4-Глава
С утра Чонгук проснулся в приподнятом настроении. Быстро приняв душ и нарядившись, юный альфа направился на первый этаж, следуя за манящим ароматом вкусной еды.
— Так когда вы собираетесь уезжать?
Слыша голос Юнги, Чонгук нахмурился, но поднял уши, прислушиваясь.
— Думаю, завтра!
Голос Дживона доносился глухо, и у Гука в душе словно что-то рухнуло.
— К…куда уезжаете?
Растерянно спросил Чонгук, его брови сморщились от волнения.
Юнги и Джун с добротой улыбнулись, желая сыну доброго утра. Юн поцеловал Гука в макушку и посадил за стол, сказав, что его любимые оладушки скоро будут готовы.
Тем временем Тэхён, охваченный шоком и страхом, смотрел на юного альфу, а Дживон с улыбкой хохотал, потрепав племянника по густым черным волосам.
— Мне предложили работу в Бразилии, и я уезжаю с Тэхёном!
В душе Чонгука что-то треснуло. Как только родственники покинули дом, он заперся в своей комнате и долго плакал.
Четыре года спустя.
Как только Джун отворил двери, в дом влетел рассерженный Дживон, держась за запястье измученного Тэ.
— Где Чонгук?! — гневно рычал альфа.
— Дживон, что случилось?! — раздражённо спросил Юнги, появляясь из кухни.
Омега ощущал растущее беспокойство, ведь их Гук только-только пришёл в норму. Хотя Ким выглядел не намного лучше.
— Знаете, я терпел, надеялся, что он… — Дживон кивнул на Кима, но не успел договорить, как входная дверь захлопнулась, и по прихожей разразился запах доминантного альфы.
Уже не тот ребенок; перед ними взрослый, крепкий альфа.
Чонгук вытянулся и стал почти одного роста с отцом.
Плечи напряглись, мышцы окрепли и увеличились.
Волосы были окрашены в снежно-белый цвет, но виски и затылок оставались короткими и неокрашенными.
Лицо приобрело резкие, альфийские черты, а в губе и брови сияли пирсинги. Вся правая рука была покрыта татуировками.
— Ему точно девятнадцать? — пронзила мысль Тэ.
Чонгук шагнул внутрь, и его уверенность заполнила пространство. Несмотря на переживания, его глаза сверкали уверенностью. Чонгук с вызовом, игнорируя тонкие волны напряженности в комнате. Он подошёл ближе и, казалось, расправил плечи, как будто собирался взять на себя все тяготы, которые на него возложили.
Тэ, все еще в замешательстве от натиска эмоций, заметил, как Чонгук переминался с ноги на ногу, словно пытаясь освободиться от невидимого бремени. Альфа вдруг застыл на месте, и глаза его встретились с Тэ — в них прочитались старые воспоминания, смешанные с настойчивым вызовом в новую жизнь.