МОИ АЛЛЮЗИИ (18+)

Хочу сделать эту работу хорошо. Для того, чтобы меня оценил Рейнольд и ребята из команды, для того чтобы самоутвердиться, для того чтобы в фильме зазвучала правильная музыка, а ещё, чтобы не чувствовать себя бесполезной.

Пока готовится сценарий, а мне для ознакомления предоставляются его фрагменты, ни одна из моих поправок, ни одно указание на несостыковки и "ляпы" не находят никакого отклика. Хочется верить, что с soundtracks будет иначе, и, возможно, со мной согласятся хотя бы в том, какая музыка подходит для этой истории. А сценарий на самом-то деле хорош, особенно если не пытаться сравнивать его с книгой, а рассматривать как индивидуальный, совершенно обособленный проект. Проект по мотивам мотивов или вроде того.

Признаться, понятия не имею, как именно должен производиться музыкальный подбор, отбор, или как там это верно называется. На что ссылаться? Как грамотно всё разложить, как оформить то, что не подходит и подходит, и главное — какими правилами руководствоваться? Гугл не помогает. Решаю довериться своему чутью, ассоциациям и вкусу. Создаю несколько папок с говорящими названиями: "Отлично", "Не походит", "Возможно" и, пока слушаю мелодию за мелодией, с грустью подмечаю, что полнится только папка "Не подходит". К середине списка несколько произведений всё же помещаются в папку "Возможно", хотя, весьма условно, поскольку они не вызывают особенного восторга. Всё какое-то однотипное и слишком плоское. Готова по итогу заявиться к Рейнольду и охарактеризовать прослушанное фразой: "ни то ни сё", понятное дело — ему меня не понять. Никому не понять.

Через два дня, к тому моменту, когда добираюсь почти в конец списка, моя усталость перерастает в изнеможение, а надежда становится пыткой. От треков тошнит в прямом смысле слова: они меня бесят настолько, что внутри всё начинает чесаться. С желанием побыстрее закончить, пролистываю композиции, прокручивая бегунок, некоторые даже пропускаю, не включая. Волосы встают дыбом при мысли, что так и не удалось отыскать ничего, способного заполнить первую папку. Это — epicfail. Пытаюсь придушить себя подушкой, кричу в синтипух безысходностью.

Захлопываю крышку ноутбука и с наслаждением вслушиваюсь в тишину. Уши гудят, глаза пересохли, шея затекла... Но изнутри меня грызёт это противное чувство, вызываемое пониманием того, что сделал дело не до конца и без должной тщательности. Полежав несколько минут, волевым усилием открываю ноутбук и, отсчитав последние тридцать песен, начинаю прослушивание по новой. Нужно оставаться честной перед собой и не оставлять себе повода для самоедства. Меня подбешивает мой избыточный перфекционизм, который всегда приходит под ручку с синдромом отличницы, но нужно прослушать все песни, без пропусков. Слушаю трек за треком, лежу на спине, глаза закрыты. Пустышка за пустышкой. Последние часы ночи вальяжно перетекают в очередной день, и вдруг...

Внутри буквально щёлкает! Даже больно становится, словно дёрнули рычаг внутреннего стоп-крана, разбив защитное стекло диафрагмы. Слышится мелодия моей (без преувеличения) жизни, абсолютно родная и в то же время совершенно незнакомая: возникает чувство, будто бы она сопровождала меня всегда, вот только раньше у меня не было возможности её услышать, а она была тем самым фоном, на котором происходили все самые значительные события моей жизни. Печально-возвышенная, она совершенно не боится смерти, ведь она уже умирала бесчисленное количество раз.

Это завораживающее произведение создано из красоты одной человеческой души, её эмоциональной трепетности.

Словно туман из сказки, меня окутывает задумчивое звучание со сменами мажорной и минорной окраски. Оно волнует — как нежное дыхание истинной любви, которая возникла среди грустных элегий окружающей жизни.

Музыка всегда ощущалась мною не просто обострённо, а даже болезненно, особенно в такие моменты, как сейчас, когда находишься в смятённых чувствах. При этом любая из мелодий всегда резонировала со мной и лишь усиливала мои переживания, им никогда не удавалось заглушить крик моей души своими аккордами.

А эта музыка совершенно иная, не похожая ни на одну другую; она плачет в такт с моею болью и приводит меня к катарсису. Эта мелодия изменяет моё восприятие всецело. И она не ранит меня контрастом между её совершенством и реальным миром, а примиряет их.

Трепетные касания струн, их ласкают — так мне кажется. Музыкант не играет — его душа летает на кончиках пальцев. Тонкие вибрации чувств томят, волнуют и зовут меня.

Звуки замирают на взлёте в предвкушении возрождения, возбуждая, заставляя мою душу откликаться на чувственную тональность. Музыка впервые в жизни отзывается в моём теле и пробуждает новые для меня чувства.

Как рассказать об ощущениях, что ещё не имеют названия?

Смотрю на старый слабенький динамик, который наконец-то выдал то, что я так долго искала и уже не надеялась найти. Конечно, я и сама до конца не знала, чего ищу, но стоило услышать её, как в голове сверкнуло молнией "вот оно!". Благодаря этой мелодии удаётся чётко представить панорамы, которые любовно описаны мною в книге и которые должны появится в фильме. 

Магия звучания переносит меня туда, где над простором посыпались тонкие ноты.

Музыка заполняет всё пространство моего распахнутого сердца; во мне вспыхивает страстное желание обнять весь мир, слиться с журчанием проснувшегося горного ручья, холодным хрусталём зазвеневшим по камням.

Это волнующее чувство мчится по струнам моей души и рождает истому желания, потом — необузданную страсть к миру, к загадочному музыканту...

Вновь вижу горы, острые камни, зелень лесов, водопад. И в дополнение ко всему, благодаря этой мелодии теперь удаётся ещё и почувствовать запах свежей травы, ощутить туманную прохладу упавшей с высоты воды и уловить летающую в воздухе тайну. Впервые за долгое время чувствую свою историю полнее, чем когда-либо. Сочнее. Глубже. Достовернее.

Нежная мелодия — светлая, идиллическая — словно первый вдох утреннего пробуждения природы, завораживает меня. 

Мир внутри меня вдруг становится воодушевлённо чувственным и теперь звучит совсем иначе: восхищает, волнует, как перед грозой, ливнем, громом! Тем наслаждением таинственного свойства, которое ещё незнакомо, но уже ощущается.

В этот миг я обнаруживаю в себе любовь... Ещё не совсем понимаю её, ощущаю не полно, а только предвкушаю. И трепетное ожидание волнует ярче слов, сильнее объятий.

Это музыкальное откровение находит мгновенный отклик в моей душе, его решительная чистосердечность наполняет меня до краёв чудесным жизненным нектаром и возвышает над бытием.

Эта музыка меняет мою суть, с ней у меня происходит истинное слияние, и как следствие — возрождается вера в искренность взаимных чувств. 

Этого не объяснить. Это таинство. Но, думаю, именно этим слиянием моя боль отныне исцелена, мне открывается иное измерение сущности жизни; появляется доверие и небывалый порыв нежной любви к...

А к кому?

A. Ames. 

И никаких пафосных и длинных названий, как у всех прочих. Только это. 

Не вижу смысла прослушивать оставшиеся мелодии, ведь вот она — та самая. И всё же довожу дело до конца. Прослушиваю остатки материалов, но уже без энтузиазма. Все прочие композиции летят мимо, ничто неспособно затмить волшебное живое звучание чувственных страстных струн и нежных робких клавиш. Проверяю список с самого начала, боясь, что могла каким-то образом пропустить имя композитора, тешу себя надеждой отыскать хотя бы ещё одну его вещь. Но нет. Она единственная. Одна такая. Одна не из тысячи двухсот, а одна на миллиарды.

Старательно выискиваю музыку автора в сети, но поисковик раз за разом выдаёт какую-то чушь невпопад. В итоге усталость одерживает надо мной победу. Не нокаутом, всё же удалось отстоять день, в котором 12 раундов-часов... Но на этом всё. Падаю на ринге, представленном в виде кровати... 

Влюбляюсь в единственную мелодию трепещущим от восторга сердцем. Всем сердцем влюбляюсь. Так бывает: проживаешь целую вечность и даже не знаешь своей любимой песни, а потом вдруг находишь свою песню в совершенно незнакомом человеке.