Разбитые маски
Гран-при Испании был решающим моментом. Не только для Шарля, но и для всего «Проекта „Призма"». Если бы он снова провалился, ни одна пиар-кампания не смогла бы замаскировать его неудачи. Давление витало в воздухе, плотнее бензинового выхлопа.
На старте Шарль почувствовал привычный прилив адреналина, но в этот раз он был чище, без прежнего груза сомнений. Слова Сю Ин «Быть сильным. Даже если внутри все рвется» крутились в голове. Он посмотрел на пит-лейн, увидел красную фигуру, стоящую чуть в стороне от общей суеты, и почему-то это успокоило его.
Гонка была напряженной. Шарль боролся, обгонял, рисковал, но каждый маневр был точен и выверен. Он чувствовал болид как никогда раньше, и это давало ему уверенность. Его темп был безупречен.
На последнем круге, когда победа была уже в кармане, Николя по радио прокричал: «Молодец, Шарль! Ты вернулся! Это твоя победа!» Шарль почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Это была не просто победа в гонке, это было возвращение к себе.
Он пересек финишную черту первым. Болид замедлился, и Шарль, сняв шлем, издал ликующий крик. На его глазах выступили слезы, которые он не мог сдержать. Впервые за долгое время он почувствовал чистое, неподдельное счастье.
Поздравления команды обрушились на него, когда он вышел из машины. Он обнимал механиков, инженеров, Николя. И тут он увидел её. Сю Ин стояла чуть поодаль, её лицо было безмятежным, как всегда, но глаза... В её глазах он увидел нечто новое. Что-то, похожее на облегчение. И, возможно, даже гордость.
Не задумываясь, он шагнул к ней, взял за руку и потянул на подиум.
— Иди сюда, — сказал он, его голос был хриплым от эмоций. — Это и твоя победа тоже.
На подиуме, под шум толпы и вспышки камер, он обнял её. Это было не объятие по контракту, не расчетливый жест для прессы. Это было настоящее, крепкое объятие человека, который хотел разделить свой триумф с тем, кто был рядом. Он вдохнул аромат её волос — сандал и тот самый «первый снег».
Сю Ин на секунду замерла в его руках. Шарль почувствовал, как она невольно прижалась к нему. И в этот момент, когда Шарль поднял кубок над головой, а толпа скандировала его имя, Сю Ин впервые за всё время посмотрела на него не как на контрактного партнера, а как на человека. В её глазах появилось что-то, что можно было назвать нежностью, но тут же исчезло.
После церемонии, когда они возвращались в паддок, Марта сияла.
— Это триумф, Шарль! Рейтинги взлетели до небес! Комментарии, публикации, все в восторге от вашей «истории любви»! Сю Ин, вы были великолепны! Ваша поддержка придала ему сил!
Шарль посмотрел на Сю Ин. Она молчала, лишь кивнула Марте.
— Спасибо, Сю Ин, — сказал он. — Ты действительно помогла.
Она посмотрела на него.
— Это моя работа, Шарль. Я всего лишь выполняла условия контракта.
Её слова были как ледяной душ после жаркой гонки. Он чувствовал, что она специально разрушила тот краткий момент близости на подиуме.
Вечером в квартире в Монако было тихо. Шарль сидел на диване, держа в руках кубок, который блестел в свете ночных огней. Он чувствовал эйфорию, но в то же время — необъяснимую пустоту.
Дверь её комнаты открылась. Сю Ин вышла в своей домашней одежде, с мокрыми волосами, собранными в пучок. Она подошла к холодильнику, достала бутылку воды. Шарль невольно залюбовался. Без макияжа она выглядела моложе, почти по-детски невинной.
— Ты сегодня... ты была на подиуме, — Шарль запнулся. — Как тебе ощущения?
Она повернулась к нему.
— Шумно, — лаконично ответила она. — Но эффект достигнут. Ваша популярность стабилизирована.
— И это всё? Просто «эффект»? — Шарль почувствовал, как внутри закипает раздражение. — Я только что выиграл гонку! Я вернулся! И ты говоришь об этом как о маркетинговом отчете?
— А чем это еще является? — её голос оставался ровным. — Мы выполнили свою часть сделки. Вы получили победу и восстановленный имидж. Я получаю... свои дивиденды.
— А что ты получаешь, Сю Ин? — Шарль встал, подошел к ней. — Кроме денег, которых у тебя и так полно? Что это за «свобода», о которой ты говорила?
Она отступила на шаг, словно он прикоснулся к ней.
— Это не ваше дело, Шарль. Наши отношения — исключительно деловые. Не путайте роли.
Её слова были холодными, как порывы ветра с моря. Но Шарль заметил, как в её глазах мелькнула тень. Он впервые увидел в ней нечто, что не было частью её протокола.
— Я видел тебя на подиуме, — тихо сказал Шарль. — И я увидел не просто PR-менеджера. Я увидел... человека.
Сю Ин молчала, глядя на него. Между ними висело напряжение. Её взгляд был словно стена, за которой прятались какие-то глубокие тайны.
— У вас сегодня была тяжелая гонка, Шарль, — наконец произнесла она. — Вам нужно отдохнуть. И не забывайте, что контракт не предусматривает личных вопросов.
Она развернулась и снова ушла в свою комнату. Дверь закрылась с тихим щелчком. Шарль остался один, с победным кубком в руках и навязчивой мыслью: что же скрывается за этой маской абсолютного контроля? И почему он так отчаянно хочет это узнать?
Эта победа вернула ему уверенность в своих силах как гонщика. Но она же посеяла в его сердце семя другого, гораздо более опасного интереса — интереса к холодной, загадочной женщине, которая, казалось, была сделана изо льда и шелка, и которая только что разбила его эйфорию вдребезги.