5-Глава
Возле альфы стояла величественная овчарка. Сам альфа, утомлённый и возбуждённый одновременно, почувствовал, как влажные пряди волос прилипли к его лбу, и его серая футболка, пропитанная потом, обтягивала тело. Сняв кроссовки, он поднял взгляд на собравшихся в прихожей людей и нахмурился.
Три года назад
Измученный Гук, сидел на своей кровати, прижимая колени к груди, завернувшись в одеяло.
— Гук, ну успокойся, — заботливо произнёс Джун, усаживаясь на краешек и с чувством смотря на сына.
Молодой человек совершенно не походил на шестнадцатилетнего альфа. Густые черные волосы давно затенили его потухшие глаза, а под ними лишь проступили тёмные круги. Он выглядел изнурённым, худым и бледным. Молчал, и Джун грустно вздохнул.
— Тэхён не хотел выходить за Дживона замуж. Это решили его родители.
— Правда? — с надеждой спросил Гук, глядя на отца.
Джун кивнул, слегка улыбнувшись.
— Он тебя любит. В ту утреннюю пору он мне сам это сказал. Ну и что будешь делать?
Видя искры в глазах сына, Джун спросил:
— Сделаешь так, чтобы твой омега был с тобой?
А вот и виновник!
Зло рычал Дживон, стремглав шагая к племяннику.
— Не смей его трогать! — воскликнул Тэхён, схватив мужа за руку.
— Что здесь, черт возьми, происходит? — пробасил Чонгук с удивительной спокойствию, позволяя Дживону схватить себя за грудки.
— Дживон, черт тебя дери! Успокойся и отпусти Чонгука! — гневно произнес Джун, крепко держа брата за плечо.
— Папа, всё в порядке! — произнес Гук, и Джун, кивнув, отпустил руку, отступив на несколько шагов и притянув к себе Юнги, чтобы его запах окутывал мужа целиком.
Тем временем овчарка стремительно покинула прихожую, полагая, что хозяин справится сам.
Чонгук взглянул на дядю с холодным, нечитаемым выражением.
Голова Дживона разрывалась от боли, его рвало, а кровь стучала в висках.
Чонгук, доминантный альфа, излучал сильные феромоны, постепенно накрывая всех.
Гука оглушила волна приторного запаха лаванды.
Юноша в страхе отшатнулся, опустив взгляд на Тэхёна, а затем рухнул на пол, покрасневший и запотевший, с дыханием, едва унимающимся.
— Ч…что? — выдохнул Чон, вдыхая запредельно усилившийся запах омеги.
Его внутренний зверь кричал: его омега поддавался сильным феромонам.