Глава 7
Как только комната освободилась, Гастингс в нетерпении повернулся к Пуаро.
– Ну и что вы думаете по этому поводу? – спросил он.
– Попрошу вас закрыть дверь, Гастингс. – Это было все, что он услышал в ответ.
После того как его просьба была выполнена, Пуаро, медленно покачав головой, осмотрел комнату. Он обошел ее всю, бросая взгляды на мебель и иногда на пол. Внезапно остановился, чтобы осмотреть перевернутый стул – тот самый, на котором сидел секретарь Эдвард Рейнор, когда в доме погас свет. Из-под стула сыщик извлек какую-то небольшую по размерам вещицу.
– Что вы там нашли? – поинтересовался Гастингс.
– Ключ, – ответил маленький бельгиец. – Сдается мне, что это может быть ключ от сейфа. Сделайте мне одолжение, Гастингс, попробуйте его и скажите, подошел ли он…
Капитан взял у Пуаро ключ и зашел с ним в кабинет.
Между тем сыщик подошел к телу ученого и, ощупав карманы его брюк, извлек на свет божий связку ключей, каждый из которых внимательно изучил.
Вернувшийся Гастингс подтвердил, что ключ действительно подходит к сейфу в кабинете.
– Думаю, мы можем предположить, что здесь произошло, – сказал он. – Полагаю, что сэр Клод уронил его и… э-э-э…
Он замолчал, а Пуаро с сомнением покачал головой.
– Нет-нет, друг мой. Верните мне, пожалуйста, ключ, – попросил он и нахмурился, словно что-то сбило его с толку. Затем взял ключ у Гастингса и сравнил его с одним из тех, что были на связке. А потом, вернув связку в карман убитого, поднял вверх найденный ключ.
– Это, – объяснил он капитану, – дубликат. Сделан не очень искусно, но со своей задачей он, безусловно, справился.
– Но тогда это значит… – взволнованно воскликнул Гастингс.
Предостерегающим жестом Пуаро заставил его замолчать. В комнате послышался звук поворачиваемого ключа. Его поворачивали в замке двери, ведущей в холл и на лестницу, которая вела на верхние этажи здания. Когда оба джентльмена повернулись, то увидели, как дверь медленно открылась и на пороге появился Тредуэлл, дворецкий.
– Прошу прощения, сэр, – произнес он, входя и закрывая за собой дверь, – хозяин велел мне запереть эту дверь, так же как и другую, ведущую из этой комнаты, до вашего приезда. Хозяин… – Тут он замолчал, увидев в кресле неподвижную фигуру сэра Клода.
– Боюсь, что ваш хозяин мертв, – сообщил ему Пуаро. – Могу я узнать ваше имя?
– Тредуэлл, сэр… – Дворецкий подошел к столу, не отрывая глаз от тела своего хозяина. – Боже! Бедный сэр Клод! – пробормотал он и, обернувшись к Пуаро, добавил: – Прошу прощения, сэр, но я в шоке. Могу ли я узнать, что здесь произошло? Его… его убили?
– А почему вы спрашиваете? – спросил сыщик.
– Сегодня вечером в доме происходили странные вещи, сэр, – ответил дворецкий, понизив голос.
– Ах, вот как! – воскликнул Пуаро и обменялся взглядами с Гастингсом.
– Понимаете, я не знаю, с чего начать, сэр, – пояснил Тредуэлл. – Я… мне кажется, впервые я почувствовал, что здесь что-то не так, когда на чай заявился итальянский джентльмен.
– Итальянский джентльмен?
– Доктор Карелли, сэр.
– Он что, пришел на чай неожиданно? – уточнил сыщик.
– Да, сэр. И мисс Эймори пригласила его остаться на уикенд, решив, что он – друг миссис Ричард Эймори. Но что до меня, то…
Он замолчал, и Пуаро деликатно поторопил его:
– Я весь внимание.
– Надеюсь, вы понимаете, сэр, – заметил Тредуэлл, – что не в моих правилах сплетничать о членах семьи. Но, видя мертвого хозяина… – Тут он опять замолчал.
– Да-да. Я все понимаю, – с участием произнес Пуаро. – Уверен, что вы были очень привязаны к своему хозяину. – Дворецкий утвердительно кивнул, и сыщик продолжил: – Сэр Клод послал за мной, чтобы что-то сообщить мне. Так что вы должны рассказать мне все, что знаете.
– В таком случае вот что я вам скажу, сэр, – дворецкий оживился. – Миссис Ричард Эймори не хотела, чтобы итальянский джентльмен присутствовал на обеде. Я видел ее лицо, когда мисс Эймори пригласила его.
– А что вы сами можете сказать о докторе Карелли? – поинтересовался Пуаро.
– Доктор Карелли, сэр, – ответил Тредуэлл довольно надменно, – он не наш…
Не совсем поняв, что имеет в виду дворецкий, маленький бельгиец посмотрел на Гастингса, который отвернулся, чтобы спрятать улыбку. Наградив своего друга слегка укоризненным взглядом, Пуаро вновь повернулся к Тредуэллу. Выражение лица последнего было абсолютно серьезным.
– Вам показалось, что в том, как доктор Карелли появился в доме, было что-то странное?
– Вот именно, сэр. Это было как-то неестественно. И все проблемы начались после его появления – хозяин сразу же приказал мне послать за вами и запереть все двери. И миссис Ричард тоже была весь вечер сама не своя. Она даже раньше вышла из-за стола. Мистер Ричард очень расстроился…
– Так вот в чем дело… Она вышла из-за стола. И что, прошла в эту комнату?
– Да, сэр, – ответил Тредуэлл.
Пуаро еще раз осмотрел комнату. Глаза сыщика вспыхнули, когда их взгляд остановился на сумочке, которую Люсия оставила на столе.
– Кто-то из дам забыл сумочку, – заметил он, взяв ее в руки.
Тредуэлл подошел ближе, чтобы взглянуть на находку.
– Это сумочка миссис Ричард Эймори, сэр, – сообщил он.
– Да, – подтвердил Гастингс. – Я заметил, как она положила ее на стол перед тем, как выйти из комнаты.
– Перед тем как выйти из комнаты? – повторил Пуаро. – Как любопытно… – Он положил сумочку на диван, недоуменно нахмурился и замер, очевидно погрузившись в размышления.
– А еще насчет запирания дверей, сэр, – продолжил Тредуэлл после короткой паузы. – Хозяин велел…
Неожиданно Пуаро отвлекся от своих мыслей и прервал дворецкого.
– Да. Да, вы обязательно должны рассказать мне об этом. Давайте пройдем сюда. – Он указал на дверь, ближайшую к фасаду дома.
В сопровождении Пуаро Тредуэлл направился к двери, а Гастингс в этот момент заявил с важным видом:
– А я, пожалуй, останусь здесь.
Сыщик обернулся и вопросительно посмотрел на Гастингса.
– Нет-нет, прошу вас, пойдемте с нами.
– Но вам разве не кажется, что лучше… – начал было капитан, однако Пуаро прервал его.
– Мне нужна ваша помощь, друг мой, – произнес он торжественно и многозначительно.
– А, ну конечно, в таком случае…
Трое мужчин вместе вышли из комнаты и закрыли за собой дверь.
Не прошло и минуты, как другая дверь, ведущая в холл, осторожно приоткрылась, и в комнату, никем не замеченная, вошла Люсия. Окинув помещение торопливым взглядом, словно она хотела убедиться, что в нем никого, кроме нее, нет, женщина подошла к круглому столу в центре комнаты и взяла с него кофейную чашку сэра Клода. Ее взгляд, ставший вдруг суровым и проницательным, ничем не напоминал ее обычный, простодушный; она даже стала выглядеть намного старше.
Люсия все еще стояла с чашкой кофе в руках, как будто не знала, что ей делать дальше, когда дверь, ведущая в парадные комнаты, отворилась, и в нее в гордом одиночестве вошел Пуаро.
– Вы позволите мне, мадемуазель…
При этих словах сыщика Люсия заметно вздрогнула. Пуаро подошел к ней и взял у нее из рук чашку с таким видом, словно это был ничего не значащий жест простой вежливости.
– Я… я… вернулась за сумочкой, – с трудом произнесла Люсия.
– Ну конечно, – согласился с ней Пуаро. – А теперь дайте вспомнить, где здесь мне попадалась на глаза дамская сумочка?.. Ах да, вот тут. – С этими словами он подошел к дивану, взял сумочку и протянул ее Люсии.
– Благодарю вас, – сказала женщина, рассеянно оглядываясь.
– Всегда к вашим услугам, мадам.
Одарив маленького бельгийца едва заметной нервной улыбкой, Люсия быстро вышла из комнаты. Пуаро какое-то время после ее ухода стоял совершенно неподвижно, а потом взял в руки кофейную чашку. Осторожно понюхав ее, достал из кармана пробирку, аккуратно вылил туда остатки из чашки и плотно закупорил. Убрав пробирку в карман, маленький бельгиец продолжил изучать комнату, вслух пересчитывая чашки: «Одна, вторая, третья, четвертая, пятая, шестая… Да, чашек всего шесть».
Он уже стал недовольно хмуриться, как вдруг его глаза вспыхнули зеленым светом, что всегда говорило о внутреннем возбуждении. Быстро подойдя к двери, через которую он вошел несколько минут назад, Пуаро открыл и с грохотом захлопнул ее, после чего бросился к французскому окну, где и спрятался за шторой. Не прошло и нескольких секунд, как дверь вновь открылась и в комнату еще раз вошла Люсия – на этот раз еще более осторожно, чем раньше. Она производила впечатление человека, готового ко всему. Пытаясь держать обе двери в поле своего зрения, женщина схватила со стола кофейную чашку, из которой пил сэр Клод, и оглядела комнату.
Ее взгляд остановился на круглом столике возле двери, ведущей в холл, на котором стоял большой горшок с цветком. Подойдя к нему, она спрятала перевернутую чашку в горшок, а затем взяла еще одну и поставила ее рядом с телом сэра Клода. После этого быстро направилась к двери. Но не успела она подойти к ней, как та распахнулась и вошел ее муж Ричард в компании очень высокого мужчины лет тридцати, с волосами песочного цвета. Несмотря на его внешнее дружелюбие, чувствовалось, что этот человек привык распоряжаться. В руках вновь прибывший держал кожаный саквояж.
– Люсия! – воскликнул пораженный Ричард. – А ты что здесь делаешь?
– Я… я… вернулась за сумочкой, – объяснила Люсия. – Добрый вечер, доктор Грэм. Прошу прощения. – И, поспешно пройдя мимо них, она исчезла.
Пока Ричард наблюдал за ней, из-за шторы появился Эркюль Пуаро. Он подошел к мужчинам так, будто только что вошел через вторую дверь.
– А, вот и месье Пуаро. Позвольте вам представить… Пуаро – это доктор Грэм. Кеннет Грэм.
Мужчины обменялись поклонами, и доктор Грэм сразу же направился к телу сэра Клода, чтобы осмотреть его. Ричард не отрываясь наблюдал за ним. Маленький бельгиец, на которого никто не обращал внимания, обошел комнату и еще раз, улыбнувшись, пересчитал кофейные чашки.
– Одна, две, три четыре, пять, – пробормотал он себе под нос. – Кто бы сомневался…
Весь светясь от удовольствия, Пуаро улыбнулся своей самой загадочной улыбкой. Затем, достав из кармана пробирку, взглянул на нее и медленно покачал головой.
Меж тем доктор Грэм завершил поверхностный осмотр тела сэра Клода Эймори.
– Боюсь, – обратился он к Ричарду, – что я не смогу подписать справку о смерти. В том, что касается здоровья, сэр Клод был в отличной форме, и мне кажется весьма маловероятным, что у него мог внезапно случиться сердечный приступ. Боюсь, что нам придется выяснить, что он ел или пил в последние часы перед смертью.
– Боже мой, приятель, неужели это действительно необходимо? – В голосе Ричарда слышалась тревога. – Он ел и пил то же, что и все остальные. Нелепо предполагать, что…
– Я ничего не предполагаю, – прервал его Грэм; голос доктора звучал твердо и властно. – Я просто говорю вам, что в соответствии с законом будет назначено расследование, и коронеру обязательно захочется узнать, что вызвало смерть сэра Клода. Я прикажу увезти тело, и завтра же утром мы срочно проведем вскрытие. Так что ближе к полудню я уже смогу сообщить вам какие-то факты.
И доктор быстро покинул помещение в сопровождении все еще пытающегося разубедить его Ричарда. Пуаро проводил их взглядом, а потом с озадаченным выражением лица повернулся к телу человека, своим взволнованным голосом заставившего его приехать из Лондона.
«Что же такое вы хотели мне сообщить, друг мой? Хотел бы я это знать… И чего вы так боялись? – размышлял сыщик. – Вы боялись только за формулу или за свою жизнь тоже? Вы надеялись, что Пуаро вам поможет… Но вы попросили о помощи слишком поздно. Хотя я и попытаюсь установить истину».
Задумчиво покачивая головой, сыщик уже собирался выйти из библиотеки, как в ней появился Тредуэлл.
– Я показал второму джентльмену его комнату, сэр, – сообщил он сыщику. – Могу ли я проводить вас в вашу? Она находится рядом с первой, на верхней площадке лестницы. Я также взял на себя смелость заказать для вас легкий холодный ужин. Думаю, что после вашего путешествия он вам не помешает. По пути наверх я покажу вам, где расположена столовая.
Пуаро вежливо поклонился.
– Благодарю вас, Тредуэлл. Кстати, я хочу настоятельно посоветовать мистеру Эймори, чтобы он велел накрепко запереть эту комнату до завтрашнего утра, когда у нас появится новая информация относительно печальных событий сегодняшнего вечера. Не могли бы вы закрыть ее, после того как мы из нее выйдем?
– Конечно, сэр. Как вам будет угодно, – ответил Тредуэлл и проследовал вслед за Пуаро из библиотеки.