Глава 19.
Цяо Сусин медленно открыл глаза. Потолок двоился и слегка вращался. Он снова зажмурился, пытаясь прийти в себя.
Это была одна из временных комнат отдыха съемочной группы. Обстановка простая, но довольно чистая: старый диван, на котором он лежал, и журнальный столик, заваленный разным хламом. Цяо Сусин скользнул взглядом по столу — сценарий и телефон были на месте. Видимо, Сяо Цин принесла их вместе с ним.
— О, ты проснулся!
Сяо Цин впорхнула в комнату с двумя пакетами в руках. Она быстро подошла и выложила вещи на стол:
— Как ты? Всё еще плохо? Давай я позову врача.
— Пойдет, только голова кружится.
Пока она наговаривала голосовое сообщение врачу, Цяо Сусин, опираясь на локоть, попытался сесть. И тут он заметил, что одежда на нем сменилась. Вещи были явно на пару размеров больше — не его. Он уставился на черную тонкую футболку: она казалась смутно знакомой.
— Одолжили у учителя Лу, только у его ассистента была сменка с собой. Твои вещи совсем пропотели, — Сяо Цин кивнула в сторону балкона, — вон там сушатся.
Цяо Сусин присмотрелся. Похоже на ту футболку, в которой был Лу Юйчжо в машине во время их первой встречи. Он уже хотел облегченно выдохнуть, но внезапно спохватился:
— А кто... кто меня переодевал?
— Дежурный врач, конечно, — ответила Сяо Цин. — Когда ты отключился, прибежали с носилками. Я хотела отвезти тебя в отель, но врач сказал, что нужно срочно сбить температуру, поэтому принесли сюда. Переодеть тоже они велели.
Цяо Сусин осторожно спросил:
— А остальные?
— Все разошлись. Режиссер Фан дал всем полдня отдыха. Не переживай, он сказал, что сцену в тронном зале можно доснять по частям. Завтра тоже можешь отдыхать, сначала снимут одиночные планы учителя Лу.
На мгновение Цяо Сусину стало неловко. В ту секунду он переживал вовсе не из-за графика. Хотя... какая разница. Глупости всё это. Даже если бы не было врача, рядом были помощники режиссера, реквизиторы, администраторы... В крайнем случае — Сяо Цин. С чего бы такой «великой шишке», как Лу Юйчжо, возиться с ним.
Да даже если бы и возился — они оба мужчины, подумаешь. Ему случалось сниматься в сценах с обнаженным торсом, мериться мускулами с другими актерами. О чем тут вообще беспокоиться?
Сяо Цин ничего не заметила. Она деловито расставляла на столе лекарства, термометр, влажные салфетки и контейнеры с едой.
— Сначала поешь каши. Нельзя пить таблетки на пустой желудок.
Аппетита не было. Цяо Сусин попытался было сразу схватиться за лекарство, но Сяо Цин стояла на своем, заставляя его съесть еще хоть ложку. В разгар их спора дверь открылась. Вошел врач, а за ним режиссер Фан со свитой. Среди них был и Лу Юйчжо.
— Кажется, идем на поправку? — врач приложил бесконтактный термометр к телу Цяо Сусина в нескольких местах. — Температура спала. Как ощущения? Головокружение, тошнота, слабость есть?
Цяо Сусин честно ответил:
— Голова еще немного кружится, остальное прошло.
Врач кивнул:
— Обычная гипогликемия на фоне теплового удара. Ты когда последний раз нормально ел?
Цяо Сусин хотел было что-то присочинить, но Сяо Цин его опередила:
— Да он вообще не ест! В обед съедает треть порции, вечером — вообще ничего, а если и ест, то только вареные овощи по чуть-чуть.
Едва она договорила, брови Лу Юйчжо поползли вверх. Врач окинул взглядом плоский живот Цяо Сусина:
— Добавь белка. Если еще похудеешь, мышцы сгорят. Недоедание бьет по иммунитету, так и до серьезной болезни недалеко.
Цяо Сусин послушно закивал:
— Хорошо.
Врачу нужно было идти. Он еще раз перечислил лекарства, проинструктировал Сяо Цин и вышел. Стоило двери закрыться, как режиссер Фан напустил на себя строгий вид:
— Я не просил тебя худеть. Не смей больше голодать.
— В исторических костюмах требования к фигуре жесткие, — возразил Цяо Сусин. — Если я раздобрею, зрители скажут, что я порчу кадр.
Фан-дао аж вскипел:
— Кто скажет? Что за глупости? Я сам вижу в монитор, как вы выглядите. Сказал — не портишь, значит, не выдумывай себе проблем.
Цяо Сусин промолчал. Он всегда был строг к своей внешности. Контроль желаний в еде стал почти инстинктивным; одно время он даже балансировал на грани анорексии. До своего «перемещения» он посещал психолога, который, узнав его, диагностировал лишь «склонность к тревожности». Но в нашем ритме жизни кто не тревожится? На фоне бешеной работы такие «безобидные» привычки казались мелочью.
Лу Юйчжо, глядя на понурую голову Цяо Сусина, решил, что тот раскаивается. Лицо парня было совершенно бледным, почти прозрачным, как у фарфоровой куклы. Волосы слегка спутаны. Он сидел на диване, поджав губы, и безропотно сносил выговор.
— Даже если ты сейчас немного поправишься, никто не посмеет сказать, что ты некрасив, — раздался спокойный голос Лу Юйчжо из-за спины режиссера. Он стоял, скрестив руки на груди.
— Правда? — Цяо Сусин поднял голову. Его персиковые глаза смотрели влажно, словно подернутые туманом.
Пальцы Лу Юйчжо непроизвольно дернулись. Он впервые смотрел на Цяо Сусина под таким углом — сверху вниз. Лицо парня казалось таким маленьким, что его можно было накрыть одной ладонью. Из-за болезни губы тоже были бледными. Лу Юйчжо невольно подумал: если растереть их пальцами, вернется ли к ним их здоровая, сочная алость?
Не говоря уже о том, что парень сидел в его футболке. Вырез был великоват, открывая край ключицы и четкие линии плеч. На фоне черной ткани кожа казалась ослепительно белой. Ладонь как раз легла бы на это открытое плечо...
Лу Юйчжо отвел взгляд.
Лу Юйчжо замедлил дыхание.
Лу Юйчжо заподозрил, что ему самому пора к врачу.
Иначе почему от одного взгляда на Цяо Сусина в голове рождается столько всякой чепухи?
Цяо Сусин в таком состоянии выглядел настолько беззащитным, что у режиссера Фана язык не повернулся сказать больше ни одного резкого слова. Утешение застряло в горле, и он лишь выдавил:
— Не бери в голову. Твоя игра в этих сценах была великолепной.
Цяо Сусин медленно поднял голову и улыбнулся. Из-за слабости улыбка вышла мягкой и вялой. Лу Юйчжо некстати вспомнил длинношерстного золотистого кота у друга — тот, когда болел, точно так же лежал на ковре и преданно смотрел на людей, тихонько мяукая.
Осознав свои мысли, Лу Юйчжо окончательно посуровел. Ему точно стоило попросить врача проверить его голову.
— Ах да, — режиссер Фан вдруг что-то вспомнил и глянул на Лу Юйчжо. — Есть еще кое-что. Сегодня администраторы заметили снаружи «стан-цзе» *(фанаток-фотографов). Все слитые фото и видео заставили удалить. Я велел помощнику разослать всем предупреждение. Сейчас лето, туристов полно, на площадке куча народу. Охрана не всегда может уследить. Будьте бдительны. Если заметите подозрительных людей — сразу сообщайте!
*(Стан-цзе - фанатки, которые ведут «станции» (паблики) актера. Они часто преследуют звезд на съемках, чтобы сделать эксклюзивные кадры («лу-тоу» — сливы из-за кулис))
Он говорил серьезно, и все присутствующие согласно кивнули.
— Понял, — отозвался Цяо Сусин.
Фан-дао подытожил:
— Ладно, возвращайся отдыхать. Завтра снимаем крупные планы Юйчжо.
Цяо Сусин кивнул, а затем его взгляд переместился чуть дальше:
— Учитель Лу...
Лу Юйчжо уже собирался уходить, но, услышав это, на мгновение замер.
— Спасибо, что одолжил одежду, — сказал Цяо Сусин. — Я отдам её в химчистку и верну тебе.
Лу Юйчжо засунул руки в карманы и слегка повернулся. Выглядел он при этом крайне холодным и отстранённым:
— Как хочешь.
Как только он отвернулся, Цяо Сусин за его спиной беззвучно скривил губы.
Он согнул пальцы и слегка коснулся края ткани. Футболка была очень мягкой — совсем не такой, как та грудь, на которую он наткнулся перед тем, как потерять сознание. Та была твердой, как камень.
«Совсем неприятно на ощупь», — подумал он.
......
Цяо Сусин провалялся в отеле больше половины дня.
Мало того что у него упал сахар, так еще и накопился жуткий недосып. Вернувшись из комнаты отдыха, он проспал до полудня следующего дня и проснулся только тогда, когда почувствовал сквозь сон вибрацию телефона.
Звонил Юй Чэнь:
— Я слышал, у вас кто-то грохнулся в обморок прямо на площадке?! Это правда?
Цяо Сусин, не открывая глаз, машинально ответил:
— Правда.
Юй Чэнь разволновался:
— О-о-о, и что там за сплетни?!
Тут Цяо Сусин немного протрезвел:
— Да просто тепловой удар.
Юй Чэнь явно разочаровался:
— А-а... я-то думал.
Цяо Сусин:
— И что ты думал?
Юй Чэнь:
— В сети пишут, что Лу Юйчжо зазвездился, изводил человека придирками и довел до того, что тот копыта откинул от усталости.
Цяо Сусин не выдержал и рассмеялся:
— Где ты это выкопал?
Юй Чэнь почесал затылок:
— Ну, в интернете... один инсайдер нашептал.
«Очередные вбросы маркетологов ради охватов», — подумал Цяо Сусин. У Лу Юйчжо и так репутация не сахар — слухов о том, что он «тиран на площадке», полно, одним больше, одним меньше.
Цяо Сусин вздохнул:
— Это не так. Меньше верь этим пустым сплетням.
Юй Чэнь:
— Я тоже так подумал! Тот первый инсайдер уже удалил пост, но хейтеры вовсю шерудят скриншотами. Чистой воды провокация!
Повозмущавшись для приличия, он наконец спросил:
— Так что с тем беднягой? В больницу отвезли?
Цяо Сусин:
— Все нормально, он уже в порядке.
Юй Чэнь:
— Так быстро оклемался?
Цяо Сусин лениво откинулся на подушки: — Ага, у него даже нашлись силы с тобой по телефону болтать.
На том конце провода воцарилась тишина секунды на пять. Цяо Сусин, предчувствуя бурю, отвел трубку подальше от уха, и не зря.
— ТВОЮ Ж!!! Почему ты сразу не сказал?!
Юй Чэнь заверещал, засыпая его вопросами: как это случилось, насколько всё серьезно и как он сейчас. Цяо Сусин терпеливо ответил на всё.
Помолчав немного, Юй Чэнь вдруг выдал:
— Слушай, у меня как раз каникулы начались. Как насчет того, чтобы я приехал тебя навестить?
Цяо Сусин:
— Тебе удобно по времени?
Юй Чэнь:
— Конечно! Я же говорю — каникулы! Жди.
Спустя три минуты молчания он добавил: — Билеты куплены. На завтра.
«Какая пугающая скорость действий», — подумал Цяо Сусин, но вслух сказал:
— Приезжай. Как раз Лу Юйчжо здесь, съемки только начались, его сейчас легко поймать.
Юй Чэнь радостно завопил.
Он оказался человеком дела: на следующий день после обеда самолет приземлился, и первым делом Юй Чэнь потребовал геолокацию и помчался прямиком на съемочную площадку.
Они не виделись больше месяца.
У Цяо Сусина сегодня была всего одна сцена, он закончил еще утром, так что после обеда выкроил время встретить друга. Юй Чэнь притащил с собой огромный чемодан. Цяо Сусин сначала подумал, что это наряды «молодого господина», но когда в отеле тот открыл крышку, внутри оказались горы сухого молока, орехов, вяленого мяса, выпечки и каких-то добавок в импортных упаковках, которые не купишь в обычном магазине. Он выкладывал это всё, заваливая стол Цяо Сусина.
*(мне очень нравится этот маленький друг ^_^)
— Ты сказал, что тебе не хватает питания? Так дело не пойдет! — ворчал Юй Чэнь. — Я выбрал всё с низким содержанием сахара, а молоко — обезжиренное. Ешь спокойно.
Сяо Цин стояла рядом с открытым ртом: — Так много...
Цяо Сусин попытался отказаться:
— Я это всё не съем.
Юй Чэнь указал на ассистентку:
— У тебя же есть помощница, раздай остальным, не стесняйся со мной.
Сяо Цин, которой поначалу не очень понравился шумный стиль Юй Чэня, при виде горы вкусностей мгновенно сменила гнев на милость и даже участливо спросила:
— И на сколько ты планируешь остаться?
Юй Чэнь:
— Да на сколько угодно, лишь бы вашей работе не мешать.
Цяо Сусин:
— Всё в порядке, у меня в эти дни немного сцен. — Он вытащил расписание. — Посмотрим... О, сегодня вечером как раз сцена у Лу Юйчжо. Пойдем?
Сказано — сделано. В 8 вечера на площадке кипела жизнь. Цяо Сусин раздобыл для Юй Чэня рабочий пропуск, и они вместе появились неподалеку от места съемок. Как назло, к ним подбежал человек из группы продвижения:
— Учитель Цяо, мы хотим снять немного общих кадров для закадровых материалов. У вас есть время?
Не успел Цяо Сусин открыть рот, как Юй Чэнь подтолкнул его:
— Иди-иди, я сам посмотрю!
Его шея уже вытянулась метра на два в сторону Лу Юйчжо, который стоял в центре в своем костюме.
Цяо Сусин:
— Тогда будь осторожен, не бегай нигде. Закончишь смотреть — позвони мне.
Юй Чэнь:
— Понял!
Цяо Сусин скинул ему карту локаций и ушел с пиарщиками. Съемки бэкстейджа затянулись. Когда он вернулся, сцена Лу Юйчжо уже была отснята, а сам актер исчез. На месте остались только рабочие, убиравшие реквизит.
Цяо Сусин огляделся и вдруг заметил, что Юй Чэнь что-то обронил.
Это был альбом с постерами Лу Юйчжо. Юй Чэнь хвастался им в отеле, говорил, что это коллекция его сестры и он специально привез их для автографа. Постеры были из старого журнала: на фото Лу Юйчжо был в шелковой рубашке цвета шампанского с глубоким V-образным вырезом почти до пояса, сквозь который проглядывал рельеф мышц. Лицо Лу Юйчжо на снимках было холодным, почти злым, но именно это выражение «высокомерного засранца» в сочетании с образом создавало взрывную ауру — мужские гормоны буквально пробивали экран.
«Надо признать... подборка кадров шикарная», — подумал Цяо Сусин.
Он позвонил Юй Чэню и узнал, что тот где-то неподалеку. Подхватив альбом, Цяо Сусин решил поискать друга.
Путь лежал через длинную дворцовую аллею. Проходя мимо группы отдыхающих актеров, он услышал:
— Учитель Цяо!
Это были молодые артисты, игравшие служанок и стражников. Один из них заметил альбом:
— Ой, это же постеры учителя Лу?!
— Этот альбом шел бонусом к журналу несколько лет назад, сейчас его днем с огнем не сыщешь!
— Вау, Учитель Цяо, вы тоже его фанат?
«Эта штука настолько ценная?!» — удивился Цяо Сусин.
Он собирался сказать правду, но вдруг заметил краем глаза промелькнувший за углом край знакомого костюма. Слова на лету сменили направление, и он нарочно громко произнес:
— Ну конечно! Кто может устоять перед обаянием учителя Лу?
Все вокруг дружно заулыбались. Цяо Сусин, следя за углом, перекинулся еще парой фраз и вежливо попрощался:
— Ну, я пойду.
— До свидания, учитель!
Цяо Сусин продолжил путь. Чем ближе он подходил к красной стене, тем шире становилась его улыбка. Стоило ему свернуть за угол, как он, «совершенно неожиданно», столкнулся нос к носу с Лу Юйчжо.
Цяо Сусин заговорил первым:
— Какое совпадение! Мы как раз обсуждали учителя Лу. Шли бы вы помедленнее — могли бы присоединиться.
— Не совпадение, я специально остановился, — отрезал Лу Юйчжо. — Вдруг вы там гадости про меня говорите, не хотелось создавать неловкую ситуацию.
Цяо Сусин невинно захлопал глазами:
— Как вы могли такое подумать?
Лу Юйчжо лишь хмыкнул.
Взгляд Лу Юйчжо непроизвольно упал на лицо Цяо Сусина — к тому вернулся прежний блеск, и он был ослепительно хорош. На мгновение Лу Юйчжо замер, затем отвел глаза и снова опустил их вниз, на альбом в руках Цяо Сусина.
Цяо Сусин, встретив его взгляд, совершенно спокойно поднял альбом:
— Это моего друга.
Лу Юйчжо переспросил:
— Твоего друга?
Он неожиданно сделал шаг вперед, в его голосе прозвучали странные нотки:
— Если вещь твоего друга, почему она у тебя в руках?
И с каких это пор я не знаю, что ты тоже стал моим фанатом?
«Таскает его повсюду, да еще и специально наговаривает всякое, чтобы люди поняли превратно...»
Сколько же у этого парня уловок в запасе?
Расстояние между ними резко сократилось. Слишком близко — Цяо Сусин почти чувствовал тепло дыхания Лу Юйчжо на своей щеке. Улыбка Цяо Сусина на миг застыла:
— Талант учителя Лу признан всеми, вы притягиваете фанатов так же естественно, как дышите. Откуда такая неуверенность в себе?
Он нес чепуху, одновременно незаметно отступая на полшага.
Лу Юйчжо мысленно скривился. Навык «перекладывания с больной головы на здоровую» у этого парня был отточен до совершенства.
Он уже собирался что-то ответить, как послышались шаги и голос:
— Сяо Цяо!
Запыхавшийся Юй Чэнь выскочил из-за угла:
— Вот ты где! Почему... — и тут он издал звук, похожий на гоготание гуся, которому пережали горло.
В это мгновение Цяо Сусин уже надел свою самую вежливую улыбку и подтолкнул друга вперед:
— Это мой друг Юй Чэнь, ваш преданный фанат.
Учитель Лу, не могли бы вы оставить ему автограф?
Юй Чэнь покраснел как рак и только спустя вечность выдавил:
— Снимайтесь хорошо... и не влипайте в неприятности!
Лу Юйчжо:
— ?
*(классическая фраза из китайского фандома, которую говорят кумирам с подпорченной репутацией. :DDD)
______
От автора:
Сяо Лу всё ещё в отличной форме [эмодзи собаки с розой в руке]