Глава V. Круг замыкается.
Профессор вздохнул, словно каторжник, понимая, что ему предстоит долгий рассказ.
—В учебных заведениях до академии вы же проходили историю о первом высшем существе?— спросил он в лоб.
—Да!—моментально вскрикнул Милевский, из-за чего я даже не успел подумать о словах Дежво.— Три Бога создали разумное существо общими силами. Такие смешные, жили бы спокойно, так нет же. Изначально это было бесцельно, но позже Богиня Тьмы взяла эксперимент под своё крыло и начала им управлять. Но хрен ей, а не сила: против неё ополчились другие обожествлённые, убив её, они и сами сдохли. Собственно...
Услышанный мною рассказ не особо был красочным и не будоражил воображение. Александр импульсивный, и когда эмоции льются через край, он не следит за своей речью. Его резкое оживление начало меня раздражать. Профессор скривил губы, показывая, что такое положение дел его тоже не устраивало. Он дружелюбно похлопал демона по плечу, чтобы тот остановился, и после Дежво готовился начать свой рассказ.
—Возможно, сейчас я не буду таким эмоциональным, и истинная история прозвучит как лекция, но дослушайте, пожалуйста, до конца,— мы дошли до торжественного начала.— Когда это точно произошло, никто не знает, и действительно ли это было, также остаётся загадкой. Однако в то время уже существовали и люди, и тьма, и свет. У каждой из сторон был свой непоколебимый правитель, который имел высшую силу в своём мире. Как тогда, как и сейчас их трое: Бог людей и созидания — Каллисто Левальд, Богиня тьмы и раскола — Беатриса Виннер, Богиня света и благочестия — Аурелия Сефро. Первый являлся самым красивым, умным и утончённым из всех, как правитель он не мог выделиться, потому что практически не занимался миром смертных. Он предоставил их самим себе и всю работу свалил на церкви, которые по-моему всегда смогут взять спрос, ведь вера человека самое сильное и неотъемлимое от него оружие. Созидатель восторгался другими мирами и желал знать всё о них. О его дворцовой библиотеке до сих пор ходят легенды, которые гласят, что там находятся все записи, начиная с любовной записки школьника до 666 томов Эгзо*. "Твоя Драгоценность не будет благосклонна к тебе, если ты не собрал её по частям" — это цитата Левальда.
У Дежво потихоньку начинал заплетаться язык, и он остановился нервно, переминая им во рту. Мне понравился поставленный голос преподавателя, и я даже пожалел, что никогда не слушал его долго прежде.
—Понятное дело, что такую поэму у меня сочинить не получилось бы вам,— некрасиво, надувая губы, сказал Милевский.— Я пойду и ждать тебя не собираюсь.
Всунув руки в карманы, он ломанулся вперёд, нагло задевая Сефро плечом. На такой неуважительный жест профессор ничего не сказал и невольно похлопал светлыми густыми ресницами.
—Виннер прославляла тиранию, поэтому все вышедшие из тьмы стараются учинять беспредел и иметь о себе лишь дурную славу — так они восхваляют своего лидера. Помимо того, что Богиня унижала народы другой стороны, она поступала подобным образом и со своими же подданными,— дождался я продолжения.— Именно от неё пошла политика, что любовь может быть между любыми расами: как света, как тьмы, так и людей, хотя раньше это запрещалось. Эту идею некогда поддержала Аурелия, но Каллисто отказался, зная о подвохе. Третья Богиня верила, что это может как-то снизить противостояние света и тьмы, но результат оказался иным. Раскольщица, воспользовавшись нововведением, породила полубогов, которые смогли свободно перемещаться по миру света, оставляя за собой хаос. Благочестивая же использовала своих грязнокровным детей только для защиты, её чистое сердце не могло позволить жестокости со своей стороны даже в таком положении, но такая политика у неё длилась недолго. Подобное противостояние могло бы продолжаться вечность.
Все давно покинули убежище, а я всё стоял с Дежво и слушал его рассказ. Я до сих пор не увидел связи с так называемым "инкубатором", поэтому мне стало уже неинтересно слушать. Было очень поспешно нахваливать эту рутину.
—Я вижу тебе уже наскучило моё присутствие, поэтому перейду к самому главному,— от Дежво прозвучали слова, взбодрившие меня моментально.— В итоге началась настоящая война между светом и тьмой, и Благочестивая, оскверняя душу, пустилась убивать всех, а Виннер наслаждалась, достигнув, своей цели. Такая вражда коснулась и мира смертных, что очень не понравилось их правителю. Силы Богов различны по своей энергии и происхождению, но равны, как изначально полагалось, однако то, что я сейчас расскажу превратит эти правила в миф. Однажды Левальд забрал силы двух Богинь, останавливая войну, и соединил их в ауре, своего будущего ребёнка, которого вынашивала смертная. Как это было возможным, никто так и не смог понять. Наконец спокойствие пришло во все миры, но странный поступок Каллисто это никак не оправдывало. Человеческую женщину он и вовсе не любил, но притворно был ласков с ней. Она в свою очередь всё понимала, но безумно радовалась своему ребёнку и обещала посвятить ему всю себя. Но во время родов женщина умерла, так и, не успев, обнять и обласкать своё дитя. Левальд провозгласил, что теперь у него есть наследник, способный подчинить все три стороны. Ребёнок, действительно, был совершенен и мог бы взять на себя управление всем. Однако где-то через месяц человеческий Бог умер, а высшая форма жизни пропала. Артефакты, разбросанные по мирам содержат энергию бывших Богов, если их собрать, то вполне можно восстановить их великую силу. И только человек будет способен дать жизнь следующему высшему разуму. Поэтому неудивительно, что Моранте нашли себе инкубатор. Я надеюсь, мы сможем выстоять их следующую атаку, когда они узнают о фальшивках.
—Я не ожидал такого поворота событий. Спасибо,— сказал я, выражая наигранную благодарность.— Однако реальна ли эта легенда?
—Я Серафим при дворце света. Нашей обязанностью является знать эту историю,— словно хвастаясь сказал он.— А правда это или нет, я не знаю.
—Вы так простодушны, профессор. Всё-всё мне рассказали,— ухмыляясь, не сдержался я.— На месте Богини света я бы не взял вас к себе.
—Я думаю ты правильно распорядишься этой информацией, поэтому всё-всё тебе рассказал,— начал Дежво, передразнивая.— Собственно, твоя мама так же Серафим, разве она болтает когда-нибудь попусту? Кстати, ты очень на неё похож, если бы не гетерохромия, то вообще одно лицо.
—Говоря о нашей схожести, вы лишь увеличиваете моё отвращение к этой особе,— пришлось грубо выразиться.
—Прости. Она мне говорила, что сейчас есть некий напряжённый момент в ваших отношениях,— с досадой сказал Дежво.— Однако каждый может ошибиться и выбрать не тот путь, даже ты.
Когда он говорил последние наставления, я поднимался по каменистой лестнице и махал ему рукой, изображая жест прощания. Этот ангел не был удостоен поднимать последнюю тему, которая и вовсе его не касалась. Меня смутило, что мать могла общаться ещё с кем-то кроме своих будущих жертв. Перед глазами промелькнула картина, как она бы истязала доброго профессора, наслаждаясь процессом и вереща.
С усилием зажмурив глаза и мотая головой, я попытался отбросить странный образ и вышел на свет. На дворе стояло палящее солнце, и моё тело с непривычки вздрогнуло. Лучи приятно ласкали оголённую верхнюю часть тела, день, определённо, начинался с приятных моментов. Я не являлся поклонником загара, поэтому моя кожа круглый год была белой, словно у трупа. Когда-то это было любимой темой для шушуканий среди моих одногрупников, они сравнивали меня с упырём*, и лишний раз мне было смешно с этого.
Почувствовав резкий хлопок по спине сзади, я машинально обернулся, и пара красных глаз радушно встретила меня.
—Попался. Я уже думал вы чем-то другим там занимаетесь,— двусмысленно протянул Александр.— Смотри, что у меня есть.
Прямо перед моим носом он стал трясти импровизированным кулоном: на тонкой грубой верёвке, переплетённой на манер косы, был весьма необычный камень в диаметре около пяти сантиметров. Его причудливость заключалась в расплывчатой огранке, состоящей из чужой ауры, без неё бы камень оставался лишь бесформенным нефритовым осколком.
—Тебе подходит,— признался Милевский, вешая на меня сие украшение.
—Такие побрякушки обычно дарят, чтобы задобрить на хорошее проведение ночи не в одиночестве,— уверенно произнёс я.
—Заметь, дорогая, не я это сказал,— начал он подтрунивать, когда закрепил на шее вещицу.— Как меня отблагодарить ты решишь сама.
—Ты же понимаешь, что эта вещь уже принадлежит кому-то,— проснулась во мне нравственность.
—Я стащил её с дохлого Яна, наверное, это его штучка. Она мне так понравилась, и я сразу вспомнил о тебе, моя любимая,— проявил любезность вор.— Не думаю, что она ему ещё пригодится.
Ко мне давно в душу закрадывалась мысль о том, что неплохо бы иметь какую-либо драгоценность, которую позже можно превратить в амулет. Но я не был сейчас вдохновлён идеей забрать камень у трупа.
—Через сколько примерно его энергия ослабнет?— спросил я впритык у Александра.
Он улыбнулся, показав свои небольшие клыки, и догадался, что его подарок уже не напрасен.
—Смотря, как скоро этот гадёныш переродится,— получил я ласковый ответ.
Его руки спустились с моей шеи и протянулись к камню, он долго потирал вещицу нежными подушечками пальцев и смотрел на неё так, словно отдавал самое дорогое, что у него было. Когда Милевский понял, как это выглядело со стороны, то моментально отпрянул от меня.
—Кстати, вещей наших я так и не нашёл,— смущённо промямлил он, будто сам устроил погром.— Я предлагаю добраться до ближайшего города и остановиться где-нибудь там. Однако у нас будет туго с деньгами, но можно выполнить пару миссий. Мы же пойдём вместе, верно?
—Если я откажусь, ты сможешь справиться без меня?— надменно спросил я.
—Разумеется, да,— ответил он с долей неуверенности.
—Изумительно. Встретимся, когда эту рухлять отстроят,— сказал я, мотнув головой в сторону многочисленных разрушенных зданий.
В любом случае нас всегда объединяло только общее место учёбы, поэтому я прекрасно понимал, что говорю. Думаю, он вполне был готов к моему ответу. Милевский с неподдельным интересом рассматривал меня далеко непотерянным взглядом, будто этот отказ был адресован мне, а не ему.
—Ну, бывай тогда,— сказал он, развернувшись уже спиной
Запечатлив, последний образ обо мне, он плавно удалялся к месту где некогда были ворота для входа на бывшую территорию академии. Он бродил мимо огромных кусков белого мрамора, оглаживая их ладонью, будто прощаясь. Александр намеренно оглянулся, чтобы эта сцена выглядела более печальной, но это никак не пошатнуло моё решение. Я знал, что он всё равно отправится за мной в скором времени, оправдываясь, что это случайная встреча.
"Как давно он променял свою гордость на пирожки?"— задался я этим вопросом про себя.
***
В мире магии существовало всего два официальных королевства, которые делили стороны света и тьмы. Эстос же являлось местом, собирающим всё воедино. Именно оно стало главным пристанищем полукровок, которые не могли часто находиться на одном месте. Все расы, словно забывали о противоречиях и жили в полной гармонии здесь. О правителе только складывали легенды, но никто не видел его наяву кроме высшего магистрата, который занимался порядком и являлся главным судебным органом.
Королевство делилось всего на два округа, которые были по совместительству центральными городами: Аутентичный и Обетованный. Природа в них является самой удивительной, так как она считается промежутком между непроходимыми опасными лесами царства тьмы и необъятными просторами царства света.
Также здесь можно увидеть некоторые виды растений и животных с Земли. Деревья с мира смертных интерпретируются тут, как самое прекрасное, хотя и могут из-за необычных внешних факторов иметь помимо красоты другие качества, которые чаще всего являются отрицательными.
Ветви типичных белоснежных берёз, цветущих азалий, дурманящего жасмина могут удушить любого, если они почувствовали опасность или жажду крови от него. Обыкновенные животные могли отреагировать точно так же, даже обычная мышка ценой своей жизни кинется на вас, если почует недоброе. Такая пассивная защита от окружающей среды помогает оставаться Эстос самым гармоничным местом, где даже нет помыслов об убийстве кого-то.
Город Аутентичный был специально выделен под просвещение юных голов, где при полной изоляции пропагандировались гуманистические идеи востребованности общей магии. Каждые ясли, детские сады, школы, гимназии, академии имели своё руководство и жили, как маленькое отдельное королевство внутри другого. С этих мест выпускались воистину лучшие мастера своего дела, и многих смело разбирают даже, когда они ещё не закончили свою учёбу, но стали весьма известными, благодаря своим талантам.
За всеми дарованиями следил Златозар Сефро — полубог, сын Аурелии. Именно его имя было и остаётся у всех на устах в этих краях. Родившись обожествлённым, он уже не мог выбрать другой жизни. Поэтому абсолютно все стремились обучаться в местах не столь неотдалённых от Аутентичного, ведь энергия богоподобных помогала чувствовать себя защищённей, будь ты на стороне зла, добра или же между ними.
Златозар понимал свою востребованность и знал, что большинство хочет ощущать именно его ауру. Он создал самые лучшие условия в своих учебных заведениях для того, чтобы объединить расы, как думали многие. Однако он всё равно лукавил, переманивая всех на сторону света, и это было настолько незаметно, что до сих пор не вызывало подозрений.
В Обетованной же жизнь била ключом, ещё с давних времён все мечтают остановиться здесь на отдых хоть на пару дней. Приятная атмосфера в этом городе лезет с каждого уголка. Жители с нетерпением ждут ярмарки и фестивали, которые могут проходить больше недели и радовать своим красочным торжеством.
Во время них в городе можно купить много чего интересного, начиная с обычной домашней утвари и заканчивая покупкой недвижимости. Обратной стороной подобных увеселительных событий был чёрный рынок, который никто не мог остановить. Моранте основали его, как только обосновались в Обетованной. Они следили, когда на их поприще появится информация о том, где могут быть спрятаны артефакты, и кто мог быть их стражем. Поэтому каждый их разбой был неожиданным, и бежать было просто некуда.
Но последняя их попытка вышла весьма неудачной, когда они украли артефакты из академии Сефро. Цель была выполнена, но впервые кто-то остался жив, после их прихода. И помиловали они многих, а не одного.
Когда вся банда вернулась в город, Эмилия каждой клеточкой своего тела чувствовала негативную атмосферу, исходящую от других. Мысленно она ещё оставалась на той поляне и смотрела в лицо неизвестного, который нанёс ей удар, и даже тёплые объятия Германа не могли увести её от этих мыслей. Вина за произошедшее полностью была на ней.
Мигель то же вспоминал этот инцидент, и думал о новой услышанной истории, пока добирался до Обетованной — это было единственное, что могло хоть как-то разнообразить его долгий путь в четыре дня. Ранее ему не доводилось бывать в том городе, который стал его целью, и это его радовало. Грязнокровный понадеялся открыть что-то новое в другом месте для себя.
──────────────────
666 томов Эгзо* — книга великого путешественника Фабиана Эгзо. Содержит в себе все сведения о существующих видах каждой из сторон с полноценным описанием. Из-за своей объёмности обычному существу потребуется более двух лет на её изучение.
Упырь* — прообраз современных вампиров, раса составляет около трёхсот особей на данный момент. Отличаются от нынешний кровопийц бесформенным безобразным телом с самой светлой кожей, которую можно только увидеть.