Пока стоит этот город

— Сейчас, сейчас, Матильда.

Пожилая дама, ведя на поводке маленькую белую болонку, осторожно ступала по лестницам, ведущим вниз. Держась за перила, она иногда поглядывала сквозь лестничные пролеты и старалась удержаться на ногах.

— Сейчас мы часок, другой прогуляемся в парке, а потом зайдем к фрау Энгельгард и я куплю тебе вкусную говяжью вырезку.

Но болонка не слушала слова хозяйки. С тонким противным лаем, который эхом разносился по всему дому, собачонка как ополоумевшая тянула пожилую даму вниз.

— Матильда, перестань. Ты разбудишь соседей, - упрашивала дама свою питомицу, которая не внимала ее просьбе, продолжая тянуть изо всех сил.

Лишь спустившись на этаж ниже, Матильда ринулась к одной из квартир и еще пуще залилась лаем.

— Да что это с тобой? – недоумевала хозяйка.

Дабы не разбудить соседей, женщина кое-как наклонилась, беря свою собачку на руки, но тут же выпрямилась и в недоумении застыла на месте.

Дверь в квартиру была приоткрыта и пожилая дама, оглянувшись по сторонам, тихо позвала:

— Фрау Новак? – но ответа не последовало.

Осторожно толкнув дверь, женщина, крепко держа свою собачку, прошла во внутрь.

Квартира принадлежала девушке, которую пожилая дама знала уже давно. Милая молодая особа работала в театре и не раз приносила пожилой соседке билет в первые ряды. К тому же, из-за своей профессии, девушка была довольно аккуратной, можно даже сказать педантичной. Поэтому открытая дверь ее квартиры насторожила соседку.

— Фрау Новак, вы дома? – снова позвала женщина, продвигаясь вглубь квартиры. – Ваша дверь была открыта и...

Пройдя в гостиную она замерла прямо на пороге, выпуская из рук свою собачку.

В кресле, развалившись в неестественной позе, сидела фрау Новак. Ее глаза были выпучены, рот открыт, а шею обвивал атласный пояс от халата, надетого на тело девушки.

— А-а-а-а! – прокатился по дому крик ужаса, и дом снова погрузился в тишину.

***

Звонок телефона буравил мозг уже несколько минут, но Габриэлла, спящая на кровати, даже не думала отвечать. Закрыв голову подушкой, она продолжала лежать до тех пор, пока не поняла, что звонивший не думает сдаваться. Поэтому слегка высунувшись из-под подушки и взяв телефон, девушка сонно пробормотала.

— Да?

— Спишь? – раздался в динамике голос нового начальника.

— А что еще я могу делать в шесть часов утра? – поинтересовалась Габриэлла, зевая.

— Просыпайся. У нас труп.

Спросонья Габриэлла не могла ничего понять. Зачем ей было просыпаться и какой у них труп, если из двух дней, которые ей дал на отдых Мозер, прошел лишь один.

— Какой труп?

— Женский, - усмехнулся Рихард. - И у тебя есть двадцать минут чтобы приехать. Записывай адрес.

— Я запомню, - промямлила она и, дослушав Мозера, отключила телефон.

Но вставать Габриэлла и не думала. Положив телефон рядом с собой, Нойфельд снова накрыла голову подушкой, отгораживая свой слух от посторонних звуков, и прикрыла глаза.

Из открытого окна в комнату попадал теплый весенний ветерок, играющий с тонким тюлем и разносящий приятный запах зацветающего города, который начинал медленно просыпаться. Мимо проезжающая машина подала сигнал клаксоном, тем самым заставив Габриэллу недовольно заворочаться.

Неожиданно, девушка откинула подушку в сторону, резко выплывая из царства дремы, и взглянув на часы, громко выругалась:

— Черт!

Как ошпаренная она вскочила с кровати и начала метаться по дому, пытаясь делать несколько дел одновременно: одеваться, чистить зубы и расчесывать волосы. О завтраке вопрос даже не стоял, поскольку время поджимало. Тушь и помада тоже остались не тронутыми. Габриэлла просто запихнула их в сумку, решив воспользоваться ими потом, и, снова взглянув на часы, вылетела из квартиры.

Вскоре она стояла у входной двери нужного дома, где ее уже ожидал Мозер.

Взглянув на наручные часы и переведя взгляд на девушку, Рихард постучал по стеклышку, намекая на то, что время, данное Габриэлле на сборы, уже давно вышло.

— Прости, я опоздала, - виновато сморщилась Нойфельд, быстрым шагом, подходя к комиссару.

Но тот, вместо того, чтобы начать читать нотации, которых ожидала Габриэлла, смерил ее странным любопытным взглядом.

— Что-то не так? – нахмурилась Габриэлла.

— Да нет, - передернул плечами Рихард и снова оценивающе взглянул на девушку. – Просто когда я видел тебя в последний раз...

Он замолчал, продолжая рассматривать ее как товар в витрине.

Сегодня она выглядела совершенно иначе. Сапоги на каблуке сменились легкими черными лоферами, стройные ноги были обтянуты джинсами, выше – тонкий серый джемпер, поверх которого была надета куртка. И в довершении всего этого – волосы забранные в хвост и ни грамма косметики на лице.

— А, ты об этом, - улыбнулась Нойфельд. – Ну, вообще-то я редко ношу каблуки, платья и тому подобное. Надеваю их только по особым случаям.

— Это по каким же? – заинтересованно прищурился Мозер.

— Например, на ужин с пересоленными спагетти.

Рихард усмехнулся, продолжая рассматривать девушку, вид которой ему явно понравился, и открыл дверь, кивком пригласив Габриэллу внутрь.

— Пойдем. У нас много работы.

Поднявшись на третий этаж, Мозер прошел в квартиру, которая кишела экспертами. Габриэлла проследовала за ним. Для нее все это было новым, поэтому девушка внимательно разглядывала все происходящее вокруг, иногда кивая коллегам, которые с удивлением смотрели на незнакомое им лицо.

Из комнаты, с радостным лаем выскочил Рекс. Подскочив к Габриэлле, пес встал на задние лапы, едва не сбив девушку с ног, но та успела ухватиться за передние лапы пса и едва удержать равновесие.

— Привет, Рекс! – радостно воскликнула она, пытаясь увернуться от шершавого языка.

— Рекс, прекрати, - осуждающе покачал головой Рихард. – Не время для игр. У нас много работы.

Послушный пес тут же опустился на все четыре и, сказав громкое «гав», вильнул хвостом и скрылся где-то в недрах квартиры. А Рихард и Габриэлла прошли в гостиную.

Возле кресла стоял высокий мужчина в светлом пальто, своей широкой фигурой загораживая, как догадалась Габриэлла, труп. Мужчина рассматривал тело со всех сторон, двигаясь то вправо, то влево. Но едва заслышав за своей спиной шаги, обернулся.

— Рихард, ты бы показал Рекса врачу. Он постоянно... - он осекся, заметив рядом с другом незнакомку, - ...чихает.

— Странно, - пожал плечами Мозер, - недавно все было нормально, – и тут он, заметив вопрошающий взгляд Лео, спохватился. – Знакомься, это Габриэлла. Теперь она работает с нами. А это наш судмедэксперт – доктор Граф.

— Значит это и есть та самая Габриэлла? – пожимая девушке руку, с ухмылкой спросил Лео. – Очень приятно.

— Взаимно, - ответила Нойфельд.

А Мозер на вопрос друга лишь закатил глаза, прекрасно догадываясь, кто осведомил Лео о приходе Габриэллы, подбавив свой рассказ своими догадками об его отношениях с девушкой.

— А что здесь произошло? – поинтересовалась Нойфельд, пытаясь заглянуть за широкую фигуру Графа, чтобы увидеть того, кто находился в кресле.

— Ничего особенного, - с обыденной простотой ответил доктор и отошел в сторону, открывая взору Габриэллы женский труп. – Поскольку я уже изложил Рихарду все факты, расскажу вкратце. Девушка задушена поясом от собственного халата. Время смерти в промежутке между двенадцатью и часом ночи. Все остальное...

— После вскрытия, - ответил за него Мозер.

— Верно, - улыбнулся Лео и снова уставился на девушку, переводя взгляд то на нее, то на Рихарда.

— Ну что, - вздохнул комиссар и перевел взгляд на Нойфельд. – Поднимайся наверх. Там Бёк. Поможешь ему опросить соседей.

— Ладно, - послушно кивнула Габриэлла. – Приятно было познакомиться, герр доктор, - улыбнулась она Графу и, развернувшись, направилась к входной двери.

Но проходя мимо кухни, девушка остановилась, с любопытством заглядывая внутрь. За обеденным столом сидела пожилая дама, возле которой суетился врач скорой помощи, набирая в шприц раствор из ампулы. Рядом с женщиной, привязанная к ножке стула за поводок, прыгала болонка, иногда запутываясь в ногах врача и тем самым вызывая его недовольное ворчание.

— А это кто? – выглянув из-за угла, почти шепотом спросила Габриэлла, глядя на Рихарда.

— Соседка, - отозвался тот. – Это она обнаружила труп.

— Ясно, - кивнула Нойфельд и с этими словами вышла из квартиры.

— И откуда это милое создание? – поинтересовался Граф, едва девушка скрылась из вида.

— Из довольно приличной семьи у которой счет с кучей нулей, - усмехнулся в ответ Мозер.

— И что она забыла у нас? – скорее удивился, чем задал вопрос доктор. - Она же совсем еще ребенок.

— Тем лучше, - снова усмехнулся Рихард. – Говорят, дети как пластилин. Что вылепишь, то и получишь.

— И ты собираешься выступить в роли скульптора? – поинтересовался Лео, с намеком взглянув на друга поверх очков.

— Боже, Лео, и ты туда же, - закатил глаза Рихард и направился в сторону кухни, чтобы узнать, в состоянии ли пожилая дама давать показания.

— А что? – пожал плечами Граф, идя следом. - Она весьма привлекательна и...

— Сделай мне отчет как можно скорее, - Мозер не стал дожидаться окончания фразы доктора и осторожно подтолкнул его к выходу.

Тот лишь улыбнулся. В этом был весь Рихард. Он никогда не выставлял свои чувства на показ и тщательно скрывал все, что творится у него внутри. Вот и сейчас комиссар старательно оберегал то, что и так было видно невооруженным глазом. Поэтому Лео махнул рукой, и исчез из квартиры так же быстро, как и появился в ней.

***

Найти во множестве квартир Кристиана Бёка не составило труда для Габриэллы. Едва она поднялась на этаж выше, как до нее начали доноситься недовольные женские возгласы.

— Я же сказала, что я ничего не видела и не слышала! Оставьте меня в покое!

Дверь одной из квартир распахнулась, а затем так же быстро захлопнулась перед носом вышедшего Кристиана.

— Уф, - устало покачал головой он, закрывая записную книжку.

И Габриэлла шагнула на площадку.

— Привет, - поздоровалась она.

— Привет, - обернулся Бёк, улыбнувшись при виде коллеги.

— Рихард велел помочь тебе, - доложила она. - Что мне делать? – но заметив взгляд коллеги, который смотрел куда-то в район ее груди, Габриэлла с недоумением спросила: - Почему ты так смотришь?

Слегка смутившись из-за того, что девушка перехватила его взгляд, Бёк кивнул в том же направлении и почему-то подергал воротник своей рубашки. Нойфельд нахмурилась и опустила взгляд на свой вырез.

— Черт, - выругалась она.

Собираясь впопыхах, девушка даже не заметила, что джемпер был надет задом наперед. Поэтому Габриэлла поспешила запахнуть куртку и сконфуженно улыбнулась коллеге.

— Пойдем, - улыбнулся в ответ тот, решая не заострять внимание на этом инциденте. – Блокнот захватила?

— Да, конечно, - кивнула Нойфельд и сняла небольшой рюкзачок, который все это время висел за спиной.

Быстро начав рыться в его недрах, Габриэлла выудила блокнот, а вместе с ним ключи, помаду, тушь, резинку для волос, которые незамедлительно посыпались на пол.

В очередной раз сконфузившись и про себя ругаясь за свою неуклюжесть, Габриэлла присела на корточки, чтобы поднять все свои вещи. То же самое сделал и Бёк. Подняв с пола ключи от машины, он повертел их в руках и с удивлением воззрился на коллегу.

— Ауди? – спросил он.

— Ну да, - пожала плечами девушка и, забрав ключи, положила их в рюкзачок, поднимаясь на ноги.

— Я думал, что дочь пластического хирурга ездит на чем-то более... - пояснил Кристиан, вставая следом.

— Ездит, - перебила его Габриэлла. - Только в свободное от работы время. Ну что, пошли?

— Пошли, - кивнул Бёк.

И коллеги направились опрашивать остальных жильцов.

Обходя квартиру за квартирой, в перерыве между опросами соседей, Бёк и Нойфельд мило беседовали, знакомясь ближе. Габриэлла отметила, что Кристиан, несмотря на свой внешний вид, довольно опытный полицейский, но прежде всего он был очень милым. Бёк часто улыбался, рассказывал разные шутки, в основном те, которые проделывал с ним Рекс, чем заставлял Габриэллу смеяться и ощущать себя так, словно они знают друг друга уже давно.

— А твоя мама? – поинтересовался Бёк, когда речь зашла о жизни Габриэллы.

— Мама умерла.

— Извини, - выдохнул Кристиан, понимая, что влез не туда.

— Да все нормально, - отмахнулась Нойфельд, останавливаясь на очередной площадке, где находились последние квартиры, жильцы которых были еще не опрошены. - Я была маленькая и совсем ее не помню. Так что я всю жизнь прожила с отцом. Точнее до двенадцати лет. Потом папа женился. Через год родилась моя сестра. А когда я окончила школу, отец решил переехать в Штаты.

— А почему ты осталась в Вене?

— Я сказала отцу, что не хочу поступать в медицинский и продолжать семейное дело. Мы сильно поругались. Ну и... Они уехали, а я осталась. Потом поступила в школу полиции.

— Твой отец наверно злился, - предположил Кристиан.

— О-о-о, - воскликнула Габриэлла. – Злился - это слабо сказано! Когда папа узнал об этом, я думала, он убьет меня. Но сейчас уже смирился с этим. Хотя, при возможности никогда не забывает высказать свое мнение о нашей профессии, - она вздохнула и, кивнув на очередную квартиру, сказала: - Последний рывок?

— Слава богу! – устало выдохнул Бёк и нажал на кнопку дверного звонка.

***

Узнав много интересного от пришедшей в себя дамы с собачкой, в том числе о том, что убитая пользовалась популярностью у многих мужчин, а ее бывший муж совсем недавно был здесь, устроив страшный скандал, Мозер, вместе с коллегами, вернулся в контору.

Петер Хеллерар, который предпочитал работать в конторе и на дела выезжать только по особым случаям, был уже на месте и на появление коллег, только махнул рукой, снова погружаясь в работу.

Из рассказа Кристиана Бёка, Габриэлла знала, что Петер, или как называли его друзья, Хел – это «информационный центр» команды и в бумажной работе ему нет равных. Поэтому кипа документов, возвышающаяся на столе Хеллерера, совсем не удивила девушку.

Пройдя к своему столу, Мозер пересмотрел небольшую стопку бумаг и, взглянув на настенные часы, оповестил:

— Так, мы с Бёком в театр, где работала убитая. Надеюсь, он уже открыт.

— А нам чем заниматься? – отозвался Петер, поднимая взгляд от документов.

— Хел, а ты для начала приведи в чувства Нойфельд, - усмехнулся Мозер, кивнул на Габриэллу, которая буквально засыпала на своем новом рабочем месте, - а потом пробейте бывшего мужа убитой.

— Не хотите посвятить меня в подробности? – развел руками Хеллерер, который был еще не в курсе всей информации, полученной друзьями.

— Она тебе все расскажет в подробностях, - махнул рукой Рихард в сторону Габриэллы. – Рекс, - позвал он пса.

И все трое скрылись за дверью.

— Он всегда так делает? – поинтересовалась Нойфельд, кивнув в сторону двери.

— Что? – не понял Хел.

— Обращается по фамилии.

— Ты к этому привыкнешь.

— Понятно, - закивала девушка, которая начинала только узнавать Рихарда в роли руководителя отдела.

Отложив дело, которое он читал, в сторону, Петер с любопытством уставился на новую коллегу и, поправив очки, произнес:

— Ну что, Габи, рассказывай. А то от них еще долго ничего не дождешься.

Девушка усмехнулась:

— Меня со школы так никто не называл, - словно по секрету сообщила она и, открыв блокнот, начала рассказывать о том, что удалось узнать.