Глава 13
Э М М Е Л И Н
Мне нужно прийти в себя после сна, такого яркого, что он казался явью. Мне приснилось, что Энтони нашёл меня и забрал у Оливера. Я снова в заточении, прикованная к кровати. Я не хочу этого.
Я встаю со стула и выливаю в раковину почти полный стакан воды. Жажда прошла. Выключив свет на кухне, я крадусь в спальню. Иду на цыпочках, стараясь не шуметь, но тут дверь справа распахивается, и Оливер, выходя, сталкивается со мной. Я вскрикнула от неожиданности и отпрянула от него, когда Оливер схватил меня за талию, чтобы я не рухнула на задницу. Его лицо окаменело.
- Оливер, - шепчу, поправив на себе футболку.
- Почему ты не спишь?
- Я захотела воды.
- Опять приснился страшный сон? - мотаю головой, но Оливер не ведётся. Он уже на протяжении месяца ночует на полу около моей кровати в спальне, только, чтобы я не мучилась от кошмаров. Его ладонь крепко держит меня на плаву сознания и не погружает меня в глубокий сон, где меня поджидают монстры, готовые утащит во тьму своими лапами.
- Я пойду?..
- Стой. - Останавливаюсь и опускаю голову, сложив руки перед собой. Оливер обходит меня, нежно разжимает мои напряженные, сплетенные пальцы. Он берет мои руки в две свои, разминая костяшки пальцев. - Ты будешь что-то? Я могу заказать.
- Утром? - задаю глупый вопрос, ведь из окна, в конце коридора, уже рассветает.
- Да, утром.
- Я не голодна, спасибо большое, Оливер, - шепчу, отступая назад. - Я пойду посплю. Очень хочу спать.
- Хорошо. Я буду в гостиной до восьми, но потом уйду. Меня не будет до обеда, если что-то понадобится, сегодня я поставлю у дверей Гарри, хорошо? Парень исполнит любую твою просьбу, только попроси его. Не бойся его.
- Спасибо, - я киваю, убирая свои руки за спину. - Можно я пойду?
- Эммелин?
- Да? - я не поднимаю взгляд, когда меня зовёт Оливер. Мужчина подходит ко мне, цепляет пальцами подбородок и нежно поглаживает большим пальцем, заставляя посмотреть в его глаза.
- Тебя что-то беспокоит?
«Всё. Твои прикосновения. Твоя доброта. То, что ты даёшь мне всё, а я не могу дать ничего взамен», - хочется крикнуть мне, но я лишь сжимаю губы и молча качаю головой.
- Мне нужны твои слова. Скажи мне, я сделаю все, чтобы ты была в безопасности и счастлива. Энтони никто. Ты моя - Эммелин.
Моя.
- Я не твоя, - поднимаю руку с кольцом, сжимая губы. Палец под ним красный и воспаленный. Я часами пыталась снять его на кухне, но сдалась. Оно осталось на мне, напоминание о том, кому я принадлежу на самом деле.
- Сними его. Ты больше не его жена, Эммелин. Как только получу твой развод, я женюсь на тебе, - Оливер улыбается мне и слегка наклоняет голову, намереваясь поцеловать, но я отступаю, обхватив себя руками.
- Не надо. - Перед глазами вспыхивает лицо Энтони, но я быстро отгоняю образ, стараясь не расплакаться. - Не трогай меня.
- Эммелин...
- Нет... пожалуйста, не надо, - я поднимаю на него глаза и вижу боль на его лице. Оливер делает шаг вперед, прижимает меня к стене, и я замираю. Тело напрягается, а разум уступает старому страху подчиниться. Я дышу медленно и тихо, готовясь к грубым рукам, к боли, к треску ткани. Но Оливер лишь нежно берет мое лицо в ладони, заставляя меня открыть глаза.
- Что он с тобой сделал? - шепчет, едва разомкнув губы. Я делаю вдох, но слезы уже застилают все. - Что он сделал с моим, Рыжиком?
«Он все убил, Оливер. Разорвал мою душу голыми руками. Запятнал мое тело своими руками. Оно никогда не будет годно для восстановления. Каждый сантиметр пропитан его поцелуями, грязными словами, прикосновениями. Осталась лишь оболочка от твоего, Рыжика. Все. Не. Мое.»
- Оли... - пытаюсь рассказать свои мысли, но голос срывается на хрип.
- Маленькая моя, - Оливер ловит меня, когда я ломаюсь, едва не падая на пол. Я начинаю плакать навзрыд, вспоминая все мучения, насилие и издевательства со стороны Энтони. Оливер подхватывает меня на руки и несёт куда-то. Я утыкаюсь ему в шею и плачу, оплакивая себя. Ту маленькую девочку, которая бежала за братом, пытаясь его остановить, чтобы он не разбился на байке. Ту маленькую девочку, которая рыдала около койки брата, когда ему поставили диагноз, что он не сможет ходить. Маленькая девочка, которая сделала все возможное ради Тобиаса, пожертвовала собой, приняла предложение от Энтони и вышла замуж. Оплакивала маленькую девочку, которая хотела любить и быть любимой.
- Я держу тебя, - Оливер целует меня в макушку, обхватив меня двумя руками. Он укладывает нас на кровать и я замечаю, что мы в его комнате. Укрывает нас одеялом, позволяя прильнуть к его груди. Оливер укачивает меня, аккуратно постукивая ладонью по спине, как маленького ребенка. - Я рядом, Эммелин. Всегда. Ты моя женщина. Я буду ждать. Ждать тебя. У нас впереди с тобой прекрасная жизнь...
***
Я проснулась от чужих голосов, которые слышался в гостиной. Поднимаюсь с кровати, осматривая комнату. Она такой же планировки, что и моя, но выполнена в темных тонах. Я потягиваюсь и слышу голос Оливера. Интересно, сколько я проспала?
- Оливер! - я хмурюсь, слыша женский голос. Он не схож с голосом миссис Сальваторе или Витторией. Я выхожу из комнаты и добираюсь до гостиной, увидев девушку с шоколадными волосами. Точь-в-точь как мои. Она улыбалась Оливеру. Выкладывала продукты на стол, словно эта квартира ее. Я спряталась за угол, задержав дыхание, чтобы не помешать этой идиллии. Оливер помогает разобрать продукты девушке.
- Элизабет, спасибо, что ты пришла. Я боюсь оставить ее одну, - Оливер останавливается на мгновение, затем продолжает выкладывать печенье и сок из крафтового пакета. Девушка нежно улыбается ему, притронувшись к его руке. Этот жест довольно личный. Неужели Оливер умеет так искусно врать? Вчера он держал меня в своих руках, обещая жизнь, а теперь...
- Оливер, ты младший брат моего мужа, ты мне, как брат. - Мои мысли испаряются. - Я не могу оставить тебя одного. Я единственная, кто до сих пор не знала о том, что произошло и мне жаль. Я хочу поддержать Эммелин. Ты говорил о ней и не замыкался, теперь, когда она у тебя, должно быть любопытно посмотреть на нее.
- Только не преувеличивай. Она... ранима. Не настаивай, просто составь ей компанию, пока я не приеду.
- Кассио с тобой приедет? Нам нужно отвезти потом Криса к отцу. Боюсь, он будет недоволен, что его внук не проводит выходной вместе с ним.
- Не переживай. Я поговорю с братом. Мы быстро решим вопрос и приедем. Спасибо...
- Ты Эммелин, верно? - я вскрикиваю и выхожу из-за угла, когда за спиной кто-то задает вопрос. Я оборачиваюсь назад и вижу парня, лет десяти, а может и старше, смотрящего на меня с презрением. Словно он главный в этом мире, а я мошка на его пути. Парень подходит ближе, склоняя голову. Мы почти одного роста. - Ты глухая? У тебя проблемы? Дядя Оливер не говорил, что у тебя проблемы, - я открываю рот и пытаюсь что-то сказать, но меня опережает девушка.
- Кристофер Сальваторе! А ну-ка немедленно извинись, что это за поведение у тебя! Я тебя этому не учила!
- Прости, мам. - Мальчик опускает голову, но я вижу искру несправедливости в его серых глазах. Они такие мальчишеские, но я вижу ярый, серый цвет, полыхающий огонь. - Простите, миссис.
- Мисс. - Оливер рычит из-за спины. - К черту это, Кристофер!
- Но она замужем... - возникает мальчик, но увидев взгляд дяди, замолкает. - Хорошо. Я понял. Простите, Эммелин. Я был груб, нет это все характер моего отца. Он новый босс, а я следующий.
- Кристофер! - крик Элизабет разрывает тишину повисшую после слов мальчугана. Я улыбнулась, но увидев рожицу, которую он скривил, пока не видит его мама, рассмеялась в голос, забыв обо всем. Мой смех был звонким и долгим, казалось, что я выплеснула все эмоции через него. Кристофер посмотрел за мою спину и поднял руку, коснувшись виска.
- Кристофер, получишь...
- Нет. Пусть продолжает, - Оливер оборвал женщину, схватив ее за запястье. Я схватилась за живот, едва дыша.
- Ты милый!
- Милый кролик, а я парень. Будущий глава. Я не могу быть милым.
- Глава... - шепчу, обернувшись назад. - Привет, я Эммелин.
- Привет. Элизабет, невестка Оливера, а это Кристофер, мой сын.
- Ты жена..?
- Жена Кассио. Старшего брата Оливера.
- Понятно, - я перевожу взгляд на Оливера.
- Я привел компанию, чтобы тебе не было скучно. - Объясняет он, словно я спросила его об этом вслух. - Мне нужно идти. Я постараюсь все сделать быстро, но я буду с братом и отцом, а потом к нам присоединиться и дядя. Я думаю, что будет весело.
- Присоединиться?..
- У нас есть традиция. - Элизабет улыбается мне, доставая из холодильника молоко. Она загружает кофемашину капсулами, пока продолжает объяснять: - Каждое последнее воскресенье месяца мы все собираемся в особняке у Алексы и Данте. Некое семейное торжество, которое можно пропустить только из-за того, что ты болен или... того, - она посмотрела на вверх в потолок и рассмеялась. - Ты тоже пойдешь?
- Я? Эм, нет. Наверное. Я же не поеду, да? - я смотрю на Оливера, ожидая его разрешения.
- Ты девушка Оливера, думаю, что пора со всеми познакомиться поближе. Ты не видела ещё Аврору и Виктора. Они должны приехать с отдыха. А еще должны приехать А́ртур и Джонни.
- Прилетят кузены? - Оливера выходит из кухни, забирая спортивную сумку. - Отлично. Я давно их не видел.
- Да, Лилиана сказала, что должны. Они слышали о твоей девушки и решили лично с ней познакомиться. Артур сказал, что даже попытается украсть ее у тебя. Потому что ты не достоин ее, - Элизабет хихикает и смотрит на меня. - Поверь, они не посмеют сделать это. Оливер хорошо в стрель... стремление защищать свое. Он не позволит.
- Здорово. - Шепчу я, опустив взгляд вниз. Элизабет подаёт мне чашку с кофе и я вижу до боли знакомую светлую пену латте.
- Оливер рассказал, что ты пьешь только латте с сиропами. Я купила несколько, какой будешь?
- Какой есть? - я облизала губы, посмотрев на столешницу, куда указала Элизабет. На ней были расставлены около десяти бутылок с сиропами. - Соленую карамель, пожалуйста.
- Конечно. Наливай сколько хочешь. Мы можем выйти на балкон, посидеть там. Можем выйти погулять в парк с...
- Нет. - Я тянусь к сиропу, когда слышится резкий ответ Оливера. Он заходит на кухню и я сглатываю, отставляя в сторону сироп. - Вы не выйдете из квартиры, пока я не разрешу. Вы не в тюрьме, но это для твоей же безопасности. Я ушел. Буду скоро, - Оливер смотрит на меня несколько долгих секунд и решившись, наконец, подходит, целуя в макушку. Я закрываю глаза и улыбаюсь, чувствую его заботу и тепло.
- Я буду ждать тебя.
- Отдыхай. Если тебе надоест Элизабет, можешь запереться в спальне. Она не будет доставать.
- Хэй, я вообще-то здесь, засранец, и все слышу!
- Я тоже рад, что ты пришла, невестка, - дразнит Оливер и уходит прочь. Оставляя меня наедине с девушкой и Кристофером, который пьет свой горячий чай, уткнувшись в телефон.
- Чем займемся?
- Не знаю. Можешь выбрать сама, я не знаю тут ничего...
- Ох. Тогда давай посмотрим фильм!
- Только не ваши сопливые мелодрамы, мам, - тянет Кристофер, но Элизабет отмахивается, направляясь в гостиную к огромному телевизору.
- Мальчик мой, ты можешь пойти в комнату и там посидеть, если я тебе мешаю с тетей Эммелин.
- Мам, ты мне не мешаешь, прости. Давай, пожалуйста, посмотрим фильм?
- Ух ты, - я смотрю на мальчика. - Почему... он не выглядит на свой возраст?
- Кассио, - выдыхает Элизабет, будто одно, единственное имя объясняет всю суть.
Мы устроились в гостиной. Элизабет листала список фильмов, а Кристофер устроился в огромном кресле, и казался полностью поглощенным экраном своего телефона. Я сидела на диване, поджав ноги, и согревала ладонями кружку с латте. Сладкий, согревающий вкус соленой карамели немного успокаивал нервную дрожь внутри.
«Девушка Оливера»
Эти слова все еще звенели у меня в голове. Звучало так... официально. Ответственно. И пугающе. Вся его семья, такая огромная и, как я уже успела понять, очень влиятельная, теперь знала обо мне. И они хотят со мной познакомиться. Не как с случайной подругой, а как с кем-то важным для Оливера. От этой мысли перехватывало дыхание сильнее, чем от его внезапного запрета выходить из квартиры.
- Та-ак, - протянула Элизабет, выбрав что-то окончательно. - Надеюсь, вы готовы к шедевру. «Плохой парень и я». Слишком банально, предсказуемо и для подростков. Нам подходит!
Кристофер громко застонал, не отрывая глаз от телефона.
- Мам, это уже во-второй раз. Я скоро буду все диалоги наизусть знать.
- Значит, проверим твою память, - парировала она, беззаботно улыбаясь. - Эммелин, ты не против?
Я покачала головой. Мне было все равно. Сидеть здесь, в этой роскошной, но чужой квартире, и смотреть что угодно было лучше, чем оставаться наедине со своими мыслями. Мысли эти были неприятными. Почему Оливер так резко сказал насчет выхода? Что за опасность? Он говорил об этом так, будто это что-то само собой разумеющееся, часть его мира, в который мне пока нет входа.
Фильм начался. Я пыталась сосредоточиться на экране, но взгляд постоянно скользил по комнате. Все здесь было дорогим и стильным, но бездушным. Словно интерьер из глянцевого журнала. Ни одной лишней вещи, ни одной случайной безделушки. Только я, Элизабет, Кристофер и эта идеальная картинка. Было странно сидеть здесь, пить кофе, смотреть романтическую комедию, в то время как Оливер ушел.
Примерно через полчаса Кристофер отложил телефон и с театральным вздохом уставился в телевизор. Казалось, он смирился с своей судьбой. Элизабет временами комментировала происходящее на экране, смеялась, а потом вдруг спросила, глядя на меня:
- Ты нервничаешь из-за ужина? - Я вздрогнула, словно пойманная на чем-то.
- Это... заметно?
- Немного, - она улыбнулась, но в ее глазах не было насмешки, скорее понимание. - Не бойся. Все они, несмотря на свои замашки, в общем-то, нормальные. Ну, почти все. Данте, отец Оливера, может показаться суровым, но он просто очень старомоден. А Алекса, его жена, она как... теплый ветер. Она всех успокаивает.
- А Кассио? - спросила я, прежде чем успела подумать. Имя, которое она произнесла с таким вздохом, будто оно все объясняло. Элизабет на мгновение замерла, ее улыбка потускнела.
- Кассио... это Кассио. Он... сложный. Следующий глава семьи. На нем огромная ответственность. Иногда эта ответственность делает его холодным. Отстраненным. Особенно с теми, кого он считает слабыми.
Она посмотрела на Кристофера, который делал вид, что не слушает, но я видела, как он напрягся.
- Он хочет, чтобы Кристофер рос сильным. Жестким. Иногда его методы... - она замолчала, снова глядя на экран телевизора. Девушка на экране сидела в автобусе вместе со своими друзьями. Они были одеты все в одну форму и выглядели забавно, ведь после дороги, которую им предстояло проехать, я не думаю, что прически у девушек будут аккуратными, а костюмы не помяты.
- В общем, не переживай. На ужине он, скорее всего, просто будет тебя изучать. Молча. Главное смотри ему в глаза, когда говоришь. Он ненавидит, когда люди отводят взгляд.
От этих слов мне стало не по себе. Меня будут «изучать». Как какой-то экспонат. Я потянулась за своей кружкой, но она была уже пуста.
- Хочешь еще? - оживилась Элизабет, явно рада сменить тему.
- Нет, спасибо. Я, пожалуй... может, правда, немного отдохну в комнате? Если ты не против.
- Конечно нет! Иди. Я тут со своим неугомонным сыном досмотрю этот шедевр до конца.
Кристофер снова громко застонал. Я улыбнулась им обоим и вышла из гостиной. Спальня Оливера была такой же безличной, как и гостиная. Большая кровать, строгий шкаф, ни одной фотографии. Я присела на край кровати и провела ладонью по шелковистому покрывалу. Здесь пахло им. Его одеколоном. Этот запах был единственным, что делало это место хоть немного жилым.
Я легла на спину и уставилась в потолок. Мысли снова накатили. Оливер. Его семья. Его правила. Запрет выходить на улицу. Поцелуй в макушку. Забота и строгость, смешанные в нем в каком-то невероятном коктейле. Я чувствовала себя птицей, которую только что поместили в огромную, роскошную клетку. Все двери были открыты, но выйти было нельзя. Потому что «опасно». А что, если эта опасность не что-то внешнее? Что, если она в нем самом? В его мире, в его семье, в этих странных традициях и во взгляде его брата, который «изучает» людей.
Я закрыла глаза, пытаясь представить этот злополучный ужин. Десятки глаз, устремленных на меня. Вопросы. Оценки. Шепот за спиной. Элизабет сказала: «Он хорошо в стрель... стремление защищать свое». Она оговорилась, но я услышала первое слово. «Стрельба». Оливер хорош в стрельбе? Почему это знание заставило мое сердце забиться чаще? Потому что это было кусочком реального, жесткого мира, частью которого он был. Мира, в котором нужно уметь стрелять, чтобы защищать «свое»?
А он уже считал меня «своей»? Но что это на самом деле значило? Быть его девушкой значило быть под его защитой, но и под его контролем. Значило войти в его семью, но и принять ее правила, ее опасности, ее демонов в лице брата Кассио и многое другое. Я лежала так, может, час, может, больше. В голове проносились обрывки диалогов, лица, звуки. Смех Элизабет. Умные, не по-детски серьезные глаза Кристофера. Суровое лицо Оливера, когда он говорил «нет». Его тепло, когда он наклонился для поцелуя.
Вдруг я услышала за дверью тихие шаги и приглушенный голос Элизабет:
- Она отдыхает. Оставь ее.
- Она что-то сказала? Просила что-то? - это был голос Оливера. Он уже вернулся. Мое сердце пропустило удар. Я не слышала, как он вошел.
- Нет. Просто ушла, сказала, что хочет отдохнуть. Все в порядке, Оливер. С ней все хорошо.
Он что-то пробормотал в ответ, и шаги затихли. Я продолжала лежать, притворяясь спящей, хотя внутри все трепетало. Он вернулся. И первым делом спросил обо мне. В его голосе я услышала не просто любопытство, а беспокойство. Настоящую, неподдельную заботу.
***
Ужин проходил в столовой, за столом, который казался таким длинным, что его противоположный конец терялся. Мне отвели место рядом с Оливером. С одной стороны он, с другой - Виттория, которая то и дело пыталась меня расспросить, пока ее пятилетние близняшки под столом играли в какую-то свою игру.
Я чувствовала себя как на подиуме. Под прицелом десятка пар глаз. Данте, отец Оливера, и вправду был суровым и молчаливым. Он наблюдал, и его взгляд, тяжелый и оценивающий, заставлял меня прятать взгляд в тарелку. Алекса пыталась смягчить обстановку, подкладывала всем еду, улыбалась, но даже ее доброта казалась отточенной и холодной.
Кассио сидел напротив. Он почти не говорил, но его присутствие ощущалось физически. Давление. Власть. Он смотрел на Оливера, на меня, на своего сына Кристофера, который сидел с идеально прямой спиной и ел, не проронив ни звука. Аврора, старшая сестра, была душой компании, громко смеялась и рассказывала шутки. Ее муж, Виктор, напротив, холодный и надменный, его смех звучал фальшиво, словно он играл роль. Их дети, Мюрен и Ксейден, сидели смирно, как и Кристофер. Лилиана и Майкл, дядя и тетя Оливера, были более живыми. Они перебрасывались шутками с Оливером, подкалывали Данте, и на какое-то время атмосфера становилась почти домашней. Почти.
Я сидела, стараясь не привлекать внимания. Ела, отламывала кусочки от домашнего пирога с вишнёвым муссом, улыбалась в ответ на улыбки Алексы. Оливер временами клал свою руку на мою под столом, сжимал ее, словно чувствуя мое напряжение. Его прикосновения были якорем. И вот, когда разговоры стали чуть более оживленными, в кармане моего платья тихо завибрировал телефон. Я машинально достала его, думая, что это какое-то уведомление. Экрана я не видела из-под стола.
Но вибрация повторилась. Снова. И снова. Кто-то настойчиво звонил. Сердце упало. Никто, кроме Оливера и Элизабет, не знал этого номера. А Оливер купил его мне пару дней назад. Я украдкой заглянула под стол. На экране горело сообщение от неизвестного номера. Я ткнула в него пальцем, дрожащим от какого-то смутного, леденящего предчувствия. Экран осветился. Это была не сообщение, а фотография. Одно фото. Я не сразу поняла, что вижу. Снимок был сделан через оптический прицел. Перекрестье делило кадр на четыре части. И в этом кадре была я. Сидящая за столом. Мой профиль. Рядом Оливер, его рука на спинке моего стула. Чуть дальше Кассио, подносящий ко рту бокал с вином. Данте, Алекса, смеющиеся близняшки Виттории. Все. Вся семья Сальваторе, пойманная в сетку прицела. Горло перехватило. Кровь отхлынула от лица, ударив в виски. Я перестала дышать. Внизу, под фотографией, всплыло текстовое сообщение.
От кого: ЭНТОНИ
Кому: ЭММЕЛИН
«Видишь? Я близко. Встань и выйди ко мне. Сейчас. Или я нажму на курок, и этот семейный ужин закончится трагедией. Не заставляй меня ждать. Ни слова им. Ни жеста. Я слежу. Встаешь и идешь. Или красные точки станут последним, что они увидят. Твой любимый муж».
- Эммелин? Что-то не так? Ты побледнела, - тихо спросил Оливер, наклонившись ко мне. Я резко дернула головой, отстраняясь. Нельзя. Ни слова. Ни жеста.
- Ничего... все нормально, - выдавила я, и голос прозвучал хрипло. - Просто... в туалет. Мне нужно в туалет. Сейчас.
Я отодвинула стул. Ноги были ватными, но я заставила их двигаться. Оливер смотрел на меня с нахмуренными бровями, его взгляд был тяжелым и изучающим.
- Ты уверена?
- Да, - прошептала я, уже отходя от стола. - Простите. Я скоро подойду.
Я не оглядывалась. Прошла через гостиную, чувствуя спиной взгляды всех людей. Каждый шаг отдавался в висках молотом. «Иди. Или они умрут». Это был приказ. И я подчинялась, как подчинялась все эти месяцы.
Выйдя в коридор, я не повернула к гостевому санузлу. Я побежала к парадной двери. Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. Мне нужно было просто выйти. Уйти. Спасти их. Спасти Оливера от пули этого психа. Я потянула дверь и выскочила на прохладный, вечерний воздух, который начинал пахнуть ночью. Территория особняка тонула во тьме. Я побежала по дорожке к воротам, едва обращая на окружающую обстановку.
- Стой! - раздался резкий голос из темноты. Из-за деревьев вышли две тени. Люди в темной одежде. - Куда, мисс?
- Мне... мне просто нужно... подышать. - Я замерла, задыхаясь.
- Вернитесь в дом, пожалуйста. Таков приказ босса.
Один из них уже доставал рацию. Я увидела свой шанс. Пока он подносил ее ко рту, я рванула с места, как подстреленное животное, и помчалась к воротам. Сзади кричали, но я не останавливалась. Ворота были уже близко. Кажется, они были открыты. Еще несколько метров... Мою талию обхватили мужские руки и сбили с ног так, что я едва не рухнула на землю, если бы кто-то не подставил свое тело под удар. Я привстала, уперевшись ладонями в гравий. Мужчина, чье лицо я не помнила, встал вместе со мной и схватил за запястье. Я услышала крик. Обернувшись, заметила Оливера и Кассио, который стоял на крыльце, пока первый приближался все ближе.
- Отпусти меня, пожалуйста. Мне нужно уйти!
- Приказ босса, мисс. - Оливер подбегает и обхватывает меня руками, прижав к своей груди.
- Что произошло? Ты куда, Эмме?
- Мне надо. Возвращайся. Пожалуйста...
- Что не так? - он рычит и я вздрагиваю, когда он отстраняется от меня. Его губы растягиваются в улыбку и он отступает от меня на вытянутую руку. - Эммелин, я же должен это знать, верно? Что происходит?
- Энтони... - выдыхаю. Лицо Оливера изменилось мгновенно. Мягкость и беспокойство исчезли, уступив место холодной, стальной маске. Его голубые глаза, только что смотревшие на меня с теплотой, стали темными, как лезвия.
- Что он сделал? - его голос был тихим. - Эммелин? Что он сделал? Почему ты его вспомнила? - Он не отпускал мои руки, держа крепко, будя в памяти другие, жестокие руки. Я не могла говорить, лишь бессмысленно трясла головой, пытаясь вытащить наружу хоть слово, хоть звук. Слезы текли по моим щекам сами по себе, горячие и соленые.
- Он... он написал... - я сглотнула. - Он знает, что я здесь. Он сказал... что ждет меня у ворот. Что если я не выйду, он... он войдет сам. Что вы пострадаете!
Кассио, стоявший поодаль, резко выпрямился. Он обменялся с братом быстрым, понятным только им взглядом. Мир вокруг вдруг стал четким и зловещим.
- Идиот, - резко выругался Кассио. - Периметр проверен два часа назад. Никого.
- Он не стал бы лезть в логово льва один, - Оливер не сводил с меня глаз. - Он играет. Это психологическая атака. Он хочет, чтобы ты сломалась и побежала к нему сама.
Его слова были как удар. Именно так всегда и было. Он ломал меня, заставляя чувствовать себя виноватой, слабой, загнанной в угол. И я, как дура, почти повелась на эту уловку.
- Я испугалась, - прошептала, чувствуя, как подкашиваются ноги. - Испугалась за тебя... за вас.
Оливер тут же подхватил меня, прижал к себе. Его запах одеколона окутал меня.
- Тихо, тихо Эммелин. Никто не позволит ему тебя забрать. Ты в безопасности. Я тебе обещаю. Я рядом. - Он говорил это так уверенно, будто мог одним словом остановить бури и разогнать тучи. Я хотела верить. Я так отчаянно хотела верить.
- Давайте зайдем внутрь, - предложил Кассио, оглядывая сад. - На улице небезопасно. Оливер, нужно выставить дополнительных людей.
Оливер кивнул, не отпуская меня. Он повел меня к дому, его рука была на моей спине. Мы сделали несколько шагов по дорожке. Я начала успокаиваться. Его близость действовали на меня лучше любого успокоительного.
- Знаешь, - тихо сказал он, наклоняясь к моему уху, - когда-нибудь это все закончится. Он больше никогда не посмеет даже посмотреть в твою сторону.
Я подняла на него глаза, ища в его взгляде подтверждения его словам. И я нашла. В его глазах была решимость. И что-то еще... что-то нежное, чего я никогда не видела в глазах Энтони.
- Ты действительно так думаешь? - спросила я, голос все еще дрожал. Оливер остановился и повернул меня к себе.
- Я не думаю, Эммелин. Я знаю. Для меня ты...
Он не договорил. Резкий звук, как хлопок, но громче, разорвал ночную тишину. Потом еще один. И еще. Я вскрикнула и инстинктивно присела, закрывая голову руками. Оливер, который только что стоял твердо и говорил уверенно, вдруг странно обмяк. Его рука соскользнула с моей талии.
- Беги к Кассио.
- Что? - мой голос дрогнул и я обернулась, осматривая Оливера.
- Живо. Беги к нему. Кас!
- Я никуда не уйду! Что происходит? Что это было? - Он не ответил. Его глаза были широко открыты. Он сделал неуверенный шаг назад, споткнулся и рухнул на гравий, как подкошенный. - НЕТ! - мой крик был оглушительным.
Я упала на колени рядом с ним. Оливер лежал на боку, и в тусклом свете из окон я увидела темное, быстро растущее пятно на его рубашке, прямо над сердцем. Его грудь судорожно вздымалась, пытаясь поймать воздух, которого не было.
- Оливер! Оливер! Нет, нет, нет, нет! - залепетала, давясь слезами. Я трясла его за плечо, но он не реагировал. Его взгляд стал стеклянным, устремленным в ночное небо.
Крики, беготня, голос Кассио, зовущий врача и приказывающий найти стрелка: все смешалось в оглушительный гул. Я ничего не понимала. Мир сузился до его бледного лица и этого ужасного, багрового пятна на груди. Рыдала, не в силах остановиться. Мои руки, испачканные его кровью, тряслись. Я потянулась к карману, ища телефон, не зная зачем. Может, чтобы позвать помощь? Хотя помощь уже была тут, бесполезная и суетливая. Я включила экран. И тут пришло сообщение. Неизвестный номер. Но я знала, кто это. Знала еще до того, как прочитала текст.
От кого: ЭНТОНИ
Кому: ЭММЕЛИН
«Я же предупреждал, шлюха. Никто не смеет тебя трогать. Никто. Ты виновата в его смерти. Ты должна была выйти ко мне. А теперь смотри, к чему привела твоя глупая попытка спрятаться за спинами других мужчин. Возвращайся домой. Или следующий будет его брат.»
Я перечитала сообщение раз, другой, третий. Слова пылали на экране, впиваясь в мозг.
«Ты виновата»
«Ты должна была выйти»
Мой взгляд медленно перешел с телефона на неподвижное тело Оливера. Его кровь была на моих руках, на моей одежде. Его смерть была на моей совести. Я услышала громкий, женский крик, до меня не сразу дошло, что это была я. Мой тихий плач перерос в оглушительный, животный вопль, полный такого отчаяния и ужаса, что даже бегущие мимо вооруженные люди замирали на мгновение.
Это была правда.
Это была вся моя вина.