Осень на двоих

Гарри отвернулся к высокому витражному окну, испепеляя его злобным взглядом и полностью игнорируя Гермиону, которая, вопреки ситуации, даже не собиралась выглядеть виноватой.
- Я сделала это, потому что беспокоилась за тебя, Гарри, - в который раз повторила она, стараясь говорить тихо, чтобы не потревожить других посетителей библиотеки и не привлечь к их размолвке нежелательного внимания.
Увы, Поттеру, в отличие от неё, было сейчас настолько плевать на правила поведения, что он бы и мадам Пинс проигнорировал с её замечаниями.
- Ты сдала меня, - громко отчеканил он, - я просил тебя этого не делать.
- Но Гарри...
- Если бы я знал, что ты тут же побежишь к профессорам, я бы ни за что не стал рассказывать тебе!
- Гарри, пожалуйста, говори тише...
Слизеринец резко повернулся к девочке, окатив её ледяным взглядом:
- О, конечно! Прости! Я забыл, что ты одержима идиотскими школьными правилами! - он резко поднялся из-за стола и широким шагом направился к выходу.
Грейнджер, подскочив, последовала за ним.
- Подожди! Послушай меня!
- С какой радости?! – мальчик вылетел в коридор. - Тебе же не пришло в голову меня послушать!
- Гарри, ты ведешь себя глупо! – взорвалась Гермиона. - Это всего лишь метла!
- Это не "всего лишь метла", - противным голосом передразнил он, - это Молния, Гермиона! Понимаешь?! Молния! И это был подарок мне на Рождество!
- Без подписи! – попыталась достучаться до него гриффиндорка. - Ты не хуже меня знаешь, что она могла быть проклята!
- А могла быть и НЕ проклята! – гаркнул в ответ Поттер. - А теперь из-за тебя её разберут на щепки и веточки, чтобы найти там какие-нибудь страшные сглазы и порчи, которых там нет.
- Но послушай...
- Кто вообще тебя просил?! Я проверил метлу, и Том проверил метлу! С ней всё было нормально!
- Гениально, Гарри! – ехидно отозвалась девочка. - То есть ты считаешь, что пара тринадцатилеток способна выявить тёмные заклинания, наложенные Пожирателем Смерти?
- Вполне, - высокомерно бросил Поттер.
- Гарри, ну хватит. Даже твой бешеный приятель со мной согласен.
- Да, только он не побежал при первой возможности к Снейпу! – яростно зашипел на неё слизеринец.
- Ты слишком бурно реагируешь. Я просто беспокоилась за тебя.
- Спасибо огромное! Только я тебя не просил об этом! – практически прокричав эти слова ей в лицо, Поттер круто развернулся на каблуках и скрылся в подземельях, обозленный на весь мир. Гермиона за ним не последовала.
Надо сказать, Арчер действительно разделял точку зрения гриффиндорки и даже не стал злорадствовать, называя её стукачкой и предательницей. Гарри это жутко бесило, но на Тома он обижаться не стал, мотивируя это тем, что при всем своём скептицизме в отношении подозрительного рождественского подарка, он не стал докладывать об этом кому-либо из учителей, ограничившись нудным выговором и перечислением все вероятных последствий и наихудших сценариев.
Поттер велел ему заткнуться и продолжил упрямо дуться на Гермиону. Девочка, конечно, сильно переживала из-за этого, но признавать, что была неправа, отказалась, продолжая настаивать на своём. Чем бесконечно злила Гарри и почему-то веселила Арчера.
Метлу они обнаружили под ёлкой в гостиной Слизерина, когда вернулись в школу после каникул. Никто не знал, каким образом она туда попала и кто её принёс. Большинство представителей змеиного факультета вообще были скорее встревожены тем, что кому-то удалось пробраться в их общежитие, чем заинтересованы самой метлой. Подарки в общежития доставляли совы или, если говорить о подземельях, домовые эльфы. При этом последним было дозволено передавать только подарки от других учеников или, что случалось крайне редко, профессоров.
Соответственно, посылку в гостиную Слизерина законным путем могли пронести только домовики, но те клялись, что ничего подобного господину Гарри Поттеру не доставляли. И это автоматически приводило всех к заключению, что метлу подбросил недоброжелатель. А сам подарок в глазах студентов стал выглядеть опасным и пугающим. Даже с учетом того, что это была Молния – лучшая из спортивных метел. Гарри как-то читал в журнале, что на таких летают только профессиональные игроки в квиддич, да и то не все. Стоила такая модель в три раза дороже недешевого "Нимбуса 2001" и летала в сто раз лучше. Но кого это беспокоило? Даже Маркус Флинт, одержимый спортивными гоночными метлами, не поддержал своего ловца, когда Снейп с каменным выражением на лице отобрал у того зловещий подарок. С тех пор метлу Поттер больше не видел.
- Я даже не успел на ней полетать, - ныл он, идя с Арчером на завтрак. – Даже рассмотреть толком не успел. Я держал её в руках всего пять минут. И теперь её забрали! Я могу её никогда не увидеть... Хватит ржать, Том!
- Прости, - друг продолжал ехидно посмеиваться, - но твой скулеж кроме веселья ничего у меня не вызывает. Если ты надеешься на порцию сострадания, то выбери другую тему.
- Но это Молния! Разве могу я просто взять и забыть...
Гарри замолчал на полуслове, когда они вошли в Большой Зал. Достаточно было только взглянуть на лица некоторых учеников и профессоров, как сразу становилось понятно, что случилось нечто из ряда вон выходящее.
- Доброе утро, - Драко лениво жевал тост, когда Гарри и Том сели рядом с ним.
На сокурсников блондин даже не взглянул, продолжая буравить любопытным взглядом стол гриффиндорцев.
- Что новенького? – деловито поинтересовался Арчер, взяв с общего блюда кусок тыквенного пирога.
- Говорят, Блэк пробрался ночью в башню к красно-золотым придуркам, - ответил за Малфоя Блэйз. – Пытался прикончить Рона Уизли.
- Чего? – Гарри оторвался от изучения предлагаемых на завтрак блюд и глянул в сторону стола потерпевших, которые гудели словно растревоженный улей. – С чего вы взяли?
- Как я понял, Уизел проснулся посреди ночи, а над ним навис это маньяк с ножом, - весело отрапортовал Забини. – Круто, да?
- Ага, - без всякого восторга буркнул Поттер, возвращаясь к своему завтраку, - а чего он его не добил-то?
Блэйз пожал плечами, тут голос подал Драко.
- Да этот рыжий олух поднял такой вой, что перебудил половину Хогвартса. Блэк сбежал.
- Странно, - протянул Гарри. – Зачем ему вламываться ко львам? Оттуда далековато до слизеринских общежитий.
- Значит, он искал не тебя, - высказался Том.
- Это я как раз сам понял, спасибо, - Поттер язвительно глянул на друга. - Но что он искал? Как-то слабо верится, что дело только в Роне. Или вообще в Роне.
- Откуда тебе знать? Может у Блэка аллергия на рыжих дебилов и нищебродов, - пожал плечами Малфой.
- И для этого нужно было подвергать себя опасности и соваться в гриффиндорское общежитие? – Арчер насмешливо фыркнул. – Вот уж глупость.
- Как он вообще туда пробрался? – проворчал Драко.
- Тебя так заботит их судьба? – с издёвкой уточнил Блэйз.
- Меня заботит то, что он шляется по школе как у себя дома, придурок, - огрызнулся блондин. – Я не хочу однажды проснуться и обнаружить, что кто-то пробрался к нам в гостиную и прирезал Поттера. Как мы это будем Снейпу объяснять?
- Ну, спасибо, - проворчал Гарри.
- Я начинаю сомневаться, что он вообще к нам сунется, - заметил Том. - Он уже во второй раз пытается пробиться к гриффиндорцам.
- Настойчивый, - отчужденно пробормотал Гарри, ковыряясь вилкой в своей тарелке. - Что он ищет?
- Надеюсь, это был риторический вопрос? – прогнусавил Драко.
- Как знать, - Поттер глянул на лучшего друга, но тот выглядел так, будто вторжение Блэка в Хогвартс ничуть его не беспокоит.

***

Весь день в замке только и делали, что обсуждали события минувшей ночи. История без конца обрастала новыми невероятными подробностями и к вечеру Уизли уже начал казаться не жертвой, а героем, который почти схватил преступника. Вся школа трещала без остановки, кто-то восторгался смелостью Рона, кто-то был напуган и нервничал, слизеринцы ехидничали и презрительно фыркали, а Невилл Логноботтом выглядел так, будто ищет, где повеситься.
- Нет, вы представьте, - громко глумился Малфой, когда оба третьих курса Слизерина и Гриффиндора столпились у кабинета зельеварения. – Этот недоумок, - наследник благородного аристократического рода кивнул блондинистой головой в сторону Невилла, - записал все пароли на неделю, ВСЕ пароли на бумажку и умудрился её потерять, - Драко закатил глаза, - не понимаю, как такое убожество вообще в школу пустили.
- Заткнулся бы ты, Малфой, пока зубы целы, - шагнул вперед Рон.
- А вот и наш герой дня! – не унимался слизеринец. – Скажи, Уизел, твой визг на всю школу было слышно? А то этой ночью мне послышался какой-то мерзкий писк... Как знать, может это ты от страха в своей башенке вопил?
Реакция рыжего была до обидного предсказуема - едва обидчик успел договорить фразу, как Рон в бешенстве бросился на Малфоя, от души его колошматя. Вокруг столпились оба факультета, кто-то пытался остановить драку, кто-то наоборот в ней поучаствовать.
Гарри скучающе зевнул, привалившись к стене неподалеку.
- Как считаешь? Стоит их разнять? – поинтересовался он у лучшего друга.
Том сидел рядом с ним на невысоком каменном выступе и читал. Услышав вопрос, он неопределённо пожал плечами.
- Зачем? Не так часто у нас выступает цирк, - протянул он, - а тут сразу два клоуна. Хоть развлечёмся.
- Что-то тебе не очень весело, - отметил Поттер.
- А я Снейпа жду, - саркастично ответил Арчер.
Без всякого предупреждения на них внезапно накинулась Пэнси, до этого безмятежно обсуждающая с Гринграсс какой-то девчачий журнал:
- Только и можете, что ядом плеваться в сторонке, - обвиняющим тоном заявила она, глядя при этом только на Гарри. – Что вы за сокурсники, если даже помочь не можете?
- А что ты предлагаешь? - лениво поинтересовался Арчер. - Присоединиться к этой свалке? – он покосился в сторону орущей друг на друга толпы студентов, в центре которой происходила ожесточенная потасовка.
- Если ты такой умный, пошел бы и вмешался! – взвизгнула слизеринка.
Том скривился и уткнулся взглядом в книгу, не посчитав нужным ей отвечать. Пэнси задохнулась от возмущения, опалив мальчишек ненавидящим взглядом.
- Вы лишние тут! Какого Мордреда вы вообще попали на Слизерин?! Вам же плевать на факультет. Вам тут не место.
- Иди, скажи это Дамблдору, - фыркнул Том, - возможно он прислушается к твоим весомым аргументам.
Дафна хихикнула, Гарри, до этого отстранённо наблюдающий за ссорой, скосил на неё глаза.
- Что смешного? – Пэнси тоже смотрела на подружку.
- Ты, - беззлобно объявила она, - когда ты так морщишь нос, становишься похожа на мопса. Это смешно.
- Не похожа я на мопса! – обиделась Паркинсон, мгновенно позабыв о мальчишках.
- А вот и похожа, - фиалковые глаза Гринграсс искрились весельем.
- Да ну тебя, Дафна, говоришь глупости!
- Ты обиделась? – с трудом сдерживая смех, спросила девочка. – Почему?
- Мопсы мерзкие!
- Но мне нравятся мопсы!
Дальше Гарри эти препирательства не слушал. Девчачьи разговоры казались ему до ужаса бессмысленными. Хотя надо было отдать Дафне должное, если бы не она, Паркинсон до сих пор бы на них верещала.
Тем временем к месту общего сбора прибыл Снейп и вот уже пару минут в зловещем молчании созерцал устроенное в коридоре безобразие. Постепенно ученики начинали чувствовать сгущающуюся за их спинами бурю, замолкали, оборачивались и бледнели. Наконец, когда вокруг повисла звенящая тишина, а все участники драки в молчаливом ужасе вытаращились на профессора зелий, тот сделал шаг вперед, обводя студентов чёрным во всех смыслах этого слова взглядом.
- Удивительное зрелище, - тихо произнёс он, с такой угрожающей интонацией, словно собирался лично казнить каждого провинившегося, - толпа молодых волшебников из приличных семей колотит друг друга, словно кучка жалких магглов. Какой позор.
Из-за спин сокурсников выступил растрепанный Малфой с разбитой губой и шишкой на лбу:
- Сэр, это Уизли начал.
- Не сомневаюсь, - бархатистым голосом промолвил декан Слизерина.
Не менее потрепанный Рон с подбитым глазом и ссадиной на скуле задохнулся от возмущения, впившись в Драко разъяренным взглядом.
- Что?! Ах ты, хорек недоношенный...
- Мистер Уизли, - оборвал вопли мальчика зельевар, - потрудитесь замолчать. Вижу, ваша сегодняшняя дешевая слава не идет вам на пользу. По вашей вине факультет Гриффиндор лишается пятнадцати баллов за нападение на ученика и, - он нехорошо улыбнулся, - ещё десяти за драку в коридоре.
- Но сэр, это несправедливо...
- Пять баллов с Гриффиндора за дерзость.
Рон проглотил клокочущий в душе гнев и только сжал кулаки в бессильной ярости на весь мир.
- Все в аудиторию, - коротко велел учитель, и оба факультета поторопились выполнить указание, боясь разозлить его ещё больше. Слизеринцы при этом поглядывали на гриффиндорцев с плохо скрываемым злорадством – Снейп никогда не наказывал свой факультет. Когда в коридоре почти никого не осталось, Гарри бочком подобрался к своему декану.
- Сэр, это и правда несправедливо, - осторожно заметил он.
- Вам есть что сказать, мистер Поттер? - профессор чуть помедлил, на удивление спокойно взглянув на мальчика.
- Драко начал ссору...
- А Уизли позволил себя спровоцировать, - безразлично закончил за него Снейп. – Если его так не устраивает результат, пусть научится сдержанности или обзаведется мозгами. Вы не согласны, мистер Поттер?
- Странная у вас справедливость, сэр, - задумчиво протянул Гарри, - вы наказывается Рона за вспыльчивость, но ничего не делаете нашему факультету за провокации и подстрекательство.
- А кто сказал вам, что слизеринцы играют честно, мистер Поттер? - усмехнулся Снейп, ничуть не разозлившись.
Подросток пожал плечами.
- Мне всегда казалось, что профессора должны судить непредвзято...
- Это миф, Поттер. А теперь займите своё место и не раздражайте меня.
Гарри кивнул и послушно юркнул в аудиторию следом за своим лучшим другом.

***

- Том! Том, ты спишь? Том, проснись! Том!
Арчер выплыл из глубокого сна, пытаясь понять, что происходит и какой герой решил, что может так бестактно тормошить его посреди ночи, не опасаясь летального для себя исхода. Первое рефлекторное желание послать в наглеца какое-нибудь проклятье пришлось подавить, поскольку в нарушителе покоя Том быстро признал Гарри. Пытаясь проснуться, слизеринец растеряно заморгал и потряс тяжелой со сна головой. Оглядевшись, мальчик обнаружил, что Поттер по-турецки сидит на его кровати, держа в одной руке бледно мерцающую волшебную палочку, а в другой карту мародеров.
- Какого дьявола ты забыл на моей кровати? – зашипел на друга Том. - Середина ночи! – он мог с уверенностью утверждать это, слыша, как тихо вокруг, и зная, что будь сейчас утро, даже до их спальни доносился бы гул голосов из общей гостиной.
Не потрудившись предоставить более-менее адекватных объяснений, Поттер с горящими глазами подался вперед, сунув Арчеру под нос карту мародёров:
- Смотри! – он ткнул пальцем в маленькую точку с именем Питер Петтигрю, плавно движущуюся по коридору школы.
Том молчал почти минуту, после чего поднял до крайности раздраженный взгляд на лучшего друга.
- И это всё? Ты разбудил меня из-за этого?
- Том, карта говорит, что в школе Питер Петтигрю, - Поттер вытаращил на него глаза.
- И что теперь? Ловить его побежишь? – иронично поинтересовался Арчер. - Тебе не приходило в голову, что это может быть просто однофамилец?
- А многих в Хогвартсе ты знаешь с таким именем? – в тон ему отозвался друг.
Арчер очень красноречиво на него посмотрел, ясно давая понять, что он и на своём-то факультете не всех по имени знает.
- И что, по-твоему, по коридорам школы прямо сейчас ходит давно погибший друг твоего давно погибшего отца? – Том говорил, не скрывая сарказма, но увидев азарт в зеленых глазах Поттера, понял, что тот серьезно так считает. – Гарри, - он тяжело вздохнул, - а тебе не приходило в голову, что карта может ошибаться? Или что это такая шутка? Ты сам говорил, что Петтигрю, как и твой отец и... Блэк приложили руку к созданию карты. Подумай, возможно, это вообще ловушка, чтобы выманить тебя.
- Откуда Блэку знать, что карта у меня?
Арчер пожал плечами.
- У стен бывают глаза и уши. Проникает же он как-то в школу.
Поттер насупился, о чём-то размышляя.
- Минут десять назад я видел, как точка с именем Петтигрю прошла мимо Снейпа, и тот не остановился, будто и не видел его, - глубокомысленно протянул он, - возможно, ты прав, - Гарри кивнул, сворачивая карту. – Надо разобраться, что это может значить.
Он откинулся на спину, уставившись в пространство.
- Можно ли обмануть карту? – пробормотал он себе под нос. - Хм... – и надолго замолчал, прикрыв глаза.
Том испытал сильнейший приступ слепой ярости вперемежку со всепоглощающим желанием избить лучшего друга до полусмерти.
- Гарри, - мурлыкнул он, отсчитывая жалкие крупицы своего терпения.
- А? – Поттер сонно глянул на него.
- Ты ничего не забыл?
- Эм... в смысле?
Арчер кровожадно оскалился:
- Вали. С моей. Кровати.
- А, точно, - флегматично отозвался друг, - спокойной ночи, - и быстро растворился в темноте, словно его и не было.
Том упал лицом в подушку, мысленно проклиная "лохматого кретина" и мечтая о возмездии.

***

В это самое мгновение по стылым коридорам волшебного замка бежала крыса. Она то и дело замедляла ход, озираясь по сторонам и принюхиваясь, после чего снова устремлялась куда-то вперед. Крысу гнал страх. Почти животный ужас. Она понимала, что на месте оставаться нельзя и знала, что стены школы перестали быть надежным укрытием. Нужно было исчезнуть. Забиться в самую тёмную нору и оставаться там. Пока всё не утихнет. Пока все не забудут...
Парализующее заклинание настигло зверька, когда тот почти добрался до щели в стене на третьем этаже. Жалобно пискнув, крыса по инерции проскользила по каменному полу ещё немного и упала на бок, задыхаясь от ужаса, когда из тени выступил высокий волшебник с ледяными глазами, в глубине которых медленно сворачивалось дымчатыми кольцами безумие. Он в два шага приблизился к зверьку и, подняв его за хвост, принялся внимательно рассматривать.
- Ну надо же, - почти ласково улыбаясь, промурлыкал волшебник, - кого только не встретишь в этих тёмных коридорах.
Крыса неотрывно следила за человеком, а в её маленьких черных глазках горела безотчетная паника.
- Не стоит так волноваться, я не стану тебя убивать, - всё так же мягко сказал волшебник, хотя его взгляд обещал обратное. - Я как раз давно подумывал завести какого-нибудь зверька и ты очень пригодишься мне в моём скромном деле. Видишь ли, мне нужен кто-то тихий и неприметный. Способный скрытно передвигаться в потемках, смотреть и слушать, - он усмехнулся, - а кто сгодится на эту роль лучше дрессированной крысы? Согласен? Но стоит так же отметить, – в глазах незнакомца загорелись недобрые огоньки, - что стоит этой крысе сбежать или ошибиться, и я сдеру с неё шкуру. За-жи-во.
Он немного помолчал, рассматривая своё приобретение.
- Не думай, что сможешь меня одурачить. Я нашел тебя сейчас, найду и потом. Мы понимаем друг друга?
Крыса моргнула, по худому телу прошла нервная судорога.
- Вот и замечательно. А теперь ты будешь слушать очень-очень внимательно, мой маленький друг.

***

- Постой!
Арчер подавил желание мученически застонать и медленно обернулся, вонзив раздраженный взгляд в невысокую девчонку с копной каштановых кудряшек и очень серьезными карими глазами.
- Чего тебе, Грейнджер?
- У меня есть книга для Гарри, - она нахмурилась, - но когда я попыталась её отдать, он даже слушать меня не захотел и сразу ушел.
- А я чем могу помочь? - слизеринец изогнул брови в притворном удивлении.
- Я хотела попросить тебя передать ему...
- Нет, - он развернулся на каблуках и отправился в сторону подземелий, даже не дав ей договорить.
Гермиона, пересилив собственную гордость, поспешила за ним.
- Но это важно! Там есть информация о магической коре. Мы раньше ничего подобного не находили!
Том остановился и взглянул на девочку в пол оборота, недоверчиво сощурившись.
- И где ты нашла такую редкость, хотел бы я знать? Мы перерыли всю библиотеку, каким образом тебе удалось найти то, что нужно?
Гермиона закусила губу, явно не горя желанием отвечать на вопрос, но всё же сдалась.
- Я ходила к профессору Айскальту.
- Прекрасно, - сухо бросил Том. - И кто это?
Она мгновение удивленно смотрела на слизеринца, после чего усмехнулась и покачала головой.
- Ты и правда настолько безразличен ко всему вокруг, что даже не знаешь, какие профессора преподают в Хогвартсе? – весело уточнила Грейнджер.
- Я стараюсь не засорять голову ненужными сведениями, - чопорно ответил мальчик.
- Клаус Айскальт преподает целительство, - решила пояснить Гермиона, когда между ними повисло непродолжительное молчание.
- И ты решила пойти и растрезвонить ему о болезни Гарри?
- Нет! Нет! Ты не понял! Я о Гарри не говорила ни слова! – затараторила она. - Я просто подумала, что раз он работает в клинике святого Мунго, то должен знать о подобных случаях. К тому же все, кто ходят к нему на занятия, говорят, что он потрясающе знает свой предмет. Вот я и решила спросить, не может ли он посоветовать мне какую-нибудь литературу о магической коре.
Арчер помолчал, обдумывая её слова.
- Хорошо. Давай сюда книгу.
Несмотря на его недовольный тон, Гермиона просияла улыбкой.
- Спасибо! Она осталась в моей комнате, ты подождешь меня...
- Пока ты поднимешься к себе в башню и вернешься? – перебил её Том. - И всё это время ты предлагаешь мне торчать в коридоре? – он фыркнул. – Вот ещё. Я пойду с тобой.
Девочка кивнула и поспешила в свою башню, убедившись, что хмурый слизеринец идет следом. Они уже подходили к портрету, скрывающему вход в общежитие Гриффиндора, когда картина распахнулась, и к ним навстречу вывалился Рон Уизли, прижимающий к груди какой-то белый сверток. Чуть было не столкнувшись с Гермионой, он резко остановился и, только увидев, кто стоит перед ним, злобно оскалился, а его глаза полыхнули такой яростью, что гриффиндорка невольно отступила на шаг.
- Ты! – заорал он на растерявшуюся девочку. – Это всё из-за тебя!
- Ч-что?
- Я говорил тебе, чтобы ты держала эту бешеную тварь подальше от Коросты! Я говорил, что это плохо кончится?!
- Рон, что прои...
- Короста мертва! Вот что произошло! – рявкнул Уизли. - И это твой проклятый кот её сожрал!
С этими словами он буквально швырнул в Гермиону сверток, который до этого продолжал держать в руках. Том, без всякого интереса наблюдающий за гриффиндорцами, чуть склонил голову к плечу, презрительно скривив губы. Рыжий недоумок приволок из башни свою наволочку, на которой виднелись засохшие бурые пятна. Грейнджер уставилась на Рона широко распахнутыми глазами:
- Боже мой, Рон! Ты уверен...?
- Конечно, уверен! Короста пропала, я нашел кровь на своей наволочке! Достаточно просто сложить два и два! Из-за тебя моя крыса мертва!
- Подожди, но Глотик не мог, я следила за ним...
- Чушь! Кто ещё, кроме этой зверюги мог напасть на Коросту? Он мечтал её сожрать с самого начала года. Довольна теперь?!
Гермиона молчала, закусив губу, и смотрела на своего сокурсника с абсолютно несчастным видом, не зная, что сказать. Том видел по её сведённым на переносице бровям, что девочка отчаянно пытается оправдать своего питомца, найти какие-то слова утешения для бушующего Рона и одновременно справиться с чувством вины.
- Рон, мне так жаль, - наконец, прошептала она.
- Какое мне дело до твоей жалости?! Ты... ты вечно строишь из себя самую умную, лезешь ко всем со своими советами, суешь нос в чужие дела и считаешь, что всё знаешь лучше всех! От тебя одни проблемы! Ты хоть понимаешь, как ты всех бесишь?!
Гриффиндорка отшатнулась от него, словно он её ударил. В карих глазах на мгновение блеснули слезы.
Привалившийся к стене за спиной рыжего Арчер громко прочистил горло. Заметив наконец, что они в коридоре не одни, Рон круто развернулся, опалив слизеринца одновременно удивленным и враждебным взглядом, после чего гневно зыркнул на свою сокурсницу, словно она совершила страшнейшее предательство, притащив к их общежитиям слизеринца.
- Что ты тут забыл?! - рявкнул он.
- Жду, когда вы наоретесь друг на друга, - флегматично известил гриффиндорца Том и взглянул на поникшую Гермиону. - Грейнджер, ты обещала мне книгу.
Она мгновение растеряно на него смотрела и, опомнившись, кивнула, опасливо покосившись на своего однокурсника. Тот даже на неё не взглянул, прожигая Тома подозрительным взглядом. Когда гриффиндорка скрылась за портретом, ведущим в львиное общежитие, Арчер позволил себе криво усмехнуться.
- Ну ты и кретин, Уизли, - заметил он.
- Что?!
- Ты хоть осознаешь, насколько глупо выглядел, размахивая тут своей наволочкой словно флагом? – поинтересовался Том. - Хуже истеричной девицы. Вы, гриффиндорцы, все такие психованные?
- Твоё какое дело? - прорычал мальчик. - Не лезь, куда не просят.
- Я бы с радостью, да смотреть противно, - Арчер пожал плечами. – Ваш красно-золотой культ на каждом углу верещит о своём благородстве и смелости, но стоит кому-нибудь выделиться из вашей безликой толпы идиотов, тут же начинаете кидаться на него не хуже гиен. Жалкое зрелище.
- Сказал слизеринец, - презрительно выплюнул Рон. - Не тебе указывать мне, как себя вести.
- О, ну раз конструктивный диалог о морали и нравственности у нас не получится, - насмешливо пропел Арчер, - давай сменим тему. Ты нашел свою крысу?
- Чего? – насупился Уизли.
- Крысу, - вежливо улыбаясь, повторил Том. - Ту, которая Короста.
- Ты что оглох? Я же сказал, что её убил кот Гермионы!
- Да, эти вопли я слышал прекрасно, - Том поморщился. – Я спрашивал про труп.
- Не понимаю тебя.
- Мерлин помоги... какие же вы, гриффиндорцы, тупые, - вздохнул Арчер и, не позволив Рону что-либо ответить, тут же сказал. - Ты нас любезно известил, что кот сожрал твою крысу. Специально для полудурков сообщаю, ввиду того, что Грейнджер кормит своё рыжее чудовище на убой, могу заключить, что за твоей крысой оно охотилось исключительно из спортивного интереса. Это значит, что Живоглот бы не стал есть эту гадость. Он бы просто придушил добычу и оставил где-нибудь поблизости. Или отнес бы хозяйке, – слизеринец пожал плечами. - Кто-нибудь нашел дохлую крысу? – Уизли медленно покачал головой. – Ну вот. Судя по тому, что никто пока с воплем не вылетел из девчачьей спальни, можно заключить, что трупа нет.
- И что с того?
- А то, что твой крысёныш может быть жив, здоров и трясется сейчас в какой-нибудь щели, гений.
- Но кровь...
- Могла быть просто незначительной царапиной, - процедил Том, теряя терпение. – В твою тупую голову вообще приходила мысль, что если бы кот Грейнджер сожрал целую крысу у тебя на подушке, дело бы не ограничилось парой капель крови?
Рон потрясенно молчал, забыв даже обидеться на оскорбление.
- Хочешь сказать, что Короста может быть жива?
- Хочу сказать, что прежде чем обвинять собственную одноклассницу, оскорблять её и доводить до слёз, нужно включить то жалкое подобие мозгов, коим ты обладаешь и немного подумать, – пояснил Том. - Тогда ты, по крайней мере, перестанешь выглядеть таким кретином и будешь хоть немного похож на гриффиндорцев, воспеваемых в вашем факультетском фольклоре, - Арчер немного помедлил, разглядывая задумчивое лицо своего собеседника.
– И так, к слову, даже если Живоглот действительно придушил твоего зверька, тебе стоит не визжать на всю школу, а осознать, наконец, что нужно было в первую очередь следить за крысой, раз уж ты так ею дорожишь.
- А с чего это ты вдруг так защищаешь Гермиону? – вскинулся Уизли.
- Я борец за добро и справедливость, - язвительно ответил слизеринец.
Рыжий презрительно хмыкнул, выражая в этом всё свое отношение к заявлению школьного недруга.
- И с каких это пор тебе подобные обзавелись состраданием и человеколюбием?
- Подобных мне не существует, Уизли, просто прими это, - Арчер отвернулся, теряя интерес к разговору, и как раз в это мгновение портрет открылся, и в коридор вышла подавленная Гермиона.
- Ну, наконец-то, - проворчал Том, забирая у неё книгу, - я думал, ты уснула там. Научись уже передвигаться побыстрее улитки.
Не дожидаясь ответа, он зашагал прочь от парочки гриффиндорцев. Краем глаза он отметил, что Уизли поглядывает на Гермиону с плохо скрываемым чувством вины. Увы, победа над безмозглым гриффиндорцем не принесла никакого удовлетворения. Том никак не мог понять, какого дьявола ему вообще понадобилось вмешиваться? Он ведь терпеть не может эту лохматую зануду, так какое ему дело до того, что её травит собственный однокурсник?
Возможно, ему стало её жалко?
Ему.
Жалко.
Грейнджер.
Арчер усмехнулся глупости собственного предположения и, сунув руки в карманы мантии, неторопливо отправился в своё общежитие.

***

Гарри запрокинул голову, вглядываясь в холодное голубое небо, такое светлое, что оно казалось почти бесцветным. Рядом с ним тихо мурлыкала какую-то песенку Луна, пытаясь нарисовать в своём блокноте играющих на заснеженной поляне фестралов. Они были ещё молодыми и на фоне своих грациозных родителей казались особенно долговязыми и неуклюжими. Гоняясь друг за другом, они то и дело увязали в глубоком снегу и спотыкались. Один из жеребят безо всякого страха подошел к парочке школьников, что сидели на поваленном дереве неподалеку, и заинтересованно обнюхал лежащий у их ног мешок. Гарри улыбнулся:
- Там ничего нет, - сказал он, - вы же сами всё съели, забыл?
Фестрал внимательно взглянул ему в глаза, обошел их с Луной по кругу и, поразмыслив немного, улегся прямо в снег, положив вытянутую черную голову на колени слизеринцу. Гарри на секунду напрягся, покосившись на бродивших рядом взрослых фестралов, но те не проявили ни малейшего интереса к своему жеребенку, ничуть не опасаясь, что молодые волшебники могут причинить ему какой-либо вред. Поколебавшись, Поттер осторожно погладил крылатого коня по шее. Его кожа наощупь была холодной, немного шершавой и очень твердой.
- Она становится гладкой, когда они взрослеют, - словно читая его мысли произнесла Луна, по-прежнему не отвлекаясь от рисования. – А летом она не такая твердая, больше похожа на шелк.
Поттер удивленно улыбнулся:
- Откуда ты знаешь, о чем я думал?
Она лишь пожала плечами.
- Быть может, ты думал слишком громко, и я случайно услышала отголоски твоих мыслей?
- Почему бы и нет, - философски протянул мальчик, продолжая поглаживать голову задремавшего жеребенка.
Очень плавно мысли подростка перетекли к его любимой теме – разрушении магической коры. Слизеринец нахмурился, вспомнив их дуэль с Арчером. Тогда ему удалось отчасти контролировать магический выброс, возможно ли, что после разрушения коры, магия не убьёт его, а просто изменится? Ему очень хотелось верить в такой исход. Но кто бы сказал ему, что это правда?..
- Я знаю, что с тобой происходит, - вдруг сказала Лавгуд.
Поттер повернул голову, встречаясь с ней изумленным взглядом.
- Прости, что?
- Я вижу, - её голубые глаза рассматривали его с пристальным вниманием, но одновременно мальчику казалось, что она смотрит скорее сквозь, а не на него. – Она разрушается всё больше и больше, а он ждёт... и злится. Он слышит каждую твою мысль. Он слушает. И ему интересно.
Её слова повергли слизеринца в безмолвный ступор. Он понимал и не понимал её одновременно.
- Откуда ты всё это только берешь? – вырвалось у него.
Луна некоторое время молчала, добавляя легкими штрихами тени на свой рисунок.
- Ты слышал легенду о четырех стражах мира?
Гарри покачал головой.
- Нет.
- Моя мама рассказывала мне эту историю много-много раз. Мне она так нравилась, что я помню её до сих пор.
Давным-давно, когда мир был совсем другим, а люди поклонялись множествам богов, в четырёх частях света жили четыре мага. У магов не было имен. Их называли Тот-Кто-Видит, Тот-Кто-Слышит, Тот-Кто-Говорит и Тот-Кто-Знает. Каждого из них природа наделила великим даром.
Тот-Кто-Видит обладал способностью различать нити магии, оплетающие мир, словно паутина. Он видел всю суть вещей, все переливы и цвета мира, видел каждого человека, каждую душу и каждое сердце. За это во имя Равновесия он отдал Вселенной свой слух и голос.
Тот-Кто-Слышит мог уловить и распознать любой звук, услышать шепот самого мира и песни магии. Мир говорил с ним, а магия пела для него миллионами голосов и заклинаний. Вселенная взяла свою плату и он был слеп и нем.
Тот-Кто-Говорит был наделён даром разговаривать с любым существом этого мира. Они слушали его кротко и внимательно. Они прислушивались к каждому его слову, следовали за ним и любили его. А он оберегал и помогал им. Этот дар он получил от Вселенной в обмен на уши свои и глаза.
Тому-Кто-Знает были доступны все тайны мироздания. Ему был ведом шепот прошлого и гром будущего. Он нес в себе неиссякаемые секреты вселенной и знал их все. Он был слеп, глух и нем.
Многие века они хранили тайны стихий и магии. Оберегали мир и наблюдали за ним. И каждому из них было даровано по сто драгоценных камней, куда эти маги вложили крошечные искры своих способностей и назвали их Наследиями. Когда маги находили Достойных, они отдавали каждому из них по одному драгоценному камню с Наследием.
Так в мире появились одаренные волшебники. Заклинатели, Говорящие, Целители, Прорицатели, Легилименты и Окклюменты, Плетельщики заклинаний, Ловцы душ, Стихийные маги и многие другие.
А когда у четырёх стражей мира не осталось ни одного камня, они исчезли из этого мира, слившись с магией и стихиями.
Говорят, что они по сей день наблюдают за миром, но больше не могут вмешаться и оберегать нас от бед, лишь иногда некоторые из нас слышат напутствующий шепот или чувствуют силу, направляющую их по верному пути.
Луна помолчала. Во время рассказа она успела закончить рисунок, и теперь придирчиво рассматривала его, добавляя мелкие штрихи.
- Моя мама была целителем. Настоящим. Она видела снедающие людей болезни, могла различать цвета боли, снимать проклятья. Она говорила, что ей от предков досталась искра Наследия видящего. Она была очень талантлива, но Равновесие Вселенной взяло свою плату. За то, что она избавляла других от страданий, её тело слабело.
- Разве это справедливо? – тихо спросил Поттер не глядя на неё. – За помощь другим она получила смерть?
- Всё не так, - Луна задумчиво улыбалась. – Она бы не так ослабела. Вселенная справедлива и никогда не забирает больше положенного. Просто моя мама попросила ещё одну искру для меня, чтобы её наследие продолжалось. Мама была одной из последних настоящих целителей.
- То есть, ты целитель? – Гарри отнёсся к этой новости с легким недоверием.
Лавгуд, ничуть не обидевшись на его реакцию, только пожала плечами.
- Я не знаю. Я никого никогда не исцеляла. Папа говорит, что такой дар проявится позже. Пока я только вижу.
- И ты видишь мою магию?
- Вижу. Всегда видела.
Слизеринец задал следующий вопрос, не думая ни секунды:
- Что будет, если я разрушу магическую кору?
Луна долго молчала, глядя ему в глаза.
- Ты выпустишь зверя, огромного и сильного. Озлобленного, раненного, дикого и свирепого. Он уничтожит всё на своём пути, разорвет любого, кто окажется рядом и будет выть от боли и голода, пока не насытится, - она помолчала. – Но у тебя будет один шанс. Ты - Тот-Кто-Говорит, и зверь захочет выслушать тебя, прежде чем убьёт.
- Я - Тот-Кто-Говорит? – весело удивился слизеринец. - Каким образом?
- А ты не знал? – брови Лавгуд удивленно изогнулись. - Ты заклинатель, Гарри.

***
Поттер в задумчивости застыл возле самой кромки Запретного леса, разглядывая вековые деревья. Луна давно ушла, пробормотав что-то про нарглов и как всегда не пожелав разъяснить своё последнее заявление, а он так и остался торчать на улице, обдумывая её слова. Нужно сказать, что эта девочка частенько говорила странные, порой даже безумные вещи, и Гарри иногда задавался вопросом, верит ли сама Луна в свои слова? Порой ему казалось, что у неё просто очень богатое воображение. Но это... Заклинатель? Какая глупость. Он не мог быть заклинателем. Слишком уж необычный дар, чтобы не заметить этого. Хотя, с другой стороны должен же этот лев на семейном древе Слизерина что-то означать. Они с Томом ещё в прошлом году заключили, что рисунки змеи и льва возле их имен символизируют наследия. И если со змеёй все было более-менее понятно, то лев для них пока оставался загадкой, и ни одна из книг Салазара не поясняла смысла рисунков на семейном древе.
Поттер усмехнулся.
«Итак, я заклинатель, - со здоровой долей скептицизма подумал он, - и что это значит? Я могу приручать животных? Глупость какая-то. Понимать их я тоже не могу... кроме змей, но и это, получается, из другой оперы».
Его мысли прервал негромкий шорох в кустах, мальчик присмотрелся и просиял улыбкой, увидев крупного черного пса, выбирающегося из зарослей кустарника.
- А, Нокс! Привет, - Поттер погладил зверя по голове, когда тот оказался рядом с ним, - идем, сегодня мне не хочется торчать здесь.
Он накинул на плечи мантию-невидимку и направился к главным воротам школы, радуясь, что сегодня суббота и проход открыт для учеников, посещающих Хогсмид.

***
Том раздраженно вздохнул, глянув на часы. С тех пор, как Гарри ушел бродить по лесу с этой безумной Лавгуд, прошла целая вечность! Пора было бы уже вернуться! Поттер, как назло, решил отправиться на прогулку с этой блаженной именно тогда, когда Тому было решительно нечем заняться. Домашнее задание давно готово. Последняя интересная книга дочитана. Арчер даже выиграл пару партий в шахматы у Малфоя, после чего обыграл Забини в волшебный покер. А теперь сокурсники окончательно ему наскучили и мальчик укрылся от мира в пустующей спальне, и там вот уже несколько минут разгребал завал в тумбочке Поттера, где тот хранил карту мародеров.
- И как ты всё умудряешься превращать в горы хлама? - вполголоса ругался Том, вываливая на пол ворохи свитков, перевязанные веревочками пучки неиспользованных перьев, пустые чернильницы и стопки книг, среди которых почти чудом обнаружилась искомая карта Хогвартса и окрестностей.
Довольно хмыкнув, Арчер как попало запихнул в тумбочку Гарри все его вещи, прекрасно понимая, что тот даже не заметит изменений, и развернул карту, чтобы выяснить, где носит этого героя. Несколько секунд подросток блуждал взглядом по нарисованным на пожелтевшем пергаменте коридорам замка, пока наконец не увидел точку с именем Гарри Поттер у самой границы Запретного Леса.
- И какого черта ты там торчишь в одиночестве? – ворчливо поинтересовался Том.
Он уже собрался закрыть карту и отправиться за другом, когда на карте со стороны леса появился ещё один человек. Бледнея, слизеринец вскочил на ноги, увидев имя того, кто в данный момент приближался к его лучшему другу.
- О нет, нет, нет, что же ты делаешь? – простонал он, беспомощно глядя на карту, где Гарри Поттер неторопливо направлялся в сторону Хогсмида, а за ним неотступно следовала точка с именем Сириус Блэк.

___________________

При всём своём богатом воображении Гарри никак не мог предположить, что кому-то удастся найти его в этой пещере. Она располагалась неподалёку от Хогсмида, у самого подножья холмистых гор, что постепенно переходили в известняковые скалы и тянулись на север, огибая часть огромного озера, на берегу которого высился Хогвартс. Заросли кустарников и деревья, цепляясь корнями за каменистую почву, взбирались вверх по склону и тем самым надёжно укрывали грот от посторонних глаз. Здесь жил Нокс. Пёс однажды привел сюда слизеринца, и с тех пор тот частенько пробирался к пещере, чтобы навестить своего четвероногого приятеля или принести ему еды.
Воодушевившись, мальчик даже притащил в пещеру ворох пыльных шкур из библиотеки Слизерина, чтобы пес не замерз на холодном каменном полу. Точнее, шкуры перенес в пещеру Виви под чутким руководством своего хозяина. Сам Поттер не смог бы протащить такую ношу и остаться при этом незамеченным.
Теперь здесь можно было более-менее комфортно располагаться. Тем не менее, в пустом каменном зале бродил безжалостный зимний холод. Гарри уже начал серьезно задумываться о том, как бы провести Нокса в Хогвартс. Мальчик полагал, что может спрятать его в тайной библиотеке Слизерина хотя бы до весны, ведь даже в школьных подземельях было куда теплее, чем в пещере. Пёс, правда, на заявление подростка только презрительно фыркнул и с удовольствием развалился на толстых шкурах, устилающих пол, определенно намекая, что здесь куда уютней, чем в унылых подземельях.
Гарри только пожал плечами, устанавливая на подставке "светлячка" – небольшой стеклянный шар, внутри которого была заключена искорка света. При необходимости "светлячок" мог сиять куда ярче маггловских ламп, но стоило только шепнуть ему "погасни" и он тут же бледнел. "Светлячка" Поттер получил в подарок от Хельги на Рождество и, разобравшись как он работает, первое время никак не мог наиграться, бесконечно жалея, что не взял его с собой в Годрикову Лощину. Он то разжигал его до ослепительного, почти нестерпимого света, то гасил, погружая комнату в потёмки. Конечно всё закончилось тем, что Арчер отобрал у него новую игрушку, пообещав разбить "проклятущую стекляшку", если Гарри сию же секунду не прекратит вести себя как клинический идиот. После этого Поттер какое-то время не вспоминал про волшебный фонарик, пока однажды ему не пришло в голову, что эта штука отлично сойдет для освещения мрачной пещеры, где он частенько прятался от снегопадов вместе с Ноксом.
- Ты же понимаешь, что костер тут не разведешь. Кто-нибудь обязательно почувствует запах дыма и нас найдут, - говорил Поттер, пока возился с подставкой для "светлячка". – Да и без меня ты костер разжечь не сможешь. А что если станет очень холодно? Или я не смогу долго приходить? Ты можешь заболеть.
Пёс весело фыркнул и, подцепив зубами ломтик копчёной колбасы, принялся неторопливо его жевать.
- Вот ты веселишься, а что бы ты без меня делал? – проворчал Поттер, установив наконец, волшебный огонёк. – Ярче! – ровным голосом велел он и искра вспыхнула, разливая по просторному залу мягкий золотистый свет. Нокс отвлекся от своей трапезы и залюбовался мерцающей внутри сферы искрой. Вдруг он навострил уши и, вскочив на лапы, напряженно уставился в черный провал узкого тоннеля, ведущего к выходу из пещеры. Гарри обернулся, одновременно направляя на погруженный в тень участок пещеры волшебную палочку.
- Кто здесь? – громко позвал он, не ожидая, впрочем, что кто-то действительно появится. В свет волшебной сферы выступил сумрачный Том.
Он скользнул напряженным взглядом по лучшему другу, сидящему на одной из шкур, и медленно повернул голову к застывшему в дальней части зала псу. В эту же секунду глаза слизеринца сделались совершенно ледяными. Арчер резко вскинул вверх руку. Только теперь Гарри увидел волшебную палочку, которую тот крепко сжимал в пальцах всё это время. Не дав никому опомниться, Том сделал резкий выпад вперед, словно атакуя противника шпагой, и с кончика его волшебной палочки сорвался ярко-оранжевый луч, едва не угодивший в голову Нокса, который успел отскочить в сторону буквально за долю секунды до удара.
- Том! Что ты делаешь?! – Поттер уже был на ногах и, выскочив на линию огня, встал перед лучшим другом, не позволяя ему применить ещё одно заклинание. – Что с тобой? С ума сошел?!
- Отойди, Гарри, - велел Арчер, не сводя напряженного взгляда с Нокса, - ты не понимаешь, что происходит.
- Так объясни мне! – потребовал подросток, загораживая собой пса. – Что на тебя нашло?
Арчер наконец посмотрел ему в глаза и криво усмехнулся:
- Святая наивность, - почти с жалостью протянул он, - неужели ты до сих пор не догадался?
- Догадался о чём?
Том вздохнул, понимая, что лучший друг по своему обыкновению будет отрицать очевидное, пока его не ткнёшь носом в печальную правду.
- Это не собака, Гарри, - тихо сказал он, краем глаза следя за зверем, - это анимаг.
На мгновение между ними повисла вязкая тишина. Поттер выглядел скорее рассерженным, чем удивленным.
- Мы уже обсуждали это, Том, - процедил он. – Нокс не может быть анимагом.
- Правда? – Арчер насмешливо изогнул брови. - Ты так уверен? А почему бы не спросить у него? – он перевел взгляд на собаку. - Не хотите ли поучаствовать в разговоре... мистер Блэк?
В то же мгновение, когда Том произнёс последние слова, раздражение и досада на поведение лучшего друга в изумрудных глазах Гарри растворились в выражении абсолютного шока. Очень медленно, нехотя, мальчик обернулся к Ноксу, глядя на него с удивительной смесью обиды, удивления и боли. Пёс не пошевелился. Лишь тихо заскулил, не отрывая от мальчика пристального взгляда.
- Ты... Сириус Блэк? – прошептал подросток.
Словно в ответ на его слова зверь напрягся, и по всему его телу прошла мелкая дрожь, собачий силуэт начал искажаться, меняться, и вдруг пес, поднявшись на все четыре лапы, отряхнулся. Его облик, будто капли воды, разлетелся в стороны и рассыпался, осев на землю тёмно-серой дымкой, которая через мгновение растаяла без следа. А на месте собаки остался сидеть очень худой, измождённый человек.
Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч, воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп. Глубоко запавшие блеклые глаза дымчато-серого цвета неотрывно следили за мальчиком. Это и правда был Сириус Блэк. Тень того Сириуса Блэка, который так радостно улыбался Гарри с фотографии из его альбома. Он был призраком. Мертвецом, истлевшим и осунувшимся, походящим больше на обтянутый белой кожей скелет, одетый в грязные лохмотья. И если бы не глаза, в которых всё еще теплилась жизнь, мальчик действительно решил бы, что это покойник.
Не делая попыток встать или пошевелиться, мужчина печально улыбнулся.
- Ну здравствуй, Сохатик.
Голос Блэка звучал неровно и надтреснуто, как будто он давно разучился говорить. Совершенно не к месту Поттер вдруг с досадой подумал, что вся его кормежка не возымела никакого эффекта, раз Блэк до сих пор такой тощий, но эти мысли быстро растворились в волне нестерпимой, сильнейшей обиды и ярости. Абсурдно, но в этот момент Гарри страшно злился на этого человека не за предательство своих родителей, не за службу Волдеморту, не за то, что он хотел убить его, а за то, что он оказался чёртовым Сириусом Блэком. За то что "Нокса" больше... нет. Никогда не существовало. Сильнее всего Гарри хотелось закричать ему в лицо: "Ты убил мою собаку!", но вместо этого с губ подростка сорвалось лишь тихое: "Зачем?"
- Прости, - медленно произнёс он, - я давно хотел всё тебе рассказать.
- Рассказать что? – очень ровно уточнил слизеринец. – Что ты был другом моего отца? Я знаю. Что ты мой крёстный? Тоже в курсе. Что ты предал моих родителей и их убили? Слышал. Что ты Пожиратель Смерти? Ну и это не новость, - мальчик помолчал, пытаясь справиться с собственным голосом, дрожащим от гнева. – Единственное, чего я не могу понять, так это зачем тебе понадобился весь этот маскарад? Если ты так сильно хотел меня прикончить, мог бы воспользоваться тем случаем на Тисовой. Это ведь был ты. С самого начала это был ты.
Гарри вспомнил обо всех своих рассказах. Чёрт бы его побрал! Он делился с ним своими переживаниями! Раскрывал свои тайны! Мерлин! Он даже ревел на его плече, словно какая-то девчонка!
- Лучше бы ты меня сразу убил, - совершенно честно признался Поттер.
Всё это время Блэк слушал подростка в мрачном молчании и лишь хмурился всё больше, но услышав последнее его заявление, вздрогнул и резко подался вперёд, желая вскочить на ноги, но тут же попал под прицел волшебной палочки Арчера, который прожигал его настороженным взглядом, отслеживая каждое движение.
- Послушай! – он остался сидеть на месте, но в хриплом, огрубевшем голосе Поттер с удивлением различил умоляющие нотки. - Гарри! Я никогда не хотел твоей смерти! Я же твой крёстный.
- Да, это мы уже выяснили, - пробормотал подросток. – Так что же тебе было тогда нужно? Какого дьявола ты забыл в окрестностях школы? Зачем притворялся всё это время? И да, - мальчик угрожающе сощурился, - назови мне хотя бы одну причину, почему я сию же секунду не должен обездвижить тебя и сдать аврорам.
- Или убить, - услужливо подсказал Том.
- Или убить, - согласился Гарри.
Блэк неожиданно тепло улыбнулся.
- А ты не такой темпераментный, как твой отец, - заметил он. – Тот бы уже давно попытался меня проклясть.
- Отвечай на вопрос, - прошипел слизеринец, в его глазах полыхнула злость. Он не знал, насколько ещё хватит его терпения, особенно если этот мерзавец будет говорить о покойных близких.
- Как скажешь, - мужчина пожал костлявыми плечами и на мгновение задумался над ответом. – Я хотел отомстить, - каждое его слово было пропитано жгучей ненавистью, настолько сильной, что она почти граничила с безумием.
Том, стоящий за левым плечом Поттера заметно напрягся, ещё крепче стискивая в пальцах волшебную палочку. Тем временем мужчина продолжал говорить, впившись в Гарри лихорадочно горящим, сумасшедшим взглядом.
- Отомстить за всё этой крысе. Я видел... Видел его и почти достал. Клянусь Мерлином, тварь сдохнет. Я уж постараюсь. Я знал, что он живой, знал, что эта падаль прячется, но не думал, что так близко. Не думал, что так очевидно.
Теперь он полностью соответствовал тому образу, который рисовал у себя в голове Поттер с тех пор, как впервые услышал об опасном беглеце – слетевший с катушек Пожиратель. И почему-то от этого мальчику стало ещё обиднее за свою потерянную Собаку Мечты. Мало того, что Нокс был одной большой выдумкой, так он ещё и оказался одержимым жаждой мести ненормальным колдуном, сбежавшим из тюрьмы. Вообще ничего общего с жизнерадостным зверем с всклокоченной черной шерстью и большими мягкими лапами. Неожиданно в этой пучине обиды, гнева и досады возникла неясная, почти призрачная догадка.
- Бродяга, - прошептал мальчик, с усилием отодвигая на задний план все свои негативные эмоции и пытаясь сосредоточиться на этой едва уловимой новой мысли.
Забывшийся в собственной злобе мужчина, вдруг резко замолчал, глядя только на Гарри.
- Что?
- До меня только сейчас дошло, почему тебя называли Бродягой, - медленно объяснил подросток, скорее разговаривая с самим собой, - большой лохматый пес с длинными лапами вполне сойдёт за Бродягу*, - он немного помолчал. – Я понял. Вы все были анимагами, - слизеринец взглянул на удивленного до крайности Блэка, которой похоже никак не мог понять, к чему мальчик это сказал, но всё же кивнул, подтверждая предположение Гарри. – А отец кем был?
- Оленем, - тут же откликнулся мужчина и расплылся в улыбке, обнажая кривые, пожелтевшие зубы, отчего весь его облик стал казаться ещё более отталкивающим.
- Оленем, - пробормотал Гарри.
- Ужас, - Арчер покачал головой, - травоядное...
- Сохатый, ну да. Лунатик. Бродяга и... Остается Питер Петтигрю, - игнорируя комментарии друга, Гарри поднял задумчивый взгляд на Блэка и увидел уже знакомый огонь неконтролируемой ярости в серых глазах мужчины. – Крыса? - прошептал подросток и его, наконец, озарило: - Ну конечно! Вот зачем ты ломился к гриффиндорцам! Ты искал крысу Рона. Ты думаешь, что это Питер Петтигрю?
- Мне казалось, он умер, - напомнил Арчер.
- Ложь, - презрительно скривился Блэк, - чёртов предатель обманул всех, даже меня. Пока я не увидел его на фотографии в Ежедневном Пророке, я продолжал надеяться, что этого кретина убило его собственным взрывом.
Том выразительно хмыкнул, привлекая к себе внимание присутствующих.
- Мерлина ради, Гарри, - Арчер закатил глаза, заметив его взгляд, - ты действительно веришь в этот бред? Минуту назад он сообщил, что давно мертвый Петтигрю на самом деле жив. Теперь уверяет, что это Петтигрю устроил взрыв и переубивал всех тех магглов. Я даже не удивлюсь, если он сейчас заявит, что это Петтигрю предал твоих родителей.
- Но это действительно так! – воскликнул Блэк. – Гарри, я знаю, что тебе рассказывали обо мне, но это не правда! – он смотрел в зеленые глаза своего крестника. - Я бы никогда не предал твоего отца! Я любил Джеймса, он был мне роднее брата! А Лили? Если бы только это было в моей власти, я бы никогда не допустил её гибели! Клянусь тебе!
Слизеринец молчал, нахмурив брови и глядя на Блэка без всякого выражения. Безусловно, сам Сириус был уверен, что мальчик не верит ему, но Том в отличие от старшего волшебника прекрасно знал своего лучшего друга и понимал, что означает такая реакция.
- Не смеши меня! – резко бросил он, тряхнув Поттера за плечо. – Он напоёт тебе что угодно, дождется, когда мы потеряем бдительность, и нападет. – Гарри обратил на него долгий взгляд, в котором кружилось сомнение. - Не будь дураком! Он прикончит тебя при первом же удобном случае.
- У него был миллион удобных случаев, - тихо ответил подросток. – Он мог меня раз десять убить. Так почему же не сделал этого? Почему?
- Откуда мне знать?! - Арчер недружелюбно покосился на мужчину, который терпеливо дожидался вердикта, не вмешиваясь в разговор. – Может, он шпионил за тобой?!
- Ну конечно! – Гарри хмыкнул. – И что такого полезного можно узнать от тринадцатилетнего школьника?
- Ты не просто "тринадцатилетний школьник", - раздраженно напомнил друг. – Ты чёртов Мальчик-Который-Выжил.
- И мне тринадцать лет, и я учусь в школе, - насмешливо добавил Поттер, - одно не отменяет другого.
- Он мог задумывать что угодно, - упрямо гнул свою линию Арчер. - Мог выжидать, присматриваться, искать твои слабые стороны.
- Ты параноик, - беззлобно сообщил Гарри.
- А он псих, - парировал Том, ткнув пальцем в сторону Блэка. - Сегодня он верит, что обожал твоего отца, а завтра вспомнит, что ненавидел его. Ты готов поручиться за его адекватность?
- Дело не в том, что он говорит, - очень тихо произнёс Поттер, - а в его анимагической форме.
- Что?
- Помнишь, мы с тобой читали об этом? – взволнованно зашептал мальчик. – Что порой форма животного, в которое превращается волшебник, напрямую зависит от его индивидуальности.
- И?
- Собака, Том, - почти по слогам сказал слизеринец, - подумай, с чем в первую очередь ассоциируется собака?
Арчер красноречиво посмотрел на друга и тот торопливо вскинул руки, словно сдаваясь:
- Нет! Лучше не говори, - решил он и тут же сам продолжил. – Собака символизирует дружбу и преданность, понимаешь? Если его личность хоть отчасти соответствует его же анимагической форме, то этот человек не мог предать моих родителей.
- Гарри, это самый сомнительный аргумент из всех, что ты мог привести, - категорично заявил Том. – Мы теперь ему верим, потому что он умеет превращаться в чёртову собаку? Серьёзно?!
- Ну, хорошо, - покладисто согласился Поттер, - а как насчет карты мародёров? Там же был Петтигрю! Живой.
- Никто не знает живой он или нет. Раньше-то его не было.
- Я мог просто не обращать внимания.
- Да, или Блэк что-то сделал с картой.
Гарри закатил глаза.
- Почему ты просто не хочешь ему поверить? – вздохнул он.
- Потому что верить кому попало опасно, - оскалился Арчер, - и ты знаешь это не хуже меня.
Друг раздраженно дернул плечом.
- Если он предатель, я хочу быть в этом уверен, - отрезал он и, не слушая больше возражений друга, быстро преодолел расстояние, разделяющее его с Блэком. Сириус внимательно следил за каждым его шагом и когда мальчик остановился в метре от него, с надеждой спросил:
- Ты веришь мне?
- Пока не знаю, - честно ответил подросток, краем глаза отмечая, что Том сдвинулся чуть правее, и всё ещё держит мужчину под прицелом волшебной палочки. – Расскажи мне правду.
Блэк пожал плечами.
- Ты уже знаешь почти всё, Гарри, - тихо сказал он.
- И всё же хочу услышать это от тебя.
- Ну, что ж, - вздохнул Блэк, размышляя с чего бы лучше начать: - Ты ведь слышал о заклинании доверия? - Поттер кивнул. – Необходимо было выбрать Хранителя тайны. Я был очевидным выбором для всех, ведь мы с Джимми... с Джеймсом, были как братья. И тогда мы... я подумал, что стоит выбрать кого-то другого. Питер подходил на эту роль идеально. Тихий, неприметный, даже посредственный. Никто бы и не подумал, что он тот ключ, что ведет к Поттерам. Остальным мы говорили, что Хранителем тайны буду я, чтобы запутать Пожирателей, – лицо волшебника исказилось от боли и гнева. - Я так виноват, - сипло прошептал он. – Если бы я только знал, что этот ублюдок вас сдаст. Если бы я знал, что он предатель...
- Неужели вы никому не говорили? – перебил его мальчик, пока Сириуса не затопила новая волна самобичевания, горя и злости, Блэк, покачал головой. – Даже Люпину? Он же был вашим другом!
- Мы, - отчего-то в глазах мужчины промелькнул стыд, - мы не доверяли ему до конца.
- Почему?
- Мы получили информацию, что среди Орд... нас есть предатель. Я считал, что это Ремус.
- Почему? – снова спросил Гарри.
- Потому что он... он... - Блэк осекся и затих.
- Потому что он оборотень, - догадался подросток, - тёмное существо.
- Ты знаешь?
- Да, знаю, - он почти с разочарованием смотрел на крёстного, - не думал, что на друзей распространяются эти глупые предрассудки, - он покачал головой.
- Это было страшное время, - глухо ответил Блэк, хотя Гарри видел, что за былые подозрения его до сих пор гложет чувство вины. – Мы порой даже тени своей не доверяли.
- Что случилось потом? – поторопил Блэка Том, потихоньку теряющий терпение.
- Вы и сами прекрасно знаете, - он развел руками, - Петтигрю передал информацию Тому-Кого-Нельзя-Называть, а я... - Сириус закрыл глаза, - я опоздал. Когда я приехал к дому твоих родителей, они были м-мертвы.
Поттер понимающе кивнул.
- И тогда ты решил отомстить, погнался за Петтигрю и оказался в Азкабане.
- Да.
Некоторое время все молчали.
- Складная история, - сухо произнес Том, - только вот я никак не пойму, какого чёрта ты никому ничего не сказал? И почему вместо того, чтобы позаботиться об осиротевшем ребёнке, ринулся сломя голову мстить?
- Поверь, я жалел об этом каждый день, - Сириус смотрел только на Гарри, - жалел, что оставил тебя тогда с Хагридом и отправился за Питером. Если бы я только мог всё изменить... но тогда я совершенно потерял голову от горя и ярости.
- Видишь, Том, - протянул Поттер, в пол-оборота взглянув на друга - я же говорил, что жажда мести сводит людей с ума.
В ответ на это Арчер только фыркнул, не считая нужным что-то говорить. Вместо этого он вперил холодный взгляд в Блэка:
- И с чего нам тебе верить? Ты можешь доказать хоть что-нибудь из своего рассказа?
- Крыса, - хрипло сказал мужчина, - нужно поймать крысу и я смогу доказать. Смогу доказать, что это Петтигрю.
- И что ты сделаешь, когда поймаешь его? – задал встречный вопрос Поттер.
- Убью, - зашипел Сириус.
- Чудно, - саркастично пропел Арчер. – Гениальный план! – Блэк непонимающе смотрел на Тома, и тот закатил глаза. – Ну давай на секунду представим, что вся та чушь, которую ты тут нам наболтал – правда. Ты сбежал из тюрьмы, уже полгода в бегах, творишь чёрт знает что, каждый раз рискуя нарваться на поцелуй дементора и ради чего? Убийства?
- Он должен заплатить!
Том театрально закатил глаза:
- Он должен занять твоё место, гений! – язвительно ответил он, совсем позабыв, что человек напротив гораздо старше него и потенциально опасен. – Иначе, какой тогда во всем этом смысл? – он сделал широкий жест рукой, но указывал не на пещеру, где они находилось, а на ситуацию, в которую загнал сам себя Блэк.
Мужчина хмуро молчал.
- В любом случае сначала стоит поймать крысу, - предложил Гарри. – Нужно выяснить наверняка, действительно ли это Петтигрю.
- У меня уже был план, - начал было говорить Сириус, но Том грубо его перебил:
- Идиотский у тебя был план, - безапелляционно заявил он. – Вломиться в гриффиндорское общежитие и нависать с ножом над одним из учеников – не самый лучший способ схватить преступника. Ты только выдал себя и до смерти перепугал Уизли. Не говоря уже о том, что подтолкнул Петтигрю... если это, конечно, Петтигрю, к решительным действиям.
- Каким действиям?
- Он инсценировал свою смерть и сбежал.
- Инсценировал... смерть?
- Да. Уизли считает, что крысу сожрал кот одной из учениц. Мне же кажется это маловероятным.
- Да. Если бы тот кот поймал его, то принёс бы ко мне.
- Что? – встрепенулся Гарри. – Живоглот тебе помогает?
- Умный зверь, - кивая, улыбнулся Блэк. – Он, конечно, был не в восторге, когда узнал, что вокруг школы бродит пес-анимаг, но как только понял, что я не представляю угрозы для учеников, нехотя согласился помочь мне выследить Хвоста. Впрочем, убедить его было непросто. Он и сейчас меня скорее терпит, чем принимает.
- Это звучит ещё более безумно, чем предыдущая история, - скептически заметил Арчер. Поттер промолчал.
- Значит, Питер сбежал, - зло выплюнул Блэк. – Уже в какой раз он использует этот трюк... Но ничего, я найду его и тогда уже ни за что не отпущу так просто. Не волнуйся, Гарри, - с жаром воскликнул Сириус, взглянув на мрачного слизеринца. - Я позабочусь о том, чтобы виновный в смерти твоих родителей заплатил за это!
Несколько секунд мальчик молча рассматривал своего крёстного.
- Как тебе удалось сбежать из тюрьмы? – вдруг спросил он, Блэк на мгновение растерялся, но всё же ответил:
- Благодаря моей анимагической форме, - тихо сказал он. – Я часто перекидывался в пса, когда был... там. Дементоры слепы, они улавливают только эмоции заключенных, поэтому, когда я превращался, они, скорее всего, думали, что я просто схожу с ума или болен и ни о чём не подозревали. Это немного ограждало мой разум от воздействия тварей, только так я смог хоть немного сохранить рассудок.
Том после этого заявления снова хмыкнул.
- А потом, когда я увидел то фото в газете, я понял, что у меня появился шанс. Шанс отомстить. Шанс поймать чёртову крысу! – мужчина зло усмехнулся. – Решетки в камерах слишком узкие для людей, но для тощей собаки пролезть через них не так уж и трудно.
- Выходит, ты мог сбежать уже давно, если бы захотел, - еле слышно произнёс Гарри, глядя в пол. – Мог выбраться оттуда и год, и два года назад, а может и раньше... но продолжал торчать там, пока не увидел Петтигрю на фото, – Сириус молча кивнул, правда его крестник не мог видеть этого, так как продолжал хмуро изучать пол под своими ногами.
- Так значит, ты сбежал только ради этого? - с абсолютным разочарованием и горечью сказал мальчик. – Ради мести?
- Кроме неё у меня ничего не осталось, - ответил Блэк.
- У тебя оставался я, - Гарри, наконец, поднял голову, посмотрев в глаза анимага. – Ты мог прийти ко мне. Мог всё рассказать, объяснить... я же твой крестник!
Том, слушая друга, с тихим стоном возвел глаза к тёмному своду пещеры – ну конечно же, Гарри не мог не развернуть драмспектакль в процессе разговора!
- Нет, - Сириус покачал головой.
- Почему?! Я знаю, что ты был назначен моим опекуном!
Сириус вскочил на ноги:
- Посмотри на меня, Гарри! Какой из меня крёстный отец?! Я беглец и преступник! Меня преследует половина авроров магической Британии! Что я мог бы предложить ребенку? Во что бы я превратил твою жизнь, если бы забрал тебя от родственников?
- В веселое приключение. По меркам Гарри, - насмешливо подсказал Том. Его никто не услышал.
- Я не хотел втягивать тебя во всё это!
- Тогда почему ты изображал Нокса? Мог бы не прикидываться для меня обычной собакой!
- Я хотел! Хотел прекратить это! – оправдываясь, крикнул Блэк. – Тебе с самого начала не стоило со мной связываться!
- И что заставило тебя передумать?
- Ты! – Сириус замолчал и отвернулся. – Когда я увидел тебя одного в том маггловском городе, я просто не мог уйти. Сначала я просто хотел взглянуть на тебя, убедиться, что у тебя всё хорошо, что ты счастлив, а потом... уже в Хогвартсе не смог отказать себе в этом. Я хотел узнать тебя, Гарри, хоть отчасти компенсировать те двенадцать лет. Я понимал, что это не продлиться долго, но хоть на время, - он сокрушенно покачал головой, - хоть на время я хотел ни о чём не думать и просто быть твоим крёстным.
Гарри упрямо насупился.
- Ты мог рассказать про Петтигрю! Я ведь постоянно в школе, я знаю Рона и мог попросить его отдать мне крысу! Я мог помочь! Придумать план, выманить его...
Совершенно неожиданно Блэк в один прыжок преодолел разделяющее их с Поттером расстояние и схватил подростка за плечи, неожиданно грубо встряхнув.
- Ты. Никуда. Не пойдешь! - прорычал он. - Я не позволю тебе!
Том, который во время разговора немного расслабился, снова направил на Блэка волшебную палочку, но не решался атаковать, опасаясь задеть друга.
- Отпусти его! – приказал он.
Мужчина его и не слышал, продолжая сыпать угрозами. По крайней мере, Тому сначала показалось, что он угрожает, но разобраться, что к чему, он так и не успел, потому что мгновение спустя по залу пещеры разнесся новый голос и, услышав его, от неожиданности подпрыгнули все трое:
- Ты разве не слышал, Блэк? - процедил этот голос. - Тебе сказали отойти от мальчика.
Сразу после этих слов в свет магического огонька вступил высокий волшебник, закутанный в черную мантию. У его ног, прижимая к груди маленькие ручки, застыл перепуганный домовой эльф, виновато взирая на Гарри огромными голубыми глазами.
- Простите, хозяин, - прошептал эльф, - Виви сказал, где вы. Виви не знал, что делать. Простите...
Но Гарри на домовика даже не смотрел. Он удивленно открывал и закрывал рот, пока, наконец, не выдавил:
- Пр-профессор Снейп?
Декан Слизерина его проигнорировал.
- В сторону, Блэк, - приказал он. – Иначе, Мерлином клянусь, я снесу твою чёртову голову.
Сириус злобно оскалился, но вместо того, чтобы отойти от Гарри, шагнул вперед, заслоняя подростка собой.
- А-а-а, это ты, поганый Пожиратель, - с презрением выплюнул он. – Что, изображаешь теперь законопослушного гражданина? Зря стараешься, от тебя буквально воняет тёмной магией.
Снейп сощурился и с кончика его волшебной палочки сорвался синий луч. Вскрикнув, Сириус упал на одно колено, судорожно хватая ртом воздух и прижимая руку к плечу, куда попало заклинание.
- Пожалуй, я тебя сам прикончу, - глумливо протянул Северус. – Меня, быть может, даже наградят, - он криво усмехнулся. – Опасный пожиратель, сбежавший из Азкабана, угрожал жизни Гарри Поттера и я, не видя иного выхода, убил его на месте. Складно, выходит, не так ли, Блэк?
- Мстительный ублюдок, - прохрипел Сириус, пытаясь встать, но Снейп тут же пригвоздил его к месту очередным проклятьем и мужчина с болезненным стоном рухнул на пол.
- Хватит! – не выдержав, Гарри сорвался с места и подлетел к Снейпу, загораживая собой крёстного, так же как несколько минут назад защищал от взбешённого Арчера Нокса. – Пожалуйста, сэр! Послушайте меня! Пожалуйста!
- Отойдите Поттер, - ледяным тоном велел зельевар. – Вы и так на грани отчисления за самовольный побег из школы. Хотите ещё и стать соучастником убийцы и Пожирателя смерти? – Северус отчеканил это, ни разу не взглянув на своего ученика.
Гарри беспомощно обернулся к другу, тот, чуть пожав плечами, принялся ненавязчиво крутить в руках свою волшебную палочку, зорко наблюдая за своим деканом, будто хищная птица. В обсидиановых глазах Тома застыла хладнокровная решимость, он не раздумывал и не сомневался, лишь выжидал удачный момент, чтобы напасть на своего учителя. Такой расклад Поттеру не нравился. Он надеялся, что Арчер поможет ему убедить Снейпа выслушать их, а не захочет оглушить его вместо этого. Послав другу предупреждающий взгляд, подросток вновь посмотрел на мастера зелий.
- Сэр, послушайте меня! Он, возможно, невиновен!
- Что вы несете, Поттер? Этот человек виновен в смерти ваших родителей, а вы защищаете его?!
- Неужели вы не хотите знать, из-за кого на самом деле погибла моя мама?! – в сердцах воскликнул мальчик. Эти слова заставили Снейпа вздрогнуть и взглянуть, наконец, ему в глаза. – Вы же дружили с ней! Я знаю, что дружили. Отца вы презирали, но о маме вы всегда хорошо отзывались! Неужели она хотела бы, чтобы за её смерть осудили невиновного?
- Вы забываетесь, Поттер, - опасным шепотом произнёс зельевар, нависая над подростком. – Глупый, наивный ребенок, вас обманули, а вы слепо поверили какому-то отбросу. Не смейте говорить о том, чего хотела, а чего не хотела Лили, вы даже не знали её!
Гарри с шумом втянул носом воздух и отступил на шаг, глядя на своего профессора широко распахнутыми глазами. Всё тело подростка на мгновение будто одеревенело, а потом где-то в груди будто произошел взрыв, и все перед глазами мальчика заволокла подрагивающая молочно-белая пелена ярости. После этого он уже не осознавал и не контролировал ни себя, ни свои слова, ни поступки.
- Вы! – сипло выдохнул он и вдруг, накинулся на своего профессора, ударив его кулаками в грудь. - ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ?!
Не ожидавший от тощего мальчишки, который ростом едва доставал до его плеча, такой выходки, Снейп невольно отступил на шаг, даже не подумав о том, чтобы как-то блокировать удары. Но Гарри и сам остановился, теперь он просто застыл вплотную к своему декану, прожигая его свирепым изумрудным взглядом.
- ВЫ ЛЖЕЦ И ЛИЦЕМЕР! – заорал он ему в лицо. - РЕБЕНОК?! Как же вы все любите это вспоминать, когда вам удобно! А где же вы были со своей заботой о детях, когда меня сплавили к психованным магглам?! Когда я до одиннадцати лет жил в чёртовом чулане?! Когда меня отравили?! Когда нас с Томом чуть не убил тот псих в Запретном Лесу?! Когда меня оставили один на один с василиском?! Когда вы лгали мне о том, что творится с моей магией?! Какой я вам, к дьяволу, ребёнок?! Я не ребенок! И никогда им не был, чёрт бы вас побрал! Я может быть глупый и наивный, но ХВАТИТ говорить мне, что я ребенок! У вас нет на это права! – он замолчал лишь на секунду, чтобы сделать глубокий вдох, но никто даже не попытался его перебить. - А теперь Мерлина ради, хоть раз в жизни, просто ЗАТКНИТЕСЬ и выслушайте меня!
Снейп молчал, забыв про своего заклятого врага, который так и замер на полу, во все глаза глядя на своего крестника с выражением полнейшего шока на лице. Даже Арчер выглядел несколько ошарашенным такой реакцией друга. А Гарри, не обращая внимания на подозрительно притихших магов, скрестил руки на груди, мрачно рассматривая зельевара исподлобья. Уже гораздо спокойней он произнёс:
- Вполне возможно, что настоящий предатель скрывается где-то в Хогвартсе. Я хочу найти его и поймать. Тогда мы сможем с уверенностью говорить, виновен Сириус или нет.
- И кто же, по-вашему, настоящий предатель? - голос Снейпа теперь звучал совершенно безэмоционально, словно в противовес недавнему срыву Поттера.
- Питер Петтигрю.
- Вы в своём уме? – всё так же ровно уточнил профессор.
- Он был анимагом, - сказал Гарри. – Крысой. У Рона Уизли есть крыса. Короста. Сириус сбежал, чтобы попытаться поймать её.
Северус с презрительной насмешкой взглянул на своего давнего недруга.
- Ты свихнулся, Блэк, - с наигранной жалостью произнёс зельевар. – Петтигрю давно мертв, все, что от него осталось это обрубок пальца.
- У крысы Рона нет пальца на передней лапе, - не давая крёстному ответить и тем самым вовлечь Снейпа в очередную склоку, сказал слизеринец, - и по словам Рона, крыса живет у них в семье уже двенадцать лет. Не слишком ли долго для обычного грызуна?
- И не слишком ли много странных совпадений? – добавил от себя Том.
Снейп какое-то время ничего не говорил, глядя то на Блэка, то на Поттера, то на Арчера. На мгновение прикрыл глаза и медленно выдохнул.
- Чёрт бы вас всех побрал, - пробормотал он, строго взглянул на своего ученика и после непродолжительной паузы, сделал глубокий вдох, смиряясь с ситуацией. – Я хочу знать все подробности.
Впервые за весь этот странный вечер с момента разоблачения Блэка, Гарри просиял искренней улыбкой:
- Спасибо, сэр!

***
- Кретином был, кретином сдохнешь, Блэк, - ядовито прокомментировал Снейп, выслушав всю историю до конца. – Вместо того, чтобы залечь на дно где-нибудь на континенте и оттуда подать в суд на Министерство магии за вопиющую халатность в отношении твоего дела, ты полгода носишься вокруг Хогвартса с языком на плече, вламываешься в общежития, угрожаешь ножом студенту и устраиваешь полнейший хаос. И это не говоря уже о том, что вместо того чтобы сообщить властям о Петтигрю, ты кинулся его ловить и в итоге попал в засаду. А потом, вместо того, чтобы хоть слово выдавить в своё оправдание, ржал, как последний псих.
- Я был не в себе.
- Шесть дней? – не унимался Северус. – Даже ваш малахольный нытик-оборотень поверил, что ты предатель.
- Заткнись, слизень, - огрызнулся Сириус.
- Если бы за идиотизм давали срок в Азкабане, то ты свой вполне заслужил, - с удовольствием закончил свою мысль мастер зелий.
Сириус почти обвиняюще посмотрел на своего крестника:
- Ему нельзя доверять, Гарри! Он Пожиратель Смерти.
- Тебе тут тоже пока не очень-то доверяют, - ощетинился зельевар.
- Но вы же посмотрели его воспоминания с помощью Легилименции только что! – заспорил Поттер. - Значит это всё правда.
- Это только значит, что он в это верит, - отмахнулся от подростка Снейп, - кто знает, насколько у него там в Азкабане крыша поехала.
- А не пойти бы тебе... - закончить Сириус не успел, так как волшебная палочка старшего из трёх слизеринцев уперлась аккурат ему под подбородок.
Том зевнул и выразительно покосился на лучшего друга, Гарри решил, что стоит вмешаться и обратился к своему профессору.
- Сэр, так что нам теперь делать?
- Для начала выяснить у кретина-оборотня, правда ли то, что Петтигрю анимаг, - не сводя подозрительного взгляда с единственного гриффиндорца в их компании, Северус злорадно усмехнулся: - Если, конечно, Люпин не твой сообщник.
Глаза Блэка полыхнули гневом, но он ничего не сказал.
- Эм, сэр, может, вы всё-таки не станете протыкать Сириусу горло волшебной палочкой? – робко предложил Гарри, Снейп нехотя отодвинулся от анимага. Поттер чуть приободрился: - Виви может привести сюда профессора Люпина.
Снейп прикрыл глаза.
"Во имя Мерлина, чем я тут занимаюсь?! Помогаю Блэку? Посвящаю в свои планы Люпина? И ради кого?! Поттера! Позор. Какой позор".
Но вместо того, чтобы хоть как-то выразить крайнее недовольство абсурдностью происходящего, Северус вопреки своему желанию разнести Блэку его тупую голову, резко кивнул:
- Ведите его сюда.
Гарри дал знак домовику и тот тут же с хлопком исчез. Наступила неуютная тишина. Все четверо переглядывались между собой. Снейп брезгливо кривился, Сириус скалился в его сторону, Гарри нервничал, а Том скучал. Наконец, Блэк не выдержал:
- Какого чёрта ты здесь вообще забыл, Снейп?
- У тебя плохо с памятью, недоумок? – лениво уточнил зельевар. - Я, кажется, пытаюсь оказать тебе услугу. Зачем-то...
- Вот мне и непонятно, отчего вдруг ты такой отзывчивый стал!
- Сириус, эм... мистер Блэк? – Гарри вдруг растерялся, не зная, как обращаться к этому человеку. Тот на его последние слова поморщился.
- Можно просто Сириус, Сохатик, мы же не чужие.
- Да, хм, Сириус. Так вот, я думаю, тебе не стоит так говорить с профессором. Он согласился нам помочь, и я...
- Да как можно верить ему? Он Пожиратель Смерти, Гарри. Убийца!
- Я в курсе, - сухо сообщил Поттер и посмотрел в глаза своему декану, - и всё же я ему верю.
Пожалуй, из всех присутствующих только Снейп уловил едва слышимые вопросительные интонации в голосе своего ученика и, глядя только на мальчика, медленно кивнул, подтверждая, что Поттер может доверять ему. Подросток благодарно улыбнулся. Блэк весь их безмолвный диалог не заметил и на мастера зелий по-прежнему смотрел враждебно.
- Он предаст тебя, Гарри, как только ему представится шанс, - убежденно сказал он. – Он - слизеринец, они все сволочи и предатели.
- Ну, спасибо большое, - поморщился Арчер, а Гарри одновременно с другом нахмурился.
- Я вообще-то тоже слизеринец, - напомнил он.
- И прекрати выплескивать свой тюремный психоз на детей, - с издёвкой добавил Снейп. Старый враг его проигнорировал и виновато глянул на своего крестника.
- Прости Гарри, я был не прав, возможно, ты и твой друг, - он кивнул сумрачному Тому, - исключения. Но в целом, все выходцы этого факультета отбросы каких поискать.
- Сказал выпускник самого благородного и смелого факультета, чей сокурсник оказался убийцей, лжецом и предателем, - констатировал Снейп. - Браво, Блэк, вы безусловно по всем пунктам превосходите нас, слизеринцев.
- Тебе бы только злорадствовать, змеиное отродье.
- Молчи, пока я тебя не прибил, пёсий сын.
- Чем-то они напоминают мне тебя и Гермиону, - шёпотом заметил Гарри, наклонившись к самому уху лучшего друга. Тот опалили его оскорблённым взглядом и отвернулся.
- Так, Сириус, - Поттер влез в перебранку двух взрослых магов, которые всё больше напоминали подростков, и с интересом посмотрел на своего крёстного, пока не очень понимая, как к нему относиться. С одной стороны, он вроде бы не казался плохим человеком, а с другой - создавал впечатление сумасшедшего. Но, даже несмотря на его отталкивающую внешность и диковатый взгляд, мальчику очень хотелось верить, что его крёстный действительно невиновен в тех преступлениях, за которые его так несправедливо осудили.
- А... это ведь ты подарил мне ту метлу на Рождество? - Гарри несмело улыбнулся, когда дымчато-серые глаза мужчины обратились к нему
Сириус чуть смущённо пожал плечами, запустив пальцы в свои грязные всклокоченные волосы.
- Отчасти, это была моя вина, что твоя метла превратилась в щепки во время того кошмарного матча, и я решил, что будет справедливо подарить тебе новую.
Том громко фыркнул.
- В итоге, Грейнджер оказалась права, - со смешком заметил он. – Метлу и правда прислал Блэк.
- Да, - Гарри нахмурился. – Только она не была прокляла.
- Проклята? – анимаг вопросительно изогнул брови.
- Из-за того, что подарок был без подписи, все всполошились и решили, что ты прислал мне заколдованную метлу, - после этого Гарри мстительно глянул на своего декана: - Ведь с "Молнией" всё в порядке, сэр?
- По-видимому, да, - поморщился слизеринский декан. – По крайней мере, мы пока не выявили никаких вредоносных проклятий.
- О, здорово! – обрадовался подросток. – И когда вы мне её вернёте?
- Когда буду уверен, что вы не расшибетесь на ней в лепешку из-за какой-нибудь неучтенной мелкой пакости, оставленной вашим идиотом-крёстным.
- Я бы никогда не навредил Гарри!
Язвительный ответ Снейпа, готовый сорваться с его языка, прервал громкий хлопок, и в пещере тут же стало на одного гриффиндорца больше.
После этого Снейпу пришлось пережить душераздирающую сцену тошнотворных объятий, объяснений, приступов самобичевания и снова объятий, пока эта парочка кретинов выясняла отношения и клялась друг другу в вечной преданности. Наконец страсти немного поутихли, Люпина ввели в курс дела, и Северус выдал оборотню листок с адресом:
- Бери своего придурочного дружка и отправляйтесь в этот дом. Он защищен от поисковых чар и прочей министерской лабуды. На улицу выходить не смейте. Проследи, чтобы этот недоумок, - зельевар кивнул в сторону Блэка, - не ударился снова в самодеятельность. Пусть сидит там, пока я не дам дальнейших указаний.
- Указания от слизеринца?! – презрительно скривился анимаг. - Вот ещё! Рассказывай кому-нибудь другому свои змеиные сказки!
- Детский сад, - на выдохе прошептал Том, так, чтобы услышал его только Гарри, тот согласно покивал и уныло вздохнул.
- Сириус, не нужно, - попытался вмешаться Люпин, но тот лишь отмахнулся.
- Он заманит нас в ловушку, Ремус, и сдаст аврорам. Приятно, наверное, будет убить двух зайцев одним выстрелом, а, Снейп?
- Из нас двоих талант на гнусные ловушки только у тебя, Блэк, - холодно отрезал Северус. - Если бы я хотел отомстить, выбрал бы что-нибудь менее очевидное и более изощренное, чем примитивную западню. А теперь, Мерлина ради, закрой свой рот и не зли меня.
Конечно, просто молчать Блэк не мог, поэтому на обсуждение дальнейших планов ушло куда больше времени и терпения слизеринского декана. В итоге он все же наложил на идиота Силенцио, и остаток разговора прошел вполне мирно. Наконец, Люпин собрался аппарировать вместе с Сириусом в защищенный дом.
- В Хогвартс вернёшься завтра, - напутствовал его Северус. – Я предупрежу Дамблдора.
- Предупредите о чем? – вдруг забеспокоился Гарри, до этого смирно наблюдающий за происходящим.
- Директор должен знать, что происходит, Поттер, - отрезал мастер зелий. - Тем более, если ваш болван-крёстный не врет, в школе, возможно, находится Пожиратель Смерти.
- Нельзя рассказывать ему о Сириусе! – заспорил мальчик.
- Поттер, приберегите свой детский максимализм и обиды. Нам в любом случае потребуется его помощь, - почти по слогам сказал зельевар. – Он влиятельный человек, и если вы хотите оправдать своего непутёвого крёстного, то обращаться стоит в первую очередь к нему.
Гарри покачал головой и нахмурился. Слова декана подростка явно не убедили, но и спорить дальше он не стал, понимая, что Снейпа ему не переубедить. Единственное, в чем был уверен мальчик, так это в том, что ничего хорошего от директора можно было не ждать.
- Пора отправляться, - напомнил Ремус, подходя к Сириусу.
- Да уж, проваливайте уже, - проворчал зельевар, подталкивая Гарри и Тома к выходу из пещеры, - детям давно пора вернуться в школу, отбой через пятнадцать минут.
Поттер обернулся, поймав взгляд своего крёстного.
- До встречи? – неуверенно попрощался он.
В ответ Блэк просиял мальчишеской улыбкой и стал отдаленно похожим на того красивого юношу, которым когда-то был.
- До встречи, Сохатик, - кивнул анимаг. – Не переживай, скоро всё будет хорошо.
Гарри кивнул и позволил наконец профессору утащить себя прочь.

***
До Хогвартса все трое добирались в молчании. Снейп проводил детей до входа в гостиную и, велев Арчеру ждать внутри, дождался пока они с Гарри не останутся в коридоре одни, после чего опалил мальчика гневным взглядом.
- Ваша выходка с побегом, Поттер, переходит все границы, - процедил он. – Я не потерплю столь вопиющего нарушения школьных правил. Не говоря уже о вашем непозволительном поведении в отношении своего профессора. На этот раз я назначаю вам лишь две недели отработок у меня, но, – голос зельевара упал до злобного шипения, - только попробуйте ещё хоть раз устроить нечто подобное и вы очень сильно пожалеете об этом. Вам всё ясно?
- Да, сэр, - покладисто кивнул подросток, признавая, что в этот раз знатно напортачил. Помедлив, он всё же решился улыбнуться своему строгому учителю: - Я очень благодарен вам за помощь, сэр, - прошептал он и торопливо скрылся в Слизеринском общежитии.
Северус только раздраженно цокнул языком. Чёртов мальчишка как обычно был совершенно невосприимчив к угрозам. Постояв в задумчивости ещё пару секунд, пытаясь утрамбовать в голове события этого безумного дня, декан Слизерина отправился к Дамблдору, ворча себе под нос что-то о несносных, отвратительных, сопливых паршивцах. Ситуация с Блэком особенно его не беспокоила. Если тот всё же нарвется на авроров и получит свой поцелуй, большой трагедии для Северуса не случится, хотя, надо сказать, двенадцать лет в Азкабане по ложному обвинению – серьезный срок. И как бы сильно Снейп не презирал этого человека, глумиться над ним за его судьбу у него отчего-то не особо получалось. Он даже злорадствовал через силу.
"Это всё Поттер, - обиженно думал зельевар. – Он превращает людей в сентиментальных сопливых слюнтяев с пунктиком справедливости".

***
Гарри торопливо шагал по коридору, стараясь радоваться жизни вопреки нудящей позади него Мелиссе Хант, с которой он волею случая столкнулся пять минут назад и теперь никак не мог от неё отделаться. На самом деле пока всё шло очень даже неплохо. Сириус теперь скрывался в каком-то безопасном месте и, по словам Снейпа, готовился направить официальную жалобу в Министерство относительно его несправедливого заключения. Директор взялся им помогать, но очень осторожно, чтобы не привлекать к школе и персоне Гарри Поттера нежелательного внимания. Пока он просто позволил профессору Люпину отлучиться из школы на несколько дней под каким-то благовидным предлогом и связался со своими старыми знакомыми, чтобы выяснить ситуацию в аврорате и отделе расследований. Гарри, в свою очередь, со скрипом помирился с Гермионой и рассказал ей всю историю, попросив приглядывать за Уизли, на тот случай, если объявится Короста. А Том с необычайным для него интересом принялся изучать архивы двенадцатилетней давности, когда проходили судебные процессы по делам Пожирателей. Поначалу его увлечение было продиктовано обычным любопытством, ибо он никак не мог понять, каким образом кто-то может без суда засадить человека в такое место, как Азкабан. Но потом, начитавшись статей в старых выпусках "Пророка" и выдержек из разнообразных трудов новейшей истории, что описывала войну с Волдемортом, совершенно неожиданно увлекся магическим правом и сводами законов.
Таким образом, на какое-то время все оказались заняты этой общей тайной и остальные противоречия и передряги отодвинулись на задний план. Тем более, когда стало ясно, что за Гарри никто на самом деле не охотится и прибегать к параноидальным мерам предосторожности уже не нужно. Конечно, оставался Петтигрю, его на карте Хогвартса всё так же не наблюдалось. А ещё разрушающаяся магическая кора, из-за которой у Гарри через пару дней после истории с Блэком, случился очередной стихийный выброс, превративший в руины кабинет мадам Помфри. Но всё это неожиданно начало казаться Поттеру нестрашным и поправимым, ведь возможно... только возможно, что когда они поймают Петтигрю и Сириуса оправдают, он сможет жить вместе с крёстным и ему не придется возвращаться к Дурслям. Хотя, подросток и сам не понимал, откуда он набрался такого жизнеутверждающего оптимизма. Сириус ничего не говорил о том, что хочет быть опекуном Гарри и забрать его к себе. Да и его оправдание пока казалось почти невероятным. И всё же Гарри нравилось верить в лучшее.
Тем не менее, бурчащая позади Мелисса бесила невыносимо. Целительство неожиданно отменили из-за того, что профессора Айскальта вызвали в клинику св. Мунго, и у Гарри образовалось окно, поэтому мальчик направлялся в библиотеку, чтобы заняться своим эссе. Совершенно неожиданно к нему прицепилась Хант. Она всё ныла и ныла. О том, какой у них ужасный профессор целительства и как это непрофессионально - вот так пропускать уроки, какой он злой и несправедливый, что в любимчиках держит только Гарри, а это странно, потому что "ты, Поттер, бездарность". Слизеринец стоически сносил этот гундеж, пока у него, наконец, не лопнуло терпение. Он резко остановился и обернулся к Хант. Рейвенкловка тоже замерла, вопросительно глядя на него большими блеклыми глазами.
- Я забыл учебник в кабинете целительства, - вместо заготовленной гневной отповеди сказал он, сообразив вдруг, что и правда, забыл там учебник.
- Я пойду с тобой, - заявила Мелисса.
- НЕТ! – рявкнул он, потом осекся и постарался изъясняться более вежливо: - В смысле... зачем?
Она пожала плечами:
- Мне скучно.
- Это не повод ходить за мной туда-сюда.
- А вдруг ты вздумал что-нибудь утащить из кабинета, - выдала она противным голосом.
Поттер, не сдержавшись, закатил глаза:
- Что, к примеру? Парты?
- Я пойду с тобой.
- Как хочешь, - фыркнув, он прошел мимо девочки и поторопился в сторону кабинета целительства, надеясь, что она отвяжется от него на полпути.
Увы, Мелисса продолжала тащиться следом, но по крайней мере теперь она молчала, хмуро глядя себе под ноги и о чем-то размышляя. Гарри был благодарен хотя бы за это.
Толкнув дверь в пустующий кабинет, Гарри хотел было сразу направиться к своей парте, когда вдруг краем глаза уловил какое-то движение. Резко обернувшись, мальчик застыл, как вкопанный, встретившись взглядом с низеньким полным человечком, которой неотрывно таращился на него из противоположной части аудитории. Он был одет в потрепанную, грязную мантию неопределенного цвета, маленькие поблескивающие глазки глядели на подростка с испугом и удивлением. Он явно не ожидал натолкнуться здесь на кого-либо. Слизеринец смотрел на этого человека, на его изрядно поседевшие короткие волосы, на подрагивающие, бледные руки с короткими толстыми пальцами, которые он прижимал к груди словно грызун. На одутловатое, испещренное морщинами лицо, в котором угадывались какие-то крысиные черты. И понимал, что за последние двенадцать лет этот волшебник изменился даже сильнее Блэка, просидевшего все эти годы в Азкабане. Наконец, слова Сириуса обрели реальное, живое доказательство. Вся остальная цепочка событий сложилась в сознании Поттера за доли секунды и только в этот момент он в полной мере испытал гнев по отношению к лживому предателю, из-за которого пострадало столько человек.
Неожиданная встреча так шокировала обоих, что первые десять секунд и Гарри, и Питер Петтигрю просто смотрели друг на друга в абсолютном ступоре. Первым в себя пришел слизеринец. Выхватив волшебную палочку, он без предупреждения отправил в мужчину парализующее заклятье и тот, успев только жалобно пискнуть, мешком повалился на пол.
Шагнув к обездвиженному волшебнику, мальчик презрительно скривился.
- Зря ты вернулся, Питер, - сказал он, - очень надеюсь, тебя приговорят к поцелую.
Он хотел обернуться к Мелиссе, которая должна была быть где-то поблизости, хотел попросить её привести директора или преподавателей, но в это самое мгновение его в спину ударило чье-то заклятие. Гарри не успел ни защититься, ни увернуться. Перед глазами поплыли черно-красные круги, ноги подкосились. Отчаянно цепляясь за угасающее сознание, мальчик, будто во сне вытянул вперед руку, пытаясь ухватиться за что-нибудь, но мир вокруг окончательно заволокло молочно-белым туманом, и подросток провалился в густую тьму, сотканную из вязкой тишины и гнетущего страха.

Примечание автора:
*в оригинале он был Padfoot – его переводили в некоторых вариантах как Мягколап или Большелап (вроде), но мне больше нравится Бродяга, так что я оставила классическую версию. Это если вдруг возникнут вопросы откуда у Гарри такие ассоциации.

Том подавил очередной порыв наложить на Грейнджер Силенцио, пока она вслух размышляла о способах выманить Петтигрю из укрытия и одновременно выражала свои сомнения относительно истории Блэка. Руны закончились, и Арчер уже почти добрался до лестницы в спасительные подземелья, где надеялся укрыться от навязчивой девчонки, но она отчего-то всё не отлипала.
- Грейнджер, вот объясни мне, ты так отчаялась найти друзей, что решила отныне и впредь изводить меня? – колко поинтересовался он, остановившись посреди коридора.
Гермиона моргнула:
- Нет, конечно, но с кем еще мне это обсуждать? Кроме тебя в курсе только Гарри, но его-то здесь нет.
- Ну так поищи его, - предложил Том. – Спорю на свою волшебную палочку, он опять торчит в библиотеке.
Она высокомерно фыркнула, тряхнув копной каштановых кудряшек.
- Какой же ты нелюдимый!
- Я просто не терплю пустой болтовни, - вежливо сообщил он и зашагал вниз по лестнице, оставляя девочку у себя за спиной.
Гриффиндорка за ним не последовала и, судя по выбранному ей направлению, отправилась-таки искать Поттера в местный Храм Знаний. Слизеринец только насмешливо глянул ей вслед. Конечно же, бедняжке было невдомек, что после Целительства Гарри собирался пойти кормить фестралов с Лавгуд, но не говорить же ей об этом. Ведь тогда это было бы совсем не весело. Улыбнувшись своим мыслям, Том спустился в подземелья и поспешил в общежитие.

***

Короткая стрелка часов неумолимо подбиралась к десяти, а Гарри так и не объявился. Пофыркав на друга, который вечно где-то застревал, Том уже собрался поискать его на Карте Мародеров, но в этот момент проход в общежитие открылся, и в гостиную шагнул очень-очень недовольный слизеринский декан. Ученики притихли, когда мрачный профессор зелий обвел взглядом каждого из них, пока, наконец, не заметил сидящего поодаль Арчера.
- Сэр? Что-то случилось? – невинно поинтересовался мальчик, когда Снейп подошел ближе.
Расположившиеся за соседним столом Драко и Блэйз изо всех сил прислушивались к разговору. Тома это злило, но подросток старался не замечать их повышенного внимания. В конце концов, ни он, ни Гарри ничем предосудительным в кои-то веки не занимались. Зельевар тем временем окинул Арчера подозрительным взглядом:
- Где черти носят вашего тупоголового приятеля?
- Ну, здесь его не было, сэр, - исключительно вежливо улыбнулся мальчик, который вдруг понял, чем вызвано негодование профессора. Поттер должен был сегодня явиться на свою отработку и, судя по выражению лица их декана, благополучно про это забыл.
«Чтоб тебя, Гарри!» - мысленно выругался Том.
- Когда он объявится, - процедил Снейп, - передайте, чтобы он немедленно пришел ко мне в кабинет. Я не потерплю подобной наглости даже от нашего Золотого Мальчика, который, похоже, решил следовать примеру своего бездарного папаши и игнорировать школьные правила и указания профессоров.
Отчеканив это, зельевар круто развернулся на каблуках, взмахнув полами широкой черной мании, и стремительно покинул общежитие.
Повисло тягучее молчание. Том скривился, чувствуя, что его разглядывает половина присутствующих слизеринцев и с показным безразличием уткнулся взглядом в книгу. В это самое время Забини, подперев рукой голову, с задумчивой улыбкой бросил, ни к кому конкретно не обращаясь:
- Мне вот интересно, может наш Гарри хоть один денёк обойтись без приключений?

***

По-настоящему Арчер забеспокоился только когда прозвучал отбой, а лучший друг так и не появился. Мантия-невидимка и Карта Мародеров лежали в его тумбочке, в гостиной он с обеда не был и, как выяснилось, последним его видел Забини перед уроком Целительства, который отменили.
Том несколько раз осмотрел Карту Мародеров, даже тайком сходил в Выручай-Комнату. Её не было на карте, и если Поттер находился там, то и правда мог в каком-то смысле исчезнуть с территории школы. Но и в их тайном укрытии друга не было. Обратно в подземелья Том возвращался уже не просто обеспокоенным. Он был в панике. Гарри не стал бы сбегать из школы, не сообщив ему. Да и незачем ему было уходить. А значит, что-то случилось.
"Мы слишком рано расслабились, узнав, что Блэк не собирается убивать Гарри, - думал Арчер, торопливо шагая по коридору, - и кому-то наша беспечность сыграла на руку. Только кому?»
Слизеринец остановился и на мгновение прикрыл глаза: "Ну где же ты?" – в который раз спросил тебя Том, мысленно обращаясь к лучшему другу. Ответом ему была гулкая тишина и холодный страх. Не позволяя себе поддаваться отчаянию раньше времени, подросток стянул с себя мантию-невидимку и, уже не скрываясь, отправился прямиком к Снейпу. Больше молчать об этом было нельзя.

***

Обнаружив на пороге своего кабинета до крайности взвинченного мальчика, Снейп не выказал ни капли удивления и лишь сухо поинтересовался:
- Вы, конечно, в курсе, сколько сейчас времени, мистер Арчер?
- Сэр, - Том даже не стал извиняться за свою ночную вылазку, - Гарри пропал.
Зельевар молчал ровно пять секунд.
- Объясните.
- Он так и не вернулся в общежитие, и в школе его нет.
- Вы уверены? Он может болтаться где-нибудь, этот недалёкий...
- Сэр! – голос слизеринца, обычно такого холодного и сдержанного, буквально звенел от тревоги. - Поверьте, я абсолютно точно уверен, что Гарри нет в Хогвартсе.
Мастер зелий смерил своего ученика задумчивым взглядом. Арчер не стал бы бить тревогу понапрасну. Наконец, он медленно выдохнул и, прикрыв глаза, прижал пальцы к переносице, стараясь унять подступающую мигрень.
- Всё понятно, - глухо сказал Снейп, – отправляйтесь в своё общежитие, я извещу Дамблдора.
- Я хочу пойти с вами!
- Меня не волнует, чего вы хотите, Арчер, - рыкнул декан Слизерина. – Отправляйтесь к себе.
В чёрных глазах подростка полыхнуло раздражение, но он только дернул плечом и нехотя подчинился. Проводив мальчика взглядом, Северус возвратился в свой кабинет, чтобы незамедлительно вызвать Дамблдора по каминной сети.
***
Следующим утром Гарри так и не появился. Как только директор узнал об исчезновении ученика, на поиски тут же были отправлены почти все профессора. Хогвартс и все прилегающие к замку территории разве что не светились от обилия всевозможных поисковых заклинаний, но никаких результатов это не дало. Снейп даже вызвал по каминной сети Люпина, в безумной надежде, что мальчишка каким-то образом мог связаться с ними, но оборотень лишь беспомощно покачал головой. Услышав об исчезновении своего крестника, Блэк, ясное дело, принялся кидаться на стены, требуя немедленно пустить его в Хогвартс, чтобы он мог принять участие в поисках, на что Северус хладнокровно пообещал самолично сдать его дементорам или аврорам, если тот хотя бы попытается объявиться на территории школы.
- Ты хоть осознаёшь, кого они будут винить в исчезновении мальчика, недоумок? – отчеканил он. – Стоит тебе высунуть свою безмозглую голову из укрытия и её снесут первым же заклинанием! - зельевар злорадно хмыкнул. - Не то чтобы меня это сильно заботило, конечно, но подумай на секунду о своём крестнике и о том, что он почувствует.
Это немного поумерило пыл анимага, но он по-прежнему места себе не находил от беспокойства и беспрестанно твердил, что за всем этим стоит Петтигрю. Северуса посещали схожие мысли, но он никак не мог взять в толк, как посредственному трусливому волшебнику, который провел последние двенадцать лет в облике крысы, удалось похитить из-под носа у Дамблдора Мальчика-Который-Выжил и при этом остаться незамеченным. Слишком уж сомнительное предположение. Да и Поттер был не лыком шит, чтобы так просто позволить себя схватить, даром, что мальчишке всего тринадцать лет. Кто-то должен был что-то заметить.
Тем не менее, факт был налицо - Гарри Поттер бесследно исчез. Никто толком даже не мог сказать, где и когда видел его в последний раз. Понимая, что выхода у них нет, директор и деканы всех четырёх факультетов опрашивали тех студентов, которые так или иначе могли пересекаться с мальчиком в течение дня. Кто-то из учеников говорил, что Поттер был на ужине, кто-то утверждал, что после завтрака его уже и след простыл. Блэйз Забини признался, что виделся с Гарри перед уроком Айскальта, но так как занятия отменили, они разбрелись кто куда и с тех пор не встречались. Мелисса Хант, безразлично пожав плечами, сообщила, что Поттер собирался забрать что-то из кабинета целительства, но так как он вел себя грубо и заносчиво, она с ним не пошла, и сразу отправилась на обед, и куда там после этого делся Золотой Мальчик, ей было совершенно неинтересно. Арчер утверждал, что в последний раз разговаривал с другом перед тем, как тот отправился на целительство, а Луна Лавгуд, что собиралась встретиться с Поттером после уроков, но он так и не появился.
Посему выходило, что подросток пропал во время последнего, отмененного, урока. Но как это случилось, и с кем слизеринец общался последним, выяснить так и не удалось.
К полудню уже вся школа знала о том, что пропал самый знаменитый ученик. Студенты взволнованно перешептывались, гадая, что же с ним произошло. Поговаривали, что Блэку всё же удалось добраться до Гарри, но и Снейп, и Дамблдор прекрасно понимали, что Сириус здесь совершенно ни при чём. Увы, ни Министру, ни аврорам, что прибыли в Хогвартс, сказать об этом они не могли.
Преподавателей и учеников допрашивали по-отдельности, уделяя особо пристальное внимание всем представителям змеиного факультета. Но, конечно, узнать что-либо полезное так и не удалось. Фадж начал совершенно бессмысленную облаву на Блэка, от которой не было никакого проку. Как и от бесконечных допросов, на которые особенно параноидально настроенные авроры таскали декана Слизерина, пытаясь обвинить бывшего Пожирателя Смерти в похищении Мальчика-Который-Выжил. Снейп тихо сатанел, но, сохраняя хладнокровие, покорно отвечал на однотипные, идиотские вопросы, попутно мечтая кого-нибудь проклясть. В конце концов, в ситуацию вмешался Дамблдор, очень убедительно попросив возглавляющего поиски аврора искать настоящего преступника и оставить в покое школьного профессора.
Альбус держался спокойно и уверено, но даже Снейпу было видно, как сильно ударила по старику новость о похищении ученика.
«Если его, конечно, похитили, - апатично думал Северус, - а не убили где-нибудь в лесу во время его очередной кретинической прогулки».
Впервые на памяти Снейпа обед в Большом зале проходил в такой тишине. Совершенно вымотанные, серые от беспокойства преподаватели в полнейшем молчании сидели за столом, и у каждого в глазах читался страх за жизнь мальчика и вина за то, что они не смогли его защитить.
Ученики еле слышно переговаривались между собой, напряженно переглядывались, некоторые даже тихонько всхлипывали. Не было слышно ни смеха, ни веселых разговоров. Все были напуганы. Ведь если кому-то удалось с такой легкостью похитить из школы знаменитого Гарри Поттера, то не грозит ли им самим ещё большая опасность?
Слизеринский стол был погружен в траурное молчание. Драко несколько раз пытался заговорить с Арчером, но так и не смог выдавить из себя ни слова. Даже Забини был непривычно молчалив и удрученно смотрел в одну точку. Пэнси бы с удовольствием позлорадствовала, но возле неё расположилась мрачная Дафна, и это останавливало её от открытого проявления эмоций.
За гриффиндорским столом, словно оглушенная, сидела Гермиона Грейнджер. Она ничего не ела, не слышала, что ей говорит Джинни Уизли и, как ни странно, Рон. Девочка лишь то и дело растеряно оборачивалась к Арчеру, словно безмолвно спрашивая его, как же так получилось. А он её даже не замечал, спокойно поглощая свой ужин и ни с кем не разговаривая. Том был собран, холоден и сдержан, как обычно. На бледном лице не отражалось ни тревоги, ни страха. Лишь в глубине глаз таилось нечто такое, отчего почти никто не решался встречаться с ним взглядом. А у каждого рискнувшего десятками крошечных иголочек пробегал неприятный холодок по спине.
- В твоих глазах сплела паутину Смерть, - сказала Луна Лавгуд.
Том моргнул и искоса взглянул на неё. Оказалось, рейвенкловка ждала его у выхода из Большого Зала. Поравнявшись с ним, она пошла рядом.
- Что тебе нужно? – безразлично бросил Арчер.
Она пожала плечами.
- Сама не знаю. Мне кажется, это тебе что-то нужно.
- Мне ничего не нужно. Уходи.
Луна промолчала, но отставать от него не собиралась.
- Ты холишь и лелеешь свою ненависть, кормишь и взращиваешь её. Так нельзя. Однажды она погубит тебя.
- Спасибо, я учту.
- Тебе опасно ненавидеть, Том.
Он остановился и взглянул ей глаза:
- Вот как? И почему?
- Это сведет тебя с ума, лишит воли и уничтожит.
- Очень ценные сведения, - колко отозвался мальчик. – Но ты ошибаешься. Ненависть делает нас сильнее. Только благодаря ей можно обрести настоящее могущество. Так с чего мне отказываться от неё?
- Ненависть только разрушает. Настоящую силу несет любовь.
Губы слизеринца искривились в презрительной усмешке.
- Любви не существует.
С этими словами он оставил её одну, поторопившись в кабинет директора, чтобы узнать есть ли какие-нибудь новости о Гарри. Разговор с этой девчонкой совершенно неожиданно всколыхнул все его чувства, которые он так отчаянно сдерживал. И если он сию же секунду не успокоится, то просто кого-нибудь убьёт. В одном Лавгуд была права. Его ненависть была разрушительна, но не для него, а для того несчастного, кто решил причинить вред его лучшему другу.

***

Снейп сообщил своему студенту пароль ещё утром и теперь, благополучно миновав охраняющую вход каменную горгулью, Арчер поднялся по лестнице и постучал в кабинет Дамблдора. Получив приглашение войти, подросток толкнул тяжелую дверь и перешагнул порог.
- А, мистер Арчер, мы как раз о вас говорили, - старый волшебник мимолетно улыбнулся Тому, пока тот рассматривал двух магов, расположившихся в гостевых креслах напротив хозяина кабинета. Первый колдун никакого удивления у мальчика не вызвал, сегодня он почти целый день здесь торчал, если не был занят другими делами. В конце концов, декан Слизерина должен был быть в курсе всех последних новостей о ходе поисков пропавшего ученика. Но вот второй гость директора, точнее сказать гостья, вызывала некоторое недоумение.
- Хельга? - Арчер остановился посреди кабинета, рассматривая знакомую. – Что вы здесь делаете?
Долохова скупо улыбнулась подростку и, вытащив изо рта дымящуюся трубку, пожала плечами:
- Консультирую.
- Я пригласил госпожу Эндрюс, - пояснил Дамблдор. – Её талант нам может очень пригодиться в поисках Гарри. Прошу, присаживайтесь, мистер Арчер.
Между Снейпом и Хельгой тут же появилось еще одно кресло, и Том, помедлив, тоже сел, оказавшись аккурат напротив директора.
- Итак, госпожа Эндрюс, - старик явно продолжал разговор, который они вели до появления слизеринца, – вы попробуете?
Ведьма поморщилась:
- Я механик, а не собака-спасатель, - проворчала она. – У меня есть устройства для поиска, но даже если ваши заклинания не смогли обнаружить Гарри, сомневаюсь, что от меня здесь будет прок.
- И все же у магических устройств несколько иная специфика? – уверенно предположил директор.
Долохова фыркнула.
- О, да, но на чудо не рассчитывайте.
Она выудила из небольшого кожаного портфеля, что стоял возле её ног, небольшой овальный предмет, на котором были отмечены стороны света. В центре устройства крепилась длинная стрелка. В целом, вещица чем-то напоминала обыкновенный компас.
- Освободите стол, - не глядя на директора, произнесла-приказала Хельга, пока подкручивала какие-то колесики и рычажки на устройстве.
Дамблдор без лишних вопросов провел рукой над столешницей, и всё, что на ней стояло - пара чашек с чаем, хрустальная вазочка с конфетами, чернильница, подставка с перьями, свитки и пергаменты - мгновенно исчезло без следа.
Женщина аккуратно опустила «компас» на центр стола и щелкнула пальцами по стрелке, запустив механизм. Несколько секунд все присутствующие в молчании наблюдали, как тонкая стрелка быстро вращается вокруг своей оси. Вдруг от магического устройства по отполированной столешнице поползли едва заметные линии. Сперва они походили на тонкие, изломанные трещины, но постепенно растекались, обретая формы и раскрашиваясь разными цветами, пока на глазах волшебников на столе не образовалась очень подробная карта на большом листе пергамента, занявшем практически всю поверхность стола.
Стрелка сделала еще один оборот и с щелчком замерла, указывая на север. Все склонились над картой, повисло непродолжительное молчание. Хельга хмурилась и дымила трубкой, Снейп, сощурившись, что-то подсчитывал в уме, а Том, как и директор, внимательно рассматривал карту. Она выглядела так, словно это был какой-то небольшой фрагмент, вырванный из общей картины местности. Дороги, маленькие деревушки, города, леса. Мальчик чуть склонил голову к плечу:
- Это Аберфелди, - он указал на небольшой городок у самого побережья узкой, извилистой реки.
- Действительно, - помедлив, согласился Дамблдор, бросив заинтересованный взгляд на подростка. - Как вы узнали?
- По реке и национальному парку, - слизеринец пожал плечами, - это, - он указал на зелёную зону, уходящую за пределы карты, - самый большой национальный парк Шотландии, рядом река, множество озер и небольших городов.
- Вы знаете наизусть карту Великобритании? – скептически поинтересовался Снейп.
- Фрагментарно, - Том пожал плечами так, будто в этом не было ничего особенного, и посмотрел на директора. - Это ведь не так далеко от Хогвартса.
Мастер Зелий с недоумением уставился на своего ученика.
- Хогвартса нет ни на одной карте, как вы можете утверждать это?
- Вычислил приблизительное место расположения, - буднично объяснил мальчик, не обращая внимания на взгляды, которыми обменялись между собой профессора. Вот так просто просчитать приблизительное расположение магического замка, скрытого ото всех и вся, мог не каждый взрослый волшебник, не то что сопливый тринадцатилетка. Да и такие топографические навыки у ребенка казались почти невозможными. Чтобы настолько детально знать расположения городов и рек, мальчик должен иметь фотографическую память.
- Итак, допустим, у нас есть карта, - Северус решил не заострять сейчас внимания на неожиданных познаниях мальчишки. – Что это нам даёт? Область поиска огромна.
Долохова досадливо скривилась.
- Это всё, что смог вычислить «универсальный поисковик». Защитное поле не позволит обнаружить более точное место. От этого пункта, - она указала туда, где располагался сам «компас», - нужно двигаться на север.
- На севере начинаются леса и горные цепи, - ядовито отметил декан Слизерина, - и помимо этого располагается множество крошечных городков и деревень. Вы предлагаете их все обыскать?
- Я ничего не предлагаю, - сухо улыбнулась ведьма, - я лишь консультирую.
- Немного толка от ваших консультаций, - хмыкнул Снейп.
- Без меня у вас бы и этого не было, - резонно заметила Хельга и отвернулась к директору. – На этом всё. Я попробую использовать еще несколько устройств, когда доберусь до дома, но вряд ли они покажут лучший результат.
- Спасибо, госпожа Долохова, - благодарно кивнул директор, - вы нам очень помогли. Последний вопрос. Вы можете предположить, какой магией окружен мальчик, раз его не способны обнаружить даже ваши устройства?
Она размышляла над ответом не более пяти секунд.
- Очень сильной.
- Благодарю. Не смею вас больше задерживать.
Хельга кивнула, забрала свой «компас» и, ни с кем не попрощавшись, удалилась по каминной сети восвояси.
Арчер угрюмо изучал карту, которая так и осталась лежать на столе. Его декан был прав. Область поисков была слишком велика. Снейп, тем временем, откинулся на спинку кресла, в задумчивости глядя в окно. Дамблдор барабанил пальцами по подлокотнику и молчал. Хорошие идеи никому в голову пока не приходили.
По крайней мере, у них появилась новая зона для исследования, куда можно отправить авроров. Директор как раз собрался пригласить руководителя поисковой группы, как неожиданно тишину в кабинете разорвал громкий хлопок и у ног Тома материализовался убитый горем домовой эльф.
- Виви не смог пробиться! - вцепившись в штанину юного слизеринца, всхлипнул он. - Виви чувствовал хозяина где-то далеко, но не смог попасть к нему.
- Он звал тебя? – встрепенулся подросток. - Он в сознании?
- Виви не знает, - домовик замотал головой, - Виви только чувствует.
- По крайней мере, он жив, раз ты его чувствуешь, - Том прикрыл глаза и медленно выдохнул, ощущая, как его покидает часть раздирающего сознание ужаса. До этого мгновения его почти сводил с ума страх, что уже ничего нельзя изменить и исправить.
- Любопытно, - произнес Директор, разглядывая домовика. – Виви способен перемещаться в Хогвартс, игнорируя защитные чары колдунов, но, тем не менее, не может преодолеть барьер, отделяющий его от Гарри.
- А ведь такое уже случалось, - Арчер посмотрел на директора, - в прошлом году, помните, сэр? – он обернулся к Снейпу.
Зельевар кивнул.
- Тогда дом тех магглов окружил барьером другой домовой эльф.
- Выходит, домовики способны преодолевать защитные чары волшебников, но не могут пересекать магические преграды других домовиков? – уточнил Том.
- Полагаю, им не под силу перемещаться за барьеры любых волшебных существ, - ответил директор. – Это в своём роде защитная способность магических созданий, не позволяющая другим видам вторгаться на их территорию.
- Получается, у того, кто похитил Гарри, есть домовик? – продолжил размышлять Том, пока не очень понимая, что им даст эта информация.
- Или какое-то другое магическое существо...
Тут голос подал Виви:
- Если бы барьер установил другой домовой эльф, Виви смог бы услышать хозяина и переместиться поближе к нему.
Северус долго смотрел то на эльфа, то на директора, то на Арчера.
- Итак, - подытожил он, - Мы имеем дело не только с колдуном, но и с неким волшебным существом, достаточно могущественным, чтобы создать весьма незаурядный магический барьер. Просто замечательно.
Все промолчали.

***
Холод. Это было первое, что почувствовал Гарри, приходя в себя. Он лежал на чем-то жестком и холодном. Камни. Нет. Скорее, каменные плиты. Твёрдые, гладкие и невыносимо ледяные. По мере того, как к нему возвращалось сознание, подросток различал всё больше звуков и запахов вокруг себя. Пахло плесенью, сыростью и какими-то горькими травами, словно он находился где-то посреди болота. Это было странно, очень хотелось понять, где же он, но глаза открывать мальчик не спешил, опасаясь, что как только он это сделает, головная боль, сейчас лишь слабо пульсирующая, сожмет виски и затылок стальными тисками.
Где-то над ним, очень близко, послышалось учащенное, сиплое дыхание, будто стоящий рядом человек был сильно напуган или взволнован и вдруг...
- Какого чёрта ты творишь, ничтожество?!
От резкого окрика Гарри едва не вздрогнул. Этот голос был ему невероятно знаком, но он никак не мог понять, кому он принадлежит.
- Я-я-я подумал, что вам нужен мальчишка... - второй голос дрожал и звучал очень жалобно.
- На кой чёрт он мне сдался?! Что, по-твоему, мне с ним делать? В шашки играть?! – гаркнул знакомый голос. – Недоумок! Ты хоть понимаешь, сколько от тебя проблем? Хочешь сдохнуть?
- Нет! Нет! Простите! Прошу, не убивайте... я подумал, что это ведь Гарри Поттер! Он был бы доволен.
- О, так ты ради Него так старался? – голос первого волшебника теперь буквально сочился ядом. – Какая преданная маленькая крыса. Только вот ЕГО ЗДЕСЬ НЕТ! Здесь только я! Я просил тебя тащить сюда мальчишку?!
- Возможно, он понадобится позже...
- А пока в застенках его держать до нового пришествия?!
- До чего?
- Неважно, заткнись, - волшебник немного помолчал, и Гарри услышал, как кто-то шагнул ближе. Потом раздался тихий шорох ткани, и мальчик скорее почувствовал, нежели услышал, как некто опустился возле него на колени. – Пора просыпаться, Гарри, - куда мягче сказали возле самого уха слизеринца. – Я знаю, что ты нас подслушиваешь. Хватит притворяться, это неприлично.
Чуть помедлив, мальчик поднял веки, встретившись взглядом с внимательными льдисто-голубыми глазами. С минуту он в полнейшем ступоре рассматривал знакомое лицо, не веря тому, что видел.
- Вы? Не может быть, - потрясенно прошептал подросток и тут же поморщился, когда в голове гулким колоколом отозвалась пульсирующая боль.
Волшебник сочувственно скривился.
- Прости, Гарри, похоже, когда тебя оглушили, ты неслабо стукнулся головой при падении, хочешь обезболивающее? – участливо поинтересовался мужчина.
Поттер во все глаза смотрел на него, стараясь игнорировать боль и холод и думая о том, как удивительно непохож на себя этот человек, когда на его обычно бесстрастном лице отражается такая гамма противоречивых эмоций от презрения, до жалости.
- Почему? – выдохнул он. – Вы же... профессор Айскальт, целитель в святом Мунго. Зачем вы помогаете ему? – он в презрении посмотрел на Петтигрю.
Мужчина с улыбкой покачал головой.
- Гарри-Гарри, - протянул он, - милый, наивный, мальчик. Во-первых, я здесь никому не помогаю. А во-вторых, кто сказал тебе, что я Клаус Айскальт?
- Но... разве нет? – растерялся подросток.
Разговаривать, лежа на холодном полу, было неудобно, Гарри сел, приподнявшись на локтях, и мельком огляделся по сторонам. Оказалось, они все находятся в маленькой комнатушке с голыми каменными стенами и низким потолком. У Поттера возникло неприятное ощущение, что это нечто вроде тюремной камеры. Тем временем "Айскальт" снова привлек к себе внимание слизеринца:
- Жаль расстраивать тебя, но нет, - он развел руками, словно извиняясь.
- Кто вы? Что... что вы с ним сделали? – подросток попытался отодвинуться от мужчины, но тут же уперся в холодную каменную стену у себя за спиной.
- Что? – незнакомец с лицом профессора по целительству мгновение смотрел на мальчика так, словно не совсем понимал, о чём речь. – А, убил конечно же.
- Зачем? За что? – Гарри прижал руку ко лбу, стараясь унять дрожь и справиться с головной болью. – За что?!
- О, не спеши оплакивать своего любимого учителя, Гарри, - утешающе улыбнулся «Айскальт», - ты ведь даже его не знал.
- Что?
- Это с самого начала был я, мой юный друг, - мужчина пожал плечами.
- А как же... настоящий Айскальт?
- А что с ним? - вежливо уточнил мужчина.
- Почему вы убили его?
- Ну а что мне с ним еще было делать? – удивленно спросил незнакомец. - К тому же мне нужно что-то есть.
- Есть? – Поттер смотрел на этого человека со смесью ужаса и отвращения. – Да кто вы такой?
По тонким губам Клауса Айскальта скользнула недобрая усмешка:
- Тот, кто обычно поедает падаль.
Слизеринец почти минуту молчаливо хмурился, гадая о чём вообще говорит этот сумасшедший, и, наконец, его зеленые глаза распахнулись в осознании.
- Шакал! Ты Велиар Гравис!
- Ну, уже не Велиар Гравис, конечно, теперь я Клаус Айскальт, приятно познакомиться, мой юный друг. Но да, ты угадал! – он широко ухмылялся. - Рад снова видеть тебя, Гарри! Признаться, это твоё похищение всё испортило, - он свирепо глянул на притихшего Петтигрю. - Я не собирался устраивать рандеву с тобой так скоро, хоть меня и расстроило немного то, что моё письмо осталось без ответа. – Гравис обижено нахмурился. – В конце концов, ты мог хотя бы написать мне коротенький ответ.
Гарри молча разглядывал этого человека и бесконечно задавался вопросом, как это вообще возможно. Он видел его на Карте Мародеров, видел его имя. Он не мог быть Грависом. Разве что Айскальт это его настоящее имя... но нет. Невозможно. Айскальт был целителем, работал в св. Мунго, он не мог быть Шакалом. От всех этих мыслей голова у подростка пошла кругом, он даже почти не слушал, что тем временем говорил Гравис:
- Честно говоря, личность Айскальта мне даже нравилась. Уважаемый целитель, профессор Хогвартса, Наставник Гарри Поттера. Прекрасное прикрытие. И надо же было этому недоумку пустить всё коту под хвост!
От резкого окрика мальчик вырвался из своих мыслей и с преувеличенным вниманием уставился на Грависа. Теперь он был совсем непохож на Клауса Айскальта, которого Гарри знал в школе. Вспыльчивый, импульсивный, непоследовательный и почти безумный. Да. Таким Поттер запомнил Шакала. Но как же ему удалось так легко всех одурачить? Он ведь стал совсем другим человеком – спокойным, сдержанным, рациональным. Словно взял себе не только внешность, но и саму личность... только что за магия на такое способна?
- Что ж, я бы с радостью ещё поболтал, но время не ждёт, так что вынужден тебя оставить, - вздохнул Шакал. - А тебе теперь придется погостить у меня, пока я не закончу свои дела. Надеюсь, ты не возражаешь?
Гарри промолчал, понимая, что его мнения тут не спрашивают. Гравис в это время задумчиво водил пальцем по губам, разглядывая мрачного подростка.
- Чтобы нам такого придумать, чтобы ты не заскучал, а? – мужчина на миг прикрыл глаза в мимолетных раздумьях и тут же просиял: - Придумал! Ты знал, что наш уважаемый целитель Айскальт был блестящим учёным? Он исследовал формы и проявления магии у волшебников и пытался определить, насколько глубока связь тела физического и магического.
Поттер затаил дыхание – в мгновение ока Велиар Гравис совершенно изменился, снова превратившись в собранного Клауса Айскальта, будто одна личность полностью растворилась в другой. А Шакал продолжал размышлять:
- Так вот, одной из теорий дражайшего Клауса было предположение, что волшебник способен существовать без еды, так как магия нивелирует естественную потребность физического тела в пище. Интересно, правда? Выдвинув эту теорию, я... Айскальт, сам же её опроверг, заявив, что из-за недостатка питания, физическое тело вынуждено будет поглощать магическую энергию, а этот процесс непредсказуем и в итоге ослабит или даже убьёт волшебника. Увы, провести практический эксперимент он не мог, - тут Шакал медленно улыбнулся, глядя в зеленые глаза своего пленника. – Но мы-то с тобой, Гарри, можем проверить какая из двух теорий верна, да? Пусть это будет нашей с тобой данью уважения к погибшему целителю. В память о нём, так сказать. Что думаешь?
Поттер молчал почти минуту.
- Вы сумасшедший.
- Возможно. Но, говорят, все мы немного безрассудны.
Гравис усмехнулся, поднимаясь с колен. Теперь он смотрел на подростка сверху вниз, и в его холодных голубых глазах мерцало алчное предвкушение грядущего эксперимента.
- Меня найдут, - уверено сказал Поттер.
- Конечно, найдут, - не стал спорить Гравис, пожав плечами, - рано или поздно, - он направился к выходу из камеры, но на самом пороге остановился и с улыбкой, больше похожей на дикий оскал, обернулся к подростку: - И вот ещё что, - медленно проговорил он, в голубых глазах на мгновение проскользнуло объятое яростью безумие, пожирающее разум этого человека, - если ты хотя бы подумаешь о побеге, Гарри, я сломаю тебе обе ноги, - он задумчиво помолчал, - или просто их отрежу. Тебе понятно?
Мальчик вжался спиной в стену. Пожалуй, впервые в жизни он так сильно испугался. И дело было даже не в самом Грависе или его угрозах, а в исступленном бешенстве, которым он был опутан, как паутиной, и которое могло в любое мгновение вырваться в мир неконтролируемым чёрным вихрем. Гарри не понимал этого человека, не понимал, что им движет, и что им управляет. Лишь одно он знал наверняка – Велиар Гравис излучал угрозу, опасность и едкую ненависть ко всему, что его окружало, и эта ненависть почти отравляла подростка, вселяя в него парализующий ужас. Он неотрывно смотрел на Шакала широко распахнутыми зелеными глазами, теряясь в той буре чувств, что бушевала в душе до той секунды, пока за мужчиной с грохотом не захлопнулась тяжелая, железная дверь. Камера погрузилась в кромешную тьму, и лишь тогда Гарри позволил себе сделать глубокий вдох и закрыть глаза.
"Меня найдут, - снова сказал он самому себе, - обязательно найдут. Том ни за что меня здесь не бросит".
С этими мыслями он лёг на пол и уставился в непроглядный мрак, ни о чем больше не думая и ничего не чувствуя, кроме пульсирующей головной боли, бьющейся в висках.

***
Со дня исчезновения Поттера прошло почти две недели, и за это время никто не обнаружил ни единой зацепки, которая вывела бы на след подростка. Авроры дежурили в Хогвартсе, прочесывали местность, которую вычислил поисковик Хельги, продолжали опрашивать учеников и беспомощно бродить по кругу, словно слепые котята. Тому их безрезультатная деятельность перестала быть интересной. От министерских ищеек толку было не больше, чем от Снейпа, Дамблдора или любого другого волшебника. Никто ничего не делал. Они только переживали, волновались, опасались, терялись в догадках и строили разнообразные теории одну глупее другой. Арчер презрительно скривился.
"Самонадеянные, бесполезные ничтожества, - думал он, - воображают себя великими магами, но как только дело доходит до реальных действий, они тут же превращаются в стадо баранов. Ненавижу".
Слизеринец лежал на снегу, совсем не чувствуя холода, и рассматривал блекло-голубое небо, которое постепенно затягивали грязно-серые облака. Ему всё опротивело. Его тошнило от бессмысленных лекций, от пустоголовых сокурсников, преисполненных собственной важностью, от профессоров, от унылой бесцветной зимы, от толпы учеников, которые, позабыв о Гарри, продолжали жить, как ни в чем не бывало. От этого лишенного логики чужого мира, которого Том не понимал и который искренне ненавидел. Почему-то всё вдруг лишилось цветов, запахов, ощущений. Арчер не чувствовал вкуса еды и не испытывал голода, он не мог заснуть и во сне не нуждался, его не беспокоил холод, не терзал страх. Всё стало пустым и бессмысленным. Ненужным. Разум заполнился миллионами планов, мыслей, образов, желаний, каждое из которых побуждало мальчика к немедленному действию и одновременно не давало ему сосредоточиться хоть на чем-то. Он будто сходил с ума и сам не понимал из-за чего именно, без конца блуждая во тьме, где со всех сторон слышался шепот собственного голоса, разобрать который было невозможно.
- Ты простудишься, если так долго будешь валяться на снегу.
Арчер скосил глаза на девчонку с каштановыми кудрями. Она сидела рядом с ним на корточках, глядя на него с искренним беспокойством. Её карие глаза казались усталыми и воспаленными, словно она не спала всю ночь, а лицо осунулось и было почти белым. Он хотел ответить, что раз ему не холодно, то он и не простудится, но вместо этого почему-то сказал совсем другое:
- Ты похожа на привидение.
- А ты – на умирающего от переохлаждения, - парировала она. - Глупый способ самоубийства.
- Когда я решу спросить твоего мнения о том, как лучше расстаться с жизнью, сразу дам тебе знать, Грейнджер, - постно бросил он и снова уставился в небо.
- Том, не терзай себя так, - неожиданно несчастным голосом сказала гриффиндорка. – Мы найдем его. Обязательно.
- Да, спасибо за пустое обещание.
- Нужно надеяться, Том.
- Прекрасно, тогда оставь меня, пожалуйста, одного и я сразу начну усердно надеяться, делать-то больше нечего.
- Твой сарказм неуместен.
- Как и твоя глупая болтовня.
- Ты думаешь, ты один переживаешь?! – неожиданно резко осведомилась девочка. – Снова возомнил себя центром вселенной и упиваешься своим горем? Гарри и мне очень дорог, но я не считаю нужным возносить свою боль выше небес.
- Да, вместо этого ты великодушно раздаешь окружающим свои мудрые советы, - скучающе протянул он.
- Ты только и можешь, что без конца винить всех вокруг в том, что они не могут найти Гарри! - сердито выпалила она. – Попробовал бы сделать хоть что-нибудь сам!
Арчер опалил её свирепым взглядом:
- Ты думаешь, если бы я мог что-то предпринять, то валялся бы тут? – зашипел он.
- Я уже не знаю, что думать! – крикнула Гермиона. – Ты так спокоен, будто ничего не случилось! Словно тебе плевать! Но я вижу, что это не так! Ты ведь почти не ешь, не разговариваешь, сидишь, уткнувшись в книги, или бродишь по школе в одиночестве, как привидение! И только и делаешь, что стравливаешь между собой собственных сокурсников, чтобы хоть как-то развлечься! Это ненормально, Том!
- Тебе-то что?
- Я просто хочу помочь...
- Тогда, раз ты такая умная, изобрети способ найти Гарри, а не лезь ко мне со своей благородной гриффиндорской жалостью, - голос слизеринца был преисполнен ядовитого презрения.
Гермиона молчала некоторое время, и подросток чувствовал на себе её осуждающий взгляд. Только вот ему было плевать, даже если бы она начала осыпать его проклятьями. Наконец, Грейнджер вздохнула и поднялась.
- Дурак, - прошептала она, разворачиваясь, чтобы уйти.
Арчер не стал отвечать или останавливать её и вновь остался один. Откуда ей было знать, что он уже перепробовал все доступные ему способы поиска? Зачем было признаваться ей, что собственную беспомощность он ненавидел куда сильнее, чем всё остальное?

***

Несколько дней назад в Хогвартс вернулся Айскальт, который почти неделю провел на какой-то целительской конференции. Практически сразу же после приезда он неожиданно заявился в кабинет директора и положил на его стол волшебную палочку, сообщив, что обнаружил её в своей аудитории. После непродолжительного изучения Дамблдор выяснил, что палочка принадлежит Гарри Поттеру, а ещё через несколько минут стало известно, что в последний раз из этой палочки было выпущено парализующее заклинание.
Снейп долго рассматривал собственность своего ученика и хмуро косился на коллегу.
- Где вы обнаружили её? – холодно уточнил он.
- За одной из парт у стены, - безразлично бросил целитель.
- Любопытно, - декан Слизерина обжег Клауса подозрительным взглядом, - простите моё недоверие, но подобные, хм, случайности меня настораживают.
- Могу понять, - его собеседник не казался взволнованным или хоть отчасти заинтересованным разговором. – Но это всё, что я могу вам сказать, - он вопросительно взглянул на молчаливого директора. – Могу я теперь идти? У меня ещё есть дела.
- Конечно, - отвлеченно кивнул Альбус, - благодарю за вашу помощь, Клаус.
Мужчина кивнул и, не сказав больше ни слова, покинул кабинет. Снейп проводил его враждебным взглядом.
- Хотел бы я знать, какие у него могут быть дела, - процедил он.
- Оставь, Северус, - вздохнул Дамблдор, - я уже проверил его.
Мастер зелий удивленно взглянул на своего начальника.
- О?
- Профессор Айскальт работает в школе недавно и я, конечно же, в первую очередь выяснил, где он находился в день похищения Гарри и с кем встречался. Поверь, здесь всё кристально ясно. Его действительно вызвали в клинику святого Мунго и он полторы недели провел на конференции, никуда не отлучаясь.
Декан Слизерина разочарованно вздохнул. Это был его последний подозреваемый.
- Мы ходим по кругу, - глухо произнёс он.
- Я знаю, Северус, знаю, - директор отвернулся, обратив задумчивый взгляд на своего феникса, который чистил золотые перья на своём насесте. – Мы подводим его каждый день, - Альбус посмотрел на волшебную палочку Поттера, которую зельевар продолжал держать в руках. – По крайней мере, теперь я понимаю, почему Фоукс не смог найти его. Всё это время палочка была в Хогвартсе, - заметив непонимающий взгляд профессора, старик устало пояснил: - одна из составляющих ядра этой палочки – перо Фоукса. Будь она у Гарри, феникс нашел бы его за любыми защитными чарами.
Северус досадливо поморщился. Ну почему каждый раз, когда дело касалось этого мальчишки, всё становилось таким безнадёжным? Профессор убрал собственность своего студента во внутренний карман мантии, клятвенно пообещав себе, что обязательно вернёт её Поттеру и сделает всё возможное, чтобы это произошло как можно скорее. Он уже собрался уходить, когда раздался стук в дверь. Дамблдор мимолетно взглянул на зельевара, безмолвно велев ему остаться, и Снейп снова угнездился в своём кресле. Как только директор произнёс негромкое "Войдите", в его кабинет шагнул Арчер. Северус смерил мальчика нечитаемым взглядом, скрывая своё беспокойство. Состояние этого третьекурсника пугало его. В глазах подростка изо дня в день разгоралась неистовая буря, и его декан начал опасаться, что рано или поздно это выльется в грандиозную проблему. В отличие от Поттера, который в моменты глубочайших переживаний становился совершенно безразличен ко всему вокруг, Арчер сейчас, напротив, буквально излучал неиссякаемый поток эмоций и порывов, но все они, увы, были окрашены в чёрный цвет убийственной ненависти, совершенно ненормальной для мальчика тринадцати лет.
Впрочем, надо признать, Том прекрасно держал себя в руках, был учтив, вежлив и терпелив, как аристократ, в отличие от многих слизеринцев, которые в последнее время только и делали, что грызлись как между собой, так и с другими факультетами, доставляя своему декану лишние проблемы. Снейп даже не предполагал, что исчезновение Поттера так выбьет из колеи его флегматичных змей. Даже неразлучные Драко и Блэйз уже пару дней были на ножах и почти не разговаривали друг с другом.
Арчер тем времен приблизился к директорскому столу и, вежливо отвергнув предложенный стариком чай, произнёс:
- Я вспомнил кое-что ещё, - сказал он и с этими словами положил на отполированную столешницу помятый конверт. – Гарри получил это письмо несколько месяцев назад. Я, кажется, догадываюсь, кто помогает Петтигрю.
Северус наблюдал, как Дамблдор берет в руки конверт и разворачивает желтоватый лист пергамента. По мере того, как Альбус просматривал послание, лицо его постепенно застывало, а голубые глаза заволакивала пелена сильнейшей тревоги. Закончив читать, директор протянул письмо слизеринскому декану и пока тот изучал, что там было написано, задумчиво разглядывал Арчера. Некоторое время в кабинете висела тишина, наконец, зельевар отложил в сторону пергамент и в бешенстве посмотрел на своего ученика.
- Почему мы узнаем об этом только сейчас? – почти шёпотом осведомился он.
- Потому что я только об этом вспомнил, - без тени испуга ответил Том.
- Нет. Я спрашиваю, какого дьявола вы, пара малолетних недоумков, не сообщили, что Поттеру пишет Велиар Гравис сразу же, как только это письмо попало к вам в руки?
- О! - мальчишка выдал обворожительно ядовитую улыбку. - Гарри отправился к вам, чтобы всё рассказать. Вы тогда были в больничном крыле. Как раз в тот день, когда открылась правда о разрушении его магической коры. Помните, сэр?
Снейп чуть было не подавился собственной злостью. Этот щенок явно наслаждался моментом, обвиняя сейчас своих профессоров не только во лжи, но и в последующем исчезновении Поттера. Мастер зелий злобно оскалился:
- Попридержите свои претензии на другой случай, мистер Арчер, - ледяным тоном отозвался профессор. – Вы хоть осознаете, что означает это письмо? - он постучал пальцем по лежащему на столе пергаменту, подросток ответил ему вежливо-недоуменным взглядом.
– Глупец! Разве вам неизвестно, что школу окружают защитные чары? Они распространяются не только на физическое вторжение, но и на корреспонденцию. Послание от Велиара Грависа никогда бы не пересекло их! А раз Поттер получил письмо, значит, оно было отправлено с территории Хогвартса!
- Ну, как выяснилось, попасть на территорию школы не так уж и сложно, - дерзко ответил мальчишка, красноречиво взглянув на Дамблдора, словно обвиняя в этом его лично.
- Два года назад на замок были наложены дополнительные защитные чары, - произнёс старик, ничуть не задетый намеками юного волшебника. – Они были направлены на известного вам человека, Велиара Грависа, чтобы он не смог даже приблизиться к ней.
- И, тем не менее, он был в Хогвартсе, раз смог прислать письмо, - напомнил Том.
- Именно! – ощетинился Снейп. – Это означает, что ему каким-то образом удалось обмануть защиту Хогвартса. И если бы мы знали об этом, то приняли бы меры. Вместо этого вашего друга похитили.
Мстительная усмешка сползла с лица подростка и в его глазах сверкнула сталь.
- Гарри вам доверял, а вы обманули и подвели его. Не смейте упрекать его! Если здесь и есть чья-то вина, то только ваша.
- Вы забываетесь, мистер Арчер, - прошипел зельевар.
Слизеринец с издевкой смотрел на своего декана. В его взгляде читалось злорадное: "А мне наплевать!"
- Я сообщу о письме аврорам, - вмешался Дамблдор, не обращая внимания на поведение мальчика и его колкие замечания в адрес профессоров. Лицо старика выражало крайнюю степень беспокойства и, как ни удивительно, гнева: – Необходимо поставить их в известность о том, что Велиар Гравис до сих пор может находиться в Хогвартсе.
Это заставило Снейпа и Арчера взглянуть на директора с одинаковым выражением недоумения на лицах.
- Вы полагаете, у него хватит наглости скрываться в школе после похищения Поттера? – с сомнением уточнил зельевар.
- Исходя из этого письма, можно предположить, что господин Гравис крайне азартен, - директор был удивительно серьёзен. – Если за исчезновением Гарри стоит именно он, то я больше чем уверен, что этот человек не станет отсиживаться в укрытии.
- Он захочет понаблюдать за поисками своими глазами, - прошептал Том, его голос дрогнул от гнева. – Смотреть на то, как мы носимся по кругу в попытке укусить себя за хвост и от души поразвлечься этим зрелищем.
- Полагаю, так оно и есть, Томас, - Альбус вяло улыбнулся слизеринцу, но в ответ получил только враждебный взгляд.
- Но зачем он похитил Поттера? – задумчиво протянул Северус и вопросительно глянул на своего студента: - Вы отдали ему тетрадь, о которой он просил?
- Нет.
- Быть может, он планирует шантажировать нас, чтобы заполучить её?
- А почему тогда он до сих пор не объявился?
- Тянет время?
- Или тетрадь ему не нужна.
- Хотел бы я ещё знать, что в ней такого особенного, - прервал диалог двух слизеринцев Дамблдор. – Чтобы спланировать похищение ради выкупа, должен быть серьезный мотив.
- Ну, тетрадь была мощным артефактом, - начал размышлять подросток, - возможно, он надеется извлечь из неё какую-то выгоду.
Директор промолчал, то ли не зная, что предположить, то ли не желая посвящать в свои мысли окружающих.
- В любом случае, нужно известить авроров, - решил Северус, поднимаясь из-за стола.
- Да. Я сейчас же займусь этим, - ответил старик. – Будь добр, пригласи ко мне Минерву.
Мастер зелий кивнул и вышел из кабинета.
- Скажите, мистер Арчер, - окликнул мальчика Дамблдор, когда тот уже собрался уходить, - а где сейчас эта тетрадь?
Том пожал плечами:
- Понятия не имею, - признался он. - Кажется, Гарри забросил её в какой-то ящик и оставил у магглов.
- Понятно, - директор обратил задумчивый взгляд в окно и больше ничего не сказал.
Поняв, что на этом разговор окончен, Том оставил старого волшебника наедине с его мыслями.

***

Гарри потерял счет времени.
Сначала он изо всех сил старался не терять связи с реальностью. Пытался каким-нибудь образом вычислить, где находится, или хотя бы расслышать, что творится за стенами его камеры. Но вокруг было темно, холодно и тихо, как в могиле. Иногда мальчику мерещились какие-то блики и звуки, но очень быстро он понял, что тьма и одиночество играют с ним злые шутки. Его словно заживо похоронили в этом каменном гробу, откуда не было выхода. Несколько раз подросток обходил по кругу своё узилище, ощупывая влажные каменные стены, пытался найти дверь, определить, насколько она прочная, но та словно испарилась. Вокруг был только голый камень и оглушительная тишина.
Гарри невольно усмехнулся, думая о том, что так, должно быть, чувствовал себя Тот-Кто-Говорит. Волшебник из легенды, что рассказала ему Луна. Человек, живущий во тьме и тиши, но способный разговаривать с самим мирозданием. Этот маг пожертвовал слухом и зрением ради великого дара. Размышляя об этом, Гарри прекратил свои бесплотные попытки выбраться, сел на пол, привалившись к стене, и закрыл глаза, размышляя о том, что будь у него такая способность, он наверняка бы смог выбраться.
По-настоящему голод и жажда начали терзать его только через несколько дней. Подросток больше ни о чем не мог думать, не мог связно мыслить, почти не мог дышать. Иногда ему казалось, что тьма наваливается на него огромной массой и душит, одновременно сдавливая горло и рёбра. Тишина сводила его с ума. Но, несмотря на весь этот хаос в душе мальчика, стихийная магия по-прежнему никак себя не проявила. Слизеринец решил, что так даже лучше. Чтобы он делал, вырвись она из под контроля сейчас? После приступов он был еле живой, вряд ли он смог бы сбежать в таком состоянии.
Чтобы только окончательно не сломаться, Гарри без конца бормотал что-то себе под нос, слушал собственный голос и убеждался в том, что ещё жив. Ему казалось, что он здесь уже целую вечность, запертый в этом застывшем мгновении. Что каменные стены вот-вот истлеют от времени, и он выберется на волю в совершенно иной мир, которой о нём даже не помнит и которого он сам уже не знает. Его измученное сознание рождало перед ослепшими в темноте глазами дикие, страшные картины чужой реальности за стенами этой камеры, и тогда Гарри снова и снова повторял, что этого не может быть, что это просто фантазии и скоро всё это закончится, потому что он либо окончательно лишится рассудка, либо умрёт.
Никто так и не пришел за ним. Ни друзья, ни враги, словно он остался один во всем мире. Слизеринец постепенно терял надежду на спасение. Терял веру в то, что выберется отсюда. Все стало бессмысленным и безнадежным.
Бледно-желтый огонек, парящий под потолком, мальчик заметил не сразу. Он был совсем крохотным и слабо подрагивал, двигаясь из стороны в сторону, пока подросток отрешенно следил за ним. "Ну вот, я схожу с ума, - расстроенно думал слизеринец, наблюдая за странным явлением. – Или умер... тогда почему мне до сих пор так холодно?"
Постепенно маленькая искра света спускалась все ниже, росла, меняла форму, приобретая пока неясные, размытые очертания. Заинтригованный, Гарри сел, привалившись к стене, стараясь не обращать внимания на слабость и головокружение. Он цеплялся за безумную надежду, что всё это ему не мерещится, что объятый мягким светом силуэт, парящий в воздухе – реален. Мальчику вдруг подумалось, что именно так, должно быть, и выглядит та самая Светлая Тень.
Стоило ему помыслить об этом, и мерцающий силуэт вдруг ярко вспыхнул, ударив по отвыкшим от света глазам подростка резкой болью, а на месте безликого фантома оказалась юная девушка, с ног до головы окутанная серебристым мерцанием.
Гарри часто заморгал, привыкая к исходящему от неё сиянию и когда наконец глаза перестали слезиться, смог как следует рассмотреть свою необычную гостью. В первое мгновение подросток решил, что это призрак, но те были бесплотны, а эта девушка совершенно точно обладала неким подобием физической оболочки, хотя бы потому что не просвечивала насквозь. Она была сказочно красива, словно фея с картинок детских книг, но вместо невесомого причудливого платья, в которых обычно магглы изображали фей, она была закутана в широкую белую ткань, которая ниспадала до самого пола и будто состояла из шелковистого, мягкого света. Длинные серебристые волосы свободно струились по спине и плечам и плавно развевались, словно под водой. Небесно-голубые глаза в обрамлении белоснежных ресниц созерцали мир с всеобъемлющим, абсолютным спокойствием. Жемчужная кожа, казалось, светится изнутри, придавая девушке совершенно нереальный образ. Потрясенный её обликом, мальчик позабыл про холод и слабость, не в силах оторвать взгляда от прекрасного лица.
- Ты ангел? – прошептал он.
Девушка качнула головой, и в воздух плавно взметнулся ореол её серебристых волос.
- Я пришла увидеть Того-Кто-Говорит, - тихий голос был ровным, лишенным всяких эмоций и совсем не походил на человеческий.
- Кто ты? – у подростка появилось необъяснимое ощущение, что он видел её раньше.
- Я Хранитель Архива, - ответила она.
Поттер изумленно уставился на неё.
- Ты?! Библиотекарь?! – она согласно опустила веки и ничего не сказала, а Гарри открывал и закрывал рот, не зная, что и думать. Когда он видел Библиотекаря из министерского архива, она выглядела лет на пятьдесят старше и не казалась такой... воздушной. – Но, вы... вы другая, - он вдруг спохватился, - постойте! Я думал, вы не можете покидать архив?
- Я ухожу.
Это мало походило на доходчивое объяснение.
- Уходите?
- Я воссоединяюсь с Великим Потоком и пришла увидеть наследника древней магии в последний раз.
По-видимому, от голода подросток туго соображал, так как не понял ни слова из того, что она произнесла. И всё же он задал следующий вопрос:
- Зачем?
- Помощь.
- Ты поможешь мне выбраться отсюда? – обрадовался слизеринец, но его восторг быстро сменился разочарованием, когда она без тени сожалений покачала головой. – Тогда чем ты можешь помочь мне?
- Помощь нужна мне, - помедлив, пояснила она.
Не смотря на то, что перед ним возвышалось самое прекрасное, самое волшебное и неземное создание в мире, Поттер вдруг начал испытывать по отношению к ней исключительно раздражение.
"Она ждёт, что беспомощный тринадцатилетка, запертый в камере, голодный и слабый может оказать ей какое-либо содействие?! Ну просто восхитительный поворот!"
- И что тебе нужно? – куда менее доброжелательно осведомился он.
Библиотекарь опустилась на пол прямо напротив подростка и, поджав под себя ноги, степенно сложила руки на коленях.
- Хранитель архива оберегает вверенные ей книги и следит за порядком. В одной из книг завелся хаос. Он уже долгие годы пожирает её, пожирает мой архив и пожирает меня. В день, когда ты появился, я поняла, что ты услышишь мою просьбу.
Гарри подумал, что вообще ничего не понимает. Безумие какое-то. Он снова начал подозревать, что всё это просто одна яркая галлюцинация. Она что, не могла кому-то кроме него об этом рассказать? Поттер точно был уверен, что в министерстве нашелся бы какой-нибудь ещё альтруист. Тут он вдруг осекся, когда до него дошло что именно это означает. Книга же в Архиве! В Министерстве! В душе вспыхнула безумная надежда:
- Ты можешь перенести меня в Архив, я мог бы взглянуть на эту книгу, - с готовностью предложил слизеринец.
"В министерстве я точно найду помощь!" – подумал он и в это самое время Библиотекарь произнесла:
- Я принесла книгу к тебе, - с этими словами она провела перед собой рукой и прямо из воздуха вытащила толстый фолиант обтянутый обложкой из зеленого бархата. Положив книгу на пол, она осторожно пододвинула её к подростку, касаясь обложки лишь кончиками пальцев. Потеряв последнюю надежду на спасение, Гарри уныло рассматривал книгу, но брать её в руки не спешил. Сбоку находился серебряный замочек, скрепляющий переплет с обеих сторон.
- Похоже, без ключа её не открыть, - заметил он, надеясь, что на этом она от него отстанет.
- Для тебя она откроется, - безмятежно откликнулась Библиотекарь.
- И что мне с ней делать? - хмуро спросил Поттер.
- Спаси её.
Терпение мальчика, наконец, дало трещину.
- Слушай, - он вперил в неё сердитый взгляд, - у меня к тебе предложение. Помоги мне отсюда сбежать или приведи ко мне помощь, и я разберусь с твоей книжкой.
Девушка вновь покачала головой.
- Я не могу помочь тебе, Дитя Магов, - совершенно спокойно произнесла она. – Я ухожу.
- Прямо сейчас?! – испугался подросток.- Нет! Постой! Пожалуйста!
- Я связана договором с Архивом, - голос Библиотекаря вдруг отдалился и стал похож на эхо. – Сегодня я разорвала договор, чтобы попасть к тебе. Теперь я ухожу, чтобы воссоединиться с Великим Потоком.
Неожиданно всё встало на свои места. Гарри вспомнил свой разговор со Снейпом. Хранители. Светлые Тени. Или Души. Крупицы чистейшей магии, привязанные к определенному месту, наполняющие его жизнью и волшебством. Никто не знал, откуда они приходят и почему, но порой это случалось и тогда место, где поселялась Душа, становилось практически её продолжением. А значит, если она разорвет связь с материальным миром, то больше ничто не будет её здесь держать. И она... исчезнет?
- Ты жалеешь о том, что уходишь? – сочувствующе спросил Гарри, позабыв о недавнем раздражении.
- Я возвращаюсь туда, откуда пришла. Нет причин для сожаления.
- А что же случится с архивом?
- Я больше не связана с архивом. Моя последняя задача – передать тебе эту книгу. Я ждала только этого. Теперь мне можно уходить.
Её силуэт на мгновение будто подернулся дымкой.
- Постой! – воскликнул Поттер, понимая, что это, возможно, последний его шанс поговорить с частицей истинного волшебства. – Пожалуйста, ответь мне, ты... чувствуешь мою магию?
- Да. Она тоже часть Великого Потока.
Великий Поток. Гарри читал о нём. Это было своего рода божество, в которое верили многие чародеи. Переплетенные между собой энергетические линии, существующие на грани реальности и небытия, дарующие миру магию. Существовала легенда, что давным-давно человек испил глоток волшебства из этого потока и обрёл невероятные способности к колдовству, став первым в мире колдуном. Итак, Великий Поток существовал на самом деле. Удивительно.
Но сейчас это не имело никакого значения, Гарри волновало нечто иное.
- Как ты её видишь? Какая она?
Впервые за весь их разговор по безупречному, словно высеченному из мрамора лицу пробежала неуловимая тень какой-то эмоции. И когда Библиотекарь заговорила, её бесстрастный голос вдруг зазвучал почти резко:
- Изувеченная. Озлобленная. Раненная. Связанная. Безумная. Как у всех вас.
- Я хочу, - Поттер сделал глубокий вдох, принимая решение, - хочу её освободить. Это возможно?
- Всё возможно, - помолчав, ответила Душа, вновь успокаиваясь.
- Что случится со мной, когда я это сделаю? – допытывался мальчик.
- Никто не ответит тебе на этот вопрос, кроме тебя самого.
- Но ты ведь знаешь что-то, - прошептал он. – Знаешь, что произойдет. Пожалуйста, расскажи мне.
На этот раз Библиотекарь молчала довольно долго, слизеринец начала думать, что ответа не дождется, но, наконец, в тишине камеры раздался её лишенный эмоций, практически неживой голос:
- Запомни хорошо, Дитя Магов. Ваша истинная сила связана и погребена в усыпальнице их страха и слабости. Управлять путём оков и плетей оказалось проще и приятней, чем обменивать жизненные силы на магическую энергию. Вы связаны договором, но не выполняете условий, пытаясь обмануть Поток. Сняв оковы, ты освободишь силу, которую никто из вас уже не знает и не понимает. Если ты захочешь приобрести эту силу, научись говорить с ней и слушать её. И приготовься исполнить свою часть договора и заплатить за обман, - Душа выдержала недолгую паузу, внимательно его разглядывая. – Но за освобождение от мук она, возможно, согласится выслушать Того-Кто-Говорит.
Гарри мрачно уставился в пол, не зная, что и думать, после чего взглянул на частицу магии, принявшую образ прекрасной девушки.
- Спасибо.
Душа медленно склонила голову, и свет вокруг неё начал угасать.
- Прощай, Дитя Магов, - по камере эхом разнесся ее бесстрастный голос, и Библиотекарь исчезла в витках серебряной дымки, постепенно тающих в воздухе.
Когда темница вновь погрузилась в непроглядную тьму, Гарри осторожно нащупал в темноте бархатную обложку книги, желая убедиться, что все это ему не привиделось. Фолиант лежал там же, где его оставила Душа. Поттер рассеянно оттолкнул его подальше и прижался затылком к холодной стене.
«Итак, я могу высвободить свою магию, - думал он, - сломать барьер и выпустить её на волю, - он поднял глаза к потолку, скрытому пологом непроницаемого мрака. – Но никто не способен сказать, что именно тогда произойдет».
Слизеринец безрадостно усмехнулся.
Как бы то ни было, у него и неизвестной силы, сокрытой в нем, было нечто общее – они оба оказались против воли заперты в клетке. И чтобы спастись одному, необходимо было освободить другую.
Сознание, вдруг стало ясным как никогда. Всё, чего Гарри хотел, это освободиться, и нечто в его груди неожиданно отозвалось на это желание с троекратно усиленной страстью и пылающим предвкушением. В то же мгновение мир перед глазами мальчика взорвался ослепительным светом. Тьма, холод, каменные стены тесной узницы и ослабшее от голода тело без остатка растворились в этом свете. Не осталось ни сомнений, ни сожалений, ни страха, только безграничное, абсолютное спокойствие и непроницаемая пелена белоснежного тумана, из которого за Гарри неотрывно наблюдала пара настороженных серебристых глаз.