Глава LII Проблеск надежды
Сознание возвращалось медленно.
Сначала — боль.
Потом холод металла под спиной.
И глухой звук шагов где-то рядом.
Помощник попытался пошевелиться — бесполезно. Руки и ноги были крепко привязаны к кровати. Над головой тускло горела лампа, раскачиваясь, словно сомневаясь, стоит ли продолжать светить в этом мире.
— Спокойно... — раздался хриплый голос. — Не дёргайся.
Из тени вышел старик с седой бородой и усталым взглядом. В руках у него было ружьё, но держал он его неуверенно — будто не хотел стрелять.
— Когда я вытащил тебя из реки, — начал он, — думал, что ты очередной из этих... фанатиков.
Он кивнул куда-то в сторону.
— Но потом увидел форму. Помощник шерифа. Значит, ты не из них.
Мужчина подошёл ближе.
— Меня зовут Датч. И если ты жив — значит, ещё не всё потеряно.
Он колебался. Несколько долгих секунд смотрел прямо в глаза помощнику, словно решая судьбу не только человека — но и самого округа.
Затем тяжело вздохнул...
и развязал ремни.
— Вставай.
Одежда помощника была мокрой, грязной, пропитанной кровью и дымом.
— В таком виде тебя заметят за милю, — сказал Датч. — Сектанты ищут любого в форме. Переоденься. Здесь ты теперь обычный житель Хоупа.
Новая одежда была простой: куртка, штаны, ботинки. Ничего особенного.
Но именно в этот момент помощник перестал быть частью закона...
и стал частью сопротивления.
Бункер был тесным, но живым.
Карты на стенах. Пометки маркером. Радиоприёмники. Старые фотографии округа — до того, как он пал.
Когда помощник подошёл к Датчу, тот уже стоял у сейфа.
— Слушай внимательно, — сказал он. — Округ Хоуп захвачен. Полностью.
Он ткнул пальцем в карту.
— Иосиф Сид и его «Врата Эдема». Они верят, что конец света уже наступил. А значит, им всё дозволено.
Секты. Похищения. Казни. Промывание мозгов.
— Шериф пропал. Людей забирают. А те, кто сопротивляется... долго не живут.
Датч открыл сейф.
Внутри лежал пистолет.
M1911.
Он протянул его помощнику.
— Это не просто оружие. Это шанс.
Рядом легла карта округа Хоуп и ключ.
— За этими дверями — мир, который сошёл с ума. Но ты не один. Пока ты жив — надежда жива.
Он посмотрел серьёзно.
— Выходишь — и назад дороги уже не будет.
Дверь бункера со скрипом открылась.
Снаружи — свет. Ветер. И тишина, обманчивая и тревожная.
Помощник сделал шаг вперёд.
Один человек.
Один пистолет.
И целый округ, который ждал, чтобы его освободили.
Так началась война.
