Выбор

До подъёма еще оставалось около часа, но Гарольд уже проснулся. Он сделал попытку перевернуться – ему этого не удалось. Ночью Нарцисса практически взобралась на него, обвивая всеми конечностями, словно лиана. Поддавшись порыву, Певерелл провел рукой по обнажённой спине невесты, чувствуя под своими пальцами её гладкость. Веки затрепыхались, и невеста открыла глаза. – Доброе утро, – прозвучал её сиплый ото сна голос. – Доброе, – ответил Гарольд с улыбкой. Его рука все так же лежала на спине девушки, слегка поглаживая и не делая попыток спуститься ниже. Щеки Нарциссы покраснели, а сама она попыталась посильнее укутаться в покрывало. Но, столкнувшись с насмешливым взглядом изумрудных глаз, отбросила свою затею и посильнее прижалась к жениху. Певерелл, приподнявшись, взял девушку за подбородок, вынуждая посмотреть себе в глаза. Когда их взгляды встретились, он склонился ещё ближе и запечатлел нежный поцелуй на её губах и тут же отстранился. – Не стоит смущаться. Ты прекрасна, – ещё один поцелуй. Нарцисса кивнула и поудобнее устроилась в объятиях жениха. Она чувствовала себя защищенной и умиротворенной. Прошлая ночь и в самом деле была сказочной. Зря она слушала болтовню Катарины и Глории. Они её лишь пугали, что будет много боли. На самом деле, Нарцисса практически не почувствовала болевых ощущений, а одно лишь желание. Поцелуи, страсть и любовь... Слизеринка позволила себе расслабиться, а на её губах появилась улыбка. – Ой, – воскликнула неожиданно блондинка. – Мы проспали завтрак? – Нет, – ответил парень. – Ещё целый час до него. – Но мне всё равно нужно уходить, – в голосе звучала грусть. Но попыток подняться блондинка не делала. – Я удивлена, что Беллатриса сюда еще не заявилась, разыскивая меня. Обычно она каждое утро заходит ко мне. – Я сменил пароль, – хмыкнул юный лорд. – И не стал говорить ей. – Она будет злиться на тебя. Ты же знаешь, какая Беллатриса обидчивая. – Пусть... Позлится и перестанет. Нарцисса засмеялась. – Я должна идти. Мне нужно подготовиться к урокам. – Конечно, – Певерелл убрал руку и вновь чмокнул невесту в губы. – Иди, а то, боюсь, мы оба опоздаем не только на завтрак – на первый урок. За это меня Макгонагалл не погладит по головке. – Ты преувеличиваешь, – улыбнулась невеста. – Ты один из её любимчиков. – Даже если так, то это не спасет меня от отработки в случае прогула. – Возможно. С неохотой отстранившись от Гарольда, Нарцисса выбралась из постели, кутаясь в простыню. Подобрав свои вещи, что были разбросаны по полу, она скрылась в ванной.

***

Белла злилась на Певерелла. Он вновь начал вести себя с ней как полнейший эгоист, словно и не было тех недель, что они провели, узнавая друг друга. Вечеров в его комнате и страстных поцелуев. И не только поцелуев: несколько раз Гарольд чуть ни наплевал на придуманные им же запреты и не затащил её в постель. Ну, хорошо, пусть инициатором была сама девушка, но с Гарольдом иначе нельзя. Беллатрисе приходилось брать инициативу в свои руки, чтобы не упустить свой шанс. Певерелл слишком правильный. Хотя сильно против он и не был. Так, для виду возмущался.– Или он такой правильный только со мной, – волновалась брюнетка, расхаживая по комнате сестры. Нарцисса вчера, как ушла куда-то с Певереллом, так и не появлялась до сих пор. Белла попытались зайти в комнату к этому эгоисту, но тот сменил пароль. Ей ничего не оставалось, кроме как сверлить злым взглядом портрет, охраняющий вход, и вернуться назад. Поэтому сейчас она сидела в комнате сестры и ждала её возвращения. Портрет с негромким скрипом отъехал в сторону, и в комнату вошла Нарцисса. На ней была помятая мантия – первое, что отметила Беллатриса, и слегка взбалмошный вид. – Наконец-то ты соизволила появиться, – язвительный тон. – Позволь узнать, где же ты пропадала всю ночь, моя любимая сестрица? – Белла, – послышался в ответ тихий голос. – А что ты здесь делаешь?– Тебя дожидаюсь, – ответила брюнетка. – Но ты не уходи от ответа. Я хочу знать, где ты была всю ночь. С кем, я уже догадалась, но вот, чем вы занимались, меня интересует, – пытливый взгляд темных глаз всматривался в лицо сестры, выискивая там малейшие признаки лжи. – Белла, я тебя не понимаю, – нахмурилась младшая из сестер, – почему тебе можно проводить время в компании Гарольда, а мне нет? Что за странные правила? – Нарцисса тоже начала злиться. Ей не нравились правила, которые пыталась устанавливать Беллатриса. Они были какими-то односторонними. – Если ты не забыла, он мой жених, и нет ничего предосудительного, что я осталась на ночь в его комнате. – Значит, ты ночевала с Певереллом. И как? Щеки блондинки помимо воли покраснели, и она поспешила отвернуться. Карие глаза вспыхнули нехорошим блеском, а на губах расцвела злая усмешка. За секунды преодолев разделяющее их расстояние, брюнетка схватила сестру за локоть, вынуждая посмотреть себе в глаза. – Ах, – насмешка, – вижу, наш джентльмен оказался не таким уж джентльменом. Он нарушил своё слово. Хотя, чего ещё можно было ожидать от этого грубияна, – в голосе звучали нотки ревности. Кулаки сжаты до боли, а карие глаза метают молнии. – А говорил, что и пальцем ни прикоснется к тебе до совершеннолетия. Лгун...– Не говори глупостей, – отозвалась Нарцисса. – Мы помолвлены, и он в праве... – Конечно, в праве... Вот тетушка будет рада, когда узнает об этом. Ты написала уже ей? – Нет, и не собираюсь! – воскликнула всегда сдержанная девушка. – Почему, так? Ты же выполнила её приказ: попала в постель к лорду Певереллу. И по твоему виду сразу понятно, что вы там не истории рассказывали, – Беллатриса окинула сестру насмешливым взглядом. – Или я ошибаюсь? – Почему ты такая? – в ответ проговорила Нарцисса. – Разве нельзя просто порадоваться за моё счастье. Зачем все эти глупые обвинения... Я не выполняла приказ тетушки, а лишь делала то, что сама хотела. Мне нравится Гарольд, – тихий голос. – Я чувствую себя с ним защищенной и по-настоящему счастливой. – А как же Малфой? Как твоя любовь к нему? – Я... Я не хочу говорить об этом. – Ну, конечно, – не сдавалась Белла. – Зачем тебе нужен этот глупец, когда рядом есть Певерелл? Всё же, тетушка была права, утверждая, что ты станешь хорошей партией для Певерелла. – Я не намерена слушать весь этот бред. Ты ревнуешь, поэтому и говоришь мне все эти гадости, пытаясь задеть. Ты всегда так делала, когда тебе что-то не нравилось. – Я не влюблена в Певерелла, в отличие от тебя, и мне ни к чему его ревновать. Он лишь хороший шанс избежать ненужного брака с Лестрейнджем, – возразила Белла. – Не более того.– Конечно, – Нарцисса не поверила ни единому слову. – Именно поэтому ты и ревнуешь сейчас. Ради забавы, – насмешка. – Можешь врать себе, сколько хочешь, но не нужно врать мне. Я тебя слишком хорошо знаю, Белла, и знаю, что творится сейчас у тебя в душе. Беллатриса металась по комнате, гневно сжимая кулаки. – И знаешь, если мы хотим стать женами одного человека, то должны научиться договариваться. Если каждый будет пытаться тянуть одеяло на себя, то из этого ничего хорошего не получится, – продолжала Нарцисса.– И что же ты предлагаешь? – Для начала прекрати вести себя как маленькая девчонка, которой не купили конфету. А затем подумай о своем поведении.– А что с ним не так?– Ты ведешь себя сильно импульсивно, – Белла промолчала на это. – Я предлагаю устроить сегодня романтический вечер для нас троих. Отправим сову к тетушке и попросим переслать бутылку вина. Домовики дадут нам чего-нибудь вкусненького. Устроим ужин при свечах и с романтической музыкой.– И?– И проведем хорошо время. Вместе, действуя сообща, мы сможем вывести Гарольда на откровенный разговор. Узнаем, чего он вообще ждет от нашего брака, и какой видит дальнейшую жизнь. А тогда уже будем действовать в зависимости от обстоятельств. Как тебе такая идея?– Неплохо. Но, чур, сегодня Певерелл мой.– Хорошо, – согласилась младшая сестра. – Но если он этого сам захочет.– Захочет, – уверенный голос. – Еще как захочет.

***

Малфоя-старшего не обнаружилось во время завтрака за преподавательским столом. Видимо, тот, не получив положительного ответа, решил покинуть Хогвартс. Певерелл был этому только рад. Всё, что касалось Малфоев, будь то младшего или старшего, ассоциировалось у него с проблемами. А проблем у Гарольда и сейчас было полно, зачем взваливать на себя ещё больше?Чувствовал он себя превосходно. Видимо, Наура была права, говоря, что секс – хороший способ расслабиться, а заодно и избавиться от излишков магии. Он только надеялся, что вел вчера себя с невестой сдержанно и не причинил ей вреда. Нарцисса так хрупка, словно фарфоровая статуэтка. Один неверный жест, и она разобьется на сотни мелких частиц. – О, вижу, ночь прошла чудесно, – рядом уселся Нотт. – Ты весь цветешь и пахнешь. Вот бы мне так...– А завидовать нехорошо, – ухмыльнулся Гарольд.– А кто завидует? – отмахнулся Нотт. – Я радуюсь за тебя. А то в последнее время ты ходил весь кислый. Срывался по малейшему поводу, испепелял всех своим злым взглядом. Кстати, я всё забывал спросить, как прошла твоя встреча с Дамблдором? – Плодотворно, – подобрал правильное слово Гарольд.– Это радует, – кивнул Нотт. – И, чуть не забыл, – перед Певереллом лег конверт.– Что это? – осведомился слизеринец, не спеша брать вещицу.– Мой отец просил передать. Певерелл взял конверт и, вскрыв печать, достал пергамент. Пробежав взглядом по тексту, он про себя ухмыльнулся. Отец Джона просил о встрече в ближайшие выходные. – Передай мое согласие. Скажем, в два я буду свободен и с радостью встречусь с ним в своём доме. Чего-чего, а осторожности Певерелл научился. Доверяй, но проверяй. Поэтому он и назначил встречу на собственной территории, где напасть на него осмелится лишь глупец. – Певерелл, поговаривают, что ты подыскиваешь нового жениха для Беллатрисы. Лестрейндж тебя не устраивает, – послышался надменный голос Розье. Обернувшись, Гарольд увидел нахальную физиономию старшекурсника. Розье входил в компанию Малфоя, поэтому Певерелл старался с ним не общаться. – А ты решил предложить свою кандидатуру?– Почему бы и нет, – кивнул парень. – Я из древнего рода. Богат, хорош собой и не обделен магической силой. Несколько поколений тому назад Блэки породнились с Розье через заключение брака, почему бы и сейчас не сделать этого?– Я подумаю, – ушел от ответа Гарольд.– Подумай, – кивнул благосклонно Розье и ушел к дружкам.– Тупица, – хмыкнул Нотт. – Разве он не видит, что ты сам имеешь виды на Беллатрису? Только слепой не заметит, как старшая из сестер около тебя вьется, добиваясь внимания, и ты не сильно против, надо сказать. – В самом деле? – парень изобразил на лице удивление.– О, не строй из себя наивного хаффлпаффца. Тебе это не идёт. – Так, что там насчет меня и Беллатрисы? – Об этом среди гриффиндорцев такие истории ходят. Запретная любовь, – ухмыльнулся Нотт. – Гриффы уверены, что между вами роман, но из-за того, что ты помолвлен с её сестрой, то вы вынуждены скрывать свои чувства. Нерадостная сказка принца и фурии. – Ну у них и фантазия.– Да, в этом гриффиндорцам не откажешь. Хотя, насчет романа я бы не поспорил. Слишком уж явный интерес Беллатрисы к тебе, да и ты порой раздеваешь её взглядом. Хороша чертовка, ничего не скажешь. Повезло тебе, заполучить сразу двух сестёр. Правда, я бы не хотел быть на твоем месте, – очередной смешок. – В порыве злости они выцарапают тебе глаза своими коготками.– Для этого и созданы брачные контракты, – негромкий голос.– И ты веришь в то, что какой-то контракт убережет тебя от гнева Беллатрисы!? – в голосе было столько сомнения, что Гарольд и в самом деле начал опасаться за собственную жизнь. – Посмотрим. Певерелл решил оставить тему своих отношений на «потом», сейчас его куда больше волновал Малфой. Люциус сверлил его хмурым взглядом, словно Гарольд был перед ним в чём-то виновен. Сам парень не чувствовал за собой никакой вины – он держался подальше от этого семейства, прекрасно зная, что любые делишки с Малфоями принесут ему одни лишь проблемы. – Ты не знаешь, что это Малфой сегодня не блещет своим остроумием? – осторожно спросил Гарольд у своего соседа.– Он получил втык от папаши, – тихо ответил Нотт.– С чего ты это взял? – засомневался Певерелл.– Я слышал, как Люциус говорил об этом Лестрейнджу, – пояснил Нотт. – Там ещё звучала твоя фамилия. Мол, Люциус недоволен, что его отец о чём-то с тобой договаривался. Больше ничего мне не удалось услышать, поскольку Малфой заметил моё присутствие и замолчал. – Ясно, – кивнул Гарольд. – Видимо, он считает меня во всем виноватым, вот и поглядывает злостно.– А как иначе, – ухмыльнулся собеседник, – этот павлин привык винить в своих бедах всех, кроме себя самого. Так что, я не удивлен этому. Не будь ты Певереллом, он бы тебе уже столько пакостей наделал. Гнилой тип, притом мстительный. Гарольд согласно кивнул.

***

Слизеринец был крайне удивлен, когда после занятий к нему подошла Нарцисса и попросила зайти к ней в комнату в семь часов. На все вопросы девушка отмалчивалась, лишь твердила, что это очень важно. Гарольд даже хотел воспользоваться своей властью Главы рода и заставить Нарциссу сказать правду, поскольку после всего произошедшего он терпеть не мог тайны. Да и не исключено, что Беллатриса вновь могла что-то задумать и втянуть в свою авантюру сестру. Но невеста быстро узрела его маневр и поспешила ретироваться. Певереллу ничего не оставалось, как выругаться от досады и хмурым взглядом проводить удаляющуюся фигуру невесты. – Если бы знал, сколько проблем мне принесет затея с браком, никогда бы не связался с сестрами Блэк, – пробурчал себе под нос Певерелл. Идея создать триаду не казалась больше ему такой привлекательной, а, наоборот, с каждым днем всё больше угнетала. И если с Нарциссой у них сложились нормальные отношения, которые способствовали вполне приемлемой совместной жизни, то с Беллатрисой всё было диаметрально противоположно. Гарольд не понимал эту слизеринку. Порой ему казалось, что их отношения налаживаются, а в следующий момент всё портилось. Причиной он считал слишком сложный характер Беллы и её вспыльчивость. И что с этим делать, Певерелл не знал. Он запутался в своих желаниях и стремлениях. В назначенное время брюнет стоял на пороге комнаты невесты. Внутри царил какой-то полумрак, и пахло какими-то травами, как про себя тут же отметил парень. Шагнув внутрь, он был тут же окутан сладостным ароматом, который вызывал странные чувство покоя и... странные желания. Хотя ничего удивительного в последнем не было, если посмотреть на двух сестер – брюнетку и блондинку, одетых в красивые платья, которые подчеркивали все их достоинства. При слабом освещении свечей они притягивали к себе взгляд и будоражили желание. Певерелл сглотнул и сделал несколько шагов вперед. Беллатриса поднялась навстречу, призывно покачивая бедрами, и протянула ладонь вперед. В карих глазах плескался азарт, а на губах красовалась дерзкая улыбка. Гарольд, не колеблясь, взялся за теплую ладошку, чтобы в следующую секунду быть увлеченным вглубь комнаты. Слизеринец не сопротивлялся. – Мы решили, что будет неплохо провести этот вечер втроем, – прозвучал тихий голос Нарциссы. – Ты ведь не против? – Нет, – ответил парень. Пока Нарцисса увлекала его разговором, её сестра успела наполнить три бокала рубиновой жидкостью и протянула один Певереллу, который тот тут же взял.– Предлагаю выпить за нас, – прозвучал тихий голос. – За нас, – повторила Нарцисса и сделала несколько глотков из своего бокала. Гарольд, секунду поколебавшись, тоже последовал её примеру, про себя отмечая отменный вкус вина. Даже его скудных познаний в этом хватило, чтобы понять, что подобный нектар не достать в Хогсмиде. Певерелл решил не думать сейчас об этом, а полностью отдаться наслаждению. Ему было хорошо сейчас. Тревожные мысли и заботы отступили на задний план, принося лишь спокойствие. Аромат в помещении будоражил его, вынуждая позабыть обо всех страхах и ограничениях. «Что-то не так», – про себя подумал брюнет. И тут же он ощутил прикосновение к своей груди. Подняв взгляд, Певерелл столкнулся с карими глазами, в которых сейчас бушевала жажда и необъяснимая тревога, а в следующую секунду он почувствовал сладостный вкус на своих губах. Гарольд машинально ответил на поцелуй, позволяя рукам заскользить по обнаженной спине и чувствуя под своими пальцами дрожь. Отдавшись ощущениям, слизеринец не сразу заметил, что к его спине прижимается Нарцисса, а её проворные пальчики расстёгивают мантию на нём, а затем подныривают под рубашку. В голове билась мысль, что всё происходящее неправильно, но она быстро угасла под страстными ласками девичьих рук. – Я... – Певерелл и сам не знал, что хотел сказать. Он разрывался от желания остановить всё это, но в то же время страстно желал продолжения. Голова кружилась от обилия эмоций и необычных ощущений, наталкивая на мысли о том, что в вине было что-то подмешано. – Тише... Не говори ничего, – зашептала Беллатриса. – Это наш выбор. Спорить не было ни сил, ни желания, и Гарольд вновь припал к губам девушки. Отстранившись, он привлек к себе Нарциссу и уже поцеловал её, сперва нежно, а затем углубляя поцелуй. Его язык вовсю господствовал во рту невесты, заставляя ту постанывать от наслаждения. Гарольд чувствовал губы Беллатрисы на своей шее. Легкий укус, а затем проворный язычок, словно извиняясь, скользил по шее, оставляя мокрые дорожки. Певерелл не стал возражать и отталкивать брюнетку, хоть краем сознания и понимал, что завтра здесь будет след.

***

Певерелл проснулся, когда на часах было всего шесть утра. Он отчетливо чувствовал, как к нему с обеих сторон прижимаются два обнаженных тела. Нарцисса и Беллатриса... В памяти всплыли воспоминания вчерашнего вечера, и Гарольд нахмурился. Вчера он, поддавшись эмоциям и своим прихотям, натворил делов. Певерелл ощутил, как щеки пылают, а в голове звучит насмешливый голос, признающий его молодцом из-за того, что он не упустил свой шанс. Парень провел руками по лицу, пытаясь избавиться таким образом от воспоминаний вчерашнего вечера, но ему это не удалось. Услужливая память, словно в насмешку, подбрасывала картинки определенного содержания. Певерелл к своему стыду осознал, что возбужден. Его одолевала злость на себя, но в то же время было желание повторить всё. Пока не наделал ещё каких-то глупостей, Гарольд поспешил подняться, стараясь не потревожить сестер. Собрав с пола свою разбросанную одежду и торопливо одевшись, он поспешил покинуть комнату, молясь всем Богам, чтобы в гостиной в это время никого не было. Но его мольбам не суждено было сбыться. Стоило Певереллу ступить за дверь, как к нему тут же устремился любопытный взгляд серых глаз. Люциус Малфой с интересом смотрел на Гарольда, отмечая и его помятый вид, и засос на шее. Бледные губы дрогнули в ухмылке.– Веселая ночка, Певерелл? – насмешливый голос.– Несомненно, – парировал юный лорд и поспешил скрыться в своей комнате.

***

Певерелл понимал, что ведет себя по-детски, но ничего поделать с собой не мог, он избегал обеих девушек всеми правдами и неправдами. Ему казалось, что он совершил что-то ужасное. Опорочил честь обеих сестер Блэк. На самом деле, это было не далеко от истины, если брать в расчёт всё произошедшее. В чистокровных семьях очень строго относились к целомудрию невесты. И то, что совершил Гарольд, можно считать вероломством. Теперь ему уж точно не отвертеться от брака с Беллатрисой, если он не хочет пустить тень позора на род Блэков. Сомнительно, что Вальбурга и Друэлла погладят его по головке и назовут молодцом, если тот попытается отделаться от триады. Нет, он в своём праве, как Глава, делать всё, что ему заблагорассудится. Вот только, сама магия восстанет против него и накажет. Блэки и Певереллы – древние рода, поэтому шутки с магией этих родов очень плохи, последствия могут быть чреваты. «Нужно отвечать за свои действия. Вчера я наделал глупостей, а значит, должен взять на себя всю ответственность», – был решителен в своих мыслях Гарольд. Отправившись в совятню, парень отправил сову с письмо для леди Вальбурги. Он рассчитывал получить ответ к выходным.

***

– Белла, я считаю, что вчерашние наши действия были ошибкой, – тихо прошептала Нарцисса. – Гарольд избегает нас теперь. Видимо, он понял, что мы одурманили его и злится. – Неважно, – отмахнулась старшая сестра. – Он не в силах что-то изменить. И вообще, позлится и перестанет. Зато мы добились желаемого. – Мне как-то не по себе, – призналась Нарцисса. – Я чувствую свою вину.– Какую вину? Мы же не силой тащили Певерелла в постель. Он добровольно пришел к нам, и по его довольному лицу и полному похоти взгляду было ясно, что ему понравилось. А сейчас его терзают сомнения, но скоро это пройдет... Это же Певерелл, он вечно хочет казаться джентльменом.– А зелье, что было на твоих губах и эти аромамасла? Они лишили его возможности сопротивляться. Гарольд не любит, когда его к чему-то принуждают и будет злиться. А если он решит отменить нашу помолвку? – тихий шепот. – Он ведь может это сделать, и тетушка не сможет ничего предпринять. Не сможет перечить воле Главы рода. – Не говори глупостей, – отмахнулась Белла. – Каким бы Певерелл не был эгоистичным и тщеславным, но он человек слова. Так что твои страхи необоснованные. Пойдем лучше в Большой зал.

***

Выходные неумолимо приближались, а Гарольд так и не получил ответа от Вальбурги. Он грешным делом уже начал подумывать, что сову перехватили и отняли письмо. Решено было посетить Гриммо при первой возможности. Кроме этого у Певерелла на повестке дня появились новые заботы: письмо от Реддла. Волан-де-Морт зачем-то хотел встретиться. Гарольду казалось, что между ними уже всё решено, всё сказано и точки над «i» расставлены. Но, видимо, нет, раз Реддл настаивает на встрече. Певерелл вспомнил слова Науры насчет оборотня и её совета воспользоваться этой шавкой для своей выгоды. Сперва мысль показалась ему бредовой, но, всё хорошенько взвесив, он решил, что всё не так ужасно. А еще не стоило забывать о Нотте-старшем, с которым была назначена встреча. Гарольду нужны были союзники, и он не мог отказаться от этой встречи.