Глава XXII Жертвуйте слабыми
— Мозг человека — удивительная штука...
Голос Иакова звучал спокойно. Слишком спокойно.
— Стоит лишь немного в нём поковыряться — и можно добиться поразительных результатов.
В этот момент где-то вдалеке зазвучала мелодия.
Тихая. Старая. Ласковая.
Only you...
Помощник резко остановился.
Мир вокруг дрогнул, словно реальность дала трещину. Зрение залило красным, дыхание сбилось, тело стало ватным. Он попытался схватиться за оружие — но руки не слушались.
Затем — тьма.
Он очнулся в клетке.
Холодный бетон под спиной. Железные прутья перед лицом. Запах крови, сырости и гниения.
В соседней клетке шевельнулось что-то огромное.
Медведь.
Зверь медленно потянулся лапой к телу бойца Сопротивления, лежавшего рядом с помощником. Когти зацепились за куртку, и труп с хрустом придвинулся к перегородке.
Медведь открыл пасть.
Помощник в ужасе отшатнулся, прижавшись к стене.
— Семь дней, — раздался голос Иакова. — Без еды. Без сна. Без выбора.
Свет зажёгся.
Перед клеткой стоял он.
Спокойный. Чистый. С холодными глазами человека, который давно перестал считать людей людьми.
— Ты удивительно живучий, — произнёс Иаков. — Таким и был я... в Ираке.
Появился Стэйси Пратт. Он молча поставил миску с едой в клетку.
Голод оказался сильнее разума.
Помощник набросился на миску, едва не вырвав её из рук Пратта.
— Видишь? — тихо сказал Иаков. — Инстинкты. Всегда побеждают мораль.
Он говорил о войне. О пустыне. О том, как люди умирали не от пуль — от слабости.
Затем он открыл шкатулку.
Мир снова рухнул.
Помощник стоял в коридоре.
Перед ним — стол.
На столе — револьвер.
Голос в голове прошептал:
Убей.
Загорелся таймер.
25 секунд.
Он схватил оружие.
Два выстрела.
Два бойца Сопротивления упали, так и не успев обернуться.
Двери распахнулись.
Он бежал.
Стрелял.
Менял оружие.
Убивал тех, кого ещё недавно называл союзниками.
Коридоры сливались в одно бесконечное мясорубочное безумие. Крики. Эхо выстрелов. Красный свет.
В конце — фигура.
Безликая.
Он нажал на курок.
Мир остановился.
Он очнулся в клетке.
Ночь.
Холод.
— Тсс... — прошептал Пратт, склонившись к решётке. — Слушай меня. Он делает это с тобой не первый раз.
Он рассказал всё.
Про песню.
Про условный рефлекс.
Про убийство по команде.
— Я больше не могу, — прошептал Пратт. — Но ты... ты ещё можешь выбраться.
Они поднялись наверх.
И тут заорала сирена.
Only you...
Голова снова загудела.
Глаза налились красным.
— БЕГИ! — закричал Пратт.
Он толкнул помощника на крышу грузовика.
Мир перевернулся.
Удар.
Тьма.
Очнулся он от скрипа тормозов.
Грузовик стоял у обочины. Водитель вышел справить нужду, не подозревая, что на крыше лежит человек, переживший ад.
В рации зашипело.
— Это Илай, — прозвучал знакомый голос. — Возвращайся в Волчье логово. Нам нужно поговорить.
Помощник медленно сел.
Песня всё ещё звучала в голове.
Тихо.
Едва слышно.
И он понял самое страшное:
Иаков всё ещё был внутри него.
