5 глава
Следующие несколько дней прошли в атмосфере холодной войны. Элизабет ушла с головой в работу, стараясь выкинуть из головы образ Джейка и ощущение его губ на своих. Она официально уведомила Ричарда из Universal, что ее компания не сможет взять на себя европейский запуск альбома из-за «перегруженности текущими проектами».
Ричард был разочарован, но Элизабет стояла на своем. Работать с Джейком после того, что произошло в ее гостиной, было невозможно.
А Джейк? Он установил свои новые мониторы. Как ни странно, шума стало меньше. Оказалось, профессиональное оборудование лучше держит звук внутри студии, направляя его, а не распыляя по стенам и потолку. Он сдержал свое обещание о тишине, но этот жест запоздал.
В пятницу вечером Элизабет сидела в своей квартире, пытаясь расслабиться. Тишина была идеальной, но казалась теперь пустой. Она скучала по хаосу. По спорам. По напряжению.
Внезапно ее телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера.
«Привет. Это Джейк. Я знаю, ты меня ненавидишь. Я знаю, я облажался с этими мониторами. Но я хочу, чтобы ты это услышала. По-настоящему».
Следом пришла ссылка на приватный, закрытый трек на SoundCloud.
Элизабет колебалась. Ее разум кричал «Нет!», но сердце, ее чертово, нелогичное сердце, уже тянулось к ссылке. Она надела свои лучшие студийные наушники, которые давали безупречный, кристально чистый звук.
Она нажала «Play».
Первые ноты наполнили ее уши. Это был не «Ocean Drive». Это было нечто совершенно иное. Медленное, мелодичное вступление фортепиано, которое затем перетекало в мягкий, обволакивающий эмбиент. Затем вступил вокал — сэмпл из старой австрийской народной песни, которую пела ее бабушка. Песни, которую она слышала в детстве.
Элизабет ахнула. Музыка была пронизана меланхолией Вены и свободой Сиднея. Это была идеальная структура, которую она искала, но в ней было столько души и эмоций, сколько она никогда бы не смогла уместить в своих бизнес-отчетах.
Это был шедевр. И он был о ней. О двух мирах, столкнувшихся в ее квартире.
Когда трек закончился, Элизабет сидела в полной тишине, на глазах у нее выступили слезы. Она не знала, сколько времени прошло.
«Название трека — '402'», — пришло еще одно сообщение от Джейка.
Она быстро набрала ответ: «Это невероятно, Джейк. Это... гениально».
Ответ пришел мгновенно: «Спасибо. Значит, я не дилетант?»
«Нет. Ты чертов гений».
«Отлично. В таком случае, ты должна услышать остальное. Я внизу. Могу подняться?»
Элизабет посмотрела на часы. Было почти полночь. Она уже не была той холодной бизнесвумен, которая звонила консьержу.
«Поднимайся».
Через минуту раздался деликатный стук в дверь. Она открыла.
Джейк стоял там, в той же черной футболке, с наушниками на шее. На этот раз он не выглядел сонным. Он выглядел нервным. И очень красивым.
— Привет, — пробормотал он.
— Привет.
Они снова стояли на пороге, но напряжение теперь было другим. Не гневным, а полным предвкушения.
— Музыка... она потрясающая, — сказала Элизабет.
— Я старался, — улыбнулся он. — Хочешь послушать остальное в студийном качестве? У меня отличный сабвуфер.
Она кивнула.
— Только потише, ладно? У меня завтра совет директоров.
— Как скажете, мисс Шварц. Как скажете.
Элизабет закрыла дверь своей квартиры и спустилась вниз, в его мир — мир хаоса, музыки и непредсказуемости. В эту ночь они не только слушали музыку, но и нашли свой собственный ритм, который звучал куда лучше, чем любой из их споров.