Глава 42: Как всё началось
После того как самолёт с Эдвардом Херчем растворился в ночном небе, Делон Ди остался один в пустом особняке. Он не просо уничтожил отца, он унаследовал его мир.
Однажды, Делон смотрел в зеркало, и увидел настоящего Элио Ортиса.
— Э... Элио?!...
— Привет... Мастер Делон Ди, — улыбнулся Элио в зеркале. — Я вижу, ты хорошо справился! Горжусь тобой Делон!
Делон улыбнулся с слезами.
— Элио... Ты как?!..
— Со мной всё хорошо, но только вот.. Вопрос... Почему ты всё ещё не уничтожил этот особняк?
После услышанного Делон начал трястись словно не в себе.
— Что?! Почему я не уничтожил это проклятое место? Глупый вопрос, Элио! Разве художник сжигает холст только потому, что первый набросок был уродлив? Нет! Он закрашивает его новыми слоями... пока старая картина не превратится в фундамент для шедевра!
— Успокойся... Делон.... — сказал Элио.
Делон начал плакать.
— Прости... Элио... Прости.... Я вспоминаю тебя когда вижу этот особняк.... Прости... Я не могу....
— Я тебя понимаю... Делон... Тогда лучше выйди из особняка... Смотри подальше... Пускай кто-то другой будет жить в нём, тогда ты сохранишь память обо мне... И тебе не станет плохо, ведь не будешь жить в этом... Я знаю, что если ты будешь жить в особняке... Ты будешь видеть грязные лица отца... Чэнга... И всего плохого.... — ответил Элио.
— Ты... Прав... Элио... — рыдает Делон Ди.
— Слушай, Делон!
— Да?....
— Ты боишься что забудешь меня?
— Да...
— Тогда, напиши книгу...
— Что?!... О чём ты?!....
— Напиши книгу от моего имени!.. Возьми мою всё... Имя... Возраст... Образ... Характер...
— Почему?!...
— Я хочу жить в тебе... А не там....
— Хорошо... Элио... Но тогда... Ответь мне... Тоже на один вопрос...
— Да, Делон?
— Почему Чэнг купил у отца... Если он просто смог уничтожить лачугу... И забрать?!.... Меня целые годы мучали эти вопросы....
— Чтож... Этот кусок дерьма, Чарли Чэнг!... Он и для меня непонятный, но я знаю одно!
— Что же?!...
— Он не покупал тебя! Он покупал решение твоего отца!
—...
— Он заставил твоего отца выбрать.
— …
— И тот выбрал деньги.
Делон сильно обнял зеркало как смог.
— Спасибо, Элио.
После этого, спустя много времени, Делон заперся в кабинете на три месяца. Он взял всё то, что жгло его изнутри, холод ледяной воды, скрежет ржавой пилы, запах гнилой каши и предательство отца. Он превратил свою боль в текст. Его роман ,,Цена молчания,, стал сенсацией. Это был герметичный триллер, описывающий ужасы подземелий, замаскированный под вымысел. Читатели рыдали, критики называли это вершиной психологического реализма, не подозревая, что каждая глава написана кровью автора.
Чтобы скрыть свою юность, Делон пошёл на тотальную мистификацию.
Он начал носить строгие костюмы-тройки, окрашивал виски в благородную седину и купил трость из чёрного дерева с набалдашником в виде замка. Трость была не просто аксессуаром, а напоминала ему о хромоте Элио Ортиса.
С помощью своего дара он придал своей речи хрипотцу и весомость сорокалетнего мужчины.
Затем официально взял имя Элио Ортис, и неофициально взял возраст. Мир принял его как гениального затворника, пережившего личную трагедию.
2014 год. 3 марта. Гарваласк. Кафе ,,Лорнет,,.
Солнечный свет заливал уютную террасу кафе «Лорнет». Элио (Делон) сидел напротив Ангелины, слегка опираясь подбородком на набалдашник своей трости. На нём были тёмные очки, скрывающие ледяной блеск глаз.
Ангелина выглядела воодушевлённой. Она подвинула к нему чашку кофе, её глаза светились благодарностью.
— Я до сих пор не могу поверить, Элио, — начала она, понизив голос. — Спасибо вам огромное за то, что прорекламировали мою книгу в своём блоге. Продажи взлетели до небес! Я просила об этом Тер, но она постоянно откладывала на потом, говорила, что сейчас не время для новичков.
Элио едва заметно улыбнулся, его голос прозвучал мягко, но властно:
— Тер? Кажется, ты упоминала, что Тер собирается приглашать известных писателей на какое-то закрытое мероприятие?
Ангелина на секунду замялась, оглядываясь по сторонам.
— Да... но это очень приватная информация, Элио. Тер крайне серьёзно относится к анонимности этого клуба.
— Брось, Ангелина, — Элио чуть наклонился вперёд, его голос стал обволакивающим. — Мы же свои. Я думаю, между коллегами не должно быть тайн. Тем более, после того, как я помог твоей карьере.
Ангелина вздохнула и сдалась. Она придвинулась ближе к столу.
— Ладно... Только обещайте, что никому не скажете! Тер собирает новую ,,Заседание Писателей,, в особняке. Она хочет возродить клуб, который когда-то основал старый, пропавший Херч. И... так как вы тоже есть в списке приглашённых звёзд, я вам расскажу. Состав будет легендарный.
— Разумеется, я буду могилой, — ответил Элио, и его пальцы крепче сжали рукоять трости. — Кто бы сомневался.
Час спустя Элио Ортис сидел на скамье в парке, глядя на темнеющий горизонт, где за лесом скрывался особняк. Внутри него бушевал шторм.
Его скулы ходили ходуном от ярости.
Снова... — билось в его голове. — Снова собирает воссоздать Заседание Писателей?! Новую?!...
Вдруг, в отражении на столбе, он увидел снова настоящего Элио Ортиса. Но его лицо неровное.
— Э... Элио? — сказал Делон.
— Привет, Делон Ди. Я слышал что и ты... И это ужасно!
— А?! Да! Я тоже!
— Тем более, нас тоже собирается приглашать!
— Что будем делать?...
Элио Ортис в отражениях, смотрел прямо в глаза Делона.
— У меня есть идея!
Однажды вечером, бродя по окраинам Гринфореста, Элио услышал тяжелый, прерывистый хрип. В глубоком овраге, запутавшись в старой стальной проволоке и придавленный упавшим стволом дерева, лежал гигант. Это был Миллер. Его двухметровое тело было покрыто грязью, а нога была страшно изуродована, он попал в капкан, который сам же и поставил.
Миллер, обезумевший от боли и голода, увидел приближающегося мужчину с тростью.
— Помоги... — прорычал каннибал, едва ворочая языком. — Вытащи... я заплачу... или не трону тебя... просто вытащи!
Элио остановился. Он не испугался, а смотрел на этого зверя так, будто изучал сломанный механизм.
— Ты... Миллер? — спокойно произнес Элио. — Чэнг когда-то говорил о лесном дьяволе, который любит человечину больше, чем свободу. Приятно познакомиться.
Элио, используя свою трость как рычаг и неожиданную для его худощавого телосложения силу, помог Миллеру освободиться. Он не побоялся привести раненого людоеда в свой подвал в Гринфоресте, где обработал его раны химикатами, которые остались у него еще с тех времен, когда он чистил трубы.
Миллер сидел на полу подвала, жадно вгрызаясь в сырой кусок говядины, который дал ему Элио. Он смотрел на своего спасителя с подозрением.
— Зачем ты помог мне, писателишка? — спросил Миллер. — Я мог бы перекусить твоим горлом прямо сейчас.
Элио присел на стул напротив, постукивая пальцами по набалдашнику трости.
— Потому что мне не нужен труп, Миллер. Мне нужен союзник. В особняке Гринфореста скоро соберутся люди. Эти чистые, высокомерные писатели, которые якобы считают нас мусором. Я собираюсь устроить им Заседание, которое они не забудут. Тебе ведь нравится охота?
Миллер оскалился.
— Охота это моя жизнь. Но что мне с этого?
— В моей компании ты больше не будешь прятаться в ямах как крыса. Ты будешь моим инструментом. Я дам тебе лучших жертв. Я дам тебе безопасность. Ты будешь жрать тех, кто заслуживает смерти, и тебе будет... очень приятно. Мы станем авторами их последнего кошмара.
Миллер замолчал, глядя на ледяные глаза Элио. Он почувствовал, что этот человек гораздо опаснее любого хищника в лесу.
— Я в деле. Что я должен делать?
Элио поднялся.
— Сначала ты должен увидеть того, кому подчиняешься. Элио Ортис... это лишь маска для мира.
Миллер наблюдал, затаив дыхание. Элио подошел к большому зеркалу и начал ритуал.
Сначала он надел ярко-красный костюм, который сидел на нем идеально, подчеркивая стройность.
Затем под блузку он поместил ложные накладки, создавая очертания женской груди. Его фигура мгновенно изменилась, став двусмысленной, пугающей.
Он натянул белоснежную перчатку на руку, символ чистоты в мире грязи.
На голову лег синий парик, длинные локоны которого придали образу безумную театральность.
И, наконец, черная маска, скрывшая всё.
Элио выпрямился. Его голос внезапно изменился, и теперь это был тот самый странный, высокий, металлический женский тембр, от которого у Миллера пошли мурашки по спине.
— Приветствую тебя, Миллер, — произнесла Она. — Теперь ты видишь Мастера Ди.
Запомни! Для всех я женщина, загадочная хозяйка игры. И только ты знаешь, кто скрывается под этим париком!
Гарваласк. Магазин игрушек. Ночь.
Ночной Гарваласк тонул в холодном тумане. В районе старых складов, у витрины магазина ,,Мир Чудес,, копошилась тень. Раздался тихий звон разбитого стекла. Ларус, парень в поношенной куртке и бандане с изображением белого черепа, быстро сгребал в сумку не только деньги из кассы, но и дорогие коллекционные фигурки.
— В детстве нам всем не хватало сказок, не так ли? — раздался за его спиной высокий, мелодичный, но леденящий кровь женский голос.
Ларус вздрогнул, выхватил нож и обернулся. Перед ним в свете уличного фонаря стояла Мастер Ди.
— Ты кто такая? Коп? — прошипел Ларус, крепче сжимая рукоять.
— Я твой новый шанс не сдохнуть в этой подворотне, — Мастер Ди сделала шаг вперёд, игнорируя нож. — Ты воруешь мелочь, чтобы прокормиться неделю. Я же предлагаю тебе столько денег, что ты сможешь купить этот магазин и сжечь его ради забавы. Мне нужен кто-то, кто умеет проникать в закрытые двери и не боится испачкать руки. Вступай в мою компанию. Твой череп на бандане скоро станет реальностью для тех, кто заслужил финал.
Ларус посмотрел на пачку гавров, которую Она небрежно бросила ему под ноги, а затем в бездонные прорези её маски. Он медленно убрал нож.
— Что я должен делать?
— Стать моей тенью! — ответила Мастер Ди.
Шахта в Гринфоресте.
Шахты Гринфореста давно считались заброшенными, но Мастер Ди знала что там, где гаснет свет цивилизации, зажигаются костры безумия. Она спустилась на нижние уровни, где в огромном гроте горели факелы. Вокруг алтаря стояли люди в жёлтых балахонах, их лица были скрыты капюшонами.
В центре, у самого алтаря, стояла женщина в ярко-красном одеянии, Мира Корсакова. Её глаза горели фанатичным огнем.
— Кто посмел осквернить наше святилище своим присутствием? — Мира вскинула руки, и культисты в жёлтом двинулись вперёд.
— Та, кто принесла вам жертвы покрупнее, чем лесные олени, — Мастер Ди вышла на свет. — Видимо, ты ненавидишь этих великих писателей. Тех, кто строит из себя богов! Тер Дейл собирает их. Я же собираю тех, кто пустит им кровь.
Мира замерла. На её губах появилась жестокая ухмылка.
— Писатели... Самодовольные лжецы. Ты предлагаешь нам их жизни?
— Я предлагаю вам стать частью великого Заседания, где вы будете судьями, а они грешниками, — произнесла Мастер Ди.
Из тени вышел высокий мужчина, Грат Бранте. Он молча подошёл к Мире и крепко обнял её за плечи, глядя на Мастера Ди с холодным одобрением.
— Если Мира согласна, то и моё лезвие в твоём распоряжении, — глухо произнёс он. — Мы давно ждали знака!
Старая Больница.
После того как Элио Ортис купил эту старую больницу, в холле зажглись тусклые люминесцентные лампы. Последний из уволенных санитаров только что захлопнул за собой дверь. В центре пустого вестибюля стояла Мастер Ди. Красный костюм ярко выделялся на фоне облупившейся кафельной плитки, а синие локоны парика неподвижно лежали на плечах.
Перед ней стояли Майя Астэр и Рина Филис. В воздухе пахло хлоркой и предчувствием чего-то неизбежного.
— Вы остались, — заговорила Мастер Ди своим странным, высоким голосом с металлическим оттенком. — Значит, ваш голод сильнее вашего страха.
Она подошла к Майе и коснулась её плеча белой перчаткой.
— Майя... твоя сестра угасает. Врачи говорят о цифрах, которые ты не заработаешь и за три жизни. Я же дам тебе эти деньги сегодня. Но взамен ты станешь врачом в месте, где клятву Гиппократа используют вместо туалетной бумаги. Ты будешь латать тех, кого мы будем ломать, чтобы они могли продержаться до финального акта. Согласна?
Майя вздрогнула от холода, исходившего от Мастера Ди, но кивнула, прошептав: Да.
Мастер Ди повернулась к Рине.
— А вы, Рина... Вас вышвырнули из системы за то, что вы искали истину в криках пациентов. Здесь никто не назовёт вас чудовищем. Здесь ваши исследования боли станут основой для сценария, который мы напишем вместе. Добро пожаловать в ,,Заседание,,!
Старая Больница.
У черного входа больницы затормозила тяжелая фура. Из кабины вышел Грат Бранте, вытирая руки от дорожной пыли. Задние двери фуры распахнулись, обнажая горы тяжелой, массивной мебели из темного дерева, шкафы, массивные кресла и столы, которые выглядели так, будто приехали из позапрошлого века.
— Разгружаем! — скомандовал Грат.
Началось лихорадочное движение.
Миллер в одиночку тащил дубовые столы.
Грегор, чьи фиолетовые одежды развевались на ветру, молча указывал, куда ставить шкафы, сверяясь с чертежом.
Ларус, Рина и Майя слаженно заносили стулья и тумбы, превращая пустые палаты в подобие роскошных гостиных особняка.
Мастер Ди стояла на ступенях, наблюдая за процессом. Рядом с ней стояла Лимей Эйфлер, внимательно изучая ящики с оборудованием.
— Насколько мощны эти минные бомбы? — спросила Лимей, кивнув на маленькие устройства, которые Ларус начал доставать из кейса. — Они не обрушат здание?
— О, нет, дорогая Лимей, — Мастер Ди едва заметно качнула головой под маской. — В них нет разрушительной мощи, способной снести стену. Но их заряда вполне достаточно, чтобы превратить это прекрасное кресло в облако щепок и шрапнели вместе с тем, кто решит в нём отдохнуть. Это точечная хирургия.
Ларус, усмехнувшись под банданой с черепом, ловко вскрыл обивку очередного кресла и установил внутрь крошечный детонатор.
— Готово, — бросил он. — Теперь это не мебель, а одноразовый билет в ад.
Дом Миллера.
Элио Ортис стоял у окна, проверяя механизм своей трости.
— Не забудь про кабанов, Миллер! — холодным голосом произнес Элио.
Миллер хрипло хохотнул, не отрываясь от работы:
— Будут кабаны, Элио. Что даже, лес их не выпустит!
Элио обернулся, его взгляд стал пронзительным:
— Слушай внимательно. Когда, игра начнётся, пути назад не будет. Если со мной что-то случится... если я умру... ты берешь всё дело на себя. Понятно?
Миллер замер, впервые увидев в глазах Элио не лед, а готовность к жертве.
— Хорошо!
— И это... Не забудь напомнить Ларусу про то как он должен вколоть Мету Ашесу на руки, ночью!
— Хорошо, Элио.
— Также, предупреди культистов, что будет драться наигранно! Не сильно будет повредит их!
Особняк Тер Дейл.
Утро в особняке было обманчиво тихим. Аромат свежего хлеба и кофе заполнял комнату. Все собрались за длинным дубовым столом. Тер Дейл, как идеальная хозяйка, лавировала между гостями.
Пока Франсуа Вивьон восхищался кулинарными талантами Тер, а Максим Борисов и Антония Аллен подшучивали над её магией, Элио Ортис сидел рядом с Метом Ашесом. Пока все взгляды были прикованы к Тер, рассказывающей о ,,Комнате реликвий,, Элио едва заметным движением руки, той самой, что когда-то чистила трубы Чэнга, высыпал микроскопическую дозу порошка в чашку Мета.
Мета Ашес, заинтригованный словами Тер о реликвиях, поднес чашку к губам и сделал глоток.
— Комната реликвий? — переспросил Подсень Юмифов. — Звучит многообещающе.
— Именно, — спокойно ответила Тер, её глаза блеснули холодным огнем.
Элио Ортис слегка улыбнулся, глядя, как Мета Ашес допивает свой чай. Яд не убьет его сразу.
Ночь. Снаружи особняка.
Лимей Эйфлер действовала быстро и бесшумно. В её руках был баллон с быстрозастывающим полимерным составом и стальные штифты.
Она методично заклинила главную дверь. Металл вошел в пазы, а полимер намертво схватил петли.
— Дверь заклинило, успешно. — прошептала Лимей.
Дом Миллера. Глубокая ночь.
Рина Филис и Майя Астэр работали быстро, их халаты были забрызганы багровым.
Рина с хирургической точностью прошивала рот Максима Борисова толстой капроновой нитью. Он мычал, но наркоз, введенный Майей, лишил его сил сопротивляться.
Майя в это время прошивала глаза Гай Селфарк.
— Вам бы ускориться! Ехать надо вам в больницу! — сказал Миллер.
Рина отрезала нить и холодно взглянула на каннибала:
— Мы почти закончили!
Особняк. Комната Тер Дейл.
Тер закрыла дверь своей спальни, и замерла. На белоснежной подушке лежал конверт цвета запекшейся крови.
Тер вскрыла его. Внутри была фотография: молодой парень, сын мэра Гарваласка, смеется, обнимая Тер за талию. И вторая фотография, тот же парень, висящий в петле в своей пустой квартире.
,,Приветствую, Тер Дейл.
Известная писательница, икона стиля... Но для меня ты просто убийца с холодным сердцем. Весь город до сих пор верит, что сын мэра повесился, потому что окончательно свихнулся от наркотиков. Удобная ложь, не так ли?
Но у меня есть его настоящее предсмертное письмо, которое ты украла с места самоубийства, и фотографии ваших последних встреч. Там четко написано, что ты сделала с его психикой перед тем, как бросить его на дно. Если эти черновики попадут в руки его отца-мэра... Гринфорест станет местом твоей публичной казни. Твоя карьера, твоя слава, твоя свобода, всё исчезнет за одно утро.
Хочешь, чтобы я молчала? Докажи, что ты всё ещё способна на радикальные сюжетные повороты. Убей Мими Гранта.
Если ты попробуешь сбежать или поднять шум, то файл с доказательствами уйдет в прессу и полицию автоматически.
Время на исходе,,.