Глава 5
Э М М Е Л И Н
Я сидела в своей комнате. Книга лежала на коленях, старая потрёпанная романтическая история из библиотеки, где героиня сбегала от жестокого мужа. Ирония жгла, но я читала, чтобы отвлечься от стен, которые давили со всех сторон. За окном темнело, и я уже подумывала лечь спать пораньше, чтобы избежать вечерних разговоров с Энтони. Но дверь скрипнула, и он вошёл, слегка покачиваясь, с красными щеками и запахом виски. Он не был сильно пьян, но достаточно, чтобы глаза блестели злобно, а движения стали резкими.
- Эммелин, - произнес он, опираясь на дверной косяк плечом. - Вставай. Нас ждет ужин. Важные люди. Мы обязаны быть там. Ты моя жена, так что никаких отговорок.
Я закрыла книгу, чувствуя, как внутри все сжимается. Еще один вечер в роли трофея? Улыбаться незнакомцам, кивать на их тосты, притворяться, что всё в порядке? Нет, не сегодня. Я устала от этой игры.
- Нет, Энтони, - сказала твердо, глядя ему в глаза. - Я не пойду. Я сижу здесь неделями, как в тюрьме. Если хочешь, чтобы я пошла с тобой и была хорошей девочкой, отпусти меня погулять. Хоть раз. В парк, в город - куда угодно, но на свободу. Взамен я надену платье, улыбнусь всем и не скажу ни слова против.
Он замер, его лицо потемнело. Я видела, как вены на шее вздулись, гнев нарастает. Он шагнул ближе, и воздух в комнате стал тяжелым, как перед грозой.
- Что ты сказала? - прошипел он, наклоняясь ко мне. Его дыхание пахло алкоголем. - Ты отказываешься? После всего, что я для тебя сделал? Твой брат в Швейцарии, живет как король, а ты здесь торгуешься, как шлюха в баре за последний доллар?
Я встала, не отводя взгляда. Руки дрожали, но я не отступила. Уже не было обратного пути.
- Я не торгуюсь, Энтони. Я прошу. Умоляю тебя. Ты запер меня здесь, как животное. Если я твоя жена, то дай мне хоть немного жизни. Отпусти погулять с охраной, если боишься. А я пойду на ужин и буду идеальной. Обещаю.
Его глаза сузились, и на миг я подумала, что он согласится. Иногда он бывал сговорчивым, когда пьян. Но нет. Он разозлился по-настоящему. Лицо исказилось яростью, и он замахнулся. Удар пришелся не по лицу, а в живот, кулаком, резко и больно. Воздух вылетел из легких, я согнулась пополам, хватая ртом воздух. Боль пронзила, как нож.
- Ах ты, маленькая дрянь, - прорычал он, хватая меня за волосы. Пальцы вцепились в корни, заставляя посмотреть ему в лицо. Голова запрокинулась, слезы брызнули от боли. - Ты думаешь, можешь ставить условия? Ты моя собственность! Я спас твоего брата, а ты платишь мне этим?
- Пожалуйста... - прошептала я, пытаясь отвести его руку, но он дернул сильнее, и я вскрикнула.
- Заткнись! - Он приблизил лицо так близко, что я чувствовала жар его дыхания. - Ты оденешься. Наденешь то черное платье, что я купил. Сделаешь макияж, улыбнешься и спустишься вниз через два часа. Готовая. И если пикнешь на ужине, или ослушаешься пожалеешь. Я закрою тебя в подвале, и никто не услышит твоих слез. Поняла? Никто тебе не поможет, Эммелин. Ты никому не нужна. Ты поняла меня? - Я кивнула, слезы текли по щекам, волосы жгло от его хватки.
- Слова, блять. Мне нужны твои слова!
- Д-да, - Он отпустил меня, толкнув на кровать. Я упала, свернувшись, держась за живот. Энтони постоял еще секунду, тяжело дыша, потом развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Я лежала, пытаясь унять боль. Живот ныл, волосы болели, но хуже была пустота внутри. Через два часа... Я должна спуститься, притвориться счастливой женой. Но как?
Я медленно встала, подошла к зеркалу. Лицо бледное, но без следов. Я умылась холодной водой, чтобы смыть слезы, и начала готовиться. Элегантное черное платье с глубоким вырезом на груди, которое он любил. Из макияжа я решила использовать только помаду и тушь, чтобы выглядеть идеально. Время тянулось, как пытка, но я знала, что ослушаться его нельзя. Он не шутил. Этот ужин будет еще одним кругом ада, а завтра... завтра все то же. Запертый дом, уборка, чтобы не сойти с ума, и его просьбы, которые становятся угрозами. Но выхода не было. Только вниз, через два часа, в мир фальшивых улыбок.
***
Я сидела за длинным столом, заставленным хрустальными бокалами и серебряными приборами, в зале. Ужин в честь дня рождения друга Энтони. Я натянула улыбку. Его рука лежала на моей ноге, тяжелая, как кандалы, напоминая, что я его. Мысли путались. Тобиас в Швейцарии, его письма о выздоровлении, но цена этого всего моя жизнь, запертая в клетке. Я ненавидела себя за слабость, за то, что согласилась на это, а не нашла другой вариант.
Я медленно подняла взгляд от тарелки и увидела его. Оливер стоял у стены, в темном костюме, обтягивающем его плечи, с бокалом в руке, но взгляд, как нож, острый и больной, был направлен на меня. Гости шептались, их слова долетали до меня, как яд:
- Это Оливер Сальваторе?
- Он же избегал таких вечеров. Что с ним?
- На кого он смотрит?
Я почувствовала, как горло сжалось. Оливер поймал мой взгляд через зал, и его темно-синие, когда-то голубые глаза, пробили меня насквозь. Он стоял с отцом, чья тень заставляла всех кланяться, и матерью. Но Оливер смотрел только на меня, и это было невыносимо.
Энтони сжал мое бедро, слегка наклонив голову в мою сторону:
- Улыбайся, ангел. Не позорь меня.
- Я поняла, Энтони.
Я кивнула, но внутри все рвалось. Когда он отвлекся, болтая с именинником, лысым мужчиной, я не выдержала.
- Мне нужно в уборную, - пробормотала я, выскользнув из-за стола.
Я почти бежала по коридору, узкому и темному, подальше от музыки и лжи. Хотела просто вдохнуть, спрятаться, но шаги за спиной заставили меня замереть. Я обернулась.
- Эммелин, - его голос был хриплым, как будто он сдерживал крик. Он шагнул ближе, его лицо маска боли, глаза блестели, как у человека, потерявшего все. – Нам нужно поговорить. Сейчас.
Я отступила, прижавшись к стене. Холод камня впился в спину, но это было ничто по сравнению с болью в груди.
- Нет, Оливер, - прошептала, качая головой. Закрыв глаза, я задержала дыхание, желая не чувствовать аромат его духов. - Не здесь. Не сейчас. Это бесполезно.
Он подошел вплотную, его дыхание касалось моего лица. Я чувствовала это.
- Открой глаза, посмотри на меня, - попросил он, голос дрожал от отчаяния. Слезы жгли глаза, но я сжала кулаки, чтобы не расплакаться.
- Нет - мой голос сорвался. - Ты опоздал. Уходи, оставь меня одну.
Он ударил кулаком по стене рядом, так близко, что я вздрогнула. Мои глаза распахнулись и я пожалела об этом.
- Я пытался защитить тебя, Эмме! От моего мира, от моего отца, от всего этого! - Он указал на зал, где звенели бокалы. - Но ты выбрала Костелло. А теперь... беги со мной. Прямо сейчас. Мы уедем, я все устрою. Пожалуйста.
Его слова резали, как нож. Бежать? С ним? Часть меня кричала «да», но реальность ударила меня под дых. Кольцо на пальце, угрозы Энтони, его власть держала меня. Невидимые цепи обернутые вокруг моей шеи.
- Я не могу, - выдавила я, чувствуя, как голос ломается. - Тобиас... он зависит от Энтони. Если я уйду, он... Я не могу рисковать.
Оливер схватил меня за плечи, его пальцы дрожали.
- Эмме, послушай, - сказал он тихо, но с такой силой, что я замерла. - Энтони не тот, за кого себя выдает. Он крадет у моего отца, деньги, территории. Он играет грязно. Если ты найдешь доказательства, документы, что угодно, я смогу его уничтожить. Ты будешь свободна. Помоги мне, Эмме. Прошу.
Я смотрела в его голубые глаза, полные надежды, боли, любви, которую я не хотела видеть. Документы? Я не знала, смогу ли. Энтони следит за каждым моим шагом, а его гнев... Я все еще чувствовала боль в животе от его удара. Но я не могла обещать.
- Я... постараюсь, - прошептала я, не уверенная, верю ли сама себе.
Оливер вдруг шагнул ближе, его руки обхватили мою талию, притянув к его груди. Его тепло, запах, на миг вернули меня в ту ночь, когда я была его. Только его. Я хотела остаться, уткнуться в него, забыть все. Но боль в животе вспыхнула, как предупреждение, и я скривилась, отстраняясь.
- Не надо, - сказала я, отступая. Мой живот заныл от резкого движения. - Мне нужно вернуться. Прости…
- Эмме... - начал он, но я уже повернулась, почти бегом возвращаясь в зал. Я чувствовала его взгляд, жгущий спину, но не обернулась. Он не знал о моей боли, о синяках, о том, что Энтони сделал со мной. И я не хотела, чтобы знал.
Я вошла в зал, где Энтони уже искал меня глазами, его улыбка была холодной, как лезвие. Я села рядом, заставляя себя улыбнуться, но внутри все кричало.
- Ты долго. Где ты была? - голос Энтони напугал меня и я подскочила на стуле, посмотрев ему в глаза.
- Ч-что?
- Ты ведёшь себя странно. Что ты делала там? Трахалась? Кто он? - муж схватил меня сзади за шею и наклонил мою голову. Мои волосы упали занавесом так, что со стороны казалось, будто он целует меня, но на самом деле его пальцы впились в мою кожу словно иглы. - Перед кем ты раздвинула мои ноги? - я дернулась, когда вторая рука Энтони опустилась вниз. Он просунул ее под подол моего платья и обхватил меня между ног.
- Энтони…
- С кем?
- Я была в туалете, пожалуйста, не надо…
- Не верю, - он хватает меня за трусики и сдвигает их в сторону.
- Энтони. Нет. Пожалуйста. Перестань. Не здесь. Я не готова. Пожалуйста, - я хватаю его за руку и мотаю головой изо всех сил. Мужчина отпускает меня и я вижу грозный блеск в его глазах, обещающий мне расплаты дома. - Энтони…
- Закройся.
Он отворачивается от меня, и я выдыхаю, поправляя подол своего платья. Я не смею поднять взгляд, чтобы посмотреть на гостей, потому что чувствую, как все смотрят. И я чувствую один прожигающий взгляд, который не должен был этого видеть, никак.
- Мы поедем домой, Грегори. Я хочу свою жену. Еще раз поздравляю, до встречи. - Они пожимают руки друг другу и я дрожу всем телом, когда встаю со стула. Я бросаю взгляд на Оливера, когда Энтони уводит меня.
«Помоги мне», - шепчу я. Пусть он придумает что-то, чтобы отвлечь Энтони.
Господи, я найду те бумаги, помогу Оливеру и его отцу, просто помоги мне сейчас. Умоляю. Отвлекли Энтони от меня на сегодня, умоляю…
- Энтони, вы уже уходите? - Я слышу грубый мужской голос за спиной. Медленно обернувшись, я замечаю Данте Сальваторе. Мужчина стоит посреди коридора. От него исходит аура. - Я хотел обсудить с тобой дела. Если ты не против, - мужчина указывает рукой на лестницу и я вижу, как Энтони выдыхает и следует за мужчиной.
- Отвези ее домой. Пусть поставит, - приказывает он Тони, своему телохранителю.
Господи, спасибо тебе большое.
Я стою, замерев, пока Тони жестом указывает мне на выход. Мое сердце колотится так сильно, что кажется, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди. Я бросаю последний взгляд на Оливера, который все еще стоит среди гостей, его глаза полны беспокойства, но он не двигается с места. Я опускаю голову и следую за Тони к машине, стараясь не привлекать лишнего внимания.
В машине я прижимаюсь к холодному кожаному сиденью, глядя в окно. Тони молчит, его взгляд прикован к дороге. Он никогда не был многословным, но я знаю, что он верен Энтони до мозга костей. Если я попытаюсь что-то сделать, он тут же доложит. Я сжимаю руки в кулаки, пытаясь успокоить дрожь. Нужно придумать план. Нужно найти способ выбраться из этого кошмара, пока Энтони не вернулся домой.
Машина останавливается у нашего дома. Тони открывает мне дверь, и я медленно выхожу, поправляя платье. Я знаю, что камеры следят за каждым моим шагом. Энтони всегда следит. Даже когда его нет рядом, я чувствую его присутствие, как тень, что нависает надо мной.
- Иди внутрь, - коротко бросает Тони, и я киваю, не глядя на него.
Внутри дома тихо. Я снимаю туфли и босиком иду в спальню, стараясь двигаться бесшумно. У меня мало времени. Если Данте задержал Энтони, у меня есть шанс найти те бумаги, о которых говорил Оливер. Они мой единственный козырь. Если я смогу передать их Оливеру или его отцу, возможно, они помогут мне выбраться.
Я открываю дверь в кабинет Энтони. Его стол завален бумагами, но я знаю, что он хранит важные документы в сейфе за картиной. Я подхожу к стене, снимаю тяжелую раму с изображением какого-то старого итальянского пейзажа и смотрю на сейф. Код. Я не знаю код. Мои пальцы дрожат, когда я пытаюсь понять, что Энтони мог использовать.
Его день рождения? Нет, слишком просто.
День нашей свадьбы? Смех срывается с моих губ, но я пробую комбинацию, но замок не поддается.
Паника начинает захлестывать меня. Я слышу шум за дверью. Шаги. Мое сердце замирает. Я быстро возвращаю картину на место и отступаю к столу, притворяясь, что ищу что-то среди бумаг. Дверь открывается, и в кабинет входит Тони.
- Что ты здесь делаешь? - его голос низкий, почти угрожающий, но в нем нет той холодной ярости, что я привыкла слышать от Энтони.
- Я… я искала свою серьгу, - лгу я, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Думала, может, оставила здесь.
Тони медленно подходит ближе, его взгляд скользит по мне, будто он видит меня насквозь. Он останавливается в шаге от меня, и я чувствую, как воздух между нами становится тяжелым.
- Серьгу? - он приподнимает бровь, и я понимаю, что он мне не верит. - Ты не похожа на женщину, которая теряет свои вещи.
Я сглатываю, пытаясь придумать, что сказать. Но Тони не дает мне шанса. Он наклоняется ближе, и я невольно отступаю, пока не упираюсь спиной в стол.
- Ты боишься его, - говорит он тихо, почти шепотом. - И я знаю, почему.
Я замираю. Его слова как удар. Откуда он знает? Что он знает? Я хочу спросить, но язык будто прилип к небу. Он смотрит на меня, и в его глазах нет ни капли жалости, только холодный расчет.
- Если ты хочешь выбраться, тебе нужно быть умнее, - продолжает он. - Энтони не прощает ошибок. И я тоже.
- Я не… - начинаю я, но он прерывает меня, подняв руку.
- Не лги мне. Я видел, как ты смотрела на Оливера. И я знаю, что ты ищешь. - Он кивает на картину, за которой спрятан сейф. - Но если ты думаешь, что сможешь просто взять бумаги и сбежать, ты ошибаешься. Это не так работает.
Мое сердце бьется так громко, что я уверена он его слышит. Тони знает. Он знает про бумаги, про мои планы. Но вместо того чтобы позвать Энтони или Тони, он просто стоит и смотрит на меня.
- Что ты хочешь? - наконец выдавливаю я. Он улыбается, но в этой улыбке нет тепла.
- Я хочу, чтобы ты сделала выбор. Либо ты продолжаешь играть роль послушной жены и ждешь, пока Энтони сломает тебя окончательно. Либо ты начинаешь работать на меня.
Я моргаю, не веря своим ушам. Работать на Тони? Это безумие. Но в его глазах я вижу, что он не шутит.
- Зачем тебе я? - спрашиваю я, стараясь выиграть время.
- Потому что ты слабое место Энтони. В настоящее время… И я хочу использовать это, - отвечает он, и его голос звучит как приговор. - Но решай быстро. У тебя мало времени.
Я смотрю на Тони, и в этот момент понимаю, что моя жизнь только что изменилась навсегда.
- Время, Эммелин.