преступление.
Он впервые за все время назвал меня по имени, словно я не монстр, а обычный человек.
Из дневника Гарри Стайлса.
24 декабря 2005 года.
На раздумья совершенно нет времени, или сейчас, или никогда. Это тот самый последний шанс, который ни в коем случае нельзя упускать. И я, хоть и обещал себе забыть мальчишку, нагло поселившегося в моей голове, не смог уйти от такой возможности. Мне словно подавали Луи на блюдечке с золотой каемочкой, приговаривая: "Вот, бери и пользуйся в свое удовольствие". Ну, и как тут откажешь?
За какие-то секунды в голове пробежали миллионы вариаций для развития событий. Последнее оставалось за малым, за виновником торжества, если это можно так назвать. Ведь неизвестно, как себя поведет в последующие минуты Луи, что будет делать. От его решений напрямую зависят мои действия, как цветок зависит от опыления бабочки. Не будет бабочки - цветок завянет, погибнет, исчезнет с лица земли.
Но мой ангел играет со мной на одной стороне, подыгрывает, точно подстраиваясь под мою задумку. В его подавленном состоянии мысль сбежать была ожидаема. С моей же стороны было предсказуемо пойти за ним. Здесь я был ведомым, а он показывал путь, по которому мне следует идти, наступая только на его следы.
Солнце постепенно садилось, унося город во мрак, покрывая его огненными тонами, смешанными с лиловыми облаками - предвестниками ночи, укутывая в тишину и покой, которые мне так на руку. Игривые тени домов сплетались друг с другом, скрывая две фигуры, движущиеся на четко заданном расстоянии. Люди покидали улочки, прячась в домашнем тепле и уюте, а это давало еще одно преимущество. Появление неожиданных свидетелей близится к нулевой отметке.
С каждым шагом в меня ударяет волна уверенности, что успех не за горами, он у их подножья. А горы виднеются на горизонте, который бросает свои последние искры, а из-за его света Луи со спины похож на внеземное существо, посланника Бога, никак иначе.
Мне даже становится как-то неловко забирать у Создателя его порождение. Только теперь я буду его Создателем, родителем, другом, да кем-угодно. Я просто буду всем для него, а он и так всё для меня.
Поворот за поворотом, и мы оказываемся на одинокой аллее, встречающей нас тускло горящими фонарями. Не правда ли, идеальное место для преступления? Не могу не согласиться, это - превосходная сцена для нашего небольшого спектакля, антракта в котором не будет.
За короткий промежуток времени я настигаю Луи, сокращая между нами расстояние до минимума. Одним точным прикосновением электрошокера к оголенной коже шеи я оглушаю Луи, сразу же подхватывая его на руки. Обмякшее тело мальчика утопает в моих объятиях. Он словно спит, так даже никто из мимо проходящих не заподозрит, что Луи похищен. Его ресницы дрожат от легкого ветерка, щечки надуты, а волосы так и лезут в закрытые глаза. Действительно, от такой картины может возникнуть умиление, но никак не подозрение.
К дому моего мальчика я шел пешком, а значит, возвращаться тоже придется своим ходом. Луи может очнуться в любой момент, это грозит большими проблемами. Поэтому на всех парах я летел к своему дому, где меня ожидал иной способ передвижения и другая остановка по плану.
Но все в мою пользу - ни свидетелей, ни очнувшегося Луи, да и каких-либо проблем, как будто сами звезды диктуют нам правила, по которым моя задумка не терпит фиаско, а парнишка оказывается в моей власти.
Уже находясь дома, я был вынужден накачать моего малыша снотворным, так как дорога ждала нас дальняя и далеко не легкая. Пока тельце Луи покоилось на диване, я в спешке собирал вещи, которые так или иначе могли пригодиться. Меня трясло, как на грани срыва, я словно накачан экстази, но тело его отвергает. Все чувства смешались, и на одной стороне оказался восторг в предчувствии феерии и дикий страх, смешанный с поглощающей паникой.
Но буря только надвигалась, оповещая тучами о своем скором прибытии. До рассвета оставалось шесть часов, когда набитая вещами машина прогнулась под тяжестью нашего с Луи общего веса. Мальчик мирно сидел на переднем сидении, крепко пристегнутый ремнем безопасности, а я пытался успокоить дрожащие пальцы рук, которые наотрез отказывались держать руль. Паника достигла своего пика уже на выезде из гаража, и единственным способом ее остановить был звонок сестре, ее успокаивающий голос действовал лучше любых таблеток.
- Ты знаешь который час?! - по истечению десяти мучительных минут и семнадцати сброшенных вызовов, я добился ответа, хоть и не очень-то теплого.
- Джемма, я спешу и...
- А я тут в прятки играю, представь себе, - когда сестра начинает злиться, что бывает крайне редко, она язвит и подкалывает.
- Я серьёзно, я спешу!
- Я тоже сама серьезность, если спешишь, говори по делу, а не выпендривайся.
- Джемма, в общем, я уезжаю в наш дом в лесу. В колледже я перешел на заочное обучение, поэтому не беспокойся об учебе, я ее не заброшу.
- Зачем тебе это? - совершенно спокойно, в духе моей сестренки, ответили на другом конце провода.
- Город меня утомляет и...
- Тебе нужно пережить разрыв?
- Эм, да.
- Значит, мне не следует к тебе приезжать и звонить без повода, правильно я понимаю?
- Все верно, - люблю ее за понимание.
- Долго там не засиживайся и не думай о плохом, обещаешь?
- Обещаю.
Руки перестали дрожать после нескольких гудков, означающих завершение разговора. Мой план вновь не рухнул, у меня есть алиби, укрытие и мой ангел, так мило улыбающийся во сне. Нас ожидает долгий путь, но я уже не волнуюсь, я уверен в завтрашнем дне, ведь мое счастье рядом, и оно будет сиять как прежде.