Глава 89
Хань Чаншэну никак не удавалось избавиться от Хуа Сяошуана, так что оставалось только взять его с собой в путешествие. Вскоре они прибыли в Шу. Именно здесь находилось логово людей из секты Инъюэ. Однако, поскольку секта Инъюэ являлась организацией наёмных убийц, хватало людей, желающих им отомстить. Само собой, отыскать их было не так-то легко. Можно сказать, что они были подобны хитрому кролику, у которого имелось три выхода из норы. Чтобы не выдать себя, Хань Чаншэн не мог прихватить с собой мелкое тухлое яйцо, а котёнок не обладал даром предвидения, поэтому смог лишь указать ему несколько мест, в которых могла обосноваться секта Инъюэ. А найти её Хань Чаншэну предстояло самостоятельно.
В Шу хватало людей из мира боевых искусств. После этой конференции Улинь, неважно, знаменитые или ещё никому не известные, много лет занимающиеся боевыми искусствами или только вступившие на этот путь, хороши они в боевых искусствах или слабы, — все члены Улинь стали невероятно активны. Каждый из них мечтал стать главой альянса. В конце концов, пусть условия Лу Хунхуа выполнить было бы нелегко, зато у каждого появился шанс. За какое-то время все мелкие бандиты и преступники были загнаны в угол и перебиты, и даже некоторые выходцы из праведных сект, совершившие злодеяния, оказались разоблачены и объявлены разбойниками.
Однако изначально все собирались бороться за должность главы альянса Улинь: они стали друг для друга соперниками, а значит, даже если сотрудничали, не особо старались. Поэтому, хотя демонические практики и подвергались преследованию после той конференции, в праведной фракции было не так много людей, обладающих достаточной силой, чтобы самостоятельно бросить вызов мощным противникам. К тому же гора Сюйшань, с одной стороны, располагалась в отдалении, а с другой — обладала огромной мощью, вот почему на данный момент секта Тяньнин оставалась в покое и безопасности.
Секта Инъюэ обладала печальной известностью в мире Цзянху, и, само собой, жилось им отнюдь не спокойно. Многие до сих пор потирали руки, взирая на этот сочный кусок мяса. В особенности после того, как на недавно прошедшей конференции Улинь раскрылось истинное лицо Юэ Пэна, а этот Юэ Пэн имел тесные связи с сектой Инъюэ. Если кто-либо желал выполнить задачу, поставленную перед ними Лу Хунхуа, то секта Инъюэ, без всяких сомнений, стала бы для этого наилучшей мишенью.
Хань Чаншэн водил своих спутников по округу Шу, пытаясь выяснить, где именно находится секта Инъюэ. Однако даже так отыскать её оказалось отнюдь не легко. Хань Чаншэн прошёлся по нескольким местам, указанным ему мелким тухлым яйцом, но те уже давно пустовали. Он уже начал опасаться, что люди, заполонившие Шу в последнее время, спугнули наёмных убийц из секты Инъюэ, отчего те нашли для себя новое укрытие и там затаились. Тогда Хань Чаншен оказался бы без понятия, где их дальше искать.
Они втроём пробродили целых два дня, но всё оказалось тщетно. Даже в сумерках они продолжали своё путешествие.
– Там впереди несколько человек, – услышав доносящиеся спереди голоса, Хуа Сяошуан прошёл ещё пару шагов, желая осмотреться, а затем вернулся назад и произнёс эти слова. – Их около дюжины, и форма на них одинаковая, но я не знаю, из какой они секты.
Хань Чаншэн и Ань Юань тоже поспешили прокрасться вперёд, чтобы взглянуть. Боевыми искусствами занималось много людей, и, вполне возможно, они имели какое-то отношение к секте Инъюэ.
Оказавшись на возвышении, Хань Чаншэн отчётливо увидел, что всё было так, как и сказал Хуа Сяошуан: на открытом пространстве перед ними сидело десять человек, а их одежда свидетельствовала о том, что они принадлежат к одной секте. Их форма показалась Хань Чаншэну знакомой, вот только ему никак не удавалось вспомнить, где он раньше видел её.
– Похоже... они из секты Юньсяо, – прошептал остановившийся сбоку от него Ань Юань.
Хань Чаншэн опешил:
– Секта Юньсяо? – в день, когда он впервые повстречался со стариком Сюаньцзи, двое парней, которым он преподал урок в павильоне, были учениками секты Юньсяо. Приглядевшись повнимательнее, Хань Чаншэн, конечно же, обнаружил в толпе знакомую парочку: одного высокого и тощего, а другого — толстого и коренастого. Это были те самые идиоты, которые в тот день яростно нарывались на драку и которых проучили он и старик Сюаньцзи!
– Ты с ними знаком? – спросил Хуа Сяошуан.
Ань Юань с удивлением посмотрел на него:
– Мы с тобой в тот день... – он так и остановился на середине фразы, с подозрением уставившись на Хуа Сяошуана.
Хуа Сяошуан поступил точно так же, только уставился на Хань Чаншэна. Хань Чаншэн, чувствуя себя виноватым, торопливо проговорил:
– Разве не помнишь, Сяо Хуа? Ты ведь сам рассказывал мне, как в тот день, когда ты покончил с близнецами Инь и Ян Ша, на обратном пути в секту Юэхуа ты проучил пару негодяев из секты Юньсяо.
Хуа Сяошуан приподнял бровь, а по выражению его лица невозможно было понять, как он относится к этой информации. Он просто ничего не ответил.
Мгновение поразмыслив, Хань Чаншэн снова заговорил:
– Секта Юньсяо находится вовсе не в Шу. И им незачем проходить здесь на обратном пути с горы Куньлунь... На конференцию Улинь от секты Юньсяо пришло не так много людей, но все эти люди собрались в одном месте и в одно время. Что так много членов их секты делают здесь?
– Эти десятеро, как и мы, разыскивают секту Инъюэ, – сказал Хуа Сяошуан.
Хань Чаншэн поцокал языком. Преденденты на должность главы альянса Улинь не желали друг с другом сотрудничать, но если кто-то, ни на что не претендуя, добровольно вызывался помочь, это было уже совсем другое дело. Так же, как объединились Ань Юань, Хань Чаншэн и Хуа Сяошуан, при этом Хань Чаншэн и Хуа Сяошуан не желали становиться главой альянса. А вот глава секты Юньсяо хотел занять эту должность. Само собой, члены других сект не стали бы ему помогать, зато ученики его секты были не прочь. Ведь если он станет главой альянса Улинь, вся их секта возвысится.
– Могут ли они знать что-нибудь о секте Инъюэ? – спросил Ань Юань.
– И что с того? – закатив глаза, сказал Хань Чаншэн. – Как будто они поделятся с нами этими сведениями.
Поражённый Ань Юань закрыл рот. Он искал секту Инъюэ, чтобы искоренить эту нечистую силу, а вовсе не за тем, чтобы стать главой альянса Улинь. Однако его доброта вовсе не означала, что он не знал, как устроен мир. Он сразу смекнул, о чём говорит Хань Чаншэн.
– Если они не захотят ничего говорить, почему бы тогда не сделать так, чтобы они не могли нам отказать? – предложил Хуа Сяошуан, выуживая бутылочку из своего рукава, но мигом засунул её обратно, едва Хань Чаншэн, одарив свирепым взглядом, похлопал его по руке.
Хуа Сяошуан был любителем тёмных делишек. Куда бы он ни отправился, при нём непременно окажутся бутылочка-две кротона, вызывающий зуд порошок и тому подобные снадобья. И если кому-нибудь не повезёт оказаться в его руках, ничего хорошего его точно не ждёт. Будь то любой другой день, Хань Чаншэн, естественно, предпочёл бы воспользоваться таким энергосберегающим методом, чтобы выведать новости. Но пока рядом с ними был Ань Юань, ему оставалось лишь прикидываться приличным парнем.
Ань Юань снова безмолвно воззрился на Хуа Сяошуана.
Немного поразмыслив, Хань Чаншэн произнёс:
– Как бы то ни было, мы сейчас как безголовые мухи. Этим вечером лучше останемся тут, а затем прогуляемся вместе с ними и посмотрим, есть ли у них какие-нибудь зацепки или они, как и мы, вслепую бродят вокруг.
У Хуа Сяошуана и Ань Юаня не имелось других идей, поэтому они все вместе расположились неподалёку от членов секты Юньсяо.
В мгновение ока на землю опустилась ночная тьма.
Чтобы добраться сюда, ученики секты Юньсяо топали без остановки, а оттого тоже сильно устали. С наступлением ночи они оставили дежурить двоих учеников, а все остальные улеглись спать. Хань Чаншэн и пара его спутников также по очереди распределили дежурства и отправились отдыхать.
По прошествии какого-то времени, когда Хань Чаншэн уже успел задремать, внезапно послышались крики и звуки шагов. Он ещё не успел погрузиться в глубокий сон, поэтому мигом проснулся. Была очередь Ань Юаня дежурить. Он лежал на возвышенности, пристально всматриваясь в сторону, где расположились люди из секты Юньсяо.
– Что случилось? – подобравшись к нему, спросил Хань Чаншэн. Из темноты доносились какие-то беспорядочные звуки сражения.
Ань Юань с серьёзным видом покачал головой:
– Не знаю, что там произошло, но они вдруг вступили в сражение.
Какой-то ученик из секты Юньсяо завопил и повалился на землю. Ань Юань нахмурился и, выхватив свой меч, рванул вперёд.
Хань Чаншэн дёрнулся было остановить его, но всё же опустил свою руку, после чего посмотрел вслед убегающему Ань Юаню. Несколько пережитых в прошлом неудач наконец-то научили его кое-чему. Что бы ни захотел совершить Ань Юань, он должен просто отступить в сторону и позволить тому свершить задуманное. Он не станет больше его останавливать, а тем более сражаться вместо него. Человек, которого он желал спасти, наверняка был благородным, а тот, кого захочет убить – как пить дать злодей. Так написал в своей книге тот старик, Блюститель Судьбы. А причина, по которой его судьба пошла под откос, заключалась в том, что в его дела постоянно влезал Хань Чаншэн.
Хуа Сяошуан тоже проснулся и тут же увидел, как Ань Юань с мечом наперевес несётся спасать людей из секты Юньсяо.
– Мы тоже сразимся? – спросил он у Хань Чаншэна.
Хань Чаншэн покачал головой:
– Не стоит, – если они проявят неосторожность, то украдут всё внимание, принадлежащее Ань Юаню, отчего ситуация лишь ухудшится.
Стояла поздняя ночь, и костёр, разведённый учениками секты Юньсяо, уже практически догорел, из-за чего было очень темно. Спустя какое-то время ученикам секты Юньсяо удалось зажечь огонь, и они смогли увидеть чуть больше.
– Ах!
Ученики секты Юньсяо ахнули от удивления.
Кто-то воскликнул:
– Здесь человек из секты Инъюэ!
Ему показалось, что убийца из секты Инъюэ набросился на ученика секты Юньсяо. Он повалил этого ученика на землю и занёс кулак, но, похоже, заколебался. Услышав, что это человек из секты Инъюэ, Ань Юань, забыв о милосердии, подбежал к убийце и обрушил ему на спину свой меч. Получив удар мечом, убийца издал протяжный вопль. Стоящие неподалёку Хань Чаншэн и Хуа Сяошуан переглянулись — уж очень походил этот крик на вой дикого зверя!
Оторопевший Ань Юань отдёрнул свой меч. "Убийца" покатился по земле, открыв своё лицо — это оказался не человек, а обезьяна размером с человека! Просто сейчас она находилась к Ань Юаню спиной, а вокруг стояла такая темень, что тот принял его шкуру за одежду из меха.
По мере того, как всё сильней и сильней разгорался огонь, ситуация на поле боя, наконец, начала проясняться. Группа наёмных убийц, явившаяся сюда по душу членов секты Юньсяо, оказалась стаей из волков, тигров и леопардов — там не нашлось ни единого человека!
– Вот чёрт! – выругался Хань Чаншэн. – Кто-то управляет животными!
Хуа Сяошуан нахмурился, судя по всему, погрузившийся в размышления.
Обезьяна, которую ударил мечом Ань Юань, протяжно вскрикнула и пару раз дёрнулась, а затем притихла, почти умирая. Словно в ответ ей, со стороны леса раздался долгий, пронзительный и сердитый крик, и на этот раз кричал явно не зверь, а человек!
– Этот человек управляет зверями! – схватившись за оружие, Хуа Сяошуан мигом бросился к лесу, откуда послышался этот крик.
Из-за бесконечно заполнявших пространство криков и звуков сражения Хань Чаншэн прежде этого не замечал, но вперемешку со всеми этими звуками слышалась мелодия флейты. Когда человек закричал, она оборвалась, но вскоре донеслась вновь, только теперь зазвучала ещё быстрей и настойчивей.
Звери, которые прежде нападали на учеников секты Юньсяо, тут же развернулись и всем скопом бросились к Ань Юаню!