4
Мягкий неоновый свет — фиолетовый с розовым — заполнял комнату, создавая иллюзию уюта. На экране монитора бежали бесконечные строчки чата. Лера сидела в своём профессиональном кресле, кутаясь в огромный оверсайз-худи, который казался ей сейчас единственным надёжным доспехом против всего мира. В наушниках играл расслабляющий лоу-фай, но он не мог заглушить гул в голове.
— Да, ребят, пью ромашковый чай, — Лера подняла кружку, стараясь, чтобы в кадре не было видно, как дрожат её пальцы. — Ничего серьёзного, просто небольшое переутомление. Концерты — это всегда огромный стресс, даже если ты просто стоишь в ложе. Вы же знаете, я интроверт, мне иногда нужно просто... выдохнуть.
Чат не унимался. Зрители, вооружённые ссылками на социальные сети и видео из ТикТока, буквально заваливали её вопросами.
«Лера, ты видела, что Егор выложил?»
«Буда на сцене выглядел так, будто сейчас спрыгнет к тебе в випку»
«Чат, хватит её душить, она же сказала, что ей плохо!»
«Lera, are you okay? Your eyes are red :(»
Лера старалась смотреть мимо этих сообщений. Она читала донаты, благодарила за подписки, обсуждала последние игровые новинки, но с каждой минутой фасад «спокойной стримерши» давал трещину. Гнев на Егора продолжал кипеть где-то глубоко внутри. Она представляла, как он сейчас стоит за кулисами, довольный собой, думая, что сделал «доброе дело». Для него это было всего лишь контентом, красивой историей примирения двух звёзд. Он не понимал, что для неё это была открытая рана, по которой он прошёлся грубым армейским ботинком.
— Спасибо за пятьсот сабов, «Kreed_Fan_Number1»... — она запнулась на нике и быстро отвела взгляд. — Спасибо, очень приятно.
Вдруг чат замер на секунду, а затем взорвался с новой силой. На экране появилось уведомление о донате, которое перекрыло всё остальное.
Пользователь G.L. отправил 50 000 рублей:
«Ты всегда была плохой актрисой, когда дело касалось лжи. Ромашковый чай не лечит то, что случилось в Мегаспорте. Выйди в Телеграм, Лера. Пожалуйста».
В комнате как будто выкачали весь кислород. Лера застыла, глядя на эти две буквы — G.L. Гриша Ляхов. Он не просто смотрел её стрим, он решил сделать это публично. Чат сошёл с ума. Количество зрителей подскочило с десяти тысяч до тридцати. Все понимали, что происходит история в прямом эфире.
— Ребят, — голос Леры стал опасно тонким. — Кажется, у нас в чате тролли. Давайте не будем обращать внимания на фейковые донаты.
Она попыталась перевести тему, начала рассказывать какую-то историю из жизни, но слова путались. Перед глазами стояло лицо Гриши со сцены. Его глаза. Боль. Растерянность. И то, как он чеканил слова песни, предназначенной только ей.
В этот момент на телефон, лежащий экраном вверх прямо перед ней, пришло уведомление. Егор. Он прислал видеосообщение в Телеграм. Лера не хотела его открывать, но палец сам нажал на экран.
На видео Егор стоял в гримёрке, рядом с ним сидел Гриша, закрыв лицо руками.
— Лер, — голос Егора на видео звучал виновато, но в нём всё ещё слышались нотки того самого самоуверенного Крида. — Я знаю, ты злишься. Я перегнул, признаю. Но посмотри на него. Он весь вечер места себе не находил. Мы просто хотели как лучше...
Лера заблокировала телефон и с грохотом положила его на стол. Громкий звук удара разнёсся по всей трансляции.
— Знаете что, чат? — она посмотрела прямо в камеру, и в её глазах больше не было фальшивой улыбки. Только голая, неприкрытая ярость и обида. — На сегодня всё. Я поняла, что «самые близкие» люди иногда оказываются теми, кто готов продать твой покой за охваты. И если кто-то думает, что можно просто вломиться в мою жизнь через экран монитора или сцену концерта, то он ошибается.
Она потянулась к кнопке «Завершить трансляцию».
— Всем пока. Спасибо, что были рядом.
Экран погас. В комнате воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая только шумом кулеров системного блока. Лера откинулась на спинку кресла и закрыла лицо руками. Ей хотелось кричать, но сил не было.
Егор предал её доверие. Гриша снова ворвался в её мир, разрушая всё, что она так долго строила. Она чувствовала себя загнанным зверем, за которым наблюдают миллионы глаз.
Вдруг в дверь квартиры позвонили.
Лера вздрогнула. Сердце забилось где-то в горле. Она никого не ждала. Доставка? Нет, слишком поздно. Егор? Он знал, что она его сейчас не впустит.
Звонок повторился. Настойчиво. Длинно. Так звонил только один человек в этом мире, когда знал, что ему не откроют.
— Гриша... — прошептала она, чувствуя, как по спине бежит холод. — Уходи. Пожалуйста, просто уходи.
Но за дверью послышался приглушённый голос, от которого у неё подкосились ноги:
— Лер, я знаю, что ты там. Я видел, как погас стрим. Я не уйду. Нам не нужны посредники в лице Крида или чата на Твиче. Просто открой.
Лера стояла посреди тёмного коридора, глядя на входную дверь, и понимала: сегодня ей не удастся убежать. Ни в такси, ни на стрим, ни в собственное одиночество. Прошлое стояло прямо за её порогом, и оно не собиралось уходить без боя.
Продолжение следует...