Глава 4
Прошлый вечер прошёл для Джоша удивительно легко. Они с Тайлером играли в баскетбол, потом зашли в кафе, болтали, смеялись, и Джош почти не заметил, как пролетело время. Ему не хотелось расходиться, но они оба понимали, что уже поздно. Перед выходом из кофейни он неуверенно спросил:
— Может, увидимся как-нибудь?
— Я не против, — просто ответил Тайлер, пожав плечами.
Джошу почему-то стало тепло от этих слов. Он попрощался и отправился домой, ощущая приятную усталость после игры и лёгкое возбуждение от долгого разговора.
Родители, конечно, не разделили его радости. Стоило ему переступить порог, как начался шквал вопросов.
— Где ты был?!
— Почему телефон отключен?!
— Мы волновались!
Он спокойно стоял, слушал их, иногда кивал, оправдывался на автомате. Да, потерял счёт времени. Да, разрядился телефон. Да, в следующий раз предупредит. Но на самом деле всё это мало его волновало. В голове ещё звучал голос Тайлера, перед глазами стоял его полуулыбка, лёгкий прищур, когда он с интересом расспрашивал о запахах и цветах.
Джош лёг спать с ощущением, что всё в его жизни начинает налаживаться.
Но когда он проснулся утром, всё снова было серым.
Поначалу он даже не сразу понял. Просто открыл глаза, провёл рукой по лицу, глубоко вдохнул, и... ничего. Ни привычного запаха постельного белья, ни лёгкого утреннего холода, ни того тёплого уюта, что он ощущал в последние дни. Он сел на кровати, огляделся.
Комната выглядела как раньше.
Серый свет падал из окна, очертания вещей были такими же привычными, но цвета исчезли.
Он нахмурился, моргнул, снова огляделся.
Нет, ему не показалось. Всё действительно вернулось к прежнему состоянию.
Джош медленно поднялся с кровати, направился в ванную и включил свет. Посмотрел в зеркало.
Джош застыл, глядя на свое отражение в зеркале. Вода стекала с его лица, капли падали в раковину, но он почти не слышал этого звука. Он смотрел прямо в свои глаза, в пустые серые зрачки, в тусклую кожу, в бесцветные волосы, в бусы на шее, которые снова стали безжизненно-серыми.
Он медленно провёл пальцем по бусинам, словно надеясь, что, если коснётся их, цвет вернётся. Но ничего не изменилось.
Всё исчезло.
Он выпрямился, сжал край раковины, чувствуя, как в груди поднимается тяжесть. Как же быстро это произошло. Вчера — он видел, чувствовал, пил кофе, наслаждался его ароматом, вдыхал тёплый воздух, пропитанный запахом свежей выпечки. Вчера — он бежал по баскетбольной площадке, смеялся, переводил дыхание после очередного промаха, наблюдал, как Тайлер легко закидывает мяч в кольцо.
Тайлер...
Джош сжал губы.
Он глубоко вдохнул и закрыл глаза. Всё могло бы быть просто совпадением. Что если это был всего лишь сон? Иллюзия? Если он потерял это однажды, значит, мог потерять снова, верно?
Но ведь оно же вернулось.
Джош выдохнул и повернулся к двери. Всё ещё было тихо, за стеной слышались лишь приглушённые звуки дома — где-то шумел телевизор, на кухне что-то позвякивало. Всё шло как обычно. Как будто ничего не происходило.
Но внутри у него всё кричало.
Он медленно вышел из ванной, на ходу стягивая с себя влажную футболку. В комнате было темно. Он сел на кровать, провёл рукой по лицу и посмотрел в окно. Серое утро. Безжизненное.
Но теперь он знал, что бывает иначе.
Он закрыл глаза, вспоминая. Тайлер, задумчиво крутящий мяч на пальце, Тайлер, смеющийся над тем, как он описывает запахи. Тайлер, который не спрашивал лишнего, не пытался объяснить это с научной точки зрения, а просто сказал: «Я не против».
Джош вдруг понял, что не может оставаться здесь.
Он вскочил, натянул чистую кофту, схватил куртку и направился к выходу.
Ему нужно было увидеть его.
На улице было пасмурно, низкие облака висели над городом, угрожая пролиться дождём, но Джошу было всё равно.
Он не знал, что именно произошло с ним. Не знал, почему всё исчезает и появляется. Не знал, почему вчера всё было ярким, а сегодня снова тусклое.
Но он знал одно:
Когда он был рядом с Тайлером — мир оживал.
***
Джош держал поводок Джима, лениво перебирая пальцами шероховатую ткань, и медленно проходил мимо баскетбольной площадки. Он специально выбрал этот маршрут, надеясь, что увидит знакомую фигуру — может быть, Тайлер уже здесь, бросает мяч в кольцо, как вчера. Может, стоит чуть ускориться, окликнуть его, а потом так же, как в прошлый раз, заглянуть в кафе за кофе, который теперь был для Джоша особенным. Может, после первой чашки всё снова оживёт: краски, запахи, звуки.
Но площадка была пуста.
Джош остановился, стиснув зубы. Его ладонь чуть сильнее сжала поводок, Джим дёрнул ушами, но остался стоять спокойно. Джош смотрел на баскетбольное кольцо, на асфальт, на ржавую сетку, которая вчера колыхалась от точных бросков Тайлера. Теперь она недвижима.
— Может, дома остался... — пробормотал Джош себе под нос, но голос прозвучал глухо.
Он не хотел признаваться, но это разочаровало его. Тайлер ведь не обещал приходить сюда снова, но всё равно Джош почему-то ожидал его увидеть. Ожидал, что он появится из ниоткуда, с этой своей лёгкой, чуть рассеянной улыбкой, кивнёт и предложит сыграть. Ожидал, что день пойдёт по тому же сценарию, что и вчера, потому что вчера было хорошо.
Джош тряхнул головой, словно отгоняя эти мысли, и потянул поводок.
— Пошли, Джим.
Собака встрепенулась и пошла рядом, чуть виляя хвостом. Джош решил не сразу уходить домой — парк был большой, можно было немного пройтись, подышать воздухом, собрать мысли. Может, тогда эта глухая тяжесть в груди пройдёт.
Он огляделся.
Всё вокруг было серым. Деревья с одинаковыми серыми кронами, трава под ногами — серый ковёр, люди — просто движущиеся тени. Он закрыл глаза и попытался представить, каким был этот мир вчера.
Зелень. Густая, свежая, живая. Голубое небо, мягкие облака, будто растянутые кистью. Тёплые солнечные лучи, пронизывающие листву, падающие на дорожки. Всё было таким насыщенным, ярким, громким.
Теперь это было лишь воспоминанием.
Джош медленно вдохнул воздух, но ничего не почувствовал. Ни запаха земли после дождя, ни тонкого аромата цветов, ни даже дешёвых духов прохожих.
Пустота.
Он открыл глаза и вдруг увидел его.
Тайлер.
Сердце будто пропустило удар.
Он шёл по аллее, но не один.
Джош замер.
Рядом с Тайлером шла девушка. На её лице играла улыбка, она что-то весело рассказывала, и волосы её — длинные, мягкие, светлые — струились по плечам. Она держала его за руку.
Тайлер что-то сказал, и она рассмеялась, чуть наклоняя голову к его плечу.
А он...
Он улыбался.
Не той полуулыбкой, к которой Джош привык. Не той, в которой читалась скрытая задумчивость. Не той, которая словно оставляла вопросы без ответов.
Это была открытая, настоящая улыбка.
Джош почувствовал странное волнение внутри груди. Оно не было неприятным, но и приятным его назвать не получалось. Что-то мешало дышать ровно, что-то странное застревало внутри, будто стоило лишь сосредоточиться – и он поймёт, что именно.
Но Джош не хотел разбираться.
Он смахнул всё это на надежду. Может, вот-вот снова появятся цвета? Может, он почувствует запахи? Может, этот момент, когда Тайлер так широко улыбается кому-то другому, станет для него новой вспышкой?
Но ничего не изменилось.
Никакого запаха, никаких красок.
Только глухая тишина внутри.
Джош медленно отвёл взгляд, сжал пальцы на поводке Джима и дёрнул слегка, зовя пса. Тот послушно посмотрел на него, но идти не спешил, будто чувствовал: Джош сам не до конца уверен, хочет ли уходить.
— Пойдём, Джим, — голос его прозвучал тише, чем он ожидал.
Он не стал оглядываться. Просто развернулся и пошёл в другую сторону, ускоряя шаг, будто мог убежать от того, что только что увидел.
Но почему он вообще должен убегать?
Джош хмурился, сам не понимая, что его тревожит. Ну, Тайлер гуляет с кем-то. Ну, держит её за руку. Разве это имеет значение?
Но тогда почему внутри что-то продолжало сжиматься?
Это просто... странно. Да. Странно. Джош не привык видеть Тайлера таким. Обычно он будто прятался за своей полуулыбкой, всегда немного отстранённый, задумчивый. А тут он был... другим. Счастливым?
Джош не знал, почему его это так задело.
Точнее... он не хотел знать.
***
Джош сидел на кухне, склонившись над столом, и медленно крутил в руках банку кофе. Металлическая поверхность была прохладной, гладкой, но в пальцах чувствовалась её шероховатость от частого использования. Он смотрел на эти буквы, на состав, выдавленный мелким шрифтом, но не читал — просто ждал.
Ждал, когда почувствует этот тяжелый, насыщенный аромат, который раньше заполнял всю кухню. Ждал, когда увидит в тарелке перед собой красные яблоки, а не эти серые, бесцветные пятна. Ждал, когда серость уйдет.
И когда с ней исчезнет это глухое, странное чувство внутри.
Но ничего не менялось.
Он слышал, как его сестры спорили в комнате, громко перебивая друг друга. Как хлопнула входная дверь — это брат вернулся с работы. Как Джим цокает когтями по полу, виляя хвостом.
Но он не услышал, как подошла мама.
Только когда её ладонь легла ему на плечо, он вздрогнул.
— Ты в порядке?
Джош моргнул, отрываясь от своих мыслей.
— Мм... да, мам.
Она внимательно посмотрела на него, будто пытаясь прочесть что-то в его лице.
— Ты прости, что мы с отцом вчера накричали на тебя, — её голос был мягким, спокойным. — Просто ты пропал без предупреждения, не отвечал на звонки... Мы волновались.
— Да, мам, я понимаю. Всё нормально.
Он правда не злился. Просто ему было... пусто.
Мама скользнула взглядом по банке кофе у него в руках.
— Что ты делаешь?
Джош замешкался, но быстро ответил:
— Состав изучаю.
На самом деле, он пытался вдохнуть запах. Хоть что-то. Хоть слабый намёк на прежний аромат.
Но не чувствовал ничего.
Мама ещё мгновение изучала его лицо, потом, вздохнув, опёрлась ладонями о стол, собираясь встать. Но вдруг , в голове Джоша всплыл вопрос , на который ,мать ,возможно сможет дать ему ответ .
— А ты когда-нибудь...
Она замерла, едва начав вставать, посмотрела на него с лёгким удивлением и снова опустилась на стул.
— Что?
Джош сжал банку кофе в руках, взгляд его всё ещё был направлен вниз, на тёмную деревянную поверхность стола. Он не знал, как правильно спросить. Это чувство преследовало его весь день — с того самого момента, как он увидел Тайлера, гуляющего с той девушкой. Странное, липкое, непонятное.
— Ты когда-нибудь проводила время с человеком, и всё было... правильно? Хорошо? — Он слегка нахмурился, подбирая слова. — А потом видела, как он так же проводит время с другим... и это было... неприятно?
Мать задумчиво посмотрела на него, слегка склонив голову.
— Ты о ком-то конкретно?
Джош чуть напрягся, но тут же пожал плечами, делая вид, что вопрос его не задел.
— Просто спрашиваю.
Она улыбнулась, как будто видела его насквозь.
— Это ревность, Джош.
Он моргнул.
— Что?
— Ну, ревность. — Она пожала плечами, сцепила пальцы в замок. — Когда тебе кто-то важен, ты не хочешь делить его внимание с другими. Это естественно.
Он смотрел на неё, пытаясь осмыслить её слова.
Ревность.
Но это же Тайлер.
Просто Тайлер.
Обычный парень, с которым он случайно подружился. Который просто предложил сыграть в баскетбол. Просто сидел с ним в кафе. Просто говорил с ним о запахах и цветах.
Просто улыбался.
Джош сглотнул, вспоминая, как Тайлер улыбался той девушке.
Открыто. Настояще.
Не так, как ему.
Он почувствовал что-то неприятное внутри. Какой-то глухой, давящий ком, который никак не хотел растворяться. Будто что-то застряло у него в груди, мешая нормально дышать.
— Мне просто одна девушка понравилась... — буркнул он, лишь бы избежать лишних вопросов.
Мать усмехнулась, глядя на него с тем самым понимающим выражением, от которого Джошу стало ещё хуже.
— Конечно, Джош. Конечно.
Он не стал отвечать.
Только крепче сжал банку в руках и отвернулся.
***
Джош сидел на краю кровати, покручивая в руках барабанные палочки. Дерево гладкое, чуть теплое, привычное. Сколько раз он держал их в руках? Сотни, тысячи? Он мог бы сыграть ритм вслепую, зная каждое движение, каждый удар. Но сейчас он просто сидел, чувствуя, как пальцы чуть сильнее сжимают палочки, как будто в этом был какой-то скрытый смысл.
Комната вокруг него казалась пустой. Хотя вещей в ней хватало: полки с книгами, пара постеров на стенах, стопки старых тетрадей на столе, какие-то неразобранные вещи в углу. Но всё это сливалось в один сплошной серый фон. Никаких цветов. Никаких запахов.
Джош нахмурился и, сжав палочки в одной руке, другой потянулся к кружке с остатками утреннего кофе. Поднес её к лицу и вдохнул.
Пусто.
Не было того плотного, теплого аромата, который он помнил. Не было вообще ничего.
Он опустил кружку на тумбочку и шумно выдохнул. В груди неприятно свернулось что-то похожее на разочарование, но он быстро подавил это чувство. Ну и что? Он жил так всю жизнь. Он привык.
Джош сунул палочки в рюкзак, накинул наушники и вышел из комнаты.
В коридоре было шумно — сестры спорили о чем-то, явно не заботясь о громкости голосов. Где-то в гостиной заворчал телевизор, а на кухне что-то шипело на плите.
— Ты куда? — крикнул брат из другой комнаты.
— На репетицию, — коротко ответил Джош, натягивая кеды.
— А, ну да, ты же у нас будущая рок-звезда, — усмехнулся тот, но Джош даже не посмотрел в его сторону.
Хлопнув дверью, он вышел на улицу.
День был пасмурный, серое небо почти сливалось с домами, деревья стояли голые, безжизненные, хотя Джош знал, что на них должны быть листья. Он помнил тот насыщенный зеленый цвет, который видел раньше. Сейчас же это было просто разными оттенками серого.
Он шел по знакомой дороге, засунув руки в карманы и глядя под ноги.
Когда он добрался до подвала, где репетировала группа, глухие звуки гитары уже доносились наружу.
Бетонные ступени под его ногами скрипели, будто протестуя против каждого шага, но Джош уже не замечал этого. Здесь всегда было немного сыро, воздух тяжёлый, но для него – безликий. Он знал, что подвал пахнет металлом, пылью, может, сыростью, но не чувствовал этого. Как и всегда.
Стены исписаны чужими словами, испещрены пожелтевшими афишами, кое-где оторванными, но их никто не трогал. Они жили своей жизнью, напоминая о тех, кто был здесь до них. В этом было что-то правильное. Как будто музыка оставляла после себя след, который никто не стирал.
Он приходил сюда не ради людей, не ради общения. Он приходил ради ритма. Ради звуков. Ради того, что делало его мир чуть менее пустым.
Здесь были Крис, Майк и Уилл. Они не были друзьями Джоша, скорее, просто люди, с которыми он играл. Крис – гитарист. Парень с тёмными, всегда взъерошенными волосами и обрывками мелодий в голове. Он редко говорил о чём-то, кроме музыки. Майк – басист. Высокий, худощавый, с вечной сигаретой в зубах, хотя Джош не чувствовал запаха дыма. Он был ленивым, но пальцы его уверенно скользили по грифу.
А Уилл... Уилл был пианистом. Точнее, клавишником, потому что настоящего пианино здесь, конечно, не было. Джош его не знал. Никто его не знал. Он приходил, садился за синтезатор, играл, а потом уходил. Ни разговоров, ни лишних слов. Это устраивало всех.
Но сегодня что-то изменилось.
Он сразу понял это, когда вошёл в подвал и огляделся. В углу стояла клавиатура, но самого Уилла не было.
— Дан явился — буркнул Крис с ухмылкой.
— Где Уилл? — бросил он, скидывая рюкзак в угол.
Майк, перебирая струны, лениво пожал плечами:
— Заболел.
Джош кивнул. Ну, ладно. Они могли играть и втроём.
Он прошёл к барабанной установке, бросил рюкзак в угол и сел, привычно откинувшись назад, будто пытаясь поймать нужное настроение. В голове всё ещё крутились отголоски утреннего разговора с матерью, а перед глазами снова всплывала картина из парка: Тайлер, девушка, их руки, сплетённые вместе, его улыбка.
Джош не знал, зачем он снова и снова возвращался к этому. Не знал, почему это не давало ему покоя.
Он взял палочки, проверил стойки, провёл пальцами по гладкой поверхности малого барабана. Всё казалось... чужим. Музыка была единственным, что обычно помогало привести мысли в порядок, но сегодня он чувствовал только напряжение. Весь этот подвал, эти люди, которых он знал только по их инструментам, не больше, — всё это внезапно показалось ему пустым.
Ему хотелось звука. Громкого. Разрывающего тишину.
Джош ударил палочки друг о друга, отсчитав ритм, и сразу же перешёл в бешеный, агрессивный темп. Мощные удары по барабанам эхом разносились по подвалу, поглощая всё остальное. Ни гитары, ни баса — только грохот его установки, его пульсирующие удары, его дыхание, которое вскоре стало тяжёлым.
Майк попытался подстроиться, пробежался пальцами по струнам, но быстро сдался. Крис, хоть и закатил глаза, продержался чуть дольше, но и он бросил.
— Джош, может, полегче? — крикнул Майк, перекрывая шум.
Джош не ответил.
Каждый удар был его способом избавиться от этого странного, глухого ощущения в груди. От непонятного раздражения, от вопросов, которые он не хотел задавать.
Он играл так, словно пытался заглушить самого себя.
Руки уже горели, мышцы напряглись, но он продолжал. Пока кто-то не прервал его.
— Эй, потише, а?
Джош резко остановился, звук резко оборвался, оставив после себя тяжёлую тишину.
И тогда он увидел его.
Тайлера.
Тайлер стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди, с приподнятой бровью и лёгкой усмешкой на губах. Он выглядел так, будто не просто пришёл заменить Уилла, а собирался стать здесь частью чего-то большего.
— Не думал, что кто-то может играть так, будто пытается проломить барабанную установку, — заметил он, сделав шаг вперёд.
Джош молчал, всё ещё ощущая в груди что-то странное — не то удивление, не то лёгкий прилив радости. Он не ждал, что снова встретит Тайлера вот так, случайно, в месте, где он привык быть один среди людей.
— Ты чего здесь? — наконец спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Уилл заболел, а вам нужен пианист, — Тайлер пожал плечами, будто это было самое обыденное дело. — Я — замена на сегодня.
Майк, который лениво перебирал струны своего баса, скользнул по нему взглядом, оценивающе.
— Да, Уилл сказал, что пришлёт кого-то, но я думал, это будет... ну, ты понимаешь. Кто-то больше похожий на него.
— Оу, прости, что разочаровал, — фыркнул Тайлер, но без намёка на обиду.
Джош перевёл взгляд на Криса, тот лишь пожал плечами, мол, какая разница. В конце концов, им действительно нужен был пианист.
Тайлер без лишних слов прошёл к синтезатору, сел, провёл пальцами по клавишам, словно изучая инструмент. Едва уловимые ноты разлились по подвалу, и в этом движении, в этом случайном звуке было что-то... живое. Настоящее.
— А ты что, играешь? — спросил Джош, хотя уже знал ответ.
— Иногда, — усмехнулся Тайлер, не отрываясь от инструмента.
Майк переглянулся с Крисом, будто ждал их реакции.
— Ну, давайте тогда начнём, — сказал Крис, беря в руки гитару.
Джош выдохнул, чуть сжал барабанные палочки. Он всё ещё ощущал лёгкое напряжение внутри, но теперь оно было другим — не от нервозности, а от чего-то странного, чего он не мог объяснить.
Когда они начали играть, Джош сразу понял — Тайлер не врал. Он чувствовал музыку. Не просто нажимал клавиши, а буквально сливался с ними. Джош услышал это в том, как те самые лёгкие, ненавязчивые ноты начали обретать форму, как они переплетались с басом и гитарой, наполняя звучание чем-то новым, неожиданным.
И впервые за долгое время, среди серого, бесцветного мира Джоша, он почувствовал что-то ещё.
Словно совсем рядом, где-то за краем его восприятия, цвета снова были готовы появиться.
***
Крис закрыл дверь подвала на ключ и молча ушёл, даже не попрощавшись. Джош проводил его взглядом, но не удивился. Здесь никто не пытался быть дружелюбным, да он и сам не стремился. Они собирались только ради музыки. Никаких разговоров по душам, никаких шуток после репетиций. Просто пришёл, отыграл, ушёл.
Но теперь рядом стоял Тайлер.
Джош сначала даже не понял, почему тот не уходит, а просто стоит, глядя на него с лёгким приподнятием брови. Не осуждающе, не раздражённо — скорее с каким-то странным интересом. Как будто пытался понять, что у Джоша на уме.
— Мне тебя ждать или как? — спросил Тайлер, небрежно наклоняя голову к дороге.
Джош замер на секунду.
— Ждать... — повторил он немного глухо, словно только сейчас осознал, что Тайлер всё ещё рядом.
Собравшись, он резко шагнул вперёд, и они вместе двинулись по тротуару. Оказалось, что половину пути они идут одной дорогой.
Некоторое время их шаги звучали в полной тишине. Джош пытался не думать о том, что рядом с ним Тайлер, но получалось плохо. В голове всё ещё звучали ноты, его барабаны, гитара Криса, бас Майка. Всё смешивалось, пока перед глазами не оставался только серый мир.
Но с Тайлером рядом это ощущалось иначе. Не лучше и не хуже — просто иначе.
— Классно играешь, — вдруг сказал Тайлер.
Он смотрел под ноги, будто говорил небрежно, но голос его звучал искренне.
Джош удивлённо повернулся к нему.
— Ты мне?
— А с нами ещё кто-то?
Джош коротко усмехнулся.
— Ну... спасибо. Ты тоже круто играл.
После этого разговор снова оборвался, и они просто шли, слушая приглушённые звуки города. Далёкий шум машин, ветер, чьи-то голоса, отрывки чужих жизней.
— Давно занимаешься? — спросил Джош, наконец решив, что хочет узнать о Тайлере больше.
Тот не сразу ответил.
— Со средней школы, — сказал он. — В подвале у родителей нашёл старый синтезатор и начал учиться сам.
— Сам?
— Ага. Просто нажимал клавиши, слушал, как звучит. Потом начал разбираться.
— А родители не были против?
Тайлер хмыкнул.
— Родителям было всё равно.
Джош кивнул, понимая.
— А мне запрещали, — сказал он.
Тайлер бросил на него быстрый взгляд.
— Запрещали?
— Да. Считали, что музыка плохо влияет.
На лице Тайлера мелькнула усмешка, но Джошу она не показалась весёлой. Скорее... горькой.
— Если бы не музыка, меня бы уже...
Он вдруг осёкся и медленно выдохнул, как будто сказал лишнего.
Джош почувствовал что-то странное внутри. Словно что-то сжалось.
— Уже что?
Тайлер шёл молча. Смотрел прямо перед собой, будто не слышал вопроса.
Потом покачал головой и тихо сказал:
— Неважно.
Но Джош знал — важно.
Снова тишина. Неловкая, тянущаяся, тяжёлая, как тёмное облако перед грозой. Их шаги отдавались в пустынных улицах глухими, приглушёнными звуками, и Джошу казалось, что даже они звучат слишком громко. Он пытался подобрать в голове хоть что-то, чтобы сказать, но каждое слово казалось неуместным, ненужным.
"Ты любишь животных?"
Глупо.
"Ты учишься где-нибудь?"
Слишком формально.
"Какая у тебя любимая группа?"
Нет, не то. Всё это звучало бы слишком банально, словно он пытается заполнить пустоту, которая их обоих устраивает. Может, Тайлер не хочет говорить. Может, ему тоже комфортнее в тишине.
Но вдруг Тайлер сам заговорил.
— А ты? Давно на барабанах?
Джош моргнул, будто выныривая из собственных мыслей.
— Когда устроился в музыкальный магазин, там я втихаря учился и узнавал о музыке.
Тайлер кивнул, глядя вперёд, не особо удивляясь.
— Это клёво.
Джош только пожал плечами. Он никогда не задумывался, что именно в этом есть что-то «клёвое». Просто так получилось. Просто было то, что ему хотелось делать, и были способы, как это делать, пусть и не совсем честные.
— Ну, теперь ты с нами в группе?
— Не знаю, Уилл может вернуться.
— А если нет?
Тайлер задумался. Ему потребовалась секунда, чтобы ответить, но Джош почему-то чувствовал, что таился в этом не просто обдуманный ответ, а что-то большее, чего Тайлер пока сам до конца не понимал.
— Думаю... я не против.
— Я тоже так думаю.
Джош поймал себя на том, что улыбается. Он не знал, что именно его так радует — факт того, что Тайлер, возможно, останется в группе, или сам разговор, или просто его голос, нарушающий эту давящую, вязкую тишину.
Они дошли до перекрёстка, и Тайлер остановился первым. Джош взглянул на него, когда тот кивнул в сторону улицы.
— До встречи, Джош.
— До встречи, Тайлер.
Джош вдруг замешкался. Он не знал, как правильно заканчивать такие разговоры. Махнуть рукой? Просто развернуться и уйти?
Вместо этого он машинально протянул руку.
Тайлер тоже немного удивился, но пожал её.
И в этот момент это снова случилось.
Как будто кто-то ударил током.
Как будто мир вздрогнул.
Джош моргнул.
Темнота, что окружала его постоянно, вдруг стала ярче. Фонарь над их головами горел не просто белым светом — он был жёлтым. Тёплым, насыщенным. Его лучи падали на лицо Тайлера, и тот больше не выглядел просто чёрно-белым силуэтом. Теперь у него были настоящие глаза — тёмные, карие, глубокие, с отблеском янтаря, будто в их глубине пряталось отражение огня.
А потом Джош почувствовал запах.
Он был лёгким, почти неуловимым. Свежий, чистый, будто воздух после дождя или прохлада осеннего вечера.
Ему стало хорошо.
И тут его осенило.
Цвета и запахи появлялись при контакте с Тайлером.
Тогда на баскетбольной площадке.
Возле магазина.
И сейчас.
Это было не просто совпадение.
Джош вдруг улыбнулся шире, крепче сжав его руку.
— Спасибо, — выдохнул он, сам не зная, за что именно благодарит.
Тайлер нахмурился, чуть склонив голову, недоумевая.
— За что?
Джош замер.
Что ему ответить? Он сам не знал. Может, за этот свет. За запах. За то, что рядом с Тайлером его мир переставал быть серым и безликим.
Но он ничего не сказал.
Просто покачал головой.
— Не знаю.
Тайлер немного улыбнулся в ответ.
— Ладно.
Он постоял немного, будто чего-то ждал, потом кивнул Джошу и развернулся, уходя в другую сторону.
Джош остался стоять.
Свет фонаря всё ещё был жёлтым.
Дома вдоль дороги больше не казались просто тёмными силуэтами — их стены отражали свет окон, окрашивались в голубые и бежевые оттенки.
Но Тайлер ушёл.
И через пару секунд всё начало угасать.