Привет , монашка

Возможно, нужно просто родиться в этом мире, чтобы воспринимать реальность иначе. И под этим миром имелось в виду христианство. Для кого-то церковь – это что-то эфемерное, пережиток прошлого или банально здание с непонятными фресками. Кто-то видит в этом часть культуры или истории.

А для Лиама и Луи – это целая жизнь. Неотъемлемая ее часть. Это не просто молитвы перед сном (потому что многие родители с детства пытаются привить эту часть обряда, как обязательную. Вроде чистки зубов). Для Пейна и Томлинсона с младенчества было в порядке вещей читать священные тексты, запоминать их со временем и учиться быть тихим во время мессы. Они повторяли за своими отцами крестные знамения, поклоны, манеру растягивать слова песен.

Луи находил удивительным то, насколько мир прекрасен по прихоти Всевышнего: как небо изумительно, как радуга бесконечна или как невероятно ярко может быть солнце в погожий день. Кроме того, он всегда органично совмещал несколько теорий сотворения мира, и в его душе Дарвин и Бог не конфликтовали. Он искренне верил и почти никогда не пререкался. Возможно, его юный мозг просто не мог вместить все то, из чего состоит большой мир.

Но школьник никогда не думал, что гомосексуализм станет камнем преткновения. То есть, содомия никогда не входила в его планы (и она все еще там не значилась, как «выполненный пункт»), но половина планеты уже смирилась с этим. И Земля не разверзлась, и Иисус не спустился со Страшным судом. Так что это было поводом задуматься. То есть, он смотрел на милующихся Зейна и Найла, и внутри него ничто не протестовало против таких отношений.

- Что вообще может быть лучше и чище любви? – он задал вопрос ради вопроса, не особо надеясь на ответ.

- Только улыбка ребенка, - с умным видом изрекла Физзи, копируя манеру отца во время проповеди. – Сам же знаешь это: «пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таково есть Царствие Божие», - девушка при этом не отрывалась от создания идеального провокационного маникюра.

- Ты же понимаешь, что отец не одобрит черный лак, перемежающийся с красным? – улыбнулся старший брат, подкатываясь ближе к сестренке.

- Поверь, больше тебя никто теперь не сможет облажаться, - сладко протянула младшенькая. Кажется, она была довольна всей этой ситуацией. Что сказать, они с Лотти вечно ходили по тонкому льду. Ну, знаете, постоянно трепали папе нервы: слишком яркий макияж, непозволительно короткие юбки или прогулы. Естественно, ни одна из них не собиралась становиться монашкой или продолжать традицию семьи Томлинсон. Потому что это все уже как бы само собой переложили на плечи Луи.

- Как ты относишься к однополым отношениям? – как бы между прочим поинтересовался Томмо.

- О, братец, тебе еще рано жениться на нем, - Лотти все это время, как оказалось, подслушивала, стоя за дверью.

- Шарлотта! Ты когда-нибудь начнешь нормально появляться? Или тебе обязательно изображать Бэтмена с его эффектными появлениями? – театрально схватился за сердце Лу.

- Я просто держу тебя в тонусе, Луис, - рассмеялась девушка, падая на широкую кровать рядом с сестрой. – Так что у вас с Гарри Стайлсом, этим горячим куском плоти?

- Где вы нахватались этих словечек, юная леди? – недоумевал брат. Что-то явно пошло не так в их воспитании. Либо девочек было слишком много, чтобы мать могла за всеми уследить. Ведь миссис Томлинсон занималась домашним хозяйством, хором для девочек, воскресной школой и еще благотворительностью. Неудивительно, что женщине хватало времени только на самых маленьких. Ко всему прочему, Джоанна снова была в положении. Близнецами.

- Но папа сказал, что вы провели вместе ночь. Или я неправильно поняла его? – хлопнула накрашенными ресницами старшая сестра, пихнув при этом Физзи, чтобы та поддержала ее.

Луи задохнулся от возмущения, при этом начав краснеть. Он буквально чувствовал, как к его щекам прилила кровь.

- Мы просто были в одном доме, а не «проводили ночь вместе». Это разные вещи, - произнес в свою защиту брат и рванул из комнаты с завидной скоростью. Девочки при этом еще громче прежнего рассмеялись, улюлюкая ему вдогонку.

- Но он же лез к тебе в комнату по дереву! – не отставала от родственника Лотти. – Я видела из окна, это было очень романтично. Прям как у Шекспира, - прыснула девушка, выкрашенная в блонд.

- Подсматривать – плохо. По ночам ты должна спать, а не дежурить у окна, - начал заговаривать зубы сестре Лу, когда его приперли к стенке. – И ты ошибаешься. У нас не такие отношения.

- О, милый наивный братец, - девушка оттянула щеки Томлинсона и в шутку принялась сюсюкать. – Тогда тебе будет неинтересно узнать, что твой «друг» всю ночь слонялся под твоим окном?

- Что? Но почему он не зашел... ну, как обычно, по дереву? – да, хорошо, у них не было больше способов связи. Даже пресловутый «Skype» оказался под запретом. Но можно же было как-то ему посигналить? Какой смысл в ночных бдениях?

- Возможно, он печется о тебе больше, чем ты думаешь? – Лотти выпорхнула из кладовки, в которую зачем-то зашел Луи. Потому что в комнате без компьютера или друзей было довольно уныло.

И Луи ни за что не признался бы, что слова сестры вызвали неконтролируемую улыбку на его лице.

***

Энн, конечно же, фотограф, а не детектив. Но и она была способна на кое-что. Женщину все не покидали сомнения на счет преподобного отца. Поэтому за информацией брюнетка отправилась в естественную среду обитания объекта наблюдения. Что-что, а ждать миссис Стайлс умела. Фактически, у нее был талант терпеть непогоду и надоедливых насекомых в погоне за отличным кадром. Главная задача – это уметь слиться с природой или местом наблюдения. Поэтому женщина поспешно перекрестилась и вошла внутрь.

Как и всегда ее встретил теплый воздух, обволакивающий запах свеч и чуть приглушенный свет. В этот ранний час паства более чем наполовину заполнила ровные ряды скамеек, внимая божественной мессе.

- О, миссис Стайлс, доброе утро, - «завсегдатаи» утреннего богослужения, две миловидные старушки, замахали Энн, предлагая присесть рядом. – Вы, как всегда, прекрасны.

- Точно, точно. Как неувядающий цветок, - подхватила вторая престарелая дама, поправляя свою длинную юбку.

- Спасибо. Холодно сегодня, не находите? – нейтральные темы всегда спасали ее. Если не знаешь, о чем поговорить, выбирай погоду, последние новости (сплетни) или спорт/политику.

- Ужасно. Знаете, миссис Стайлс, от этих перепадов температуры у меня кости так и выворачивает. Мой ревматизм, знаете ли, каждый раз дает о себе знать, - закудахтала та, что все не отставала от своей юбки, хотя та была уже и так плиссированной.

- Сочувствую. Но всегда надо смотреть позитивно на такие вещи. Весной вы забудете об этом и сможете снова наслаждаться жизнью, - Энн сдержанно улыбнулась и наклонилась к старушкам ближе, чтобы никто не услышал их беседы. – Но, знаете, такие сведущие энергичные дамы, как вы, должны помочь мне кое в чем.

- Оу, секреты? Новости городка? Это так интригующе, - едва ли не захлопала в ладоши вторая, здоровая, подруга. – Спрашивайте нас, миссис Стайлс, мы именно те информаторы, что вам нужны.

- Я и не сомневалась в вас, - брюнетка подмигнула старым женщинам, пуская в ход все свое природное очарование, - давеча я краем уха слышала, что отец Томлинсон достаточно сурово воспитывает своих детей. И, конечно же, кто мы такие, чтобы осуждать людей божьих, но я решила разузнать о его методах чуть больше. Потому что, знаете же, у меня растет сын. И вдруг спартанские методы действительно действенны?

- Милочка, вы слишком мягкосердечны, чтобы уподобиться мистеру Томлинсону, - отчего-то лицо страдающей от ревматизма старушки стало суровей. – Как вы и сказали, мы не должны осуждать его. Но вы просто послушайте, это невероятно: Луи – прекрасный юноша. Вы же видели его, верно? Мы все знаем его еще с тех пор, когда я могла протанцевать всю ночь и не задуматься о ноющей пояснице. Вот с каких пор мальчик обитает в этом Соборе! Кроткий, добрый, глаза как у ангела! Всегда придержит дверь, пожелает доброго дня и посчитает пенни, если ты забыла дома очки.

- Да, но его отец вечно требует от него сверх того, что мальчик уже достиг. Насколько мне известно, Луи запрещается посещать кружки, вечеринки или уходить из дома на ночь, - протянула здоровая дама. – Луи вечно где-то недалеко от своего друга, Лиама. Еще один чудный молодой человек. Они вместе поедут учиться в духовную семинарию, полагаю. Но если семейство Пейнов позволяет сыну быть подростком, то у отца Томлинсона не забалуешь.

- Ясно, - только и могла выдохнуть Энн, складывая пазл в своей голове. Все детали заняли свои места, наконец.

***

- Я что-то переживаю за него, - нарушил всеобщее молчание за столом Найл. Он все еще пытался переварить информацию, полученную от Гарри, но мозг отказывался делать это. – Итак, Луи под домашним арестом. У него нет никаких способов сязаться с одним из нас, а Пейн - гомофоб. Я ничего не упустил? Ах да, он считает нас с Зи отвратительными? Теперь всё.

Кажется, Малик был раздавлен этой новостью. Гарри и сам бы не хотел говорить это, но ссора с Томмо научила его, что лучше всю правду говорить сразу, вне зависимости от того, насколько она дрянная.

- Извините, парни, я вроде как, эм, с плохими вестями. И что там делали в Греции с такими гонцами? – Стайлс ковырялся в пюре уже минут двадцать, но все еще не находил в себе силы съесть его. Хоран в свою очередь наминал обед только так

- Это не тот случай, - откликнулся Зейн, не оценив шутку одногруппника. Его рыба осталась нетронутой. – Поверить не могу. Мне он показался в начале нормальным. То есть, я не ожидал, что как только мы скажем, что встречаемся, весь мир будет такой типа: «Хэхэй, это же прекрасно! Ебитесь на здоровье! Да, да! Не хотите ли бесплатных гандонов, раз вы открылись миру?». Но я так же не предполагал, что Лиам осудит нас. Это мрак.

И, да, в тот день в загородном домике пакистанец признался ирландцу в том, что влюблен в него. Так что понятно, почему Хорана не особо расстроила весть о Пейне. Он, наверное, теперь будет светиться от счастья всю оставшуюся жизнь.

Шатен завистливо вздохнул, глядя на то, как эти двое переговариваются: Зейн хоть и был расстроен (Лиам и Зейн неплохо спелись за все это время), но все еще не мог отказаться от того, чтобы дотронуться до своего парня. А Стайлс, как идиот, не спал всю ночь. Да еще и по соседскому саду слонялся как призрак отца Гамлета.

Уроки проходили муторно и так, словно их специально тянули, как заскорузлую жвачку. Гарри мучился, желая поговорить с Луи, услышать, все ли с ним хорошо. Потому что отец Томмо перемешал все карты: Гарри собирался и дальше держать школьника в качестве своей любимой игрушки (какую берут с собой в постель и обнимают всю ночь). Этот мальчик выглядел так мило со своей утренней эрекцией, что Стайлс едва сдерживался, чтобы не залезть к нему по дурацкому дереву и не прижать к себе еще раз.

Ему нравилось это тепло, исходившее от парня. Луи забавно бормотал во сне, возился и вздрагивал. И Гарри хотелось поскорее узнать, каким еще может быть Томлинсон. Только вот он теперь персона нон-грата* в доме священника. У него не было никаких шансов.


Но он оказался еще большим идиотом на следующий день, когда снова отправился в рейд под окна Лу. Он прекрасно знал, что это не поможет ему ни расслабиться, ни уснуть, но Гарри просто становилось лучше от того, что свет в окне горел. Школьник, скорее всего, учился или читал (или что делают люди без компьютера?).

На часах около двенадцати, а кудрявый шатен был занят тем, что сидел на толстом суку и слушал музыку на минимуме. Он не то, чтобы рассчитывал на что-то. Скорее, он ощущал в себе потребность просто быть уверенным, что Луи в порядке. Потому что что-то подсказывало Гарри, что отец Томлинсона находится на грани того, чтобы избить своего сына. Стайлс очень хотел бы проигнорировать эту свою истеричную интуицию, но что-то во взгляде взрослого натолкнуло парня на эту мысль. Что если он изобьет Лу? Что если он упадет, и у него будет сотрясение мозга? В таком случае, Гарри тем более должен караулить своего друга.

Но каково его удивление, когда соседнее окно распахнулось, и оттуда высунулась светлая макушка. В темноте не особо можно было различить, кто это (для него все Томлинсоны женского пола на одно лицо), но Стайлс безмерно благодарен тому, что эта девочка скинула ключи.

- Это от заднего двора и кухни, - прошептала неизвестная, хихикнув напоследок. Гарри уподобился гончей, взявшей след зайца. В траве он без особого труда нашел связку и в полуприсед обогнул дом, отворил ворота и почти бесшумно зашел в кухню.

- Ты такой медленный, - этот шепот едва не заставил Стайлса закричать. – Привет, я Лотти. Скорее всего, Луи не рассказывал обо мне, но зато я много знаю о тебе, - сестра Луи не спросив разрешения, схватила Гарри за руку и потащила из кухни в коридор, а оттуда мимо гостиной, где был слышен храп, и прямо на лестницу.

Гарри усмехнулся про себя: столько раз быть в комнате Луи, но ни разу не видеть оставшегося дома. Хотя у них и типовые дома, но это все еще в новинку для Стайлса.

- Мы на месте, - дверь оказалась не заперта, поэтому девчонка просто толкнула ее и жестом пригласила войти. – А то он совсем раскис, - поиграв бровями, Шарлотта шмыгнула в дверь напротив, пожелав удачи.

- Лу? – мальчик застыл на месте, даже жевать карандаш перестал. – Прости, ты не отвечал на мои звонки. Поэтому я решил заглянуть к тебе сам, - Гарри широко улыбнулся, как он всегда делал при виде Луи, и подошел ближе к школьнику. Он оставил между ними несколько шагов, чтобы Томлинсон имел возможность сам закончить этот путь. И в итоге упасть в объятья старшего друга.

- Гарри, боже, это, правда, ты? – шепотом поинтересовался Луи, щипая сначала себя, а затем Стайлса за щеку.

- Единственный и неповторимый.


Они проснулись на одной кровати. Снова. Они заснули в обнимку и проигнорировали одеяло. Опять. И то, что их разбудила Физзи с Лотти, а не мама – это большая удача. Гарри едва разлепил глаза, сжав бока Луи ладонями (ну, конечно же не потому, что Томмо так забавно визжит от щекотки), а две малолетние пигалицы уже были полны сил и энергии, и прыгали вокруг них и на них.

Томлинсон щурился в поисках очков, пока услужливая большая рука услужливо не поднесла этот аксессуар парню.

- Спасибо, Гарри, - смущенно выдавил взъерошенный после сна Лу. Он встретился с соседом глазами, и это заставило его покраснеть сильнее обычного. У него в голове тут же воскресла картина такого же утра на выходных, и мальчик без понятия, куда деть свои пошлые мысли. То есть, они правда есть у него? Вау.

- Всегда рад помочь, - и, Господь Всемогущий, кто разрешил ему разговаривать этим утренним хриплым басом? Томмо подорвался и выбежал из комнаты, пискнув что-то о том, что Стайлс опоздает в колледж.

- Привет, я Физзи, кстати, - еще одна сестра поспешила представиться. Она забавная, и у нее такие же прекрасные голубые глаза, как у брата. Кажется, все дети семейства были сделаны с любовью. Девочка забралась на колени Гарри и дернула за его кудряшки, поинтересовавшись, как долго у него занимает времени, чтобы сделать себе такую прическу.

- Они такие от природы, - развеселился сосед. Вообще-то да, на часах уже около восьми. И ему бы следовало вернуться домой, поесть и переодеться, но пока ему комфортно сидеть с сестренкой Луи на руках и кивать на ее предложение сделать ему хвостики.