3 глава
Они сидели в уединенном углу VIP-зоны. Мягкий свет скрывал усталость в глазах Элизабет и подчеркивал энергию, исходящую от Джейка. Генеральный директор Universal, которого звали Ричард, увлеченно расписывал перспективы нового альбома.
Элизабет слушала внимательно, ее деловой ум анализировал каждое слово. Проект был многообещающим, треки Джейка обладали тем редким коммерческим потенциалом, который всегда искала ее компания. Но она не могла отделаться от личного предубеждения.
— Контракт почти подписан, — говорил Ричард, — но нам нужен идеальный план запуска в Европе. И тут ваша экспертиза, Элизабет, была бы как нельзя кстати. SCHWARZ Assets безупречно работает на европейском рынке.
Элизабет кивнула, формулируя мысли.
— Материал сильный, — признала она, бросив на Джейка мимолетный взгляд. — Но ему не хватает структуры. Это талантливый хаос. Чтобы он выстрелил в Европе, нужен четкий маркетинг, синглы, правильно выстроенная PR-кампания.
Джейк нахмурился. Он не привык, чтобы его творчество называли «хаосом», даже талантливым.
— Структура убивает креатив, — возразил он, откидываясь на спинку дивана. — Моя музыка должна звучать свежо, а не походить на отчет для совета директоров.
— Свежесть не оплачивает счета, мистер Джейк, — парировала Элизабет, ее австрийский акцент стал чуть жестче. — Ваша музыка — это продукт. А я знаю, как продавать продукты.
Ричард почувствовал, как между ними снова искрит напряжение, и поспешил вмешаться:
— Что ж, по-моему, вы идеально дополняете друг друга. Креативный гений и стратегический ум. Почему бы вам не обсудить детали за обедом завтра? Элизабет, Джейк, вы ведь оба живете в одном доме, это так удобно!
Элизабет хотела отказаться, привести сотню причин, почему она не может работать с этим невыносимым, но талантливым парнем. Но бизнес-инстинкт подсказывал ей, что это сделка года.
— Хорошо, — неохотно согласилась она. — Завтра. В полдень. Моя квартира, 402. И, пожалуйста, без басов сегодня ночью.
Джейк улыбнулся своей фирменной обезоруживающей улыбкой.
— Как скажете, мисс Шварц. До завтра.
На следующий день, ровно в полдень, Джейк стоял у двери 402. Он ожидал увидеть стерильный офис, но квартира Элизабет оказалась элегантной и минималистичной, с потрясающим видом на гавань Сиднея.
Элизабет была одета менее формально, в льняной сарафан, но ее волосы были идеально уложены, а на лице не было ни следа усталости.
— Проходите, мистер Джейк. Обеденный перерыв ровно час.
Обед проходил в напряженной тишине, нарушаемой только стуком столовых приборов. Когда тарелки опустели, Элизабет достала планшет.
— Вот мое видение стратегии. Начнем с первого сингла. Я считаю, что этот трек, «Ocean Drive», имеет наибольший потенциал для радиоротаций.
Она включила трек на планшете. Джейк слушал свою музыку в ее исполнении — приглушенном, изящном, лишенном той мощи, которую он вложил в нее прошлой ночью.
— Вы его режете? — возмутился он. — Вы убрали все низкие частоты! Выхолостили весь трек!
— Я сделала его слушабельным для широкой аудитории, — спокойно ответила она. — В Европе любят мелодии, а не землетрясения.
— Это компромисс, на который я не пойду! Моя музыка — это энергия. Вы не можете ее упаковать в маленькую коробочку для радио.
Они спорили, кажется, о каждом инструменте, о каждой ноте. Она настаивала на коммерческой логике, он — на творческой целостности. Возраст не имел значения; это было столкновение двух сильных личностей.
— Вы просто боитесь рискнуть, — в конце концов сказал Джейк, когда их спор зашел в тупик. — Боитесь всего, что выходит за рамки ваших таблиц и графиков.
Элизабет встала из-за стола, ее глаза сверкнули.
— Я построила империю в 27 лет, мистер Джейк. Я рискую каждый день. Но я делаю это с расчетом. А вы просто упрямый дилетант, который не видит дальше своего пульта!
— А вы зацикленная на контроле бизнес-леди, которая забыла, что музыка — это чувства, а не цифры!
Они стояли друг напротив друга, злые, взволнованные и, к своему собственному удивлению, невероятно притягивающиеся. Споры о музыке внезапно переросли в нечто большее. Напряжение в комнате было почти физическим.
Джейк сделал шаг вперед. Элизабет не отступила. Расстояние между ними сокращалось.