Глава 85.
— Ты с самого начала была одной на миллион. Почему же сейчас ты используешь такую причину, чтобы сказать себе, что это невозможно?
Через неделю Сун Минмэй прооперировали.
План полностью соответствовал рекомендациям врача. Перед входом в операционную она готовилась к худшему, но получила лучший результат — в процессе операции биопсия подтвердила, что опухоль доброкачественная, и было проведено только локальное иссечение. Проснувшись, она просто не могла в это поверить. Конечно, в дальнейшем все еще будут риски, но она знала, что сможет их вынести.
Через несколько дней ее выписали из больницы, и за ней заехала Дин Чжитун.
Юйци с Юйлинем были временно отправлены к ее родителям, так что они были только вдвоем, когда добрались до дома, не считая домработницы.
Сун Минмэй сказала, что хочет принять ванну. Дин Чжитун подготовилась заранее: она достала стопку пластиковых чашек, купленных на Taobao*, и пошла на кухню за рулоном полиэтиленовой пленки.
Сун Минмэй нахмурилась:
— Это что еще такое?!
Дин Чжитун продемонстрировала ей:
— Нужно накрыть грудь чашей, а затем обернуть пищевой пленкой. Я слышала, что сказала медсестра в палате.
Сун Минмэй, глядя на нее, рассмеялась так, что аж слезы выступили на глазах.
— Ты эти чаши купила по своему размеру, что ли?
— А что не так? — не поняла Дин Чжитун.
Сун Минмэй сказала:
— Такие малютки!
— Катись! — выругалась Дин Чжитун: — Не вижу особой разницы.
Набрав воду, Сун Минмэй, уже сидя в ванне, подала голос из-за шторки:
— Тун-Тун, спасибо тебе.
В ванной было включено отопление, и водяной пар был плотным. Дин Чжитун сидела на крышке унитаза снаружи, шутя:
— Вот не нужно только со мной нежничать, особенно сейчас, когда мы обе голые, а то я могу не сдержаться.
— Я серьезно, — Сун Минмэй решила нежничать до конца: — Не знаю, что было бы со мной, не будь тебя рядом.
Не только в этот раз, но и много лет назад, когда она столкнулась с Бянь Цземином и хотела трусливо сбежать.
Дин Чжитун сказала:
— Будь сегодня я на твоем месте, ты бы определенно справилась лучше меня, потому что ты богаче.
— Как ты можешь все еще быть такой? — Сун Минмэй рассмеялась, одновременно моясь. Она вновь вспомнила ее знаменитую фразу: «Все в этом мире происходит из-за денег».
Дин Чжитун тоже улыбнулась, посмеявшись над собой:
— В этом вся я, разве нет?
— Знаешь, почему ты мне нравишься? — Сун Минмэй настаивала на серьезном с ней разговоре.
— Почему же? Не потому ли, что я такая красотка?
Сун Минмэй проигнорировала ее и просто сказала то, что хотела:
— Когда мне везло, я никогда не видела зависти в твоих глазах. Когда мне не везло, я никогда не видела в них злорадства. Не думай, что это так просто, я видела такие взгляды много раз, потому что мимику человека невозможно скрыть.
Дин Чжитун, прикинув что-то, спросила:
— Почему это звучит так, будто речь идет о какой-то глупой девчонке?
— В каком месте?! — снова взъелась Сун Минмэй: — Ты вообще различаешь хорошие слова от плохих?
— Забей, — Дин Чжитун не стала на этом зацикливаться, — в любом случае, это не первый раз, когда мне говорят такое.
— Кто еще так о тебе говорит? — поинтересовалась Сун Минмэй.
— Никто. Никто из других девушек, — честно ответила Дин Чжитун, — мой босс.
Цинь Чан сказал, что ей всегда можно доверять.
— Почему опять твой босс? — у Сун Минмэй уже чуть ли не уши сворачивались в трубочку от этого. Она ласково посоветовала: — Не думай только о работе, ладно? Мне кажется, господин Гань уже на стенку лезет от нервов.
Во время пребывания в больнице Дин Чжутун часто навещала подругу, а Гань Ян каждый раз сопровождал ее. При выписке из больницы они также воспользовались его минивэном, но когда машина подъехала к дому семьи Сун, Дин Чжутун отправила его восвояси.
— Каким образом разговор свернул не туда? — уклонилась от ответа Дин Чжитун.
— Мы закончили говорить обо мне, почему бы не перейти к тебе? — Сун Минмэй отодвинула душевую шторку и посмотрела на нее: — Неужели ты не понимаешь, что он имеет в виду?
Дин Чжитун, естественно, все понимала. Она ответила:
— Знаю! Он хочет жениться, причем как можно скорее.
— А ты? — спросила Сун Минмэй.
Дин Чжитун пожала плечами:
— Мне не впервой.
Сун Минмэй возразила:
— Но ведь на этот раз все по-другому!
— И в чем же разница? — сознательно спросила Дин Чжитун.
Сун Минмэй сделала паузу, прежде чем снова заговорить:
— Я знаю, что брак — это очень сложное испытание. И дело не в том, что любви недостаточно, но если ее нет, то и продержаться невозможно. Ты проходила через это, и я тоже, а еще есть множество людей, которым, возможно, придется продолжать тянуть с этим по финансовым причинам. Для таких людей, как мы, вместо того чтобы думать, что нам не повезло, лучше радоваться тому, что мы можем себе позволить хотя бы проиграть. Но ты... не бойся пробовать снова из-за прошлого, и тем более не бойся из-за того, что произошло между мной и Дэн Байтином...
— С чего ты взяла, что это из-за тебя? — возразила ей Дин Чжитун.
Но что бы она ни говорила, Сун Минмэй все равно, выступая как профессионал, привела ей quote:
— Ты в курсе? Американцы провели исследование, согласно которому доля измен практически одинакова между мужчинами с годовым доходом более 300 000 долларов и мужчинами с годовым доходом менее 50 000 долларов. Так что дело не в том, что люди портятся, когда у них есть деньги, просто некоторые хотят найти более достойное оправдание, чем пустота, незрелость и скверный характер, поэтому они говорят, что делают это, потому что они «богаты».
Дин Чжитун громко расхохоталась, покачав головой:
— Нет, я вовсе не имею в виду, что не хочу этого только из-за того, что господин Гань богат.
— Тогда в чем дело? — спросила Сун Минмэй.
Дин Чжитун задумалась на миг и привела свои мысли в порядок:
— Многие сравнивают слияния и поглощения с браком, но на самом деле это совершенно разные вещи. Слияния и поглощения сопровождаются оценками, прогнозами и анализом, а брак — это просто прыжок в неизвестность, и когда в конце концов приходится выходить из игры, это оказывается слишком, слишком сложной задачей.
Сун Минмэй рассмеялась, сказав:
— Ты что, считаешь, что вы двое еще не достаточно долго оценивали друг друга?
Дин Чжитун поперхнулась и откашлялась, прежде чем сказать:
— Это было очень давно. И многие, наоборот, посчитали бы, что это еще менее вероятно! Целых десять лет, конечно все изменилось, и мы уже не прежние дети.
Сун Минмэй рассмеялась еще сильнее и сказала:
— Не спрашивай меня, каков процент воссоединения разлученных пар через десять лет, сначала сама подумай, какую долю среди китайских студентов за границей составляют те, кто поступает в престижные университеты? Какая доля выпускников престижных университетов устраивается на работу в инвестиционные банки на Уолл-стрит? Какая доля из них за десять лет работы в инвестиционных банках добирается до твоей должности? На протяжении всего этого пути ты ни разу не останавливалась из-за того, что надежды были призрачны. Ты с самого начала была одной на миллион. Почему же сейчас ты используешь такую причину, чтобы сказать себе, что это невозможно?
Сдавшаяся под параллельными вопросами в идеальной композиции, Дин Чжитун тут же задернула шторку снова, наклонилась и закрыла лицо руками, желая не то плакать, не то смеяться.
Спустя долгое время Сун Минмэй заговорила вновь:
— Ты должна быть счастлива, понимаешь? Даже не думай жить со мной после выхода на пенсию. Не хочешь вновь вступать в отношения, а я еще хочу вообще-то!
— Верно, — Дин Чжитун и правда прослезилась, а после сказала насмешливо и с улыбкой: — Ты молода и красива, найдешь еще себе молодого красавчика.
— Прошу прощения, но я этого не вынесу, — сразу же отказалась Сун Минмэй: — Я всегда считала, что самое сексуальное в человеке — это его мозги, так что мне просто не по зубам молодые красавчики. Однако можно сказать, что я равняюсь на сильных и успешных.
Дин Чжитун вдруг снова отодвинула шторку для душа и взглянула на нее.
— Что такое? — спросила Сун Минмэй.
Дин Чжитун сказала:
— Я вдруг подумала кое о ком...
— Чего? — не понимала Сун Минмэй.
— Хочу тебя с ним познакомить.
— Не нужно. Сначала я хочу полностью поправиться.
Занавеска задернулась, и двое продолжили разговаривать.
Сун Минмэй сказала:
— Я снова повторюсь, но тебе просто нужно спросить себя, нравится ли он тебе по-прежнему. Если нет, то не соглашайся. Все мы совершали подобные ошибки.
Дин Чжитун ответила:
— Я просто не знаю! Мы встретились только в октябре, и с тех пор не прошло и двух месяцев.
— Тогда попробуйте сначала пожить вместе, — предложила Сун Минмэй.
— Но где взять на это время? — вздохнула Дин Чжитун: — После китайского Нового года я должна буду вернуться в Гонконг.
После принятия ванны Сун Минмэй отправилась отдыхать, а Дин Чжитун позвонила Гань Яну и попросила его заехать за ней.
За прошедшую неделю, работая и проводя большинство времени в больнице, Дин Чжитун тоже очень вымоталась. Сев в машину, она прислонилась к спинке сиденья, закрыла глаза и потерла лоб.
Гань Ян протянул руку и нажал на какую-то кнопку. Только тогда Дин Чжитун обнаружила, что здесь, как оказалось, также есть автоматический экран, который медленно поднялся, полностью отделив кабину водителя от пространства позади. К тому же задние стекла были заклеены более темной солнцезащитной пленкой — в салоне сразу стало темнее, а под ногами постепенно зажглись синие подсветки.
Она тихонько рассмеялась.
— Прямая, над чем смеешься? — не церемонясь, спросил он.
Дин Чжитун была ошарашена: этот человек снова назвал ее по прозвищу! Она не могла с этим смириться и в шутку высказала свои мысли:
— Да просто вот подумала, что интересы и увлечения богатых людей действительно совпадают!
— В каком смысле? — не понял Гань Ян.
— Цвет стекла довольно хорош, а еще эта атмосферная подсветка... — Дин Чжитун огляделась по сторонам и стала все поочередно оценивать.
— Иногда я сплю в машине, — объяснил Гань Ян. Вдруг почувствовав, что в словах была какая-то двусмысленность, он, опасаясь, что она его неправильно поймет, добавил: — Из-за бессонницы.
Дин Чжитун, однако, снова неожиданно рассмеялась, вспомнив о болезнях генерального директора, о которых упоминала Сун Минмэй. В сердцах она подумала: «И сколько у тебя таких недомоганий?»
Гань Ян не стал препираться и показал ей свой мобильный телефон. В его почтовом ящике было более 400 непрочитанных писем, более десятка рабочих групп в WeChat и DingTalk* и более 2 000 непрочитанных сообщений — всего за одно утро.
Дин Чжитун не сильно удивилась, увидев это, и показала ему свой мобильный, который своим содержимым не сильно отличался от его.
Никто не мог одержать верх, а еще лучше то, что это действительно слишком скучно!
Гань Ян беспомощно улыбнулся и сказал:
— Не знаю, как другие распоряжаются своим временем, но у меня правда нет на это сил.
— О, тогда забудь, а то я только что думала... — поддразнила его Дин Чжитун.
— Думала о чем? — спросил Гань Ян, наклонившись к ней.
— Ни о чем, я немного вздремну, разбуди меня, когда приедем. — Она оттолкнула его.
— Говори, раз начала! — Гань Ян схватил ее за плечи.
Тогда Дин Чжитун рассмеялась, посмотрела на него в этом маленьком темном пространстве и спросила:
— Я ведь еще не рассказывала тебе о Фэн Шэне, не так ли?
Гань Ян нахмурился и покачал головой.
Дин Чжитун сказала:
— Давай поговорим.
Примечания:
1* Taobao — крупнейший китайский маркетплейс, китайский аналог AliExpress или eBay
2* DingTalk — платформа для корпоративного общения и сотрудничества, разработанная Alibaba Group