Глава 3
К вечеру, настроение Рихарда упало окончательно. От доктора Графа он узнал лишь то, что под ногтями пальцев правой руки убитой были обнаружены частички кожи, а это значило, что Тина Новак оцарапала убийцу прежде, чем он ее задушил. Но это ничего не дало. Как ничего не дали и поиски Йозефа Новака. Поэтому Мозер продолжал сидеть в раздумьях, лишь иногда незаметно переводя взгляд на Габриэллу.
Про себя Мозер заметил, что девушка оказалась не такой, какой он привык ее видеть. Она улыбалась, смеялась вместе со всеми и действительно была похожа на жизнерадостного ребенка, которого предстояло многому научить. Нравилась ли ему эта другая, настоящая Габриэлла или нет, Мозер пока не мог ответить на этот вопрос, поэтому решил снова переключиться на работу, чтобы не думать об этом.
Двери открылись, так и не дав Рихарду закончить начатое, и в контору вошел Хел, который вместе с вызванной Клаудией Фельзнер был в соседнем отделе, снимая отпечатки пальцев девушки.
Присев на стул перед столом Хеллерера, Клаудия вынула из кармана куртки платок и принялась тереть пальцы, на подушечки которых была нанесена специальная краска.
— Вы так и будете молчать? – поинтересовался Мозер, подходя к столу друга и продолжая начатый разговор до того, как девушку увели снимать отпечатки. - А я расскажу вам, как все было. Тина Новак получила роль, которую обещали вам уже давно, а вас поставили в кордебалет. Насколько я знаю, не очень перспективное место в труппе. Поэтому, вы решили избавиться от конкурентки.
— Тина была моей подругой! – исподлобья глянула на него Фельзнер.
— Но это не помешало вам ее убить, - с абсолютным спокойствием произнес Мозер, намеренно пытаясь вывести девушку.
— Я не убивала Тину! – вскочив со стула, закричала Клаудия.
На лежанке поднялся Рекс. Ощетинившись он тихо зарычал, намереваясь двинуться в направление балерины, но Рихард жестом руки остановил пса, безмолвно сказав, что все под контролем.
— Тогда где вы были вчера между двенадцатью и часом ночи? – навалившись на стол вытянутыми руками, вновь поинтересовался Рихард, внимательно глядя на девушку.
— Я не буду отвечать на этот вопрос...
И ангельское терпение Мозера лопнуло.
— Послушайте...
Но Клаудия вдруг перебила его. Тяжело вздохнув, роняя подбородок на грудь, девушка тихо произнесла:
— Можно я поговорю с ней? – кивнула она на Габриэллу. - Один на один.
И друзья разом перевели взгляд на коллегу, которая в таком же недоумении хлопала глазами. Поймав взгляд Мозера, Нойфельд пожала плечами, словно говоря, что она не знает, как поступить, но тот одобрительно кивнул и девушка, вместе с балериной, направилась в коридор, чтобы побеседовать без посторонних глаз и ушей.
— Понимаете, - начала Клаудия, нервно выкручивая пальцы на руках и смотря в пол, - жалование в театре невелико. Я живу вдвоем с мамой. У нее заболевание, которое требует лечения. А оно стоит больших денег.
Нойфельд, слегка нахмуренно, смотрела на стоящую перед ней девушку, пока не понимая ничего существенного из ее рассказа. Но когда Фельзнер подняла взгляд и дошла до сути, Габриэлла с облегчением выдохнула, понимая, что была права по поводу версии, в которой балерина фигурировала как убийца.
— Помимо театра, - продолжила Клаудия, - я подрабатываю в ночном клубе, - и она смутилась, снова опустив взгляд в пол. – И если об этом кто-то узнает, меня просто уволят.
— Значит, во время убийства Новак вы были на работе? – уточнила Габриэлла.
Вернувшись вместе с девушкой в контору, где Габи, шепотом, чтобы не смущать балерину, поведала друзьям о ее алиби, Нойфельд, по просьбе Рихарда тут же принялась звонить в клуб, чтобы удостовериться в правдивости слов Фельзнер. Поэтому через несколько минут балерина была отпущена, и в деле остался лишь один подозреваемый, которого предстояло найти. Но время подходило к концу рабочего дня и друзья решили закончить на сегодня.
— Габи, ты домой? – осведомился Бёк.
Подойдя к Габриэлле, пока Хел и Рихард заканчивали работу, Кристиан начал помогать девушке убирать тяжелые папки со стола.
— Ну да, - кивнула та.
— Не хочешь... - начал было Кристиан.
Но договорить не успел.
— Кристиан, я не хочу показаться грубой, но... - перебила его Габриэлла.
Она задумалась, не зная, как мягко пояснить коллеге, что, во-первых, он не в ее вкусе, а, во-вторых... Что «во-вторых» Габи додумать не успела, поскольку Бёк, в свою очередь, перебил ее.
— Нет, что ты, - вскинул брови он, намекая девушке, что она не так все поняла. - Я просто хотел предложить отметить твой первый рабочий день. Рихард с Хелом тоже пойдут.
— Боже, - прикрыла глаза Габи, понимая, что ее поспешные выводы по поводу Кристина были далеки от истины. – Прости, я просто подумала... Конечно я пойду. Дома все равно заняться нечем.
Бёк улыбнулся и, кивнув, объявил остальным о согласии новенькой. Поэтому вскоре вся команда уже сидела в небольшой уютной пивной, наслаждаясь приятным вечером, который дал долгожданный отдых после трудного рабочего дня.
Беседуя на совершенно различные темы, включая и обсуждение текущего дела, Габи начала привыкать к новой обстановке, коллегам, их юмору. Даже то, что Рихард обращался к друзьям по фамилии, не вызывало у девушки больше никакого удивления. Габриэлла видела, что Рихард ценит своих друзей. Даже больше – это были единственные близкие для него люди. Поэтому, сделав вывод, что поведение Мозера бывает весьма обманчиво, Нойфельд немного успокоилась и даже расслабилась, попивая из стакана свой сок, в то время, когда мужчины были заняты очередной порцией пива. Несколько раз Габриэлла улавливала на себе взгляд Рихарда, который быстро отводил его, едва встречался со взглядом девушки. Но едва Габи стоило объявить о том, что ей уже пора идти, Мозер поднялся следом.
— Я провожу, - спокойно предложил он.
И оба, попрощавшись с Хелом и Бёком, забрав Рекса, который спал под столом после нескольких порций сосисок, вышли из пивной.
— Мне кажется, или между ними что-то было? – спросил Хел, глядя на дверь, где только что скрылись коллеги.
На что Кристиан лишь пожал плечами и загадочно улыбнулся.
— Тебя подвезти? – предложил Мозер уже стоя на улице и даже не догадываясь о том, что сейчас обсуждали его друзья.
— Я на своей, - дернула плечами Габи, впервые не зная, как правильно отреагировать на предложение мужчины подвезти ее.
Решив для себя, что торопиться не стоит, Нойфельд попрощалась с комиссаром и его псом и, махнув на прощание рукой, скрылась за поворотом, где была припаркована ее Ауди. А Мозер так и остался стоять на тротуаре, смотря, как скрывается в конце улицы черный автомобиль, и, размышляя над тем, что делать и в каком русле развивать отношения, начало которым было положено почти месяц назад.
***
Громкая музыка, едва вырвавшись на улицу, тут же стихла за захлопнувшейся дверью, и молодой человек закурил сигарету.
— Еще бы немного и я бы ее... - расплылся в улыбке он, вспоминая, как еще несколько минут назад изучал тело несговорчивой девушки, танцующей в толпе, пока охранник клуба не выдворил его прочь.
— Да ладно, - отмахнулся его друг.
— Говорю тебе, - едва не стуча себе в грудь, гордо произнес молодой человек, поправив очки. – Если бы не охранник... Ладно. Я домой. До завтра.
Махнув на прощание рукой другу, молодой человек юркнул в свою машину, которая сорвалась с места, утонув в ночном городе.
Очутившись в своей квартире, молодой человек быстро прошествовал к холодильнику, доставая холодную банку пива в намерении продолжить свой отдых. Подойдя к окну, он распахнул створки, впуская прохладу, и примостился на подоконнике, потягивая напиток прямо из бутылки.
Раздавшийся звонок в дверь, заставил хозяина квартиры недовольно сморщиться. Отставив пиво, он подошел к двери и, распахнув ее, нахмурился, глядя на человека, стоявшего на пороге.
— Ты кто такой? – с вызовом спросил молодой человек, отдых которого был потревожен.
— Никто не смеет обижать мою девочку!
***
Половину ночи проведя без сна, поскольку его одолевали мысли, вовсе не касающиеся работы, Рихард, наплевав на все свои принципы, принял решение. И теперь он ехал в направление самого богатого района Вены, где даже небольшие квартиры стоили целого состояния.
Припарковав автомобиль, Мозер вышел из салона, вдохнув теплый весенний ветерок, который гнал откуда-то издалека благоприятную погоду, выпустил из машины Рекса, захлопнув за ним дверь, и подняв взгляд вверх, пытаясь разглядеть последний этаж элитной высотки, присвистнул.
— Ну что, Рекс, - обратился он к псу, чуть наклонившись и потрепав его по загривку, - пойдем, посмотрим, как живут одни из самых богатых людей Вены.
Пес почему-то заурчал, видимо ему не очень хотелось смотреть на гордых людей, ставящих себя выше всех. А таких, за свою службу, пес повидал немало. Но только он, вместе с хозяином очутился на предпоследнем этаже, как тут же его хвост заходил в разные стороны и пес кинулся к одной из квартир.
— Ага, - усмехнулся Мозер, поняв реакцию собаки. – Учуял Габриэллу? Давай разбудим ее, а то опять проспит, - и Рихард нажал на звонок.
А Рекс снова заурчал, будто говоря хозяину, что тот не прав.
К удивлению Рихарда, а может и к счастью, Нойфельд уже была бодра и при полной готовности выезжать на работу. Вскинув брови на появление Мозера, девушка тут же расплылась в улыбке и предложила войти.
Большая светлая квартира была обставлена дорогой мебелью и напичкана техникой последних моделей. Даже воздух в квартире был какой-то особый. Что привело Рихарда в новый восторг.
— Ого, - выразил свой восторг Рихард, оценивая масштабы, развернувшиеся перед ним.
— Что? – не поняла Габриэлла, останавливаясь посреди гостиной.
— Не боишься, что тобой могут заинтересоваться? – с шутливым намеком спросил Мозер, взглядом обведя комнату.
— Это все папино и моего тут ничего нет, - поняв, о чем идет речь, пояснила девушка. - Считай, что я просто снимаю эту квартиру. Кофе будешь? Или у нас уже нет времени?
— Несколько минут найдется, - улыбнулся Мозер и его глаза блеснули.
Пройдя в кухню, Нойфельд быстро налила две чашки кофе, от которого исходил аромат несравнимый с тем кофе, который был у них в конторе, а Рексу подала добрый кусок ветчины.
— Ты его так избалуешь, - предупредил Мозер. – К хорошему быстро привыкается.
— Значит, завтракать Рекс всегда будет у меня, - рассмеялась Габи и подала кружку Мозеру.
— А его хозяин достоин завтрака в такой обстановке? – с намеком проговорил Мозер и шагнул вперед, сокращая расстояние с девушкой и намереваясь расставить все точки над «i» в их непонятных отношениях, которые стояли на месте.
— Глупо было бы лишать его хозяина завтрака, - почти шепотом проговорила Габриэлла, не сводя взгляда с Рихарда, который сократил расстояние настолько, что девушка ощущала его дыхание.
От него пахло свежестью и лесом. И Габи подметила, что, наверное, это самый приятный в мире запах, который она когда-либо ощущала. Поэтому, поддавшись чувствам, которые лезли наружу, девушка слегка привстала на носочки и коснулась своими губами губ мужчины, тут же ощутив, как сильные руки прижали ее к не менее сильному телу.
Габи едва не задохнулась от порыва эмоций, которые накрыли с головой. Еще тогда, в той квартире, Нойфельд желала ощутить его тепло, его губы, поддавшись неведомым чувствам, испытываемым к этому мужчине. Но Рекс прервал их. Поэтому сейчас девушка даже боялась пошевелиться, чтобы не прервать эту негу.
Руки Мозера медленно начали спускаться вниз по спине, заставляя девушку и себя самого дышать еще тяжелее. Но когда сдерживать свои чувства уже не было сил, и оба решили пойти дальше всех своих принципов, забыв о работе, работа сама напомнила о себе, пробуждая телефон в кармане Рихарда.
Кое-как оторвавшись от девушки, комиссар выдохнул, успокаивая дыхание, ответил на звонок и, выслушав все, что говорил ему звонивший, убрал телефон в карман.
— У нас очередной труп, - сообщил он, чувствуя, как его с головой окунули в ледяную воду.
— Поехали, - охрипшим от возбуждения голосом произнесла Габриэлла, чувствуя, как вмиг заполыхали ее щеки.
***
Во дворе жилого дома было тихо. Лишь эксперты сновали туда-сюда, четко выполняя свою работу. Посреди двора стоял доктор Граф, что-то обсуждающий с Кристианом Бёком. Но едва Рихард, Габи и Рекс подошли к ним, оба тут же замолчали, сделав вид, что рассматривают лежащий на асфальте труп.
— Доброе утро, - поприветствовал коллег Лео.
— Доброе утро, - отозвалась Габриэлла.
— Привет, Лео, - кивнул Мозер Графу и, поздоровавшись с Кристианом, снова повернулся к доктору. – Уже что-нибудь известно?
Граф пожал плечами.
— Падение с четвертого этажа. Он упал лицом прямо на мусорный бак, - указал он рукой в направлении бака, стоящего прямо под окнами дома. - Смерть мгновенная. Похоже на самоубийство. По крайней мере, так кажется на первый взгляд.
— А на второй? – поинтересовался Бёк.
— Убитый носил очки, - медленно произнес Лео и протянул коллегам пакет в котором лежали разбитые очки, - и во время падения был в них, что противоречит статистике. Большинство самоубийц снимают очки, чтобы не пораниться.
— Что? – недоуменно воскликнула Габи, уставившись на доктора.
— Да, я знаю, это звучит абсурдно но это так, - развел руками Лео.
А Габриэлла, любопытно продолжила рассматривать труп.
— Он упал лицом вниз. А это что? – и она указала пальцем на рану, красовавшуюся на затылке.
— А это то, что не дает сто процентов в том, что это самоубийство, - пояснил Лео.
— Возможно, его ударили, - предположил Рихард, который уже давно присел на корточки и разглядывал труп.
— Да и довольно сильно, - согласился Граф. - Что и привело к смерти.
— Ясно, - закивал Мозер и, поднявшись на ноги, повернулся к Кристиану. - Бёк, сходишь наверх?
— Хорошо, - кивнул тот и, хлопнув ладонью по записной книжке, направился в сторону дверей, ведущих в подъезд.
— Мне идти с Кристианом? – поинтересовалась Габриэлла.
— Нет, - на сей раз мотнул головой Мозер и обратился к Лео. - Значит инсценированное самоубийство?
— Возможно. Все остальное как всегда после вскрытия, - отрапортовал доктор и ушел.
Вскоре место происшествия покинули и друзья. В квартире убитого Рекс обнаружил табуретку, на внутренней стороне которой были найдены следы крови. Сделав вывод, что именно этим предметом убитому был нанесен удар, Рихард вместе с остальными вернулся в контору. И работа закипела с новой силой. Проверив все данные, экспертизы и знакомых убитого, Мозер пришел к выводу, что оба убийства никак не связаны, а значит, им придется работать вдвое больше. Поэтому, отправив Бёка на место работы убитого, Хелу поручив дальнейшие поиски Йозефа Новака, Рихард, взяв Габи и Рекса, направился в квартиру Тины Новак, решив попробовать еще раз обнаружить что-нибудь при помощи Рекса.
— Кстати, Рекс опять чихал, - рассматривая книжные полки, сказала Нойфельд, вспомнив, как мучился пес в квартире убитого молодого человека. – Что с ним?
— Вчера мы были в клинике, - отозвался Мозер, выглядывая из-за угла. – Это обычная аллергия.
— Ясно, - кивнула Габи и продолжила осмотр.
Вскоре в квартире появилась пожилая дама, которая обнаружила Тину Новак, и Рихард переключился на беседу с ней.
— Я не очень хорошо знала самого господина Новака, - призналась она. – Когда он здесь жил, я старалась не сталкиваться с ним. Очень, я вам скажу, неприятный тип. Это уже потом, когда его посадили, Тина как-то рассказывала мне о нем. Но ничего о его друзьях, коллегах я не знаю, - ответила на вопрос женщина, который ей задал Мозер. – Знаю только то, что его родители живут в Зальцбурге. Но с ними он не общается очень давно и..
Ее речь неожиданно прервало рычание Рекса. Пес, до сих пор сидевший около Габриэлла, которая почесывала у него за ухом, неожиданно подскочил с места и метнулся к двери, начиная скрести когтями ее нижнюю часть.
— Что это с ним? – нахмурилась Нойфельд, выглядывая из комнаты в прихожую.
— Там кто-то есть, - настороженно произнес Рихард.
Поднявшись со стула, он достал из кобуры пистолет и начал тихо продвигаться к двери. Габи, держа свое оружие наготове, тоже последовала примеру комиссара, и когда тот отогнал неугомонного пса, открыла дверь, выставив пистолет.
Сначала Нойфельд увидела падающие розы, лепестки которых тут же рассыпались по ступенькам лестницы, а затем лицо мужчины, который, при виде девушки с оружием, опрометью кинулся вниз.
— Это Новак! – выкрикнула Габи, почувствовав вырвавшегося из квартиры пса, едва не сбившего ее с ног.
И через несколько секунд она, вместе с Мозером, неслась по улице, выхватывая из толпы фигуру Йозефа Новака и черно-рыжую шкуру Рекса.
Ноздри раздувались, хватая воздух, сердце билось, а адреналин зашкаливал. Но Габи продолжала бежать, пытаясь сократить расстояние между собой и псом. Впереди мелькнул торговый центр, а на эскалаторе, ведущим вверх - Рекс. И Габи, резко развернувшись, бросилась наперерез по лестнице.
Расталкивая людей, она выбежала на площадку между переходами и неожиданно остановилась, растянув губы в улыбке. На полу, окруженный недоуменными посетителями торгового центра, лежал Новак, корчась от боли, а на его спине стоял Рекс, вцепившись зубами в предплечье мужчины.
— Ну что, господин Новак, - послышался позади голос Рихарда, который, выйдя из-за Габриэллы, переводя дыхание, направился к подозреваемому, доставая на ходу наручники, - добегались?
— Уберите пса! – сквозь зубы кричал Новак. – Уберите!
— Фу, Рекс, - приказал Рихард, отогнав собаку, и рывком поднял Новака на ноги. – Отличная работа! – улыбнулся он Рексу и Габи, надевая на Новака наручники.
— Да, мы молодцы, - гордо кивнула Нойфельд. – А вот ты, смотрю, запыхался.
— Это мы обсудим вечером, за ужином, - проходя мимо девушки, шепотом пообещал Мозер и направился вниз, подталкивая Новака, которого крепко держал за предплечья.
***
— Я не убивал Тину! – эта фраза прозвучала в конторе уже не первый раз.
Но никто из присутствующих не верил в эти слова, поскольку Новак был единственным оставшимся подозреваемым, у которого был мотив. Поэтому Рихард даже не думал останавливать допрос. Он переходил на крик, с внушительным видом наклонялся к Новаку, давя на него словами, действиями. Даже Габи стало немного не по себе от такого вида Мозера и она, поежившись, предпочла перебраться поближе к Бёку.
— Это нормальное его состояние? – тихо поинтересовалась Нойфельд, взглядом указав на Мозера.
— Ну, иногда он бывает вспыльчивым, - шепотом поведал Кристиан.
Габи вздохнула. В который раз убеждаясь, что в Рихарде Мозере живут два человека. Тот, который сейчас разносил все вокруг, пытаясь выбыть признание из Новака, и тот, который еще утром так целовал ее. Он умел разделять личную жизнь и работу. А она, Габриэлла, нет. Поэтому девушка, успокоенная своими мыслями, смотрела на комиссара, чувствуя, как сердце снова пытается выскочить из груди, а в животе начинают порхать бабочки.
— Вы свободны!
Раздавшийся крик Рихарда вернул Габи на землю.
— Что? – пронеслось по конторе.
Хел и Бёк, и даже сам Новак были ошарашены фразой Рихарда, поэтому продолжали хлопать глазами, глядя на комиссара, который держал в руке только что пришедший факс.
— Идите, пока я не передумал! – процедил сквозь зубы Рихард.
Повторять еще раз не потребовалось. Собрав в кучу свои вещи, Новак поспешил выбежать из конторы как можно быстрее.
— Почему ты его отпустил? – Габи была единственной, кто решился задать сейчас этот вопрос.
— Кровь под ногтями Тины Новак не соответствует группе крови самого Новака. Он не убийца. Черт! – и папки с грохотом полетели со стола.
Друзья сидели тихо. Каждый боялся сказать лишнего, понимая, что оба их дела зашли в тупик. А тупик означал одно – Рихард будет вне себя, поскольку такое в практике отдела убийств было крайне редко.
И не известно, чем бы закончился всплеск эмоций Мозера, если бы на пороге отдела не появился Макс Кох.
Пройдя в контору, Макс многозначительно обвел взглядом мечущего искры Рихарда, перевел его на папки, лежащие на полу, и снова, взглянув на Мозера, покачал головой.
— Рабочий процесс в самом разгаре? – поинтересовался Кох, проходя к столу Мозера и ставя на него пакет с булочками. – Так можно и перегореть, Ричи, - с намеком сказал он и только тут заметил Габриэллу, стоящую возле Кристиана.
Сняв свою шляпу и поправив очки, Макс слегка склонил голову на бок, рассматривая юную особу, которую видел впервые, и в удивлении произнес:
— Дама? В нашем свинарнике? Ричи, - обернулся он к подостывшему Рихарду, который уселся за свой стол, переводя дыхание после бурного допроса, - почему ты мне ничего не сказал, что у вас в отделе такие перемены? Макс Кох, - представился он.
— Габриэлла, - Габи подошла ближе и пожала протянутую ей руку. – А вы...? – начала задавать вопрос она, но Кох ее перебил.
— Раньше я возглавлял этот отдел, - пояснил Макс. – Я даже привел сюда этого оболтуса, - кивнул он на Мозера, - которого долго пытался научить тому, что знал сам. Но, похоже, что-то упустил, - Макс выразительно глянул на Рихарда, намекая на излишнюю вспыльчивость последнего. – Так что могло произойти такого, что тебя было слышно внизу, Ричи?
— Два убийства и ни одной зацепки, - пояснил Мозер, сделав взмах руки, который не обозначал ровным счетом ничего.
— Вот поэтому я и прихожу сюда довольно часто, - будто по секрету сообщил Кох Габриэлле и разместился за столом Мозера. – Ах, да. Булочки с колбасой, - и он подал девушке пакет.
Взяв его, Габи направилась раздавать свертки друзьям, не забыв и про Рекса. Сев рядом с псом на лежанку, она развернула одну булочку, отдав ее собаке, вторую оставила на своих коленях, а остальные (их Макс принес намного больше, чем делали это коллеги) отдала Петеру для сохранности.
Распаковав сверток, оставленный у себя, Нойфельд едва поднесла бутерброд ко рту, как заметила странные взгляды коллег, которые, замерев, смотрели на нее во все глаза. Даже Рекс уставился на девушку так, что кусок бы не полез в горло.
— Что? – не поняла она.
— Ты же не ешь... - сказал Бёк и без дальнейших объяснений просто кивнул на булочку.
— С утра труп, потом Новак и его допрос, - с намеком взглянула она на Мозера, еще недавно разносящего отдел. – У меня был стресс! – развела руками Габи. – А она так вкусно пахнет, - блаженно произнесла она и с жадностью откусила кусок.
— А я всегда говорил, что в любой ситуации нужно сохранять спокойствие, - поднял вверх указательный палец Кох.
Воцарилась тишина, а затем по конторе прокатился дружный смех, разрядив обстановку. Но через несколько минут все вошло в свое русло и полицейские вернулись к своим делам, начав рассказывать Максу о том, что удалось им узнать. А старый отставной полицейский внимательно слушал их, подкидывая друзьям новые мысли и между делом не гнушаясь передать свой опыт Габриэлле, которая внимала каждому слову Макса, стараясь запомнить как можно больше из всего, что говорил он. И никто из компании даже не заметил, как из конторы пропал пес, а вместе с ним и пакет с булочками, отданный на сохранение Петеру.
В таком ритме пролетел еще один рабочий день. Но даже светлые мысли Коха не внесли ясность в процесс расследования. Поэтому друзья, так же как и вчера, начали собираться домой ни с чем, решая продолжить завтра.
Взяв пару папок со своего стола, Мозер подошел к рабочему месту Габриэллы и, чтобы не привлекать внимание друзей, которым только было нужно дать повод, сказал:
— Просмотри эти дела, может, найдешь что-то стоящее, - он положил папки на стол и шепотом добавил: - Так как на счет ужина? В восемь?
Еле сдержав улыбку, Нойфельд лишь кивнула, и Рихард вернулся к своему столу. В этот момент он ощущал себя школьником, который, наконец-то решил подойти к отличнице класса, но безумно боялся того, что друзья не оценят его поступок, засмеяв их дружбу с «зубрилкой». Но сейчас Рихард не боялся, а просто не хотел выставлять их отношения на показ. Это могло не лучшим образом сказаться большей частью на самой Габриэлле. Начальник и подчиненная, о способностях которой был пущен лживый слух. Поэтому работники комиссариата могли истолковать причину перехода Нойфельд в отдел убийств, где работали самые лучшие, вовсе не так, каковой она являлась на самом деле. Рихард, конечно, не отрицал для себя то, что, от части, Габриэлла попала к нему именно из-за личных факторов, но и то, что эта девушка обладала скрытыми перспективами, требующих практики, Мозер не мог отрицать. Поэтому решил, что лучше попридержать их отношения, толчок которым был дан сегодня утром, в секрете.
На такой ноте Мозер закончил свой мыслительный процесс, давая мозгу передышку, позвал Рекса и, попрощавшись с друзьями, вместе с Максом вышел из отдела.
Но едва они вступили на лестницы, как новая волна вопросов о сотруднице, обрушилась на него со стороны Коха.
— Ну, и что это за юная особа? – улыбнулся Макс, слегка поддев Мозера локтем. - Я хочу услышать подробности.
— Макс... - устало протянул Рихард, но на вопрос все же решил ответить, чтобы поскорее оказаться дома, где ему предстояло провести, как надеялся комиссар, приятный вечер. – Габриэлла работала над делом банды Зоннера... - и Мозер начал рассказывать долгую историю их знакомства.
— Значит та самая Эрика Крюгер? – уточнил Кох, дослушав до конца.
— Да, - кивнул Рихард, останавливаясь у своей машины. - А потом Лемиш подписал рапорт о ее увольнении. И я взял ее к себе.
— Ты взял ее к себе, - с намеком повторил Макс, и на его лице заиграла улыбка. – Она хорошая девочка. Я это вижу. Присмотрись к ней, Ричи.
— Макс, давай без намеков, - попросил Мозер, понимая, что эту фразу он стал произносить довольно часто.
— Как знаешь, - пожал плечами Макс и, потрепав Рекса, сидящего рядом, обратился к нему. – Хоть ты объясни своему хозяину, что одиночество не красит человека.
— А он так не считает, - усмехнулся Мозер. – У меня есть он, а у него – я. Что не вписывается в понятие одиночества.
— Научил на свою голову, - покачал головой Кох и, махнув рукой, сказал. – Езжай уже. Неприлично заставлять даму ждать под дверью, - и с этими словами Макс медленно побрел по улице, в намерении хорошо прогуляться перед ужином.
А Рихард, удивленный тем, что Макс без ошибки определил его планы на вечер, запустил в машину пса, сел за руль сам и вскоре уже отъехал от комиссариата, направляясь к дому, чтобы успеть приготовить что-то более съедобное, чем пересоленные спагетти.