Глава 10
Дверь открылась, и в комнату осторожно вошла Барбара Эймори. Взяв стул, стоявший возле стены, она аккуратно поставила его перед книжным шкафом, взобралась на него и дотянулась до черной жестяной коробки с лекарствами. В этот момент Гастингс неожиданно чихнул, и Барбара, вздрогнув, уронила коробку.
– Ой! – в смущении воскликнула она. – А я не знала, что здесь кто-то есть.
Бросившись вперед, Гастингс схватил коробку, которую, в свою очередь, забрал у него Пуаро.
– Позвольте мне, мадемуазель… – произнес при этом сыщик. – Уверен, для вас она слишком тяжела.
Он подошел к столу в центре комнаты и, поставив на него жестяную коробку, спросил:
– Это что, ваша маленькая коллекция? Птичьи яйца? Или, может быть, морские раковины?
– Боюсь, что все гораздо более прозаично, месье Пуаро, – ответила ему с нервным смешком Барбара. – Там нет ничего, кроме пилюль и порошков.
– Но я уверен, – заметил детектив, – что человек столь молодой, столь полный здоровья и жизненной энергии, как вы, не нуждается в подобном вздоре.
– А это не для меня, – заверила его Барбара. – Это для Люсии. У нее сегодня с утра жутко болит голова.
– La pauvre dame, – пробормотал Пуаро, и его голос был полон сочувствия. – Так это она попросила вас принести эти пилюли?
– Ну да. Я дала ей пару таблеток аспирина, но она решила, что не обойдется без чего-то посильнее. Вот я и пообещала принести ей всю коробку – конечно, если здесь никого не окажется.
– Если здесь никого не окажется, – задумчиво повторил сыщик. – А почему это так важно, мадемуазель?
– Ну, вы же знаете, как это бывает в подобных местах, – попыталась объяснить Барбара. – Сплошная суета, хлопоты и ажиотаж. То есть я хочу сказать, что тетушка Кэролайн, например, превратилась в настоящую курицу-наседку. А Ричард – так это вообще одна ходячая проблема; вдобавок он абсолютно бесполезен. Как и любой мужчина, когда вы заболеваете.
– Я вас понимаю, очень понимаю, – заявил сыщик Барбаре и склонил голову набок, как будто хотел этим показать, что удовлетворен ее объяснением. Затем провел пальцами по ребру коробки с лекарствами и быстро взглянул на свою руку. Помолчав, прочистил горло, издав при этом несколько неестественный звук, и продолжил: – А вы знаете, мадемуазель, что вам очень повезло с домашней прислугой?
– На что это вы намекаете? – поинтересовалась Барбара.
Пуаро указал на жестяную коробку.
– Вот, взгляните… На этой коробке нет ни пылинки. Влезать на стул и регулярно протирать ее – на такое решится не всякая горничная.
– Ну да, – согласилась с ним девушка. – Вчера вечером мне это тоже показалось странным.
– А вы что же, вчера вечером снимали эту коробку со шкафа? – поинтересовался Пуаро.
– Ага, после обеда. В ней полно всякой больничной ерунды.
– Давайте посмотрим на эти больничные лекарства, – предложил Пуаро, открывая коробку. Вытащив несколько склянок и внимательно рассмотрев их, он демонстративно приподнял брови. – Стрихнин… атропин… очень милая коллекция. Ага! А вот и пробирка с гиосцином. И почти все они пустые!
– Что?! – воскликнула Барбара. – Они же вчера были почти полными. Я в этом уверена.
– Voila! – Пуаро продемонстрировал ей пробирку и убрал ее в коробку. – Очень любопытно. Так вы говорите, что все эти маленькие – как вы их называете? – склянки были полными? А где конкретно стояла вчера эта коробка с лекарствами, мадемуазель?
– Ну, когда мы сняли ее со шкафа, то поставили на этот стол. А потом доктор Карелли стал перебирать лекарства и давать свои комментарии. А потом…
Барбара замолчала, потому что в комнату вошла Люсия. Супруга Ричарда Эймори, казалось, удивилась, увидев в библиотеке двух мужчин. Ее бледное, гордое лицо при дневном освещении казалось измученным, а в изгибе рта было что-то печальное.
– Милая, тебе не стоило вставать, – бросилась к ней Барбара. – Я как раз шла к тебе.
– Головная боль почти прошла, дорогая Барбара, – ответила Люсия, не отрывая глаз от Пуаро. – Я спустилась, потому что хотела переговорить с месье Пуаро.
– Но, девочка моя, разве тебе не лучше будет…
– Я прошу тебя, Барбара…
– Ну что ж, тебе виднее, – сказала та, отходя к двери, которую Гастингс поспешно распахнул перед ней.
Когда девушка ушла, Люсия подошла к стулу и села.
– Месье Пуаро… – начала она.
– К вашим услугам, мадам, – вежливо ответил ей сыщик.
Люсия говорила запинаясь, и ее голос слегка дрожал.
– Месье Пуаро, – еще раз повторила она, – вчера вечером я попросила вас кое о чем. Я попросила вас остаться. Я… я умоляла вас остаться. Сегодня утром я поняла, что сделала ошибку.
– Вы в этом уверены, мадам? – спокойно уточнил у нее Пуаро.
– Абсолютно. Вчера вечером я нервничала и сильно переутомилась. Я искренне благодарна вам за то, что вы выполнили мою просьбу, но сейчас вам лучше уехать.
– Что ж, c’est comme ça, – пробормотал сыщик себе под нос. А вслух его ответ прозвучал абсолютно нейтрально: – Понятно, мадам.
– Значит, мы обо всем договорились? – уточнила Люсия, нервно взглянув на него.
– Не совсем, мадам, – ответил сыщик, делая шаг в ее сторону. – Если помните, вчера вы высказали сомнение относительно естественной причины смерти вашего свекра.
– Вчера вечером у меня была истерика, – продолжала стоять на своем Люсия. – Я не понимала, что говорю…
– Значит, теперь вы уверены, – не унимался Пуаро, – что ваш свекор умер от естественных причин?
– Абсолютно, – заявила Люсия.
Брови Пуаро слегка приподнялись, и он молча взглянул на свою собеседницу.
– А почему вы так на меня смотрите? – с дрожью в голосе спросила Люсия.
– Да потому, мадам, что иногда приходится сильно постараться, чтобы собака взяла след. Но когда уж это случается, ничто на свете не заставит ее бросить его. А я, Эркюль Пуаро, – отличная собака, мадам!
– Но вы должны! Вы просто обязаны уехать. Я прошу вас! Я вас умоляю! Вы и представить себе не можете, какой вред причините, если останетесь!
– Вред? – переспросил сыщик. – Вам, мадам?
– Всем нам, месье Пуаро. Я не могу объяснить вам всего, но умоляю вас поверить мне на слово. Я с самого начала доверяла вам. Прошу вас…
Внезапно она замолчала. В комнату в сопровождении доктора Грэма вошел Ричард. Последний пребывал в шоке.
– Люсия! – воскликнул он, увидев свою жену.
– Ричард, в чем дело? – нетерпеливо спросила женщина, бросаясь к нему. – Что случилось? Я же вижу по твоему лицу: что-то произошло. Так что же?
– Ничего, милая, – ответил Ричард, стараясь, чтобы его ответ прозвучал уверенно. – Ты не оставишь нас на несколько минут?
Люсия вопросительно заглянула ему в лицо.
– Разве я не могу… – неуверенно начала она и замолчала, увидев, что Ричард подошел к двери и открыл ее.
– Прошу тебя, – повторил он.
Люсия оглянулась. В ее глазах ясно читался страх. С этим она покинула комнату.