глава 37
***
- За последнюю ночь свободы! За Листинга!
- Ура! Ура! Ура!
Группа парней весело скандировала фамилию Георга, поднимая бокалы за счастливую жизнь молодожёнов.
Они арендовали бар «Папиллон» в Лейпциге - место, где когда‑то проводили немало времени в юности, - и шумно отмечали мальчишник.
- Ну что, кто следующий? - с ухмылкой спросил Георг, оглядывая друзей.
- Хрен знает, я лично ещё слишком молод, - отозвался Марк Гергардт, лениво крутя в руках бокал.
- Мы про тебя и не сомневались, Марк, - рассмеялся Густав.
- Может, подбросим монетку?(В Германии традиционно называется kopf oder zahl. Переводится как голова или число.) У кого орёл - тот и женится следующим, - предложил Хьюз, хитро прищурившись.
- А давайте! - уже изрядно выпивший Билл оживился и стал копошиться в портмоне, выискивая мелочь.
- Чур без фокусов! - строго предупредил Георг, но в глазах его плясали смешинки.
Том сидел в стороне, рассеянно наблюдая, как тает лёд в стакане. Он лишь изредка вставлял пару слов в общий гомон, погружённый в свои мысли. Доселе непонятное чувство тревоги не покидало его - то ли усталость после перелёта давала о себе знать, то ли что‑то иное, пока неосознанное.
- Ты как, бро? - Георг подсел к Тому и щедро долил виски в его стакан.
За эти годы Георг сильно изменился. Длинные волосы остались в прошлом - теперь он носил аккуратную короткую стрижку. Из беспечного хохотуна он превратился в чуткого, зрелого мужчину. Мари здорово на него повлияла - и, кажется, в самом лучшем смысле.
- Да всё путём, просто устал, - Том поправил серьгу в ухе, стараясь улыбнуться.
- Давай, не раскисай... Надо хорошенько повеселиться перед новым сезоном!
- Как там Мари? - попытался перевести тему Том.
- Отлично, у неё сегодня девичник.
- Я нашёл пять итальянских центов(На обороте в 5 центов изображён Колизей.) ! - радостно воскликнул Билл и вышел в центр зала. - Итак, бросаем по очереди. Кому выпадет Колизей - значит, женится следующий. Решка - пронесло!
Парни по очереди подбрасывали монету. Том наблюдал за ними, изредка усмехаясь. Он не верил в эту чепуху, но ради общего настроения был готов поучаствовать.
Всем выпадал пятак. Кто‑то облегчённо вздыхал, кто‑то - чуть разочарованно.
Очередь дошла до Тома. Брат с хитрецой протянул ему монету:
- Давай, не трусь.
Том лишь фыркнул:
- Хорош пить. Иначе завтра будет жёсткое похмелье.
Он оглядел друзей - их предвкушающие лица, смеющиеся глаза - и подбросил монету.
Выпал Колизей.
Компания взорвалась криками:
- Ах ты мерзавец, почему мы не в курсе?! - Георг хлопнул Тома по спине.
- Что это за красотка? Не та ли, модель‑филиппинка? - тут же влез Марк Гергардт.
Билл лишь загадочно улыбнулся:
- Евро - стабильная валюта, никогда не врёт.
- Пфф, - усмехнулся Том и передал несчастную монетку дальше.
Ему вдруг стало душно. Он решил выйти покурить, пока остальные увлечённо продолжали игру.
«Мальчишки», - подумал про себя парень. Он точно не желал доверять свою судьбу какой‑то жалкой монетке.
Том вышел на улицу. Ночной воздух слегка остудил голову. Он закурил, глядя в темноту.
Сзади появился Билл. Он достал свою пачку сигарет:
- Дашь зажигалку?
Том закатил глаза, но протянул зажигалку:
- Ты же был в «Lidl»? Чего не купил?
- А, забыл... Сегодня видел интересную картину, - Билл затянулся, задумчиво выпуская дым.
Том слушал вполуха:
- Какую?
- Пока я выбирал зубную щётку, около меня пробегала девочка и упала. Ну я подошёл помочь, успокоить её. Вскоре её догнал брат - как я понял, они были двойняшками.
Билл сделал паузу, словно взвешивая слова.
- Они стали говорить между собой на английском... Потом мальчик заговорил со мной на ломаном немецком... Рассказал, что они прилетели на праздник с мамой к дедушке... Девочка представилась как Клео, а мальчика звали - Гарри. И он даже рассказал, что им по пять лет. И они мне так напомнили нас... - Билл улыбнулся, глядя куда‑то вдаль.
В глазах Тома читалось непонимание.
- Ого, не думал, что ты так любишь детей, - бросил он.
- Не знаю, но я ощутил какое‑то дежавю, глядя на них. Потом появилась их мать. И всё стало на свои места.
- Что ты имеешь в виду?
- Это была Эллен, - тихо произнёс Билл.
- Что? Ты уверен?
- На сто процентов, - уверенно добавил Билл. - Она почти не изменилась...
- Чёрт... - Том достал ещё одну сигарету. К такой информации он точно не был готов.
- И что‑то мне подсказывает, что отец Гарри и Клео - это ты, - пристально глядя на брата, произнёс Билл, озвучивая свою догадку.
Том замер. В голове словно щёлкнул невидимый замок - фрагменты прошлого сложились в единую картину: тот последний разговор, поспешный отъезд из страны... Он наконец понял, почему она тогда ушла.
Шесть лет прошло, а воспоминания всё ещё обжигали. Девять месяцев беременности... Плюс‑минус пара месяцев... Получается, около пяти лет.
- Так вот почему ты сегодня листал фотоальбом, - медленно проговорил Том, чувствуя, как внутри всё холодеет.
- Именно, - кивнул Билл. - Они очень похожи на тебя.
Том выдохнул дым в ночную тьму. Земля под ногами качнулась - не от виски, а от тяжести обрушившейся правды. Он вцепился пальцами в перила, чтобы не потерять равновесие.
«Гарри и Клео» -прошептал он про себя.
- Она хотела уберечь тебя, - тихо, но твёрдо произнёс младший близнец, озвучивая догадку, которая терзала Тома все эти годы.
Молчание затянулось. Том перебирал в уме обрывки воспоминаний, снова и снова проверяя, всё ли сходится. И с каждым мгновением сомнений оставалось всё меньше.
- Как она? Она узнала тебя? - наконец спросил он хрипло, с трудом разжимая губы.
Билл потушил сигарету о пепельницу.
- Думаю, нет, - ответил он, избегая взгляда брата. - Она была слишком напугана за дочь.
Том глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, пытаясь унять бешеный стук сердца. Веселье мальчишника будто растворилось в темноте - оно осталось где‑то далеко, в прошлой жизни. А впереди маячило что‑то новое: непростое, тревожное, но, возможно, самое важное в его судьбе.