Точка невозврата.
Прошло две недели. Весь зал знал, что Минхо и Джисон теперь работают «в особом режиме», но Джисон не был бы собой, если бы не решил проверить новые границы дозволенного. На отчетном выступлении он намеренно изменил хореографию в паре с заезжим танцором, добавив лишнее касание и взгляд, который предназначался только Ли.
Когда софиты погасли, Минхо не сказал ни слова. Он просто дождался, пока последний техник покинет здание, и запер главную дверь на ключ.
Джисон сидел на подоконнике в пустой раздевалке, развязывая шнурки и насвистывая мелодию. Он слышал тяжелые шаги в коридоре, но даже не обернулся, когда дверь в раздевалку с грохотом ударилась о стену.
— О, хён, ты еще здесь? — Джисон вскинул брови, изображая искреннее удивление, хотя внутри всё пело от предвкушения. — Как тебе мой финал? Зрители были в восторге.
Минхо не ответил. Он подошел вплотную, рывком сбросил сумку Джисона на пол и схватил его за бедра, буквально вжимая в подоконник. Его глаза потемнели до цвета ночного неба, а дыхание было прерывистым и горячим.
— Ты думал, это игра, Хан? — голос Минхо вибрировал от едва сдерживаемого рыка. — Думал, я буду сидеть в первом ряду и смотреть, как ты подставляешься под чужие руки?
— Тебе же нравится смотреть, Минхо, — прошептал Джисон, дерзко подаваясь вперед и обвивая ногами талию старшего. — Ты ведь не можешь оторваться.
— Я не смотрю, Джисон. Я владею, — Минхо резко подался вперед, впиваясь в его губы в поцелуе, который больше напоминал клеймо.
Его ладони, мозолистые от вечных тренировок, скользнули под тонкую ткань сценического костюма, сминая кожу. Джисон вскрикнул в его губы, когда Минхо одним движением усадил его на край стола, смахнув всё лишнее. В этой комнате, пропахшей парфюмом, потом и электричеством, больше не было учителя и ученика. Были только два тела, доведенных до предела взаимным притяжением.
— Сегодня ты узнаешь, что бывает, когда ты доводишь меня до конца, — прохрипел Минхо, расстегивая верхние пуговицы своей рубашки, не отрывая взгляда от затуманенных глаз Хана. — И поверь, завтра ты не сможешь даже стоять у станка.
Джисон только крепче сжал пальцы на его плечах, притягивая к себе. Он получил то, что хотел. Он разбудил зверя, и теперь готов был сгореть в этом пламени дотла.