Люпин

Студенты говорливым потоком устремились в Большой зал на обед. Джеймс и Сириус вышли из класса зельеварения одними из первых и бодро шагали впереди остальных. К удивлению Римуса, от них не отставал и Питер.

-... да потому что расшипелся! - долетел до Люпина обрывок реплики Блэка. Петтигрю что-то проворковал в ответ. Тот хохотнул и обнял его за плечи, как старого приятеля.

«Отличная демонстрация, Сириус», - подумал Люпин. Друг вёл себя так глупо, что даже казался смешным. И всё же приближаться к этой троице желания не было.

Римус расположился за столом через несколько человек от них.

- Не возражаешь, если сяду рядом? - тронув его за плечо, ласково спросила Лили. - Обычно это моё место.

- Ох, конечно! Прости, я не знал, - Римус немного сдвинулся в сторону, освобождая ей больше пространства.

- Ничего.

Она устроилась и послала улыбку в сторону стола Слизерина - и только теперь Люпин заметил, что там, ровно напротив них, сидит Снейп. Тот улыбнулся в ответ.

Когда Римус и Лили принялись за сэндвичи с ветчиной, позади них возник Почти Безголовый Ник, гриффиндорское привидение.

- Ах, что за обед! - тускло прогудел он. - Какие воспоминания будит он во мне!

- Добрый день, сэр Николас! - поприветствовала Лили.

- Добрый, добрый день, моя дорогая юная леди! Быть может, это немного сентиментально, но, глядя на вас, молодые люди, и на эти восхитительные яства, я вспоминаю себя и... её! - он многозначительно умолкнул.

- Кого? - спросил Римус.

- Её! - благоговейно повторил Почти Безголовый Ник. - Мою возлюбленную, которой я так никогда и не признался в чувствах. Я написал стихотворение, чтобы прочесть, стоя под её балконом... Как там было?

Он задумался, опустив подбородок на жабо, а потом заговорил нараспев:

О, локон Ваш - моя печаль,

И очи Ваши так волнуют!

О них грущу, пока пью чай.

О них рыдаю в полнолунье.

О ты, жестокая любовь!

Ты истерзала моё сердце!

Вервольфа не страшусь клыков -

Лишь Вас страшусь, моя контесса!

- Ах! В один чудесный день я пришёл к её дому со свитком, содержавшим эти строки. Я взглянул вверх, на неё, а она - вниз, на меня. И я онемел! Я испугался. И ушёл. Больше мы не встречались... - Ник глубоко вздохнул и поплыл прочь, пока не скрылся в стене Большого зала.

- Может, и хорошо что он не прочёл ей это стихотворение, - сказала Лили вполголоса, наклонившись к Римусу. - И что на него нашло сегодня?

- Ставлю на влияние сэндвича с тунцом.

- Хм-м... - протянула Лили. - А я думаю, дело в яблочном пироге. Попробуй-ка, вдруг и на тебя подействует!

Она подвинула ему тарелку с десертом. Римус съел кусочек, изобразил одухотворённое лицо и стал декламировать:

Любовь моя! Моя любовь!

Э-э... О, моё пламенное сердце!

Я ем пирог... м-м... и вновь, и вновь,

Но не могу никак наесться!

Лили звонко рассмеялась, и Римус, немного смущённый успехом экспромта, подхватил её смех. Он поднял голову и напоролся на острый взгляд Снейпа. Беззаботная радость, охватившая его под влиянием их с Лили шутки, тут же погасла.

- Что будешь делать в перерыв? - поинтересовалась она.

- Сначала займусь эссе по трансфигурации. А потом, если успею, потренирую чары.

- Здорово! Пойдёшь с нами в библиотеку? Мы с Северусом договорились после обеда... - произнося это, она смотрела на Снейпа, но он словно не замечал, яростно орудуя вилкой, - позаниматься...

Северус залпом выпил тыквенный сок, встал из-за стола и, не глядя по сторонам, вышел из зала. Лили помрачнела. Остаток обеда прошёл в молчании.

Вдвоём Лили и Римус вышли в холл. Там, опершись о перила Главной лестницы, стоял Снейп.

- А я подумала, ты решил меня не ждать, - холодно проговорила Лили.

- Ну что ты? Мы же договорились, - почти официальным тоном ответил он.

Римус пожалел, что увязался за девушкой. Меньше всего он желал сейчас участвовать в ещё одной ссоре между друзьями.

- Лили... я, наверное, не буду вам мешать...

- Почему же? - строго остановила она его. - Мы собираемся в библиотеку, тебе тоже туда нужно - так пойдём вместе!

Северус безмолвно развернулся и пошёл вверх по лестнице. Лили чеканила шаг следом. Позади плёлся Римус, думая, что не смог бы припомнить более неловкого похода в библиотеку за два с лишним года учёбы в Хогвартсе.

В читальном зале Лили и Северус громко опустили сумки на пол у стола и сели друг напротив друга. Люпин же счёл за лучшее собрать нужные материалы и поработать в гостиной Гриффиндора. Он проворно разыскал три рекомендованные книги и положил их перед мадам Пинс для оформления.

- И что тебя так огорчило? - долетел до него едкий шёпот Лили.

- Я просто раньше закончил обед.

- Я заметила. Просто!

Римус сгрёб стопку книг и торопливо пошёл к выходу, не оглядываясь на ворчащую парочку друзей. В гостиной он засел в любимом кресле и, никем не тревожимый, до самого ужина занимался домашними заданиями.

***

С удовлетворением от проделанной работы Римус спустился в Большой зал, быстро поел, пока его не заметили ни Джеймс, ни Лили, ни кто-нибудь ещё, и отправился на прогулку. Морозный воздух и сгустившаяся темнота вытеснили все переживания. И друзья, и Лили, и Снейп, и Питер остались где-то далеко - в согретом каминами замке. Здесь же были свобода и одиночество.

Ива всплеснула ветвями, отгоняя ворону - та возмущённо каркнула. Из Запретного леса с громким шелестом вылетела стайка летучих мышей. В хижине Хагрида что-то рухнуло с громким звоном. Римус с наслаждением вслушивался в вечерние звуки и вдыхал аромат отмирающей листвы.

«Как хорошо было бы гулять здесь ночью!» - подумал он.

Люпин возвратился в замок почти к восьми часам и сразу свернул в подземелья. Дверь класса зельеварения была открыта. Он вошёл. Снейп уже был внутри и встретил его жгуче неприязненным взглядом.

- Привет, - сказал Римус невозмутимо.

- Угу, - откликнулся тот.

В неуютном молчании они дождались прихода Филча. Он принёс ведро с щётками, тряпками и чистящими средствами.

- Профессор Слагхорн сказал, что ему нужны чистые пузырьки для зелий и доски для подготовки ингредиентов, - он указал мальчикам на два больших ящика рядом с преподавательским столом, наполненные требующими чистки вещами. - Когда закончите с этим, вымоете столы.

Он выглянул в коридор и позвал:

- Радость моя! Иди сюда скорей! - в кабинет деловито вошла миссис Норрис и запрыгнула на стул профессора.

Оставив студентов на попечение кошки, завхоз ушёл следить за порядком на других этажах.

Кабинет наполнили клацанье пузырьков, стук досок, плеск воды и шурханье щёток. Время от времени миссис Норрис принималась мыться, добавляя к ансамблю шуршание расчёсываемой шерсти и чмоканье.

Снейп работал так сосредоточено, словно находился в классе один. И всё же его отстранённость была явно враждебной. Люпин чувствовал, что двигается напряжённо и неуклюже, но никак не мог скинуть с себя неприятные путы. Он был уверен: стоит ему что-нибудь уронить или разбить, Снейп не упустит повода сказать колкость. И от этой мысли покрытые чистящим средством пузырки казались с каждой минутой всё более скользкими.

«Неужели они всерьёз повздорили с Лили из-за меня?» - подумал Римус.

Спустя час мальчики управились с пузырьками и досками и приступили к уборке столов. Эта часть работы была совсем несложная. Кое-где попадались засохшие остатки ингредиентов и потёки зелий, которые нужно было оттирать, но по большей части достаточно было промыть поверхность чистой тряпкой.

Римус почти закончил свой ряд, когда заметил на стене веер чёрных капель - видимо, какой-то незадачливый студент запустил бурную реакцию в котле. Люпин встал на стул и принялся тереть стену тряпкой, но безрезультатно.

- Северус, - тот обернулся, - Дай, пожалуйста, мою щётку. Вон она, прямо за тобой.

Снейп неспешно взял щётку, сполоснул в ведре и вдруг запустил её в Римуса со всей силы. От неожиданности тот поймал её, прижав к себе. Она больно ударила по рёбрам, забрызгала рубашку и лицо.

- И зачем? - спросил он, подавив желание бросить её в ответ, прямо в темноволосую макушку.

- Проверил твою реакцию, - ядовито усмехнулся Снейп и как ни в чём не бывало занялся своим столом.

- Что ж. Спасибо, - сдержанно ответил Римус. И добавил: - Похоже, ты растратил свой запас любезности, когда помог мне на зельеварении.

- Внесу ясность, Люпин. Я не помогал тебе. Я просто пожалел ценные ингредиенты, которые ты чуть не запорол. Надеюсь, ты не решил, что мы теперь друзья? - голос Снейпа источал презрение.

- Нет. Я всего лишь подумал, что ты нормальный парень. И был признателен тебе за помощь.

- Лично я был бы тебе признателен, если бы ты впредь держался подальше от меня и поближе к своим друзьям. Ой, - притворно смутился он, - я же совсем забыл! Кажется, они больше не рады твоей компании? Великолепный Поттер наигрался с тобой и выбросил вон?

Люпин устало вздохнул:

- Напрасно я начал этот разговор. Ты просто хочешь меня поддеть - и не важно, что я отвечу, - он продолжил энергично тереть стену.

- Занервничал? - фыркнул Снейп.

Люпин спустился, отложил щётку и повернулся к нему.

- Думаю, я догадываюсь, в чём дело. Что не даёт тебе покоя.

- Да? И что же, по-твоему?

- Вряд ли мне стоит произносить это вслух. Боюсь, тебя это обидит. Я даже не стану говорить, с какого именно момента переменилось твоё настроение.

Снейп оценивающе посмотрел ему в лицо.

- И, если я верно понимаю ситуацию, то, по-моему, ты ведёшь себя глупо. А ещё у тебя нет никакой причины злиться на меня. Потому что всё это - исключительно твоя проблема.

- Ха! - нервно хохотнул Снейп. - Как и все остальные мои проблемы - исключительно, целиком и полностью только мои! И тем не менее, в одну из них ты зачем-то вздумал сунуть свой нос!

- Да, - просто ответил Люпин, отвернулся и обмакнул щётку в банку с порошком.

- Я не просил тебя вмешиваться, - прошипел Снейп. - С тобой всё только хуже.

Римус замер. Внутри появился мерзкий холодок. Слизеринец, не подозревая о том, повторил слова, которые иногда, в лихорадке накануне полнолуний и в бессонные ночи после них, Люпин говорил сам себе. Когда думал о родителях, вынужденных скрывать его болезнь, чтобы избежать позора. Когда в последние минуты перед превращением отчаянно просил зверя внутри себя не ранить и не убить кого-нибудь, кто случайно окажется рядом. Когда надеялся, что в этот раз, может быть, сумеет не потерять разум и память - что удержит, обуздает то ужасное и тёмное существо, которое побеждает его каждый месяц. В последнее время он всё чаще чувствовал, что тяготится своим существованием - и, может быть, оттого в обличии оборотня стал наносить себе более глубокие и болезненные раны.

Римус сделал успокоительный вдох. Каменная стена перед ним пестрела остатками не отчищенных брызг. Он с удвоенным усердием зашуршал по ней щёткой.

Вскоре работа была закончена, а за дверью раздалось шарканье Филча. Миссис Норрис встрепенулась и, едва он перешагнул порог, запрыгнула ему на руки.

- Соскучилась, моя хорошая! - промурлыкал завхоз.

Как только он разрешил мальчикам идти, Снейп скорым шагом вышел из класса и скрылся в сумраке коридора, ведущего в гостиную Слизерина. Римус и не ждал вежливого прощания.

Он шёл по затихающему замку, и мысль, что он и правда всегда всё портит и для всех всё усложняет, билась в его голове, как обезумевшая ласточка. Ссора с Сириусом, нападение низла, пререкания Лили и Снейпа - эти события, произошедшие одно за другим, навалились на него тяжким грузом. И в каждом из них отзывались такие меткие слова: «С тобой всё только хуже».

- Как же я устал, - сказал Римус вслух в коридоре седьмого этажа.

- То ли ещё будет, юноша, когда проживёте с моё! - откликнулся вдруг из темноты чей-то портрет, заставив Люпина подскочить на месте.

- Верно, сэр, - выдохнул он и поспешил к входу в гостиную Гриффиндора.