Почерк смерти

      Солнечный луч, пробившийся сквозь тяжелые шторы, больно резанул по глазам. Я резко села на кровати, и воспоминания прошлой ночи обрушились на меня лавиной: набережная, обморок и шепот Виолетты, обещавший превратить меня в преступницу.
В комнате было пусто, но постель еще хранила тонкий аромат ее парфюма и табака. Того самого, который я вчера назвала «своим», чтобы спасти нас обеих.
— Проснулась, соня? — Виолетта вошла в спальню, неся две чашки кофе.
На ней была простая белая рубашка, расстегнутая на пару пуговиц, и я невольно засмотрелась на татуировки, обвивающие ее ключицы. В домашней обстановке она выглядела почти нормальной, если забыть о том, что она — «Художник».
— Который час? — я вскочила, игнорируя слабость в ногах. — Посылка! Макс придет в участок к восьми!
— У нас есть сорок минут, — Виолетта спокойно поставила кофе на тумбочку и подошла ко мне. — Твой паспорт уже в пути, но я подготовила небольшой сюрприз для твоего напарника.
Она протянула мне флешку.
— Если он начнет копать под тебя, скажи, что вела тайное расследование по этому адресу. Там данные на подпольный синдикат, который никак не связан со мной, но очень заинтересует отдел. Это твой «запасной выход», Моника.
Я смотрела на маленькое устройство в ее руке. Она снова давала мне оружие, которое могло как спасти меня, так и окончательно уничтожить мою честность.
— Почему ты это делаешь? Зачем подставляешь себя, помогая мне уйти от подозрений? — я сделала шаг к ней, глядя прямо в эти бездонные глаза.
Виолетта поставила чашку и внезапно притянула меня к себе за талию. Ее лицо было в миллиметре от моего.
— Потому что ты — самая интересная картина, которую я когда-либо начинала писать, — прошептала она. — И я не позволю какому-то подражателю испортить финал.
В этот момент мой телефон, лежащий на прикроватной тумбочке, завибрировал. Сообщение от Макса: «Моника, где тебя черти носят? Пришла странная коробка на твое имя. Жду в кабинете»

Адреналин в крови вытеснил остатки сна. Я выхватила ключи со стола, даже не коснувшись кофе. Виолетта проводила меня коротким, оценивающим взглядом, в котором читалось: «Ну же, детектив, покажи, на что ты способна».

Город проносился мимо смазанным пятном. Я влетела на парковку участка, когда на часах было 08:12. Опоздала.
Я бежала по коридорам, едва кивая коллегам. У двери моего кабинета уже стоял Макс. В руках он вертел небольшой картонный коробок, обмотанный серым скотчем.
— О, явилась! — Макс хмуро посмотрел на меня. — Где ты была? Я уже хотел вскрывать без тебя. Тут отправитель не указан, но пометка «лично в руки детективу Монике».
— Не трогай! — я почти выкрикнула это, вырывая коробку из его рук.
Макс опешил. Его глаза сузились, становясь холодными и подозрительными.
— Ты чего такая дерганая? Там что, бомба?
— Хуже, Макс. Это может быть зацепка по «Художнику», которую я ждала. Я должна вскрыть её в лаборатории, по протоколу.
Я развернулась, чтобы уйти, но Макс преградил мне путь, положив руку на плечо.
— Протоколы? С каких пор ты о них печешься? Дай сюда, я сам посмотрю.
Он потянулся к коробке, и в этот момент я поняла: если он увидит мой паспорт, всё кончено. В голове всплыл совет Виолетты: «Стань преступницей, чтобы спасти себя».
Я намеренно зацепилась ногой за край ковровой дорожки и всем весом повалилась вперед, прямо на Макса. Коробка вылетела из моих рук и с грохотом приземлилась в ведро с грязной водой, которое уборщица оставила в коридоре.
— Черт! — выкрикнул Макс, пытаясь удержать равновесие. — Моника, ты что, разучилась ходить?!
Я не слушала. Я уже запустила руку в серую жижу, хватая размокший картон. Скотч отклеился, и я увидела край своего синего паспорта, уже пропитавшегося водой.
— Ох, нет... кажется, там были важные документы, — я быстро сунула размокшую коробку под мышку, скрывая содержимое своим телом. — Я всё испортила. Пойду попробую просушить в лаборатории.
— Стой! — крикнул Макс мне в спину. — Моника, от тебя пахнет табаком. Тем самым, из салона.
Я замерла у поворота, чувствуя, как сердце бьется в горле.
— Я же говорила, Макс... я курю, когда стресс.
Я скрылась в туалете и заперлась. Достала паспорт — фото размылось, страницы слиплись. Я была спасена, но какой ценой? Я посмотрела в зеркало и увидела в нем не детектива, а тень женщины, которая только что предала закон ради маньяка. Боже в кого я превращаюсь. Стала соучастницей главного преступления месяца. Какой ужас, если бы это узнала моя мам, она бы меня прибила. Куда я влезала, черт.В этот момент на мой разбитый телефон пришло фото: Макс, выходящий из участка, а за его спиной, в паре метров, стоит Виолетта в капюшоне.
Подпись: «Он слишком много спрашивает. Хочешь, я заставлю его замолчать навсегда?»
Я бросилась к выходу, игнорируя крики Макса. Сердце разрывалось между долгом и безумием. Виолетта стояла в тени, холодная и прекрасная, как сама смерть. Я поняла: она не просто спасает меня — она стирает границы моей души, превращая законницу в своего самого преданного сообщника.