Глава 59.
На фоне господина Дэна Сун Минмэй, обладающая чрезмерным эмоциональным интеллектом и методичностью во всем, казалась совсем другим человеком.
После этого Сун Минмэй время от времени заходила в сеть и искала имя Бянь Цземина на английском и китайском языках, чтобы узнать, не арестовали ли его.
С тех пор как в 2010 году компания «Инэн: Охрана окружающей среды» прекратила свою деятельность, господин Бянь никогда не испытывал недостатка в судебных исках, а его домашняя страница в LinkedIn представляла собой то еще зрелище — если раньше в разделе «опубликованные работы» были его интервью или статьи для журналов, то теперь там все было заполонено различными судебными процессами с его участием. Кто судился с ним, а на кого-то подавал в суд он. Однако, он всегда был на свободе и не был арестован.
Только в 2015 году судьба, наконец, оправдала ожидания Сун Минмэй. Бянь Цземин засветился в новостях: прокуроры, давно следившие за подставными компаниями, которыми он управлял, собрали достаточно доказательств, чтобы предъявить ему уголовные обвинения в мошенничестве и инсайдерской торговле. Господин Бянь был арестован в своем особняке в центре Манхэттена, и Комиссия по ценным бумагам и биржам США также подала гражданский иск против него, его семьи, партнеров по компании и двух его адвокатов. Что еще более удивительно так это то, что другая девушка-стажер подала на него в суд за сексуальные домогательства и заявила, что он сфотографировал ее обнаженной и грозил отправить снимки ее семье.
Сун Минмэй была ошеломлена тем, что прошло уже несколько лет, а этот мужик все еще продолжал заниматься подобными вещами!
Как говорится, удача не приходит одна, а несчастье не ходит по поодиночке. В том же году отец Гуань Вэньюань был задержан для проведения расследования по подозрению в серьезных дисциплинарных нарушениях, а примерно через двадцать дней и вовсе был снят со всех должностей, став одним из многих чиновников, павших в том году.
Еще через год расследование и судебный процесс с китайской стороны закончились, и отец Гуань Вэньюань был окончательно приговорен к восемнадцати годам лишения свободы и штрафу в размере более десяти миллионов за преступление, связанное с получением взятки.
Что касается Бянь Цземина в Штатах, то Дин Чжитун и Сун Минмэй изначально полагали, что на этот раз ему не выбраться сухим из воды, однако результат оказался совершенно не таким, каким они ожидали.
Двое адвокатов защиты господина Бяня проявили мужество, и суд постановил, что доказательств для обвинения его в мошенничестве и инсайдерской торговле недостаточно, оставив ему только обвинение в сексуальных домогательствах, в рамках которого присяжные решили позволить ему выплатить стажеру два миллиона долларов.
Это был неожиданно легкий приговор по сравнению с первоначальными обвинениями, но господин Бянь не был удовлетворен таким результатом, поэтому он подал в суд как на стажера, так и на Комиссию по ценным бумагам и биржам США за клевету и злонамеренное судебное преследование.
И выиграл оба дела.
Адвокат, который боролся за его интересы, до сих пор размещает это дело на сайте своей фирмы под заголовком: «Благодаря блестящей судебной стратегии с китайского бизнесмена были сняты многочисленные обвинения».
Между тем Гуань Вэньюань продолжала публиковать различные фотографии в Facebook*, Twitter и Instagram*. На этих фотографиях она по-прежнему жила в двух роскошных домах на Манхэттене и в Ист-Хэмптоне, ездила на спортивном автомобиле и вела спокойную жизнь с господином Бянем.
Однажды Дин Чжитун отправилась в Штаты в командировку и столкнулась с ней в аэропорту.
Гуань Вэньюань увидела посадочный талон в ее руке и удивленно спросила:
— Неужели вы теперь летаете только экономом на межконтинентальных рейсах? Почему бы тебе не доплатить разницу и не повысить свой класс?
Это действительно была практика, появившаяся после финансового кризиса, и Дин Чжитун хотелось сказать правду: «Из-за бедности!», однако, почувствовав, что в этом нет необходимости, она лишь улыбнулась и промолчала.
А потом она пожаловалась Сун Минмэй. Сун Минмэй вздохнула с облегчением лишь для того, чтобы вновь проклясть: «Гребаная, мать ее, Америка со своей свободой!»
Переодевшись в халаты, они вошли в двухместный номер, окруженный благоуханием.
Даже лежа на массажной кровати, Сун Минмэй не забывала об Wilson-е и говорила:
— Я серьезно, подумай об этом. Думаю, что с этим парнем все нормально.
— Давай не будем, — неопределенно отказалась Дин Чжитун, — ты ведь сама в курсе, что я уже давно подумываю о том, чтобы остаться одной.
— Сколько тебе, по-твоему? Как ты вообще до такого додумалась! — рассмеялась Сун Минмэй.
— Я правда все тщательно обдумала и даже подсчитала уже деньги, — Дин Чжитун quote данные: — Если выйти на пенсию в 60 и дожить до 80, живя в Китае, то для обеспечения достойной жизни на пенсии в течение двадцати лет понадобится не менее четырех миллионов. Именно такую цифру рассчитал актуарий.
— Не так уж и много, — поддразнила ее Сун Минмэй, — всего-то твоя годовая премия.
— Угу, так что полагаю, что этот план вполне осуществим, — Дин Чжитун действительно добилась этого, и хотя доход не был гарантирован, ей не было нужды скромничать перед богатой женщиной.
Но она не ожидала услышать следующее предложение:
— Однако, ты можешь и не умереть в 80.
— Ты невыносима! — оскорбилась Дин Чжитун.
— Эй! — стала взвывать к справедливости Сун Минмэй: — Я хвалю тебя за твое крепкое здоровье!
И то правда. Дин Чжитун с улыбкой согласилась с ней, а затем продолжила:
— В любом случае, думаю, что все должно быть в порядке. Дом уже куплен. Если в будущем я не смогу о себе позаботиться, то смогу жить в доме престарелых и сдавать его в аренду, чтобы обеспечить себе пенсию.
— А что, если сиделки в доме престарелых будут издеваться над тобой? Кто за тебя заступится? — Сун Минмэй все усложнила.
— Мой крестник! — рассмеялась Дин Чжитун и сказала это как само собой разумеющееся.
— Все с тобой понятно! — с глубоким пониманием ответила Сун Минмэй: — Неудивительно, что ты так хорошо относишься к Юйлиню.
— Кстати, — Дин Чжитун воспользовалась этой возможностью, чтобы обратиться с просьбой: — Я сегодня вечером уже улетаю в Гонконг, поэтому может, возьмем с собой Юйци и Юйлиня погулять немного после обеда?
Увы, их мать не дала своего согласия, сказав:
— У Юйци танцы, а Юйлинь еще не доделал свою домашку.
Дин Чжитун стала с ней договариваться:
— Меня не волнует какая-то там домашка, я — клевая тетя, так что просто отвечаю за то, чтобы отвести их повеселиться, и это редкий случай.
— Не нужно, — по-прежнему стояла на своем Сун Минмэй, а потом просто стала жаловаться ей: — Юйлинь правда не очень хорош, Юйци не испытывала таких трудностей, когда была маленькой.
— Разве они оба не учатся в международной школе? — поинтересовалась Дин Чжитун. Она знала, что в августе этого года Дэн Юйлиню исполнилось шесть и он пошел в первый класс. После начала занятий прошел всего месяц, поэтому вполне понятно, что мальчик младшего возраста пока не может догнать остальных.
— Думаешь, там все так же, как было в нашем детстве? — стала рассказывать ей Сун Минмэй: — В их школе двойное обучение — на китайском и английском, для вступительного экзамена требуется небольшое сочинение по английскому языку, а еще они должны знать не менее 2 000 китайских иероглифов, а во втором классе они должны выучить алгоритм karasuba*.
— Разделяй и властвуй? — Дин Чжитун была в шоке: — Помню, что такой вопрос был только на Олимпиаде, когда я училась в третьем классе средней школы!
— Даже не напоминай о том, что было почти тридцать лет назад, — оскорбила ее Сун Минмэй.
— В смысле, почти тридцать лет?! — разволновалась Дин Чжитун.
Сун Минмэй рассмеялась, сказав:
— В любом случае, невелика разница.
— Уф, не волнуйся ты так, — успокоила ее Дин Чжитун, — с твоими генами и генами господина Дэна ни один из этих двух детей не может быть плохим.
Сун Минмэй так не считала. Она сказала:
— Не будь такого высокого мнения о Дэн Байтине. Юйлинь весь пошел в него: такой же упрямый, нервный и пасующий перед трудностями. К тому же, он толком еще не начал учиться, а уже страдает близорукостью, и у него немного неправильный прикус, и, каждый вечер надевая ОК-линзы* и MRC*, он ревет так, как будто его отправляют на войну.
— И что не так с тем, что он «весь пошел в него»? Господин Дэн — успешный человек, — напомнила ей Дин Чжитун.
— Как раз в успехе и заключается проблема, — съязвила Сун Минмэй, — таких людей в детстве слишком жестко контролировали их семьи, у них особо и детства-то не было, поэтому они всю жизнь стараются компенсировать это. Если им повезет в дальнейшем, то эта недалекость может быть вылечена. Однако вместо этого мы имеем самодовольного юнца, который очень горд тем, что рано приобрел богатство и свободу. И вот он, не говоря уже о воспитании детей, даже не умеет завязывать шнурки и отличать левое от правого, и все равно считает себя милым!
Дин Чжитун громко рассмеялась, услышав это, и сказала:
— Почему ты вечно давишь на господина Дэна? Муж он тебе или кто?
Сун Минмэй лишь безразлично сказала:
— Какая разница, давлю я на него или нет? В любом случае, есть те, кто его поддержит с распростертыми объятиями...
Дин Чжитун показалось это немного странным, ведь Сун Минмэй с самого начала наставляла ее касательно отношений с мужчинами, говорила, что «метод позитивного воспитания», который работает с детьми, применим и к бойфрендам: «Не ной, если твой партнер сделал что-то не так, однако если он все делает правильно, то заслуживает большой похвалы, своди его куда-нибудь и хвали снова и снова, при любой удобной возможности. Потому что такова человеческая натура: всем нравится слышать лесть, и только так партнер будет делать все больше и больше того, что нравится тебе. Говоря простым и грубым языком: наставлять партнера — все равно что приручать собаку».
Однако на фоне господина Дэна Сун Минмэй, обладающая чрезмерным эмоциональным интеллектом и методичностью во всем, казалась совсем другим человеком.
Поскольку рядом находился косметолог, Дин Чжитун не стала задавать лишних вопросов, а просто принялась утешать ее:
— Неправильный прикус, близорукость — ну и что в этом такого? Это действительно не поддается коррекции, и эту проблему можно решить с помощью одной операции, когда он подрастет.
— Может ли пластическая хирургия сравниться с естественной красотой? Тебе не кажется, что женщины-знаменитости, появившиеся в последние годы, уже не так красивы, как раньше? — Сун Минмэй не хотела больше говорить о Дэн Байтине, поэтому сменила тему. Больше всего она не одобряла тех, кто злоупотреблял пластическими операциями, считая, что тратить десятки тысяч юаней — это попытка догнать других по врожденным преимуществам. Как так можно?
— У тебя явно стереотипное мышление, — упрекнула ее Дин Чжитун: — Ты когда-нибудь рассматривала другие варианты?
— Какие? — спросила Сун Минмэй.
— К примеру, что мы слишком стары и наше видение тоже устарело? Ты слышала о правиле 35-ти лет? После того как человек достигает тридцати пяти, ему кажется, что все новое, что появляется в мире, — зло.
— Каких еще тридцати пяти?! — запротестовала Сун Минмэй.
— В любом случае, невелика разница, — вернула ей ее же слова Дин Чжитун.
Услышав это, Сун Минмэй захотелось ей врезать.
Дин Чжитун, тем не менее, продолжала:
— Как и мой отец, в его глазах нет никого прекраснее Чэнь Яньхуа.
— Кого? — то была шанхайская телеведущая восьмидесятых годов, и Сун Минмэй, которая не была коренной жительницей и приехала в Шанхай только во время учебы в университете, конечно же, никогда не слышала о ней.
Дин Чжитун развел руками:
— Вот видишь, разрыв поколений.
Они продолжали разговаривать и смеяться, пока не закончили spa-процедуры и не покинули Waldorf Astoria. Сун Минмэй все же поддалась уговорам Дин Чжитун, так что они заехали к ней, чтобы забрать детей, а затем вместе отправились на обед.
— Почему бы не позвать и господина Дэна? — предложила Дин Чжитун. Было воскресенье, и каникулы по случаю Дня образования государства еще не закончились.
Сун Минмэй, однако, покачала головой и сказала:
— Не получится, Дэн Байтина нет дома, он отправился в Ханчжоу на конференцию по венчурному капиталу.
Около четырех лет назад срок запрета на продажу акций господина Дэна истек, так что он решительно подал в отставку и обналичил средства.
После этого пара создала инкубатор технологических стартапов, в котором Сун Минмэй отвечала за бизнес-модель, а Дэн Байтин — за технологии. Они вложили деньги в несколько проектов и получили неплохую прибыль.
Кроме того, у Сун Минмэй было еще одно хобби — покупать дома повсюду, включая Шанхай, Ханчжоу, Санья, Лондон и Сан-Хосе, а затем заниматься их отделкой после покупки.
Поначалу Дин Чжитун это показалось странным, ведь Юйци и Юйлинь учились в международной школе в юго-западном пригороде, и, чтобы детям было удобно ходить в школу, все четверо членов семьи Дэн жили неподалеку. Сама Сун Минмэй говорила, что иметь детей значит быть несвободной, поэтому она не может ездить в другие места чаще, чем несколько раз в год.
Дин Чжитун спросила ее тогда:
— Имея столько домов, сможете ли вы пожить во всех?
Сун Минмэй поправила ее:
— Это не дома, а финансовые продукты.
— Тогда зачем нужно было прикладывать столько усилий на их отделку? — все еще не могла понять ее Дин Чжитун.
— Отделка ведь повышает цену! — стала наставлять ее Сун Минмэй, рассказав, что ценники тут же удвоились, когда таунхаус, купленный в Лондоне, был отремонтирован, и в нем были добавлены два нижних яруса, а duplex*, купленный в Сан-Хосе, был расчищен насквозь сверху донизу. Это то же самое, что упаковать приобретение, а затем выйти из компании.
Дин Чжитун была глубоко впечатлена, а потом поняла, что, похоже, никогда не применяла свою деловую хватку в жизни.
У нее была лишь небольшая квартира, которую она приобрела после приезда в Гонконг, когда у нее часто стали возникать проблемы со здоровьем, и она почувствовала, что должна строить какие-то планы на будущее. Так получилось, что Цинь Чан выдал ей премию, поэтому у нее было достаточно денег, и она даже не стала брать ипотечный кредит.
На тот момент она уже несколько лет как покинула Шанхай. Воспользовавшись деловой поездкой, однажды она вернулась туда, но у нее не было времени внимательно изучать дома, и единственный район, который был ей знаком, находился рядом с домом ее бабушки. Сун Минмэй порекомендовала ей несколько объектов недвижимости, но она обратила внимание только на район, мимо которого всегда проходила по дороге в школу и который назывался «Восточный Манхэттен».
В итоге она купила квартиру с двумя спальнями и двумя гостиными площадью 85 квадратных метров, расположенную на 36-м этаже высотного здания. Здание, построенное десять лет назад, выглядело немного устаревшим, а тип планировки был действительно не очень и подходил лишь для тех, кто не слишком заботился о направлении сторон света и солнечном свете и каждый день возвращался домой только для того, чтобы переночевать. Но она чувствовала, что практически приняла решение, и только когда подписала договор в центре оформления торговых сделок, вспомнила, что упоминала об этом месте Гань Яну.
Ресторан, в котором они обедали, находился в большом торговом центре, недалеко от дома Сун Минмэй.
После еды Сун Минмэй отправилась проводить Юйци на танцы, а Дин Чжитун осталась развлекать Юйлиня.
У шестилетнего мальчишки уже был свой план: он, как обычно, подвел ее к передней части 4D-гоночного автомобиля в зале игровых автоматов и сказал, что хочет на нем покататься.
Они много раз бывали в этом торговом центре.
Раньше ноги Юйлиня были такими короткими, что он вечно не мог дотянуться до педалей под гоночным автомобилем. Дин Чжитун приходилось держать его и помогать нажимать на педаль газа, пока он управлял машиной. Хотя мальчик был невысокого роста, его руки были устойчивыми, так что Дин Чжитун оставалось только нажимать на педали. Работая таким образом вместе, они всегда выигрывали.
Однако в этот день, когда он снова сел за руль, оказалось, что его ножки уже дотягивают до педалей. Юйлинь был вне себя от радости, и Дин Чжитун тоже показалось это удивительным: то, как скорость течения времени всегда так ясно ощущалась именно на маленьких детях.
Она велела Юйлиню посидеть там и поиграть, глянув на расположенный неподалеку комплексный тренировочный зал Cross-fit.
Два года назад в Шанхае было очень мало CF box, и здесь был один лишь этот. Когда Дин Чжитун была в командировке, и у нее появлялось свободное время, она могла записаться здесь на drop-in class*. Если после тренировки позволяло время, она могла назначить встречу Сун Минмэй, чтобы та прихватила с собой Юйци и Юйлиня.
В то время Сун Минмэй подозревала, что она помешалась на фитнесе и даже не позволяла себе расслабиться, когда была в командировке.
Дин Чжитун тоже с трудом могла объяснить свою одержимость и могла лишь сказать в свое оправдание, что, поскольку Cross-fit предполагает групповые занятия, он идеально подходит для таких одиночек, как она; если б она ходила в обычный спортзал, она была бы одна, тупо тренируясь против груды железа.
— Хотя ты сейчас и одинока, однако не испытываешь тревог. По сравнению с тревогой, одиночество на самом деле легко поддается решению, — посмотрела на нее и прокомментировала тогда Сун Минмэй.
Женщины, серьезно занимающиеся Cross-fit, обычно не вписываются в общепринятую эстетику, однако Дин Чжитун этот вид фитнеса очень подходил. У нее изначально было худощавое тело, и раньше оно было чрезмерно худым, однако сейчас оно выглядело прекрасно, словно стрела.
— Кто сказал, что у меня нет тревог? — Дин Чжитун знала, что это просто очередная попытка уговорить ее завести отношения хоть с кем-нибудь уже, поэтому просто начала жаловаться: — На этот год у меня намечены доходы на десятки миллионов долларов, и я пока не знаю, как их реализовать. Я нахожусь в командировках по двадцать дней в месяц, и даже если я уже превратилась в пепел, мне приходится ползти домой и закрывать дверь, прежде чем позволить себе заплакать.
Сун Минмэй рассмеялась и риторически спросила:
— Как считаешь, могу ли я позволить себе поплакать, вернувшись домой? Слишком много думаешь.
Это была всего лишь шутка, однако Дин Чжитун опешила и хотела спросить ее: «У тебя что-то стряслось?»
Ее собеседница уже подхватила разговор дальше и добавила:
— Правило, которое я установила для Юйци и Юйлиня, гласит, что нельзя плакать, когда лезут молочные зубы. Мне ведь нужно подавать им пример, верно?
Слушая ее, Дин Чжитун вдруг подумала, что одиночество — это совсем не плохо, ведь если бы она решила проблему своего одиночества, то у нее даже не было бы возможности поплакать.
На дальнейшие вопросы Сун Минмэй уже сменила тему, сказав, что есть и другая возможность, а именно — влюбиться в кого-то из команды.
Дин Чжитун оспорила это:
— Все, кто занимается в гонконгском CF Box, — иностранцы.
— А что плохого в иностранцах?
— Ничего. Когда я вижу мужчину сейчас, лишь думаю о том, что он, вероятно, не так хорошо физически подготовлен, как я.
— Всегда найдется кто-то с лучшей физической подготовкой, чем у тебя, разве нет?
— Тогда я, пожалуй, просто попрошу у него совета, как мне тренироваться так же, — рассмеялась Дин Чжитун.
Раньше ее всегда тянуло к человеку, который спасал ее, когда она была слаба, но теперь она становилась все менее уязвимой. Ее вес наконец-то подтянулся к 50 кг, она стала устойчивее на ногах, у нее отлично был развит опорно-двигательный аппарат, она могла поднять свой собственный вес в рывке, она не помнила, когда в последний раз простужалась, и даже почти забыла, что такое дисменорея.
Она вспомнила, что ее психолог однажды проанализировал, что ее модель влюбленности заключается в том, что она терпит кораблекрушение в своей уязвимости и никогда не может отказать тому, кто приходит ей на помощь.
Но теперь, когда она больше не была уязвима, не нуждалась в том, чтобы кто-то спасал ее, у нее не было ни малейшего шанса влюбиться. И она не знала, хорошо это или плохо.
В этот миг все ее мысли вернулись к предыдущему дню.
И именно в этот миг Дин Чжитун вынуждена была признать, что то, что она хотела сказать Сун Минмэй в этот раз, не имело ничего общего с Wilson-ом.
Примечания:
1* Facebook и Instagram — принадлежат Meta, признанной в России экстремистской организацией, ее деятельность в стране запрещена
2* Алгоритм Карацубы — метод быстрого умножения, позволяющий перемножать два n-значных числа с битовой вычислительной сложностью
3* ОК-линзы — ортокератологический метод коррекции зрения во время сна, который помогает в борьбе с близорукостью и астигматизмом
4* MRC — трейнеры для зубов для коррекции аномалий прикуса
5* duplex — дуплекс (с англ.); вид недвижимости, который относится к категории домов и очень похож на таунхаус, но отличается тем, что приспособлен на проживание не более двух семей
6* drop-in class — программа для желающих, забежать без приглашения (с англ.)