15 глава
Утро понедельника началось с тихой записки на кухонном столе, придавленной серебряным кубком. Том ушел в Министерство еще до рассвета — дела требовали его личного присутствия, чтобы окончательно закрепить свое влияние на ключевые отделы.
«Гарри, я в Министерстве. Дела не терпят отлагательств. К десяти часам за тобой зайдет Нарцисса — проведешь день в Малфой-мэноре с Драко. Будь вежлив. Вернусь к ужину. Т.М.Р.»
Гарри прочитал записку дважды. В ней не было привычных «доброе утро» или «солнце», но тон был уже не таким ледяным, как в последние дни. По крайней мере, Том не запер его в комнате.
День у Малфоев прошел на удивление спокойно. Драко, всё еще напуганный событиями прошлой недели, вел себя тише обычного. Они играли в магические шахматы на террасе, а затем Нарцисса позволила им заглянуть в оранжерею, где росли диковинные, поющие цветы.
— Мой отец сказал, что Темный Лорд вчера был в ярости на собрании, — шепотом поделился Драко, пока они рассматривали гигантскую лилию. — Он правда сжег твою метлу?
Гарри кивнул, его взгляд на мгновение помрачнел.
— Но Барти сказал, что он просто... не умеет по-другому.
Драко лишь пожал плечами. Для него «Лорд» был высшим существом, чьи поступки не обсуждаются, но он сочувствовал другу.
Когда Том прибыл за Гарри, вечернее солнце уже клонилось к закату. Марволо выглядел уставшим — его бледное лицо казалось еще более острым, а в глазах застыло раздражение от министерской бюрократии. Однако, увидев Гарри, выходящего из ворот поместья, он заметно расслабился. Путь домой в карете прошел в молчании, но это была уже не та враждебная тишина, а скорее выжидающая.
После ужина, когда Том устроился у камина в гостиной с бокалом вина, Гарри не ушел к себе, как делал это все последние дни. Он подошел и сел на ковер у кресла Тома, глядя на танцующие языки пламени.
— Том? — тихо позвал он.
Марволо отставил бокал и перевел взгляд на мальчика. Его сердце забилось чуть быстрее — он ждал этого момента.
— Я слушаю тебя, Гарри.
— Барти сказал... он сказал, что ты испугался за меня. Когда я летал с Драко.
Том помолчал, разглядывая свои длинные пальцы. Признаваться в страхе было для него непривычно, почти унизительно.
— Барти слишком много болтает, — холодно отозвался он, но затем вздохнул. — Но он прав. Видеть тебя на той высоте, зная твою склонность к безрассудству... это было хуже любого проклятия. Я не хотел тебя наказывать ради наказания, Гарри. Я хотел, чтобы ты понял: твоя жизнь — это единственное, что я не могу вернуть в случае ошибки.
Гарри поднял на него глаза. В них больше не было ненависти, только тихая грусть.
— Я понимаю. Но ты сжег мой подарок. Ты уничтожил то, что мне было дорого. Это было жестоко.
Том закрыл глаза на мгновение.
— Да. Это было... чрезмерно. Моя магия вышла из-под контроля. Я был зол из-за твоей лжи больше, чем из-за самого полета.
Наступила длинная пауза. Огонь в камине щелкнул, рассыпая искры.
— Давай договоримся, — наконец сказал Гарри. — Я больше никогда не буду летать без твоего разрешения. Никаких тайных прогулок. Даже с Драко.
Том приподнял бровь.
— И что же ты хочешь взамен? Моя позиция по поводу метлы не изменилась — я не позволю тебе рисковать.
— Купи мне новую метлу, — твердо произнес Гарри. — Но... пусть она будет под твоим заклятием. Сделай так, чтобы я не мог подняться выше крон деревьев в саду. И... летай со мной. Каждое воскресенье. Пообещай, что это время будет только нашим.
Том посмотрел на мальчика. Компромисс был справедливым. Ограничение высоты гарантировало безопасность, а совместные полеты давали ему возможность контролировать процесс, не превращаясь в тюремщика.
— Хорошо, — медленно произнес Том. Он протянул руку и, к своему облегчению, увидел, что Гарри не отстранился. Марволо мягко погладил его по щеке. — Завтра мы закажем лучший «Нимбус», какой только есть в Лондоне. Я лично наложу на него охранные чары. И да, воскресенья будут принадлежать тебе.
Гарри наконец улыбнулся — той самой теплой улыбкой, по которой Том так скучал. Он подался вперед и обнял Тома за талию, утыкаясь носом в его плечо.
— Прости, что я врал, прошептал мальчик
— Прости, что я сжег твою метлу , — ответил Том, прижимая его к себе.
В ту ночь весна окончательно вернулась в Мэнор. Стены больше не давили, а тишина была наполнена миром.