3-глава
Чонгук еще юный, он лишь подросток. Его гормоны бушуют, он находится под мощным влиянием своего внутреннего альфы.
Родственники остались у них на ночь, ведь Дживон и Джун выпили, а точнее, Намджун выпил, а Дживон напился.
— Почему? — кричит Чонгук, стоя в дверях ванной и глядя на хрупкую спину омеги.
Ким медленно обернулся, облокотился о раковину и заглянул в глубокие, словно олени, глаза подростка. Чонгук залип на влажном лице омеги, заметив каплю, спешащую по тонкой шейке, к ключицам, и таинственно исчезающую под блузой.
— Что? — вырвался звук из его губ, но лишь нежный голос Тэхёна отвлек его от мыслей.
— Почему ты с ним?! — спросил Гук, но не произнес этого вслух. Тэхёну было достаточно понять. Внутренний омега Тэ дико скулил, стоило Чонгуку подойти и вдохнуть его слабый запах.
— Черт! Почему мой истинный еще ребенок?! — в мыслях кричал омега.
— Не твое дело! — спокойно ответил Тэхён, собираясь уйти, но подросток поймал его за запястье.
— Моё!
— Нет! Ты еще ребенок и не смей совать нос в мои дела! — вспылил Тэхён, вырываясь и молча покидая комнату.
Чонгук был в гневе, но его альфа, стараясь успокоить бурю внутри, принял душ и, облачившись в пижамные штаны и футболку, готовился ко сну.
— Можно? – тихо постучав, приоткрыл двери в комнату Гука Тэхён.
Альфа резко обернулся и застыл: перед ним стоял Тэхён. Омега была в тонкой шелковой пижаме черного цвета — короткие шортики и майка практически не скрывали его обнажённое тело, а едва завязанный халатик лишь придавал образу игривую дерзость. В голове Чонгука закрутился вопрос: "Зачем он пришел?"
— Зачем ты пришел? – спросил он.
Тэхён, с грацией хищной кошки, подошёл к нему и, обняв за шею, шепнул на губы:
— Чонгук-и, давай завтра поговорим, когда утихнут страсти.
Несмотря на свою стеснительность, внутренний альфа Гука вновь взял верх. Подросток обнял Тэхёна, прижав к себе, и поцеловал его мягкие губы. Тэхён, вместо того чтобы отстраниться, привлёк его ближе, погружая в объятия.
Повторю, Чонгук еще не полностью раскрывшийся альфа, и поэтому в нем еще нет наглости, хитрости и силы. Он по-прежнему остается стеснительным, замкнутым и тихим. Но в его сознании вновь всплывает внутренний альфа. Подросток нежно кладет свои руки на тонкую талию, притягивая омегу к себе и тут же целуя мягкие губы Тэхёна. Тэ следовало бы оттолкнуть юношу и уйти, но, почему-то, он этого не делает. Напротив, он берет руки Чонгука и опускает их ниже, на свою попу, вновь обнимая альфу за шею и запуская пальцы в его волосы. Гук рычит в поцелуй, слегка кусая Тэ за нижнюю губу и сжимая его попу, отчего Тэхён выгибается в объятиях своего истинного, громко стоня в поцелуй.
Чонгук ощущал, как его сердце колотится в унисон с нарастающей волной эмоций. В нем боролись внутренние сомнения — шепты, что он еще не готов к этому, и одновременно неукротимое желание быть ближе к Тэхёну. Нежный взгляд омеги, полный доверия и ожидания, разжигал в нем скрытые инстинкты альфы.
Тэ тихо застонал, когда Чонгук, хватая его за запястья, вывел их на уровень своей груди. Внутренний конфликт между нежностью и страстью пронзал их в этот миг, заставляя время как будто замирать. Чонгук прижал Тэ к себе еще крепче, теперь их дыхания смешивались, создавая атмосферу, полную ожидания.
Тэ, прочувствовав интуитивную неуверенность своего альфы, настойчиво потянулся к нему, беря инициативу в свои руки. Он прошептал его имя, звуча нежно и томно, словно призывая к чему-то более глубокому. Гук ответил на это, словно в транс водя губами по его шее, оставляя позади все сомнения. Они оба знали — эта связь лишь начиналась.