Тишина между нотами

Часть 5: Охота

Орхан не спал всю ночь. Он смотрел на тёмное окно и видел отражение её испуганных глаз. Этого было достаточно.

На рассвете он взял охотничий нож Нигяр халы — длинный, с тяжёлой рукоятью. Спрятал за пояс под куртку. Не сказал ни слова. Просто вышел.

Он знал, где искать. На краю села была заброшенная овчарня, где Фархад часто проводил время со своими. Орхан шёл туда, не скрываясь. Его лицо было каменным, в глазах — пустота, которую оставляет только ярость.

У овчарни трое парней чинили мотоцикл. Увидев Орхана, замерли. Он подошёл прямо к самому крупному.

Орхан: Где Фархад?

Парень: А тебе зачем?

Орхан не ответил. Он схватил парня за горло, прижал к стене. Движение было резким, точным — не ожидал никто.

Орхан: Где он?

Второй парень: Он в горах! На старой заставе!

Орхан отпустил того, оттолкнул. Парень осёл, хватая ртом воздух.

Орхан: Передай ему. Я иду. И если он хочет драки — пусть будет готов. Чтобы дрался как мужчина. А не как шакал, который пугает женщин.

Он развернулся и пошёл по тропе в горы. За спиной слышал перешёптывание, потом рёв заводимого мотоцикла. Они поехали предупредить своего главаря.

Тропа вела вверх, к скальному выступу, где когда-то был пограничный пост. Орхан поднимался быстро, не чувствуя усталости. В голове стучала одна мысль: «Покончить с этим».

Когда он вышел на площадку, Фархад уже ждал. Один. В руках — металлическая труба.

Фархад: Ждал тебя. Знаю, придёшь. Гордый слишком

Орхан: Это не про гордость. Это про то, что ты перешёл черту.

Фархад: Какая разница? Всё равно сегодня один из нас отсюда не уйдёт.

Орхан достал нож. Лезвие блеснуло в утреннем солнце. Фархад усмехнулся.

Фархад: Нож? Серьёзно? Думаешь, испугаешь?

Орхан: Нет. Просто так быстрее.

Они сошлись. Первым ударил Фархад — размашисто, трубой по голове. Орхан уклонился, почувствовал ветер от движения. Его собственный удар ножом был коротким, точным — не чтобы убить, чтобы ранить. Лезвие скользнуло по ребрам Фархада, разрезав куртку и кожу. Фархад взвыл от боли и ярости, бросился вперёд, повалив Орхана на землю.

Они катались по камням, выбивая друг из друга воздух. Труба вылетела из рук Фархада. Нож — из рук Орхана. Теперь это был грубый, животный бой — кулаками, локтями, коленями. Орхан чувствовал вкус крови во рту, боль в боку, но ярость заглушала всё.

Он оказался сверху, прижимая Фархада к земле. Занес кулак. И в этот момент увидел его лицо. Не злобное. Испуганное. Парень, который играл в крутого, но не готов был умирать.

Орхан: Всё. Кончено. Тронешь её снова — убью. Понял?

Фархад, хрипя, кивнул. Орхан поднялся, отойдя на шаг. Подобрал свой нож, протёр лезвие о камзол.

Он спустился с горы, оставляя за спиной поверженного врага и тишину, которая теперь была куплена его собственной кровью и силой. Он не стал героем. Он стал опасностью. И это было именно то, что было нужно.