Смертный приговор

— Валь, даже если мы и создадим этот амулет... Ты серьёзно думаешь, что он сможет наделить бессмертием любого человека? — с неуверенностью в голосе спросила Адара, пристально глядя на свою лучшую подругу, пытаясь понять, насколько она уверена в успехе их начинания.

Вальбурга, не отводя взгляда от странного зелёного порошка, который она аккуратно перемешивала в котле, задумчиво ответила:

— Не любого, Адара. Бессмертие будет только рядом с тем человеком, который носит кулон. Но... есть одно условие. Амулет работает лишь тогда, когда он находится рядом с носителем. Как только кулон снимается или теряется, эффект исчезает.

Как только Вальбурга произнесла эти слова, в котле что-то вспыхнуло, и в следующий момент все вокруг девушек охватил яркий огонь. Кислый запах сжигавшегося порошка заполнил воздух. В панике девушки отскочили назад, но было уже слишком поздно — зелье, к которому они небрежно добавили лишний ингредиент, взорвалось прямо в котле.

Сквозь дым и огонь, стоящий у окна профессор Слизнорт только улыбнулся уголком губ, с безмятежным спокойствием наблюдая за происходящим. Отойдя от своего стола, он медленно подошел к девушкам, внимательно оглядывая их взволнованные лица.

— Мисс Оливандер, мисс Блэк, останьтесь после урока, пожалуйста. Мне нужно обсудить с вами несколько вопросов, — произнёс он, едва взглянув на результат их работы. Профессор заглянул в котёл, снова повернулся к ним, добавив тоном, который нельзя было назвать строгим, но он явно давал понять, что они не избежат последствий: — Будьте внимательнее в следующий раз, дамы. — И, не дождавшись ответа, удалился.

Ирана, наблюдавшая за его уходом, тяжело вздохнула, его слова оставались эхом в её голове.

— Ну вот... Теперь ещё и к декану идти... — тихо прошептала она, устало потирая виски.

***

Урок, казалось, длился целую вечность. Каждая минута тянулась, как час. Время растягивалось, как резинка, не давая девушкам ни минуты покоя от своих переживаний. Но вот, наконец, когда магический мир снова принял свои обычные формы, а последние слова профессора о "рассеянности" ещё звучали в ушах, урок завершился.

Вместе они молча направились к столу профессора Слизнорта. Их шаги отдавались эхом в пустом классе. Как бы они не пытались сохранить спокойствие, чувство тревоги не покидало их.

— Профессор, вы хотели с нами поговорить? — Адара первым делом заговорила, не в силах терпеть молчание и гробовую тишину.

Слизнорт повернулся к ним, внимательно изучая напряженные лица девушек.

— Да, девушки. Мне бы хотелось обсудить ваш последний опыт... Если честно, я заметил, что в последнее время вы очень рассеяны. Всё в порядке? Ничего не случилось? — его вопрос был неожиданно мягким, почти заботливым.

— Да, профессор, всё в порядке, — ответила Вальбурга, взглянув на подругу. — Мы с Адарой всерьёз взялись за учёбу. Немного не досыпаем, вот и... Иногда бывают такие... неудачи.

Слизнорт тихо покачал головой, но в его глазах скользнуло что-то большее, чем просто учительская строгость.

— Девушки, я вас понимаю. Стремление к знаниям — это прекрасно. Но не забывайте, что здоровье важнее. Не жертвуйте сном ради учёбы. Качество, а не количество.

— Мы поняли, профессор, — ответила Адара с легкой улыбкой. — Но если это всё, мы можем идти?

Профессор снова посмотрел на них, и его взгляд стал немного более серьёзным.

— Я бы хотел вам предложить кое-что, — произнёс он. — Вы обе невероятно талантливые волшебницы. Почему бы вам не вступить в мой клуб? Клуб слизней. Мы изучаем много интересных и нестандартных аспектов магии. Уверен, что вам было бы там интересно.

Девушки переглянулись. И хотя предложение звучало заманчиво, в их глазах ещё оставался след сомнений.

— Мы... Спасибо за предложение, профессор, — тихо ответила Вальбурга. — Мы подумаем.

Слизнорт кивнул, не настаивая, и с лёгким движением руки отпустил их.

— Хорошо, думаю, вам нужно немного подумать. Но знайте, что дверь клуба всегда открыта для таких, как вы.

Девушки вышли из кабинета Слизнорта, и сразу же их глаза встретились с толпой учеников, уже разбревшихся по коридору. Слегка ошеломленные последними событиями и наказанием от профессора, они шли молча. Адара ещё не до конца приходила в себя после взрыва зелья, а Вальбурга, не сказав ни слова, держалась рядом, оглядываясь на окружающих, будто ожидая, что кто-то ещё может вмешаться.

Но как только они вышли, Адара не заметила, как кто-то встал прямо перед ними. Она столкнулась с ним, и в этот момент сердце почти остановилось. Впереди стоял Том, спокойно скрестив руки на груди и изучая её взглядом.

— О, извини... — Адара немного растерялась, не ожидав его появления. Она уже привыкла видеть его в коридорах, на уроках, но всегда он оставался на расстоянии. Этот момент был другим. Его взгляд был хладнокровным, но как только он увидел Адару, взгляд смягчился.

Том легко поднял брови, когда заметил её смущение.

— Ничего, Адара, — его голос был ровным и чуть насмешливым. — Ты не пострадала? Всё в порядке?

Вальбурга, стоявшая немного в стороне, сразу же заметила, как Адара смутилась. Она молча кивнула, похлопав подругу по плечу, как бы говоря, что всё в порядке. Вальбурга, несмотря на её собственную задумчивость, как-то сразу поняла, что Адаре стоит немного побыть в одиночестве. Или, по крайней мере, с этим парнем.

— Я лучше пойду, — сказала она и слегка отступила в сторону, покидая пару в коридоре. — Не задерживайся, Адара, — добавила Вальбурга на прощание и, не дождавшись ответа, исчезла за поворотом.

Адара почувствовала, как её плечи чуть расслабляются. Она кивнула, в благодарность посмотрев на Вальбургу, и сразу же повернулась обратно к Тому.

Том с лёгкой улыбкой наблюдал за её реакцией, затем, шагнув вперёд, сказал:

— Тогда, думаю, мы можем немного прогуляться. В любом случае, ты сейчас свободна? Хочешь выйти во двор? Это будет хорошая передышка после занятий.

Адара немного замешкалась, но в её душе не было ни капли сомнений. С Томом они не особо часто проводили время вдвоем. Без книжек по темной магии.

— Хорошо, давай, — согласилась она, слегка выдыхая и чувствуя, как напряжение начинает отступать.

Они вместе направились к выходу, шаги их эхом отдавались по коридору, пока они не вышли на свежий воздух. Ветер приятно шелестел листвой на деревьях, а солнце было высоко, прогоняя утренний холод. Вдали виднелись несколько учеников, которые уже собирались на лужайке, но сейчас они были в стороне от Адары и Тома. Она обрадовалась, что на этот момент у неё есть возможность немного побыть в тишине, без глаз других.

Том шагал рядом, его молчание не было напряжённым, скорее — спокойным, как и его присутствие. Адара решила, что она не станет скрывать своё раздражение от того, что происходит в последнее время. Слишком много забот и переживаний, слишком много таящихся вопросов. И Тому это не нравилось — хотя он, казалось, не был заинтересован в её внутреннем мире, она знала, что он всё же обращает внимание на её состояние.

— Как ты? — наконец спросил Том, когда они оказались под высоким дубом, и его голос зазвучал уже гораздо мягче, чем прежде.

Адара слегка вздрогнула от неожиданности, но всё-таки ответила:

— Всё в порядке. Просто... просто было немного напряжённо на уроках. Мы с Вальбургой сейчас стараемся сконцентрироваться на учёбе, но иногда не очень получается совмещать обязанности старосты и прилежной ученицы.

Том усмехнулся, как будто знал, о чём она говорит. Его взгляд был спокойным, но в нём тоже читалась какая-то доля интереса.

— Магия — это не всегда предсказуемо, — сказал он. — Но в этом и есть её суть. Возможно, тебе стоит расслабиться. Иногда ошибки — это просто способ научиться чему-то новому.

Адара улыбнулась в ответ, не смотря на свою безумно сильную усталость, после тяжелого дня.

— Я подумаю об этом, — ответила она, хотя на самом деле её мысли были о другом. О том, как сложно иногда справляться с собственными ожиданиями и давлением, которое они накладывают друг на друга.

Адара и Том сидели на скамейке, устроившейся в укромном уголке двора Хогвартса. Местность вокруг была тихая, и лёгкий ветер шевелил ветви деревьев, создавая спокойную атмосферу. Между ними не было напряжения, но в разговоре Адары и Тома чувствовалась какая-то скрытая дистанция, словно между ними висела невидимая стена. Адара не могла понять, что именно ей не нравилось в этом разговоре — что-то было не так, как всегда.

— Ты всегда так спокоен, — сказала она, бросив взгляд на его спокойное лицо. — Даже когда вокруг происходят необъяснимые вещи

Том вздохнул, чуть наклонив голову, как будто обдумывая её слова.

— Спокойствие — это искусство, Адара. Оно помогает сосредоточиться, избежать ошибок. Нервничать — это бесполезно, — его голос был ровным, но в нём всё равно сквозила некая холодная уверенность,—какой смысл тратить свои нервы на что-то не стоящее?

Адара слегка усмехнулась, но внутри ощущала, что ей трудно найти общий язык с этим взглядом на мир. Она не могла не заметить, как он отстранялся от неё, даже если был рядом. В глубине души Адара знала, что Тому это свойственно — он всегда был немного закрытым, будто существовал в своём собственном мире, где эмоции не имели значения.

Как раз в этот момент к ним подошли два знакомых силуэта, и Адара сразу узнала Эйвери и Лестрейнджа. Эйвери шагал сдержанно, его взгляд был по-прежнему проницательным, но без лишних слов, в отличие от Лестрейнджа, который двигался с уверенностью, которая буквально излучалась от него. Он всегда был на шаг впереди, всегда знал, что сказать и как себя вести. Девушки при виде него теряли голову

— О, смотрите, кого я нашёл, — Лестрейндж подошёл к Адаре, улыбнувшись. Без колебаний он обнял её, поднимая её со скамейки, как если бы они не расставались несколько лет. — Адара, как ты? Сильно соскучился по тебе, — произнёс он с таким тоном, словно увидел перед собой близкого друга

Адара, привыкшая к таким демонстрациям с его стороны, с улыбкой обняла его в ответ.

— Привет, всё хорошо. Я тоже соскучилась, — сказала она, отпуская его, но взгляд скользнул к Тому, который стоял чуть подаль и наблюдал за ними. Адара почувствовала, как напряжение в воздухе повисло напряжение

Том, заметив её взгляд, ответил лишь лёгким, почти невидимым движением плеч, но его глаза не оставляли Лестрейнджа. Он наблюдал за их общением с такой спокойной настороженностью, что Адаре стало неловко. И хотя его лицо оставалось спокойным, она могла почувствовать, как его взгляд становится более холодным и сосредоточенным.

Эйвери тихо фыркнул, но не вмешивался, его лицо было более нейтральным, чем у Тома. Всё происходящее, похоже, было ему знакомо.

— Слушай, — продолжил Лестрейндж, возвращаясь к разговору с Адарой, — ты ведь ещё не была в Хогсмиде в этом семестре, да? Как насчёт того, чтобы сходить туда на выходных? — его голос был ободряющим и уверенным, а в глазах горел интерес, будто он уже заранее знал, что она согласится.

Адара задумалась. Ей хотелось провести время с друзьями, расслабиться, выйти из стен Хогвартса. В конце концов, было бы здорово просто погулять по улицам Хогсмида, выпить чашку горячего шоколада в «Дырявом котле». Но её внимание привлекло нечто другое.

Перед тем как она успела ответить, Том, не отводя взгляд от Лестрейнджа, произнёс:

— Адара не может в выходные. Она обещала помочь мне, — его голос был спокойным, но в нём чувствовалась твёрдость, будто он сам принимал решения за неё.

Адара растерялась. Она действительно не помнила, чтобы что-то обещала Тому. Но его уверенное заявление заставило её сразу почувствовать себя неловко. В голове мелькнуло недовольство, но она не могла не согласиться. Он сказал это с такой уверенностью, что даже не оставалось места для сомнений.

—а.. да. Мы с Томом действительно собирались заняться одним важным делом в библиотеке,—Адара сама не поняла, для чего вообще подтвердила легенду Тома. Решила, что спросит его о происходящем потом, когда будут вдвоем.

Лестрейндж едва заметно приподнял бровь, а в его взгляде появилась лёгкая насмешка. Эйвери только прыснул со смеху, увидев непонимание в глазах Адары и что-то новое в глазах Тома

— Понимаю, — Лестрейндж с лёгким пожатием плеч смирился. — Но когда ты всё же решишь, что нам нужно встретиться, дайте знать. — Он посмотрел на Тома, а затем на Адару, и его улыбка стала ещё более уверенной, как будто он не сомневался, что Адара всё-таки найдёт время для него.

Адара почувствовала, как её сердце немного сжалось, но она постаралась не показать этого.

Да, бесспорно Лестрейндж был привлекательным, милым. Но не таким как Том. Ему до реддла рости и рости

— Конечно, Лестрейндж, я тебе отправлю письмо совой, — ответила она, стараясь не выдавать своего внутреннего недовольства.

Её взгляд снова скользнул на Тома, который стоял, спокойно наблюдая за ней, но его глаза не скрывали чего-то резкого, почти холодного. Он не одобрял того, что происходило между ней и Лестрейнджем, но при этом оставался внешне невозмутимым.

Когда они начали двигаться дальше, Адара ощущала странное чувство — смесь вины и разочарования. Что-то внутри неё подсказало, что в этом трио Тома, Лестрейнджа и её не всё так просто.

Адара шла рядом с Томом, стараясь скрыть своё смущение. В голове всё крутилась одна и та же мысль: «Что это было?». Она не могла понять, как они с Томом вдруг оказались в такой ситуации. Она ведь ничего не обещала ему насчёт выходных. Более того, она даже не припомнила, чтобы обсуждали что-то важное, связанное с этим.

Когда они прошли немного дальше по дорожке, и Лестрейндж с Эйвери исчезли из виду, Адара, не выдержав, остановилась, поворачиваясь к Тому. Она пыталась быть спокойной, но в её голосе всё же проскользнуло недоумение.

— Том, — начала она, стараясь не звучать обвиняюще, — что это было? Мы ведь с тобой ни о чём не договаривались, а ты вдруг заявляешь, что я не могу в выходные, потому что «обещала помочь тебе». Когда я успела это пообещать? — её голос стал чуть более настойчивым, а взгляд внимательным, словно она пыталась найти объяснение всему происходящему.

Том замедлил шаг, взглянув на неё, и в глазах промелькнула лёгкая тень чего-то скрытого, что Адара сразу не смогла расшифровать. Он продолжал идти, но теперь темп его шагов был более размеренным, как будто он подбирал слова.

— Ты ведь собиралась помочь мне с проектом, — его голос был ровным, без намёка на эмоции, как если бы это было очевидно для всех, кроме неё. — Мы же говорили об этом, Адара. Ты просто не помнишь.

Адара чувствовала, как её сердце немного сжалось. Она не могла припомнить ни одной беседы, где они обсуждали совместную работу в выходные. Конечно, они иногда работали над «проектами», но эта тема не поднималась в последнее время совсем.

— Том, я не... — она сделала паузу, понимая, что ей не хватает информации, чтобы возразить. — Мы говорили об этом? Я правда не помню, чтобы ты просил меня о помощи в выходные. Ты что, решил всё за меня? — она пыталась скрыть раздражение, но в её словах всё равно звучала некоторая обида.

Том выдохнул, как будто устал объяснять очевидные вещи. Он остановился, повернулся к ней и взглянул прямо в глаза. В его взгляде было что-то настойчивое, скрытое, как будто он уже давно принял решение за них обоих.

— Я просто думал, что ты всё помнишь. Я ведь не сказал, что ты не можешь куда-то пойти, я просто сказал, что ты пообещала мне помочь. В этом нет ничего странного, Адара, — его голос был спокойным, но в нём было что-то, что заставляло её чувствовать себя немного неловко. Он словно не хотел, чтобы она ставила под сомнение его слова.

Адара посмотрела на него, взгляд стал более мягким, но что-то в её душе всё ещё не давало покоя. Она не могла понять, почему он так резко вмешался в её решение, почему не позволил ей самой выбирать, что делать в выходные. В её голове начали созревать вопросы, и один из них вырвался наружу, прежде чем она успела его сдержать.

— Том, — она остановилась и взглянула на него, её глаза были полны того, что она не могла больше скрывать, — ты что, ревнуешь? — спросила она, не скрывая лёгкой насмешки в голосе, но в её глазах было искреннее любопытство.

Том застыл, на мгновение его взгляд стал хмурым, и он явно не ожидал такого вопроса. Он наклонил голову, как если бы пытался понять, что она действительно имеет в виду. Его глаза сузились, но он не ответил сразу.

— Ревную? — он повторил её слова с небольшим ударением, как будто они звучали нелепо. Но его лицо не показывало того, что можно было бы назвать уверенностью. Это было скорее что-то скрытое, затаённое.

Адара не отводила взгляда, внимательно следя за каждым его движением, за тем, как его лицо менялось, когда он обдумывал её вопрос. В его глазах всё ещё оставалась та же скрытая напряжённость, но её слова явно заставили его задуматься.

— Я не ревную, — сказал он, но его голос стал чуть жестче, чем обычно. Он говорил это так, будто пытался убедить не только её, но и себя. — Я просто не люблю, когда люди вторгаются в нашу личную жизнь. Это всё.

Но его слова звучали как оправдание, и Адара не могла не заметить, что в его ответе не было полной уверенности. Он не сказал, что это не имеет значения для него, он сказал, что «не любит», что уже давало понять, что его внутреннее ощущение не совпадает с его словами.

Адара почувствовала, как её сомнения начинают расти. Том, который всегда был так хладнокровен и сосредоточен, вдруг начал давать такие странные сигналы. Она не могла не почувствовать, что что-то изменилось в их отношениях, и хотя она не была готова делать выводы, её интуиция подсказывала, что между ними есть нечто большее, чем просто дружба.

Да, ну целовались они пару раз. Что такого? Поцелуи дружбу не испортят

— Ладно, — сказала она с легкой улыбкой, пытаясь разрядить атмосферу, — если ты уверен, что не ревнуешь, значит, всё в порядке.