Witcher

  Луи пробирался сквозь заросли уже битый час, рубая их мечом и возмущаясь все больше. Он обошел почти весь лес, находившейся вокруг поселка, так как ведьма говорила, что Гарри живет именно здесь. К тому же, Томлинсону приказали отвести Стайлса к яме, чтобы провести обряд инквизиции именно там, так как сила колдуна могла угрожать горожанам. На самом деле, яма была просто брошенным поселением, и более всего Луи раздражало то, что дорога туда будет длиться целые сутки.

Мужчина был зол настолько, что готов был убить Гарри сам при встрече. Он не думал, что захочет отомстить, но рана в груди опять начала кровоточить. Спустя шесть лет, Луи не мог все забыть, простить, или хотя бы понять.

Когда непролазные заросли наконец закончились, Томлинсон медленно поднял голову. Его рот непроизвольно открылся, а меч едва не выпал из руки. Дом был точной копией поместья Стайлсов, которое было сожжено через год после отъезда семьи. Такой же большой, с виду уютный, он не излучал то тепло и энергию, которую привык чувствовать Луи. Холодный, немного зловещий. Открытая настежь дверь и темная фигура мужчины. Он стоял, склонив голову, прежде чем переступить порог, выходя на свет и криво ухмыляясь гостю. Такой же высокий, невероятно красивый. Плечи стали еще шире, кудри намного длиннее, а улыбка уже не предвещала ничего хорошего. Черная мантия легко свисала сзади, а рубаха и штаны такого же цвета скрывали возмужавшее тело. Луи застыл, глядя прямо в глаза своему прошлому и удивляясь, как он раньше мог не замечать, что внешность Гарри просто кричала о нечисти, водившейся в его душе. Если душа была, разумеется. Стайлс подходил все ближе, и когда между ними оставалось всего несколько дюймов, меч с громким звуком упал на землю, а серые глаза неприступной крепости наполнились слезами. Луи понимал, что выглядел жалко, одновременно осознавая, что вот она, причина всей его боли, стоит напротив, склонив голову набок, все так же ухмыляясь. Томлинсон хотел ударить мужчину, уничтожить и сжечь прямо здесь, но вместо этого, судорожно вдыхал воздух, сдерживая соленые капли, что вот-вот норовили скатиться по щеке.

— Луи, — прошептал Гарри, протягивая руку к лицу шатена и вмиг останавливаясь, когда тот отодвинулся громко всхлипывая.

— Почему ты здесь? — прохрипел Томлинсон, дрожащей рукой стирая подлую слезу. — Ради одиночества? Ты ведь обещал мне...

— Замолчи, Луи, ты ничего не знаешь, — спокойным голом сказал Стайлс, поворачиваясь к парню спиной.

— Я знаю. Ты колдун, верно? Но я не боюсь тебя! Знаешь, почему? Ты ведь уже убил меня, Гарри, шесть лет назад! — уже кричал шатен, не сдерживая истерику.

— Не смей.

— Ты жалок, потому что ты сбежал! Я мог бы помочь тебе, скрыть тебя от власти!

— Молчи, Луи, — голос Стайлса дрожал, как и руки.

— Я, о, дьявол, любил тебя!

— Луи! — крик кудрявого, казалось, услышал весь лес.

Он резко обернулся, а ладонь, скрыта ярко-зеленым пламенем, была направлена на шатена. Луи оступился, глядя на Стайлса широко открытыми глазами. Гарри вмиг остановился, пряча руку, хотя такое же пламя все еще горело в радужках его глаз. Томлинсон остановился лишь тогда, когда его спина оказалась прижатой к ближайшему дереву.

— Просто сделай свое дело, отведи меня к королю и покончим с этим, — прошептал Гарри, наконец поднимая ранее опущенную голову.

Его руки были протянуты к Луи. Томлинсон быстро сообразил, что нужно делать, вытаскивая веревку и грубо связывая руки колдуна.

— Мы должны идти к яме, — дрожащим голосом сказал шатен, завязывая тугой узел. — Путь долгий, займет сутки, может больше.

Гарри лишь коротко кивнул. Луи осознавал, что Стайлс в любой момент может сжечь и веревку, и Томлинсона, но обеспокоенное и, казалось, немного грустное лицо кудрявого говорило о другом. Никогда ранее Луи не сталкивался с подобными чарами. Он искренне не осознавал, на что еще способен Гарри. Шатен, все таки, хотел поговорить о прошлом, выяснить все, разобраться, но вместо этого просто вел Стайлса по знакомой тропе, держа в руке другой конец веревки. Плечи Томлинсона еще долго подрагивали, а страх перед Гарри никуда не уходил.

— Я не сделаю тебе больно, Лу, — прошептал кудрявый, а шатен слишком очевидно вздрогнул, услышав нежное прозвище из прошлого. Так его называл только тот Гарри, которого он любил, которому доверял и не боялся его. — Не бойся меня, прошу.

Луи промолчал, делая вид, что он не услышал Стайлса. Они просто молча продолжали идти, оба с ноющей болью в груди.

***

— Почему ты так легко сдался?

— Я заслужил это, Луи.

Была уже темная ночь, когда Луи все же решил остановиться у озера с ночлегом. На следующий день их ждала долгая дорога, поэтому повода для раздумий не было. Луи не был уверен, что Стайлс не убежит или не убьет его, но привычное «мне уже все равно» в который раз не подвело мужчину. Томлинсон уже не удивился, когда зеленое пламя из ладони Гарри упало на землю, превращаясь в обычное, как только шатен заикнулся об разведении костра. Луи, не долго думая, привязал свободный конец веревки к дереву, стоило только кудрявому сесть, оперевшись на него. На хриплый смех мужчина, Томлинсон лишь тихо фыркнул. Он достал флягу из небольшого мешка, отпивая немного воды и садясь на бревно возле костра. Тогда между ними и завязался разговор.

— Ты снился мне, Гарри, — тихо сказал Луи, смотря на звезды, откинув голову. — Каждую ночь.

— Я приходил к тебе.

— Зачем?

— Хотел увидеть тебя спящего. Ты знаешь, что невероятно красив, когда спишь? — прошептал Стайлс, прожигая зелеными сапфирами профиль мужчины.

— Зачем ты мне это говоришь? — Луи повернул голову, встречаясь взглядом с глазами кудрявого.

— Я все еще люблю тебя.

Луи улыбнулся, как-то нервно, поднимаясь и отворачиваясь. Его злило то чувство, что его разбитое сердце, казалось, вновь собиралось по кусочкам, а ноющая боль в груди сменялась приятным покалыванием. Он до сих пор не понимал Гарри, но боялся, что когда прежние чувства вернуться, все равно ничего не сможет быть по-прежнему.

Лунная дорожка на озере привлекала мужчину и он, не раздумывая, разделся догола, совершенно не стесняясь ощущения взгляда колдуна на оголенной спине и бедрах. Холодная вода приятно окутывала тело Томлинсона, охлаждая и мысли тоже. Зайдя по шею, он медленно повернулся, смотря на то, как Гарри до побеления закусывает пухлую нижнюю губу, мантией пытаясь скрыть промежность. Невольная улыбка коснулась губ Луи, прежде чем он с головой погрузился под воду, на несколько секунд скрываясь из виду.