Выбор

  Абраксас Малфой стал частым гостем в Хогвартсе. Из-за того, что он входил в совет попечителей, у него был свободный доступ в замок. Вот только по его выжидающим взглядам, направленным в сторону Гарольда, становилось понятно, что в Хогвартс его привели не дела школы, а личные мотивы. Малфой ожидал решения Певерелла. Сам же Гарольд медлил с решением. Попросту, не зная, как лучше поступить. Того, с кем можно посоветоваться, у него не было, поэтому решение придется принимать, полагаясь на собственную интуицию. С одной стороны Люциус Малфой – знатная заноза, от которой будет проблем больше, чем пользы. А с другой Певереллу не повредит иметь в ряду Пожирателей своего шпиона. Абраксас Малфой входит в ближний круг, значит, и обладает ценной информацией. Реддл доверяет ему и рассказывает о своих планах. И не стоит забывать, что Том уже мог доверить Малфою свой дневник, который Гарольду будет весьма кстати, если он хочет раз и навсегда избавиться от Реддла. Абраксас, каким бы чванливым и лицемерным не был, но семья для него на первом месте. Ради благополучия сына и процветания рода, он даже готов предать собственного Господина. Хотя здесь большую роль играет разочарование Малфоя в Реддле. Видимо, блондин понял, кого собой представляет Волан-де-Морт и насколько его идеи безумны, за некоторые из них Абраксас может поплатиться собственной жизнью или сроком в Азкабане. Впрочем, это недалеко от правды, если брать в расчет, какая участь постигла многих Пожирателей. Малфой спасся лишь благодаря откупам и благотворительным пожертвованиям в Мунго и Министерство магии, которые хорошенько ударили по его кошельку. Вот только Метка не позволит ему сбежать от Реддла и вынуждает вести двойную игру. Блондин решил пристроить к Гарольду своего сына в надежде, что тот окажет ему покровительство и в нужный момент спасет от гнева Тома. «А, интересно, у Люциуса уже есть занятная татуировка на предплечье?» – сам у себя спрашивал парень. Почему-то раньше он об этом как-то не подумал. Хотя, если Люциус так дружен с Лестрейнджем, Розье, Эйвери и другими чистокровными, которые в будущем станут верными псами Лорда, то и у него должна быть Метка. Да и все эти разговоры о чистоте крови и слепое обожание Темного лорда свидетельствуют в эту пользу. Но если рассматривать эту ситуацию с другой стороны, то вырисовывается совсем иная картина. Абраксас, дабы уберечь своего сына, создавал видимость его преданности Реддлу и его идеалам, а сам искал выход. Это казалось не таким уж бредом, если брать в расчет скорую гибель лорда Малфоя от драконьей оспы. Странностей в кончине Абраксаса было слишком много, и они лишь уверяли Гарольда в том, что эта смерть была кому-то выгодна. Дамблдор на подобное не пойдет. Он слишком правильный и предпочитает видеть в людях лишь хорошее, попутно игнорируя плохое. И его вечное благо не вяжется с убийством Малфоя. Министру и его прихвостням тоже не к чему смерть Абраксаса. Ведь какой смысл самому закрывать кормушку, из которой они хорошенько получают. Остается Реддл... Видимо, Абраксас в будущем окончательно разочаруется в своем Господине и продемонстрирует свое недовольство, вплоть до того, что попытается сбежать. Том подобного не потерпит и убьет предателя, но, дабы не потерять деньги Малфоев, подстроит всё так, что смерть лорда Малфоя не вызовет подозрений. А Люциус займет место отца. Певерелла мучили терзания. Он не знал, что выбрать в данном случае. Понятно, что из двух зол стоит выбрать меньшее, вот только как узнать, где таково? Малфои ему не друзья, да даже не соратники – это однозначно. Люциус, как в прошлом и его сынок, потрепали Гарольду кучу нервов и высосали много крови. Видимо, у них это семейное. Или всё дело в феноменальной везучести Гарольда и его умении, словно магнитом, притягивать к себе проблемы. И не стоит забывать, кто виноват в смерти Ориона. Единственного человека, с которым Гарольд сблизился и кому был готов рассказать правду о себе. С другой стороны у Абраксаса не было особого выбора. Зная Реддла, можно было понять, что либо Малфой выполнит приказ, либо подставит свой род под удар. Том не любил, когда его приказы не выполнялись, и жестоко наказывал за провалы. Певерелл скривился. До чего он дошел: оправдывает Малфоя. Раньше ему подобное даже в голову не пришло бы, но, видимо, перемещение во времени и муштровка братьев повлияли на него куда больше, чем ему казалось. – Эй, – прозвучал совсем рядом голос Гампа, тем самым вырывая Гарольда из его мыслей. – Что? – Меня пугает твоя улыбочка. Она такая кровожадная... Да и не только меня, – тихий голос. – На тебя с подозрением косятся не только ученики, но и учителя. Даже папаша Люциуса не сводит с тебя своих глаз. Проследив за взглядом Гампа, Певерелл увидел за преподавательским столом, между других профессоров, Малфоя-старшего. Абраксас сверлил его внимательным взглядом и хмурился отчего-то. Дамблдор тоже смотрел на него с любопытством, а в синих глазах, скрытых за стеклами очков, плескалась тревога и какая-то печаль. – Тебе стоит быть осторожнее, – тем временем продолжал Гамп. – Не так давно произошло нападение на магглов и многие могут подумать, что ты в этом замешан. По крайне мере, об этом говорит твоя кровожадная ухмылочка. – А и правда, что это на тебя Малфой косится? Не иначе, надумал уже чего-то и хочет втянуть тебя в свою затею. От этого чистокровки не стоит ничего хорошего ожидать. Певерелл проигнорировал их болтовню. – Кстати, Слизнорт передал, чтобы ты зашел к нему после ужина. – А зачем, он не сказал? – Нет. Но я думаю, будет предлагать тебе прийти на очередную его вечеринку. Ты же один из его любимчиков, так что, так просто от тебя он не отстанет. – Вот же, – недовольная гримаса. Гарольд не испытывал особой любви к Горацию ни в прошлом, ни сейчас. Этот любитель собирать возле себя знаменитостей порой был надоедливым и невыносимым. – А может, речь пойдет об экзаменах? Ведь до выпуска осталось совсем ничего. – И? – Декан проводит беседы со всеми выпускниками и узнает об их дальнейших планах. Со мной лично он говорил на прошлой неделе. – Я собирался сегодня покинуть Хогвартс. У меня появились кое-какие дела, не требующие отлагательств, – нахмурился Гарольд. – И встреча с деканом в мои планы не входила. Может, удастся перенести разговор на потом? – Я слышал, как МакГонагалл жаловалась на тебя Слизнорту. С её слов выходило, что ты превратил школу в проходной двор. Когда хочешь – приходишь, когда вздумается – уходишь. Прогуливаешь уроки и ведешь себя неподобающе. Кстати, ты первый человек, к которому она так категорично настроена. Признавайся, чем ты так насолил декану Гриффиндора? – с весельем спросил Нотт. – Даже не знаю, – Гарольд и в самом деле не знал ответа на этот вопрос. – Может, тем, что попал в Слизерин, а не в Гриффиндор. А может, её раздражает, что декан и директор позволяют мне покидать Хогвартс. – В общем-то, они не могут тебе запретить проводить выходные вне школы. Основатели четко указали в правилах на права лордов. Так что, директор просто не имеет права запретить тебе этого, – внес свою лепту Гамп. – Тогда с чего Макгонагалл злится? – хмыкнул Нотт. – Или она завидует? – Не знаю. Она всегда казалась мне странной особой. А эта её мания – соблюдать все правила. И заметь, больше всех достается ученикам её факультета. У нас, каким бы Слизнорт не был чистоплюем, но за своих учеников стоит горой. Он прикрывает слизеринцев перед другими учителями и делает поблажки. А Макгонагалл наоборот: гнобит своих грифов и всем показывает, насколько те никчёмны. Хороший декан, ничего не скажешь. Гарольд игнорировал болтовню Нотта с Гампом. Ничего нового для себя он всё равно не услышит. И глупцу было ясно, что эти двое не жалуют декана Гриффиндора. Что между ними произошло, Певерелл не знал, но факт на лицо: Нотт с Гампом терпеть не могли Макгонагалл.

***

В назначенное время Гарольд стоял перед дверью в кабинет зельеварения.– Профессор, вы хотели меня видеть?– Проходите, мистер Певерелл, – прозвучал радушный голос Слизнорта. В кабинете, помимо профессора, были еще Блэк с Поттером. Двое гриффиндорцев с кислыми минами на лицах чистили котлы.– О, не обращайте внимания на этих юношей, – заметив интерес Гарольда, проговорил декан. – Минерва была любезна предоставить мне двух нарушителей правил для мытья котлов. Гарольд про себя ухмыльнулся. Он был наслышан историями из жизни отца и крестного. Со слов Сириуса они больше всех перебывали на отработках за свои шалости. Видимо, и в этот раз их поймали за проказами и отправили к Слизнорту. Без мантии-невидимки мародерам будет сложнее проворачивать свои делишки. Певерелл даже почувствовал укол совести, но быстро успокоился. Далеко не все шалости гриффиндорского квартета являлись безобидными. Лучший пример тому – поступок со Снейпом. Того чуть не покусал Люпин. Слизнорт занял место за своим столом, а Гарольду указал на первую парту.– Мистер Певерелл, позвал я вас не просто так. У меня к вам есть одна просьба, я бы даже сказал, предложение, которое будет выгодно и вам и мне, – начал издалека декан.– Я вас слушаю, – парень был заинтересован. – Вы, должно быть, знаете, что мне приходится готовить множество зелий для Больничного крыла. Так вышло, что в последнее время их количество увеличилось и у меня не хватает времени для их изготовления. И, к счастью, я нашел выход, который всех удовлетворит. Поскольку вы один из лучших в моем предмете среди семикурсников, я хочу предложить вам стать моим учеником. Нет, – увидев недовольство на лице парня, воскликнул Слизнорт, – это не официальное ученичество. Я прекрасно осведомлен, что в будущем вы не планируете становиться зельеваром, а просто дополнительная возможность усовершенствовать свои навыки в этой области. В будущем вам это пригодится. Певерелл был удивлен таким предложением. – Вы говорили, что это будет выгодная сделка для нас обоих, – невзначай заметил брюнет.– Конечно-конечно, – улыбка. – Взамен я освобожу вас от сдачи экзаменов. И даже замолвлю за вас словечко перед одним из своих хорошим знакомых, который будет принимать у семикурсников ЖАБА. Гарольду не требовалась такая протекция, он был уверен, что и сам справится с экзаменами. Но с другой стороны ему не хотелось портить отношения с деканом его факультета. Мало ли что будет в будущем, вдруг Певереллу потребуется его помощь в чем-либо. – Притом это хорошая практика. И не волнуйтесь, я предоставлю вам все ингредиенты и дам помощника. Юный мистер Снейп очень талантливый юноша. Он намного опережает своих однокурсников и очень трудолюбив. Уверен, мистер Снейп будет хорошим помощником. Гарольд призадумался. Он давно уже хотел вернуть «должок» Снейпу. Как ни крути, а тот отдал свою жизнь, чтобы Певерелл получил возможность вернуться в прошлое. Снейп все семь лет пытался оберегать Героя, пусть и делал это своеобразно и из-за собственных мотивов. Клятвы Лили Эванс и слову, данному Дамблдору. Но это не умаляет его заслуг. Вот Гарольд и хотел вернуть ему должок, только всё времени никак не было и возможности. А это неплохой шанс. – Я согласен.– О, какая радостная новость. Я рад это слышать, – просиял Гораций. – Тогда жду вас в понедельник здесь в семь часов. – Конечно.– Я могу идти? – Идите. Как я помню, вы сегодня изъявили желание покинуть Хогвартс на выходные?– Да, у меня есть кое-какие дела, связанные с родом.– Тогда не смею вас больше задерживать. Гарольд покинул кабинет декана. Ему нужно было взять некоторые вещи, перед тем как покинуть замок. Да и предупредить сестер не помешает. Но не успел он сделать и несколько шагов, как его перехватил Люциус Малфой. Нужно признать, что блондин выглядел чем-то раздосадованным. – Певерелл, – в своей манере протянул Люциус, вот только взгляд серых глаз был цепким, без даже малейшего намека на веселье. – Малфой, – в тон ему ответил Гарольд. Повисло молчание.– Мы можем поговорить сейчас? – наконец-то проговорил блондин. Певерелл лишь кивнул. Брюнет с опаской последовал вслед за Люциусом в один из заброшенных классов. Зайдя внутрь, блондин запер дверь и наложил на помещение чары конфиденциальности и лишь после этого обратил свой взор на Гарольда. Сам же Певерелл всем своим видом пытался показать беззаботность. Игнорируя все правила этикета, парень уселся на парту, предварительно очистив ту от пыли, и внимательно посмотрел на оппонента. В рукаве мантии он сжимал свою палочку, на всякий случай, так сказать. Мало ли зачем Малфой позвал его сюда. Вдруг решил учинить расправу, а затем отправить холодный труп Реддлу. С этим типом стоит быть начеку. – Я тебя слушаю, – нарушил затянувшуюся тишину брюнет.– Отец рассказал мне о вашем разговоре, – при этих словах Малфой скривился, словно от неприятного запаха. Видимо, папаша поведал ему о своей просьбе и сам Люциус был не рад этому. – И?– Мне не нужна твоя помощь, Певерелл, – резкий ответ. – Я сам способен позаботиться о себе и своей семье. В отличие от тебя, – дерзкая усмешка. – Твое положение сейчас шаткое. Как и тех, кто примкнул к тебе. Нотты, Гампы, Блэки... Лорд Блэк уже мертв. Кто следующий, а, Певерелл? Или ты рассчитываешь, что Дамблдор защитит тебя!? – насмешка. – Зря тешишь себя надеждами. Я куда больше тебя знаю Дамблдора и знаю, что ему плевать на нас всех. Он и пальцем не поведет, чтобы спасти тебя, если ему не будет это выгодно. Министру и его прихвостням тоже нет дела до тебя. Так что ты можешь надеяться лишь на себя. Смотри, не ошибись, делая свой выбор... Неизвестно, чьей жизнью тебе придется расплатиться в следующий раз. Взмахом палочки Люциус снял наложенные чары и взялся за ручку, но неожиданно обернулся и одарил собеседника надменным взглядом, в котором читалось превосходство.– Считай, что у тебя не было разговора с моим отцом, – с этими словами он покинул кабинет и направился в сторону гостиной. Гарольд глубоко вдохнул, пытаясь унять волнение. Слова Люциуса звучали, как завуалированная угроза. Неужели Реддл решил организовать нападение на того, кто близок к нему? Этот безумец был способен на всё. Поэтому Гарольду и нужен был шпион в его рядах, который смог бы докладывать о планах Лорда и предупреждать в случае чего. Жаль, что затея с Малфоем провалилась. Хотя с одной стороны это и к лучшему. Зачем ему такая заноза, как Люциус Малфой? Этот тщеславный павлин, мнящий из себя самого Мерлина. Мерзкий тупица, пусть пресмыкается перед Реддлом и целует край его мантии, как раб.

***

Гарольд покидал Хогвартс в обществе Нарциссы. Слизеринке срочно требовалось что-то обсудить с тетушкой. Какие-то свадебные приготовления, как она уклончиво отвечала. Вот только взгляд в сторону отводила и сжимала нервно кулачки, что свидетельствовало об её неискренности. Сам же Певерелл не стал допытываться правды, посчитав, что Нарцисса имеет право на маленькие тайны. Если речь будет идти о чём-то серьезном, то Вальбурга ему расскажет. Так что нет причин для беспокойства. Появившись на Гриммо, он застал там Вальбургу и Друэллу. Женщины поприветствовали его и добродушно улыбнулись.– Гарольд, присоединишься к нам за ужином? – просияла Вальбурга. – Боюсь, что не смогу, – с наигранным сожалением проговорил парень, – меня ждут кое-какие дела, которые нельзя больше задерживать. – Какая жалость. Я рассчитывала с тобой обсудить предстоящую свадьбу. Мы как раз с Друэллой говорили насчет вашего свадебного путешествия. Вам не помешает провести несколько дней у теплого моря. Подышать свежим воздухом и отвлечься от рутины. – Я же уже говорил, что полностью доверяю вам в этом вопросе. У вас отменный вкус, поэтому я даже не сомневаюсь, что вы организуете всё превосходно. – Ты мне льстишь, – было видно, что леди Блэк порадовали эти слова. – Ни капельки, – улыбка. – И я оставляю здесь Нарциссу. Уверен, она лучше меня разбирается во всех тонкостях. – Конечно-конечно, – кивнула Вальбурга. – Ах да, мне нужно будет осмотреть твой замок и переговорить с домовиками. До намеченного события осталось совсем мало времени, поэтому нужно заняться подготовкой. И мы так и не решили вопросов касательно брачного ритуала. С трудом Гарольду удалось отделаться от Блэков и с помощью камина переместиться в замок. Эти женщины бывают порой такими приставучими, особенно если речь идет об одежде и украшениях. Вцепятся в тебя всеми конечностями и пытаются душу вытрясти. К радости Гарольда, ему удалось сбежать, сославшись на важные дела. Хотя, почему сославшись? У него и в самом деле было одно очень важное дело. Наконец-то пришла пора решить судьбу Сивого. Надолго он загостился здесь. Отмахнувшись от охранников, которые изъявили желание присутствовать при разговоре с оборотнем. Мол, они опасались за своего работодателя. Вдруг Сивый сорвется с цепи, на которую был посажен, словно животное, и попытается напасть. Певерелл лишь ухмыльнулся. Если оборотень попытается напасть, то сделает себе только хуже. Сам замок не позволит навредить его хозяину. Да и Гарольд не пятилетний мальчик, который не способен себя защитить. Он прошел через такое, что "посиделки" с оборотнем – сущий пустяк. На стенах вспыхнули факелы, разгоняя полумрак. Певерелл подошел к одной из клеток и с нескрываемым презрением стал рассматривать сидевшего на каменном полу человека. Хотя, человеком это существо, что находилось перед ним, можно было назвать лишь с натяжкой. Заросший и грязный, в изодранной одежде, босой и с пылающими ненавистью глазами. Жуткими глазами, в которых не было ничего человеческого. – Как тебе мой гостеприимный дом? – с издевкой спросил Гарольд. Сивый с шумом втянул воздух и зарычал, оскаливаясь. Вскакивая с небольшой заминкой на ноги, он рванул вперед, намереваясь впиться своими клыками в горло своего мучителя. Цепи жалобно звякнули, не отпуская свою жертву. Сивый зарычал, вкладывая в свой голос всю ненависть, что испытывал сейчас. – Ты...– Я, – насмешливо ответил Гарольд. – Вижу, что тебе не особо понравилось у меня гостить. Какая жалость, – с притворным сожалением проговорил парень.– Мерзкий мальчишка... Я разорву тебе глотку...– Охотно верю, – всё тот же насмешливый тон. – Будь у тебя возможность, ты бы воплотил свои угрозы в жизнь. Вот только вся проблема в том, что ты прикован цепями к стене. И лишь от меня зависит: жить тебе или сдохнуть как животному, каковым ты и являешься.– Если бы ты хотел меня убить, то убил бы давно, – рыкнул оборотень.– У меня просто не было времени для этого, – ухмылка появилась на лице слизеринца. – Дамблдор не обрадовался бы, если я не появился в Хогвартсе. К тому же, мне было интересно, какую цену за тебя предложит твой Господин.– У меня нет господина! – взгляд сверкал яростью. – Я сам себе господин! – Хм... А у меня имеются другие сведенья. Да и занятная татуировка на твоем плече противоречит твоим словам. Это метка – знак Темного лорда, которым он клеймит своих дружков, словно скот. Сивый в очередной раз зарычал и сделал попытку вырваться, но цепи держали крепко.– И, знаешь, ему плевать на тебя. Видимо, ты надоел ему, раз он даже не попросил сохранить твою жалкую жизнь, – тем временем продолжал Певерелл. – Наверное, тебе неприятно осознавать, что ты бесполезен Темному лорду. Он был только рад от тебя избавиться.– Ты лжешь... Мерзкий лгун!– Зачем мне тебе лгать? Ты и так в моих руках, и я могу сделать с тобой всё, что захочу. Захочу – оставлю тебя гнить здесь, моля о куске хлеба. Захочу – убью. А захочу – отдам аврорам. Они все ноги себе отбили, разыскивая тебя, и, уверен, будут очень рады такому подарку от меня, – продолжал Гарольд. – Я слышал, Грюм особенно жаждет пообщаться с тобой наедине. Так что несколько дней пыток, а затем ужасная смерть тебе обеспечены. А может даже смерть для тебя посчитают слишком большой щедростью и отправят в Азкабан. Дементоры будут рады с тобой пообщаться, – на лице Певерелла красовалась кровожадная ухмылка.– Ты этого не сделаешь.– Почему это? – искренне удивился брюнет. – Ты напал на меня и посмел разинуть свою пасть на то, что принадлежит мне. У меня есть все основания желать тебе смерти.– Нет... Если бы ты хотел меня убить, то сделал это. Зачем эти разговоры. Певерелл проигнорировал его слова и, достав палочку из кармана, начал демонстративно ею проигрывать.– Я не так давно вступил в наследие и получил титул лорда, – тихий голос. – Певереллы являлись непревзойденными некромантами, которые были способны на многое. В моем распоряжении огромная библиотека, в которой масса интереснейшей информации, даже за знание которой мне грозит срок в Азкабане. В последнее время Министерство издало слишком много запретов, особенно это касается темной магии. Магия крови и некромантия под запретом... А с твоим появлением в моем замке у меня не будет недостатка в практике. Ведь, как ты знаешь, знания – это одно, а умнее их применять – совсем другое. Ты станешь моим подопытным, на котором я буду оттачивать свое мастерство, – закончил свою речь Гарольд. – Уверяю тебя, в фантазии мне не откажешь. В скором времени ты сам начнешь молить меня о смерти, но я буду неумолим. Считай меня своим палачом, который решил взыскать у тебя плату за все отнятые тобой жизни.– Ублюдок!– Пожалуй, придется мне преподать тебе сегодня первый урок. Круцио, – кончик палочки указал на Сивого. Не прошло и минуты, как тот взвыл от боли, падая на колени. Из его горла вырвался рык, постепенно превращающийся в вой. Пытка длилась около пяти минут, а затем Гарольд отвел палочку.– Тебе стоит заметить, что хозяин здесь я, а ты всего лишь раб. А рабов полагается наказывать. За малейшее неповиновение ты понесёшь наказание.– Ублюдок, – прохрипел оборотень.– Вижу, урок ты не усвоил. Гарольд тряхнул рукой, и его палочка превратилась в кнут. – Всегда мечтал научиться. Теперь у меня появилась возможность это сделать, – короткий взмах, свист воздуха и спину оборотня рассек первый удар. Тот зарычал от боли и упал на колени. – Серебро причиняет оборотням невероятную боль. А ты заслужил боль за неповиновение. За первым ударом последовал второй, третий, четвертый... Гарольд неумело наносил удары из-за недостатка практики. Он упивался стонами боли, которые Сивый уже не мог сдерживать. Наслаждался металлическим запахом крови. Всё это будоражило его. С трудом остановив себя, он сделал несколько глубоких вдохов. Адреналин бурлил в крови, а во взгляде сверкало желание. Но всё же он смог взять себя в руки и остановиться. Сивый ему еще нужен будет. Для практики в некромантии и для того, чтобы узнать, где скрываются остальные оборотни. Как Певерелл полагал, будет неплохо переманить тех на свою сторону. Это была основная причина, почему парень не убил Сивого. Тот обладал той информацией, что была нужна ему.– Полагаю, на сегодня хватит, – с этими словами Гарольд покинул подземелья. Домовикам он велел позаботиться об оборотне, не дать тому умереть. Подлечить слегка и кинуть пару кусков хлеба с водой.

***

Гарольд пару минут простоял под дверью в галерею. Он задумчивым взглядом рассматривал стену перед собой, теребя в руке волшебную палочку. И вот рука уже потянулась к ручке...– Нет, – решительный жест головой. – Я справлюсь сам. Смогу.

***

Певерелл потерял счет времени. Расположившись в своем кабинете, он обложился кучей бумаг и пытался во всем разобраться. Гоблины прислали выписки счетов и другую бухгалтерию, которую следовало просмотреть. В дверь постучали. Оторвавшись от бумаг, он потер покрасневшие глаза.– Да, – прозвучал его хрипловатый голос. Дверь открылась и в кабинет вошла Нарцисса, а позади нее плыл поднос с кофейником и сладостями. – Позволишь?– Конечно, проходи, – ответил брюнет. Слизеринка зашла внутрь и прикрыла за собой дверь.– Я подумала, что тебе не помешает выпить кофе, – девушка налила в чашку ароматный напиток и поставила перед женихом как и вазочку с печеньями. – Спасибо, – искренне проговорил Гарольд. – Я засиделся, – не спрашивал, а утверждал брюнет. Часы на стене показывали уже полночь, а за окном давно стемнело. – Я полагал, что ты останешься на Гриммо.– Нет, – отрицательный жест головой. – Ты же здесь, так почему я должна оставаться там. С тетушкой мы обсудили некоторые вопросы, и я вернулась. Домовик сказал, что ты в своем кабинете, и я не стала тебя тревожить.– А сейчас? Почему ты не легла отдыхать?– М-м-м... Я чувствую себя одинокой. Этот дом меня угнетает, – тихий голос. – Надеюсь, после всех ритуалов это изменится. А то у меня мурашки по коже идут, когда тебя нет рядом. Я чувствую постоянно на себя чей-то взгляд... Он прожигает меня.– Этот замок очень древний. Одному Мерлину известно, кто здесь обитал до меня, – ответил Гарольд. – Ладно, всё это подождет до завтра. Поднявшись, Певерелл увлек невесту за собой в свою комнату.