Глава пятая - Готов ли?
Тёмные тучи, свинцом нависшие в небе, пугающе сгущались, а дорога словно превратилась в небольшую реку, протекающую через весь Лондон.
На улице практически никого не осталось, ведь все в такую погоду старались оставаться дома. Изредка пробегали люди с зонтиками, которые едва ли не улетали ввысь из-за сильного ветра, трясущего торговые палатки и вывески.
Всю ночь Том не мог уснуть, думая о сегодняшнем дне. Ему вновь придётся ходить на терапию, которую он так ненавидел. Благодаря ей у него прибавилось проблем со сном, кошмаров и глупых страхов как, к примеру, тяжёлый топот увесистой обуви или же кастеты, которые таскал каждый третий подросток.
Как оказалось, на терапию его записали ещё несколько дней назад, даже не спросив согласия. На это Эдд лишь раздражённо хмыкнул, говоря Томасу не париться по этому поводу. И он старался. Действительно старался, хотя где-то в районе рёбер скопилась обида. Не на Ларссона, назначившего дату сеанса на сегодня, а на начальство, не интересовавшееся мнением своих сотрудников. Торд всего лишь старался ускорить процесс, дабы скорее поймать Лидера. Неудивительно, что он записал Тома на ближайшее время. Риджуэлл и сам хотел побыстрее со всем покончить.
Гоулд неспешно притормозил, аккуратно паркуясь. Том хотел вернуть Ларссону кроссовки, так что решил поехать с Эддом в участок. В любом случае на терапию только через два часа, а оставлять чужие вещи у себя было как-то неловко. Тем более они с Гоулдом подыскали ему новые вчера по дороге домой. Пытаясь перепрыгнуть через огромную лужу, мешавшую пройти, Том слегка обрызгал Эдварда, стоящего неподалёку.
— Том! — Гоулд возмущённо нахмурился, пытаясь скрыть улыбку. Он вытер грязь со щеки и отряхнул брюки, а после направился к зданию.
Том последовал за ним, крепче сжимая небольшой пакетик с обувью.
***
— Ох, orsetto mio! Наконец-то ты здесь! — театрально произнесла синьора Контадино, приветливо махая Эдду рукой. Тот кивнул, улыбнувшись.
— Почему вчера не было? Моему topolino пришлось одному тяжести таскать! Не стыдно тебе?
— О чём Вы, синьора Контадино? — он вскинул бровь, глядя на Тома. Тот пожал плечами, отводя взгляд.
— Этот говнюк Джералдтон снова заставил его таскать коробки на третий этаж. Мама сказала, что ему помог один привлекательный мужчина... — за спиной бабули Кэсси появилась её дочь — Пегги. Она взмахнула своими чёрными кудрями, а после поставила на стол три стаканчика кофе и один зелёный чай. Окинув Тома взглядом, Контадино-младшая подмигнула. Эдд на мгновение покраснел, засмотревшись на женщину, и Том беззлобно фыркнул, стараясь не показывать счастливую улыбку.
— Ух ты, оказывается, я чего-то о тебе не знаю, — выйдя из лёгкого ступора, Гоулд рассмеялся, заинтересованно смотря на Тома. — Расскажешь, о каком счастливчике идёт речь по дороге домой?
— Может быть, — Риджуэлл скрестил руки на груди о пёрся на стену, ухмыляясь. Эдвард в ответ только забавно цыкнул.
— Кстати, забирайте свои латте, капучино и чай. Мой эспрессо не трогать! Я вернусь за ним, когда он немного остынет. Присмотри за ним, мам. Боюсь, этот долбаёб Коллинз снова попробует вылакать его, пока я не вижу, — Пегги отдала капучино Эдда ему прямо в руки, слегка соприкасаясь пальцами. Тот, казалось, светился от счастья. Том на это только добро усмехнулся, прикрывая глаза и наслаждаясь запахом зелёного чая.
— Пока, Пеггс! — Гоулд помахал ей рукой на прощание, получая шуточный воздушный поцелуй в ответ.
— И после этого ты будешь говорить мне о том, что отсутствие личной жизни — это плохо? — Риджуэлл вскинул бровь, отхлёбывая из стаканчика.
— Да пошёл ты! — Гоулд пихнул Томаса в бок, а после насупился, скрещивая руки на груди. — Допей чай и отдай кроссовки Ларссону. Скоро поедем.
Том на это только рассмеялся.
***
В кабинете было необычайно прохладно. Окна были открыты, а сам Торд сидел в своём кресле, копаясь в бумажках, лежащих на столе. Он выглядел серьёзным и с неподдельным вниманием разглядывал каждую строку или же фотографию, попадавшую под руку. Том, стоя за чуть приоткрытой дверью, постучал.
— Войдите, — детектив поднял голову, разглядывая Риджуэлла. Он, казалось, немного удивился.
— Разве ты не должен отдыхать дома перед сеансом?
Том покачал головой, со смущённым видом приподнимая пакет так, чтобы Ларссон его видел.
— Нет, я хотел вернуть их.
И Торд на мгновение застыл, неловко пялясь на Риджуэлла секунды две-три. После он резко встал и, оставив бумажную работу, почесал затылок, отводя взгляд в сторону.
— Спасибо.
— Да не за что, — Томас подошёл ближе и, чуть медля, отдал детективу пакетик. Тот с благодарностью кивнул, поставив его на пол.
— Как жизнь? — Ларссон поднял на него удивлённый взгляд, сдерживая смешок.
— Эй, ты чего?
— Да не, ничего. У меня всё хорошо, а ты как?
— Как всегда, — Том пожал плечами, засовывая руки в карманы. — Всё в порядке.
— Как я посмотрю, у нас с тобой диалог на Оскар, Томас... — детектив хохотнул, и Риджуэлл невольно улыбнулся, глядя на усталое лицо Торда. — Что ж, удачи тебе там... на сеансе. Надеюсь, это поможет не только делу, но и тебе самому. Том на секунду поник, опустив взгляд в пол, а Ларссон закусил губу, не зная, что ещё добавить.
— Да, спасибо. Вам с ребятами тоже удачи. Том собирался уже было уйти, но обернулся, услышав беззлобное фырканье. — И, кстати, — детектив осклабился, указывая взглядом на чужие ноги. — кроссовки неплохие.
***
Здание было невысоким; стены были небрежно покрыты белой краской, а некоторые окна украшали разноцветные шторы или же комнатные кактусы, придающие этому месту некий уют. Дождь всё ещё надоедливо стучал по крышам и окнам, и Том раздражённо вздохнул, тщетно пытаясь успокоиться. Он не хотел оставаться таким же бесполезным, апатичным придурком, но и возвращаться к сокровенному страху тоже. Он просто не мог выбросить то дерьмо из головы, избавиться от ощущения беспомощности и собственной ущербности. Но он понимал, что это необходимо. Понимал, что тем самым, избавившись от своих страхов, поможет Лондону избавиться от очередного бессердечного кровопийцы. Понимал, что, возможно, в будущем это поможет ему стать чуточку лучше и хотя бы немножко забудется, заставляя его наслаждаться покоем. Поможет ему стать действительно счастливым.
Он слегка вздрогнул, чувствуя, как Эдд несильно трясёт его за плечо, глядя на Риджуэлла обеспокоенным взглядом.
— Том, ты точно в порядке? — Гоулд нахмурился, сжимая руку чуть сильнее. — Если не можешь пойти туда сейчас, я поговорю с Ларссоном. Ты не обязан, если не готов. Я не хочу, чтобы ты опять сорвался. Как в тот раз.
Риджуэлл сглотнул, а затем стряхнул руку друга с плеча, окинув того уверенным взором.
— Нет, я пойду туда. Я... я готов. Что-то во взгляде Эдда поменялось. Беспокойство сменилось гордостью, и Том был готов поклясться, что глаза Гоулда заблестели от слёз на мгновение.
И в тот момент Том наконец осознал, что делает это не только ради себя. Он должен, просто обязан справиться со всеми трудностями, дабы вновь увидеть этот счастливый блеск в глазах друга вновь.