи Владыке, Се Лянь сбежал!

— О! А вот и второй крикун объявился, — щелкнул пальцами улыбающийся Пэй Мин. Торжетсво тут же схлынуло с лица Му Цина.

— Я не кричу так, чтобы разорвать чужие ушные перепонки. Просто объявляю тревогу.

— Как будто это разные вещи... — как бы в сторону пробормотал Фэн Синь, но все услышали.

— Ты вообще помалкивал бы, — за что тут же получил карму в виде подзатыльника от Му Цина, но не сказать, что сильно расстроился.

Обычно его речь звучала мягко и благовоспитанно, теперь же в ней слышались нотки крайнего раздражения.

Линвэнь отозвалась:

— Что? Я немедленно отправляюсь во дворец Сяньлэ!

Пэй Мин с тяжелым вздохом покачал головой. Бедолажка Линвэнь. Ни минуты покоя у неё.

Кто-то удивлённо воскликнул:

— Посмеш... Его Высочество наследный принц сбежал? Но разве он не находится под арестом во дворце Сяньлэ?!

— Как будто это кого-то когда-то останавливало...

Ши Цинсюань тоже присоединился к сети духовного общения и произнёс:

— Но ведь я только что видел вокруг дворца Сяньлэ целую толпу служащих Средних Небес, приставленных для охраны! Во дворец можно только войти, выйти уже не получится, как ему удалось сбежать?

— Скверная у вас охрана, — констатировал Хуа Чэн. — Как думаете пропустили бы меня, если бы представился почтенным гостем Его Высочества?

— У Саньлана большой опыт в убеждении и спорах, думаю ты бы просто не оставил им выбора, — хихикнул Се Лянь.

— Только гэгэ может оценить мои таланты по достоинству, — в тон ему ответил Хуа Чэн.

— Нда... такое действительно сложно оценить, — про себя фыркнул Советник облокотившись на подлокотник и наблюдающий за этой сценой.

Фэн Синь вмешался:

— Да не сбежал он, его похитили! Ваше Высочество, вы нас слышите? Где вы сейчас находитесь?!

— Ну как вам сказать... в угадайку играть умеете?

Услышав, что принца похитили, небожители изумились:

— Но ведь это столица бессмертных! Кто мог позволить себе подобное бесчинство?

— А у вас прям много кандидатур? — саркастично поинтерисовался Фэн Синь, дивясь столь глупому вопросу.

В одно мгновение сеть духовного общения заполнилась громкими восклицаниями и требованиями объяснений. Инцидент между советником Фан Синем и Лан Цяньцю всё ещё не был исчерпан, Цзюнь У запретил Се Ляню покидать дворец, а тот испарился! Это ли не напрасное порождение подозрений с его стороны и лишний повод для пересудов?

Фэн Синь тихо фыркнул. Ну что за утро в курятнике? Он никогда не понимал, как Му Цин может так долго находиться в сети общения. Там что ни день, то какая-то ругачка!

Как бы то ни было, требовалось немедленно вернуть принца, а затем уже задавать вопросы.

— Судя по тому как они любят болтать до хоть каких-то действий дело не дойдет, — фыркнул Хуа Чэн. А потом они ещё удивляются почему низверженные идут работать под его шефством. Вот уж действительно непостижимая тайна.

Поэтому Линвэнь отправилась разобраться в проблеме и выяснить теперешнее местонахождение Се Ляня, Фэн Синь и Му Цин продолжили перекрикиваться в духовной сети, пытаясь снарядить отряд из нескольких Богов Войны, чтобы вместе броситься в погоню, а Ши Цинсюань снова разбросал огромное количество добродетелей.

— Его Высочество как всегда переполошил все Небеса, — по доброму усмехнулся Пэй Мин. — Это уже какой раз?

— Не знаю, но явно не последний, — фыркнул Се Лянь, в своём, буквально, даре попадания в странные ситуации он ничуть не сомневался.

В сети духовного общения воцарилась полная неразбериха. Все кричали, перебивая друг друга, так что Се Ляню не удавалось вставить и слова. Он набрал в грудь побольше воздуха и приготовился гаркнуть погромче, призывая небожителей к спокойствию, как вдруг Хуа Чэн резко развернулся и протянул к нему руку со сложенными вместе двумя пальцами.

Советник закатил глаза. Никакого воспитания. Во-первых, даже не извинился, во-вторых даже не предупредил перед тем как протянуть свои ручонки к Его Высочество. И вот как после этого верить Се Ляню на слова о том, что «Саньлан хороший, честно-честно» и это при том, что они и половины не прожили их того, что происходит в книгах. Откуда принц может знать как этот демон поведет себя?

Когда ледяные пальцы нежно коснулись виска принца, Хуа Чэн со смешком произнёс:

— Ха-ха. Давненько мы с вами не виделись, как поживаете?

— Если бы ещё столько же не виделись — никто бы не расстроился, — раздраженно цыкнул Му Цин.

— Вас никто не спрашивал, — легко ответил Хуа Чэн.

— Тебе вообще никто не разрешал подключаться к Небесной сети, — решил возникнуть Фэн Синь нахмурив брови.

— У вас не висит таблички, что лично мне вход запрещен, — невинно пожал плечами Хуа Чэн хитро сощурив глаз, — так, что пока есть способы, которыми я могу подключиться — я подключусь.

— Сильно много себе позволяете себе, молодой человек, — смерил его взглядом Советник.

— Я просто доношу до некоторых довольно очевидные факты, — учтивым голосом ответил Хуа Чэн, — жаль, что вы считаете это дерзостью.

Се Лянь с некоторым удивлением отметил, что с Советником Саньлан немного более вежлив, чем с остальными присутствующими. С чего бы это?

Этот аккуратный жест позволил ему войти в сеть духовного общения чертогов Верхних Небес прямо через Се Ляня. И сейчас эту фразу, полную непоколебимого спокойствия, слышал не только принц рядом с ним, но и все переполошившиеся небожители Верхних Небес в духовной сети. И стоило им её услышать, сеть моментально погрузилась в гробовое молчание.

— И сразу чудеса воспитанности, — фыркнул Хуа Чэн.

Пэй Мин подумал о том, что было бы неплохо нанять Хуа Чэна просто, чтобы он периодически появлялся в духовной сети, чтобы всех заткнуть. А то даже зайти что-то спросить невозможно. Хотя учитывая, что сразу после его ухода все вернуть к обсуждению с двойным рвением просто чтобы оскорбить демона... Да, идея требует доработки.

Но при этом в душе у каждого раздался беззвучный крик ужаса.

Недаром прозвучало обвинение в бесчинстве! Они-то думали, кто это мог быть! А оказалось, тот самый!

Мин И тихо прыснул. А у того самого имя то есть? Или его нельзя называть? Хэ Сюаня всегда очень забавляла реакция небожителей на Хуа Чэна.

Хуа Чэн вновь произнёс:

— Не знаю, вспоминали ли вы обо мне? Я вот о вас ни мгновения не вспоминал.

Се Лянь закусил щеку изнутри, чтобы остановить расползающуюся по лицу улыбку и не выглядеть слишком уж одобрительно.

Среди обитателей Небесных чертогов немало небожителей действительно каждодневно помнили о нём глубоко в душе. Однако услышав, что Хуа Чэн о них не вспоминал, тут же все как один молчаливо воздали хвалы Небесам, которые даровали им своё благословение, и запричитали: «Вот уж спасибо так спасибо, и впредь, пожалуйста, не стоит вспоминать о нас».

Хуа Чэн же наоборот, своего довольного оскала не скрывал. Ах, как чудно пожинать плоды своей работы.

Хуа Чэн тем временем ухмыльнулся:

— К слову, в последнее время мне совершенно нечем заняться. И если среди вас кто-то также страдает от безделья и хочет, к примеру, померяться силами, я с удовольствием составлю ему компанию.

«Все прям побежали. Посмотри, там очередь ещё не встроилась? Прям возомнил себя невесть чем,» — с усмешкой подумал Ци Жун.

В контексте произошедшего смысл его слов был ясен всем и каждому.

«Тот из вас, кто достаточно смел, чтобы отправиться за мной в погоню, в следующий раз станет тем, кому я брошу очередной вызов».

— Жаль, что Владыка не захаживает в нашу сеть общения, — с явным намеком сокрушался Му Цин.

— Не расстраивайтесь я и вашим Цзюнь У не побрезговал, — в свой маере ответил Хуа Чэн, — должен же его кто-то на место поставить.

Се Лянь удивленно зыркнул на Хуа Чэна. У него и с Владыкой были какие-то счеты? Да ещё и столь серьезные? Хотя, наверное, этого стоило ожидать. Саньлан ведь недолюбливает всех небожителей кроме него. Ну и может быть Мин И у них какие-то особые отношения.

— Тебе даже в своих мечтах не победить его, — фыркнул Фэн Синь.

— Посмотрим.

Приняв вызов, вне всяких сомнений, будешь бит. Не приняв, растеряешь всю свою репутацию. Это ли не самая что ни на есть неприкрытая угроза?

Несколькими минутами ранее, когда все узнали, что Се Лянь не то сбежал, не то похищен, сеть духовного общения будто закипела и погрузилась в полнейший беспорядок, что здесь случалось крайне редко. Небожители весьма встревожились из-за случившегося, а некоторые Боги Войны даже добровольно откликнулись на зов и приготовились присоединиться к погоне.

— Какое благородство, правда, только до первых проблем, — покачал головой Хуа Чэн.

— Банальную осторожность никто не отменял.

— Называйте как хотите.

В результате Хуа Чэн всего тремя фразами в считанные мгновения подавил волнения.

Се Лянь тихо фыркнул. Так и знал, что эти загадочные «три фразы» будут как-то связаны с Саньланом его и его даром красноречия. Который, впрочем, здесь даже не понадобился, дабы напугать и заставить замолчать Небожителей.

Если бы Цзюнь У лично отдал приказ и отправил кого-то в открытую погоню, выбора бы не осталось — служебные дела надлежало решать в соответствии со служебными принципами. Но сейчас, когда инцидент произошёл так быстро, что вокруг всё ещё царила неразбериха, разумеется, никто не желал взваливать на себя лишние хлопоты. Никто не хотел, чтобы Хуа Чэн его запомнил.

Мин И только цыкнул. Этому злопамятному придурку даже запоминать никого не надо. Хэ Сюань совершенно не удивился бы найдись у Хуа Чэна какой-нибудь свиток со всеми особо насолившими Его Высочеству и ему самому. И ещё один, но уже с досье на каждого.

Поэтому все моментально притворились, что их здесь нет, но при этом всё же навострили слух и стали внимательно наблюдать за дальнейшим развитием событий. В то же время в их душе потрясение так и накатывало волнами: «Собиратель цветов под кровавым дождём ведёт себя слишком бесцеремонно! Это ж надо — ворваться в чертоги Верхних Небес и похитить небожителя! Да ещё какого — посмешище трёх миров! В конце концов, он этим хотел нам насолить или что???»

Хуа Чэн ели сдержался от того чтобы закатить глаза, больно нужны ему эти самовлюбленные павлины. По крайней мере пока они спокойно сидят там у себя и не рыпаются лишний раз.

Сеть духовного общения погрузилась в молчание, лишь непрерывно сыпались гневные ворчания Фэн Синя.

Му Цин усмехнулся, совсем не удивленный подобным раскладом. Фэн Синь в духовной сети появлялся хоть и редко, но метко и помогал некоторым небесным чиновникам пополнить их скудный словарный запас.

За этим было весьма забавно наблюдать со стороны, хотя Му Цин уже и успел выучить все самые любимые ругательства Фэн Синя.

Хуа Чэн же, договорив, убрал пальцы от виска Се Ляня и сказал:

— Не обращай на них внимания.

У Се Ляня вырвалось:

— Сань Лан...

Однако Хуа Чэн отпустил его руку и произнёс:

— Это место располагается слишком близко от столицы бессмертных, идём скорее.

Он говорил очень тихо, так что нельзя было расслышать в голосе каких-либо эмоций. Но то движение, с которым он отпустил Се Ляня, оказалось очень быстрым, будто Хуа Чэн отбросил его руку. Тут же вспомнив, как Сань Лан точно также избежал прикосновения в самую первую их встречу, принц застыл на месте.

Се Лянь тут же нахмурился. Очевидно было глупо надеяться, что происшествие в резиденции Саньлана прошло бесследно.Ему все ещё было ужасно неловко за своего двойника. Но что-то ему подсказывало, что причина кроется в дуругом.

Он искоса поглядел на Саньлана сидящего рядом, тот пусть и пытался казаться как обычно спокойным и слегка язвительным, но Се Лянь замечал легкое раздражение... злость? во всех его движениях. И мысль о том, что он виноват в этом состоянии, хоть и косвенно, ещё сильнее гложила Се Ляня.

Может Саньлан так расстроен из-за того, что «он» предал его доверие и так поступил с ним его резиденцией? Вряд ли. Иначе зачем Саньлану быть столь вежливым с ним, помочь сбежать из-под ареста, ещё и помог отвадить больно разговорчивых Небодителе...

Ну не может же он так расстроиться из-за того, что случайно ранил его? Тем более Се Лянь ведь сам виноват, он знал, что делает и к чему это приведет.

Так почему же Саньлан вновь создает между ними дистанцию?

Се Лянь не мог взять в толк. Оставалось лишь радоваться тому, что его собственная версия Саньалана этого не делает... хотя их взаимоотношения несколько отличаються от тех, что в книге, но сути это не меняет.

Он хотел было спросить Хуа Чэна, почему тот появился столь внезапно. И хотя он не думал об этом специально, его посетило смутное ощущение, что Хуа Чэн явился спасти принца. Поэтому Се Лянь мгновением ранее позвал его «Сань Лан», не в силах сдержать смутную радость, закравшуюся в сердце.

Хуа Чэн спрятал так и рвущуюся улыбку в ладони, которой до этого подпирал голову. Подобные внезапные откровения Его Высочества в тексте касательно его все время заставали его врасплох.

Но раздражение на его недалекого двойника все ещё царапающие грудную клетку изнутри не давало покоя и заставляло чувствовать злость смешанную с виной. Он обязан сделать все, чтобы не допустить подобного.

Но когда Хуа Чэн резко отбросил его руку, Се Лянь немедля опомнился: с какой стати он решил, что Хуа Чэн пришёл спасти его?

Мин И тяжело вздохнул покачав головой. Ну что за придурок? Очевидно, что Его Высочество не злиться, так к чему это показательное выступление? Он перевел взгляд на этих двоих сидящих почти напротив, впрочем картина не слишком отличалась. Оба были где-то в своих мыслях, и судя по выражениям лиц, не больно радостных.

Ведь принц совсем недавно спалил пожаром Дом Блаженства и сбежал из Призрачного города. Поэтому намного более вероятен другой вариант — Хуа Чэн столь пристально следил за его перемещениями, чтобы призвать к ответу и снискать плату за понесённые потери!

— Гэгэ не стоит думать о подобных пустяках, — отмахнулся Хуа Чэн, — тем более это была случайность.

— Саньлан «я» сжег твой дом, это не пустяк, — Се Лянь был в корне не согласен.

— В книге уже упоминалось, что я не считаю резиденцию домом, — чуть понизив голос ответил Хуа Чэн, — да и восстановить ее в случае чего не составит никакого труда.

— Это не отменяет всего того ущерба, что «я» тебе нанес, — скрестил руки на груди Се Лянь. — Поэтому я обещаю, что у нас такого не повториться.

— Хорошо, если гэгэ принципиально, то ты можешь затопить Дом Блаженств, — с бесоватой улыбкой ответил Хуа Чэн явно пытаясь перевести тему.

— Саньлан! — с легкой укоризной прошипел Се Лянь, — дело ведь не в том...

— Я в любом случае подумывал обновить отделку, — будто и не слушал Хуа Чэн, — так что гэгэ мне даже поможет.

Се Лянь только вздохнул с улыбкой, признавая свое поражение, он не исправим.

«Хотя бы щедрый,» — хмыкнул про себя Советник наблюдающий за всем этим. С невезучестью Се Ляня и его чудной способностью попадать во всевозможные неприятности это весьма важное качество для его ближайших знакомых.

Повелитель Земли действовал в качестве шпиона в мире демонов, и Хуа Чэн действительно схватил его, держал в плену и жестоко допрашивал. Но изначально в данном инциденте неправ был тот, кто отправился шпионить в чужие владения. А Се Лянь проник в Призрачный город, перевернул весь Дом Блаженства в поисках пропавшего, да ко всему прочему устроил поджог. Несмотря на то, что причиной пожара послужили действия Ши Цинсюаня, решившего призвать ветер и подбавить огня, всё же первый всполох пламени в оружейной зажёг Се Лянь. Остальные, возможно, даже не догадались бы до подобного. Как ни крути, а самая большая ответственность лежит на принце.

— Череда случайностей не более.

Хуа Чэн вёл его вперёд, а Се Лянь шёл следом и чем больше размышлял, тем сильнее мучился угрызениями совести, тем больший стыд ощущал.

Хуа Чэн практически по цепной реакции почувствовал себя не лучшим образом. Ну не мог он себя хорошо чувствовать, если знал, что заставил гэгэ так волноваться и не только..

Не выдержав, он произнёс:

— Сань Лан, прости.

Шаги Хуа Чэна неожиданно застыли.

— Почему ты просишь прощения?

Му Цин закатил глаза. Когда эти двое стали такими драматичными?

Се Лянь тоже остановился.

— Я отправился в Призрачный город для того, чтобы расследовать дело о пропавшем Повелителе Земли, и не сказал тебе всей правды. Ты принял меня с таким радушием, а я сжёг твой Дом Блаженства. Я чувствую себя ужасно виноватым за это.

Хуа Чэн бросил быстрый взгляд на Се Ляня, желая проверить его состояние. Судя по сведенным вместе бровям он вновь задумался, но в остальном все было... практически как обычно. Похоже ему все таки удалось убедить Его Высочество, что все в порядке. Это радовало.

Хуа Чэн молчал. Се Лянь и сам понимал, что его фраза «чувствую себя ужасно виноватым» не имеет никакого веса, и потому принцу стало ещё более совестно.

Он тихонько кашлянул и добавил:

— Думаю, меня скоро низвергнут с Небес, и как только это произойдёт, я непременно найду способ возместить все потери. Посмотрим, что можно будет сделать...

Ци Жун только раздраженно фыркнул на речи кузена. Слишком уж тот был правильным. Мог ведь смолчать и ему бы про этот должок вообще невспомнили! И платить бы не надо было. Даже не смотря на то, что эта псина Хуа Чэн похоже пока не собирается взимать с него плату из-за их с Се Лянем «особых» отношений.

Хуа Чэн прервал его:

— Почему ты должен возмещать мне потери? — Его тон звучал немного жёстко, словно он больше не желал слушать. Резко повернувшись к принцу, он спросил: — Ты забыл, что я поранил твою руку? Это я ранил тебя, а не ты меня. Так почему ты должен возмещать мне потери?

— Если считать таким образом, то вы, считай, что в расчете, — отметил Пэй Мин.

— Естественно нет. Поранить и сжечь что-то это совершенно разные вещи, — но Хуа Чэн был непреклонен.

Пэй Мин только пожал плечами, его дело предложить.

Се Ляню боль в правой руке совершенно не казалась нестерпимой, а сейчас он и вовсе почти позабыл о том, что был ранен.

Ши Цинсюань даже немного завидовал подобной способности, так легко забывать о собственной боли. Удобно должно быть.

Удивлённо замерев на миг, он всё-таки вспомнил о ране и переспросил:

— Ты о моей правой руке? Она в полном порядке, заживёт моментально. К тому же, ведь я сам подставился под удар, и потому так получилось. Я и не собирался тебя винить.

Хуа Чэн неотрывно смотрел на принца, его левый глаз сиял необычно ярко. А Се Лянь вдруг заметил, что он будто дрожит.

Му Цин скептически вскинул бровь и переглянулся с таким же удивленным Фэн Синем. Дрожит? Хуа Чэн? Его Высочество их Небесной Столицы точно выкрал именно Собиратель Цветов, а не какая-то другая тварь притворившаяся им?

Но спустя мгновение принц осознал, что дрожит вовсе не Хуа Чэн, а сабля Эмин на его поясе.

Хуа Чэн раздраженно цыкнул складывая руки на груди. Что за неугомонная сабля.

Серебристая сабля висела, прикреплённая к поясу на красных одеждах, и непрестанно дрожала. Глаз на рукояти, будто изображённый несколькими серебряными линиями, тоже дрожал. И если представить, что глаз принадлежал маленькому ребёнку, то в этот самый миг ребёнок наверняка заливался безудержным плачем.

На лице Се Ляня отразилось скорбное выражение. Ну вот. «Он» расстроил не только Саньлана, но и Эмина умудрился довести. И кто он после этого?

— И.. конец главы, — мимолетная улыбка появилась на лице Юйши Хуан, пока она передавал книгу внезапно активировавшимуся Пэй Мина. Она отпила из своего стакана немного воды, с интересом наблюдая за выражениями лиц остальных.

— Как все интересно, — заговорщицкая улыбка появилась на лице Пэй Мина, когда он получил книгу в руки.

Се Лянь тяжело вздохнул уже зная и морально готовясь к тому, что шуточки Пэй Мина вновь начнут сыпаться как из рога изобилия. Это нужно было просто принять и смириться с этим.

— Градоначальник Хуа похоже действительно дорожит Его Высочеством, раз даже его оружие расстроено, что поранило его, — Ши Цинсюань спрятал улыбку за веером. И как бы невзначай намекая двум слишком уж упертым Генералам.

— Кто бы мог подумать... — фыркнул Мин И.

— Это не отменяет того, что он Его Высочество серьезно ранили ему не стоит доверять, — ответил Фэн Синь.

— Хоть бы формулировку поменяли для разнообразия, — раздраженно кинул Хуа Чэн.

Се Лянь устало потер точку между бровей.

Создала тгк: https://t.me/tiancifyyy

Спасибо за прочтение!