Выбор

Певерелл появился в Большом зале одним из последних, хотя обычно приходил намного быстрее. А всё дело в том, что с утра пораньше к нему прилетела сова с письмом от Малфоя. В нём шла речь о бале в Малфой-мэноре, на который Певерелл был приглашен. Гарольд не был удивлен приглашению, а вот то, что сова прилетела в такую рань, его насторожило. Да и вообще, он относится ко всему, что касается Малфоев, настороженно. И не стоит забывать, что Реддл в последнее время приутих. Прекратились нападения на магглов и волшебников, которые не приветствуют методы силы, пропагандируемые Томом. Не иначе, этот интриган готовит нечто грандиозное. И почему-то у Гарольда было такое чувство, что в этом будет замешан он сам. А своей интуиции Певерелл привык доверять, поэтому и не стал торопиться с ответом. Притом Реддл никогда не отличался добродушием, наоборот, о его жестокости знают многие, вот Гарольд и сомневался, что тот просто так забудет о ситуации с оборотнем. Том мстителен, а значит, от него рано или поздно стоит ожидать подставы. Почему не сейчас? Большой зал встретил его привычной возней и гомоном. Ученики за всеми четырьмя столами о чём-то оживленно переговаривались. В руках почти у каждого имелся "Пророк". Даже за преподавательским столом виднелась эта злополучная газетенка. И тут в зале повисла гнетущая тишина. Возникло такое чувство, словно кто-то одним щелчком выключил весь звук. Взгляды всех учеников были направлены в сторону Певерелла. В них читалось удивление, непонимание и осуждение. Гарольд, игнорируя чрезмерное внимание к собственной персоне, прошел к своему месту между Ноттом и Гампом. Усевшись, он бросил краткий взгляд на "Пророк", который лежал перед ним. С передовицы на него смотрел он сам с шальным взглядом и ухмылкой, а рядом стояли Нарцисса с Беллатрисой. Если судить по нарядам всей троицы, то это фото было сделано пару месяцев назад на приеме в Малфой-мэноре. Тогда еще Певерелл не рассчитал свои силы и выпил лишнего, отсюда и такой веселенький видок. Взгляд Гарольда переместился к мерцающему большими буквами заголовку. "Сенсация века. Первая за пятьсот лет триада". Певерелл выругался про себя. Он и забыл, что попросил Вальбургу организовать статью. Голова была забита размолвкой с Беллатрисой при чем настолько, что ни о чём другом парень не мог думать. Теперь понятны все эти перешептыванья и косые взгляды. На Гарольда смотрели все без исключения, включая и учителей. Даже вечно сдержанные слизеринцы с недоумением поглядывали на Певерелла. Особенно красноречивый взгляд был у Малфоя. – Ха, – ухмылялся во все тридцать два зуба Нотт, – я так и знал, что ты заграбастаешь себе обеих сестер. Молодец... Будь у меня возможность, я бы тоже так поступил. Зачем отдавать Беллатрису какому-то Лестрейнджу, – негромко продолжал парень. – Нотт, тебе что, проблем мало, хочешь еще прибавить? – не столь радостно отозвался Гамп. – Зная темперамент Беллатрисы, уверен, что Гарольд с ней еще намучается. А вот тебе, мой друг, даже думать о подобном не стоит. Ты для Беллатрисы на один зуб. Проглотит и не подавится. – Эй, я не такой безобидный, как тебе кажется, – возразил Нотт. – И какой-то девчонке дам управу. – Какой-то дашь, но не Беллатрисе Блэк. Гарольд, я только не понимаю, зачем тебе это надо? Если тебе так нравится Белла, то почему ты не женишься на ней, а Нарциссе не найдешь хорошего жениха? – Так вышло, – мотнул головой брюнет. Он не собирался посвящать всех в свои дела, особенно если те касаются сестер Блэк. – Ну, как знаешь, – кивнул Гамп. – Тебе с ними жить, а не нам. – Выживать, – ухмыльнулся Нотт. – Сюзерен, тебя ждет сказочная семейная жизнь. И всё же, я завидую тебе. Отхватил сразу двух первых красавиц Хогвартса и обломал Малфоя с Лестрейнджем. Сбоку послышалась возня. Подняв взгляд, Гарольд столкнулся с серыми глазами Люциуса Малфоя. Позади маячили Лестрейндж с Розье. – Так это правда, – кивок на газету в руках Гарольда. – Да, – просто ответил брюнет. – Поздравляю, – желваки заиграли на щеках блондина. Развернувшись, он торопливо покинул Большой зал вместе со своими поддавалами.

***

Гарольду надоело слышать перешептыванья за спиной и чувствовать на себе нехорошие взгляды, поэтому он скрылся в библиотеке. Заняв один из дальних столиков в читальном зале, слизеринец без особого интереса взялся за написание эссе по зельеварению. Так он и провел несколько часов. Рядом послышался звук отодвигающегося стула. Оторвав взгляд от пергамента, Певерелл увидел, как напротив него уселся довольный жизнью Нотт. Весь взгляд слизеринца изучал веселье.– Я только из гостиной и видел там Лестрейнджа с Розье. Они говорили о тебе.– Ты меня этим не удивил, – фыркнул юный лорд. – Сегодня все только и делают, что говорят обо мне и Нарциссе с Беллатрисой. – Это так, – согласился собеседник. – Вот только никому в голову не придут такие глупости, как этим двоим. Лестрейндж убежден, что ты обрюхатил обеих, вот Блэки и потребовали от тебя, чтобы ты женился. Певерелл скривился. Лестрейндж был недалек от правды. Видимо, на его лице что-то отразилось, раз Нотт перестал веселиться и с недоверием посмотрел на него.– Ох, твою ж мать, – выругался совсем не аристократически парень. – Значит, это правда. А я-то, думал, что эти двое просто шутят. Мерлин, как же тебя угораздило в такую передрягу влипнуть? Певерелл ничего не ответил. А что он мог сказать на это? Парень знал, что сам виновен в своих проблемах и искать «третьих лишних» не стоит. Вот только от этого не становилось легче.– Ты еще громче прокричи об этом, чтобы все услышали, – огрызнулся Гарольд.– Прости, – покаянно проговорил брюнет, – просто я не ожидал подобного поворота. У меня голова кругом идет. Ты никогда не производил впечатление недалекого человека, а наоборот отличался острым умом и твердостью характера. И тут такое, – неопределенный жест рукой.– У меня тоже, – признался Певерелл. – За эти пару месяцев произошло столько всего. Моя жизнь сделала поворот на сто восемьдесят градусов. – И что теперь?– Женюсь и уеду отсюда подальше, – Гарольд и сам не знал, почему разоткровенничался.– Уедешь из Хогвартса или из страны?– Пока не знаю. Время покажет... И ты же понимаешь, что никто не должен знать о том, как обстоят дела на самом деле, – последнее слова прозвучали как приказ. – Пусть все думают, что я не захотел отдавать Беллатрису Лестрейджу, вот и собрался жениться на обеих. – Конечно, – кивнул серьезно Нотт.

***

Дни полетели один за другим. Певерелл не успел оглянуться, как прошел месяц. Жизнь в Хогвартсе вернулась в привычное русло. Шумиха насчет триады поутихла. Сам он вовсю занимался делами рода, а всю подготовку к свадьбе на себя взяла Вальбурга. Со свадьбой было решено не тянуть, поскольку, как Гарольд и предполагал, оказалось, что Беллатриса ждет ребенка. Когда всё подтвердилось, Певерелл хотел сразу же отправить девушку в свой замок подальше от любопытных взглядов, туда, где Белле не будет ничего угрожать. Но сама слизеринка, а затем и Нарцисса с леди Блэк уговорили повременить с этим решением. Вальбурга настаивала, что до окончания учебного года осталось чуть меньше месяца, и будет нелепо прерывать сейчас учебу. Живота у Беллатрисы не будет видно ещё около двух-трех месяцев, поэтому никто не узнает о её положении. Колдомедик будет молчать, поскольку связан клятвой. После долгих размышлений, парень был вынужден согласиться с их правотой. Хогвартс одно из самых безопасных мест. Реддл не посмеет сюда заявиться, пока здесь Дамблдор. Взвесив все «за» и «против», Гарольд отправил Малфою письмо, в котором приносил свои сожаления по поводу того, что не сможет посетить бал. Сослался он на семейные дела.

***

Сегодня была пятница. Последний учебный день, а впереди два дня выходных. У Гарольда были грандиозные планы на эти дни. Следовало наведаться к Вальбурге и узнать, как обстоят дела с подготовкой. Нарцисса вызвалась его сопровождать, а вот Беллатриса изъявила желание остаться в Хогвартсе. В последнее время она стала еще капризнее, чем раньше. Частенько донимала Певерелла своими претензиями, от чего тот был готов лезть на стенку от досады. Парень всё стойко терпел, хотя и нельзя было сказать, что между ними не происходило ссор. Бывало, ругались по несколько раз на день, а затем следовало бурное примирение и охренительный секс. – Ты не уделяешь мне внимания, – в который раз причитала Белла. – Нарцисса для тебя важнее, чем я! Певерелл мысленно закатил глаза. Сколько за последнюю неделю он слышал эти обвинения. Раз двадцать или все тридцать. Вальбурга заверяла, что всё это гормоны. Из-за них все чувства Беллатрисы обострились.– Вы обе для меня одинаково важны, – возразил Певерелл. – Ложь. Ты почти всё время проводишь с Нарциссой, а на меня тебе плевать. Плевать на нашего ребенка, которого я ношу под сердцем. – Не говори глупостей, – Гарольд призвал всё свое терпение и, подойдя к брюнетке, погладил ту по щеке. Девушка дернулась, отстраняясь. – Это не глупости. Ведь не станешь ты отрицать, что хотел отправить меня на Гриммо, подальше от Хогвартса?– Чтобы защитить тебя, – возразил Гарольд, – и ребенка.– Ну, конечно... Просто скажи, что хотел избавиться от меня.– Всё, хватит, Беллатриса, – голос похолодел. – Я устал слушать твои обвинения. Ты не слышишь моих слов. Певерелл ушел, оставляя невесту наедине с её мыслями.

***

Беллатриса чувствовала себя опустошенной. Она злилась на Гарольда, на мать, но больше всего на себя. Раньше ей казалась заманчивой идея затащить Певерелла к себе в постель, сделав так, что тот не сможет отвертеться. Но не сейчас... Кто же знал, что быть беременной – это так сложно. Постоянная тошнота по утрам, а иногда и весь день. Резкие изменения настроения, а теперь еще и магия вышла из-под контроля. Сегодня, пытаясь применить простенькое заклинание левитации, Беллатриса наколдовала десяток плюшевых мишек. Хорошо, что хоть никто этого не видел. Будь у нее возможность вернуть всё назад, Беллатриса никогда бы не повторила своей ошибки. Она не хотела проходить через всё это. И если быть честной самой с собой, слизеринка еще была не готовой стать матерью. Она мечтала увидеть мир. Изучить темную магию и попробовать себя в ритуалах. Но отныне на всем этом придется поставить крест. Певерелл не даст ей бросить ребенка на домовых эльфов, а самой достичь желаемого. Девушке неожиданно захотелось сладкого. Поднявшись и надев мантию, она решила сходить на кухню. Как обычно, за ней увязался кто-то из подпевал Певерелла, на этот раз Нотт.– Хватит за мной ходить! Я и сама могу добраться до кухни, – огрызнулась девушка. – Меня уже тошнит от всех вас. Нотт проигнорировал её выпад. Очередной поворот. А дальше всё происходит, словно в замедленной сьемке. Два луча с молниеносной скоростью проносятся возле неё и летят к Нотту. Парень уворачивается от них, а вот третий луч настигает его. Она остается наедине с пятью нападавшими. Те стоят позади, а их лица скрывают капюшоны.– Неожиданная встреча, моя милая Беллатриса, – тянет насмешливый голос. Девушка без труда узнает этот голос – он принадлежит Люциусу Малфою.– Что тебе нужно, Малфой!? – слизеринка сжимает в руках свою палочку.– От тебя ничего, – звучит ответ, – а вот от твоего женишка кое-что нужно. Видишь ли, Темный лорд очень хотел с ним завтра встретиться, но Певерелл струсил. Кончик палочки заискрился. Беллатриса была готова сражаться, хоть и понимала, что шансы не равны.– Не дергайся, а то хуже будет, – прозвучал голос Розье. Кончик его палочки уперся в шею слизеринки. – Ты же не хочешь, чтобы мы испортили твое смазливое личико. – Пошел ты, – выплюнула девушка.– Ну-ну, что за словечки. Ты же аристократка, а выражаешься как грязнокровка.– Хватает болтать, – скомандовал Малфой. – Хватайте её и уходим. Темный лорд не любит ждать. Беллатриса попыталась было вырваться, но всё тщетно. Сражаться она не стала, опасаясь за жизнь ребенка. Заклинание могло срикошетить в неё саму, а так рисковать слизеринка не могла. И тут она решила воспользоваться запасным планом. Пальцы коснулись прохладной поверхности браслета. Капля крови попала на поверхность, активизируя его. Секунда, вторая, третья... И ничего не произошло. Внутри у Блэк всё похолодело. Последнее, что она увидела перед тем, как тьма ее поглотила, это насмешливый взгляд серых глаз.

***

Гарольд как раз находился на Гриммо и беседовал с Вальбургой, когда домовик появился и протянул ему письмо. Парень удивился: кто мог написать ему. Вскрыв конверт, слизеринец пробежал взглядом по тексту. Его сердце похолодело. Глаза засверкали, а рука сжалась в кулак, в котором он держал браслет-портал, надетый Беллатрисе на экстренный случай.– Проклятие, – скомандовал Певерелл.– Что-то случилось? – настороженный голос Нарциссы.– Случилось. Реддл начал действовать. Он похитил Беллатрису. Вальбурга схватилась за сердце, оседая в кресло. Лицо Нарциссы тоже окаменело, во взгляде страх, губы дрожат, а ногти до боли впились в ладони.– Что он хочет? – шепот.– Встретиться. Гарольд винил себя за беспечность. Из-за него Беллатриса и его ребенок сейчас в опасности. – Ты не можешь туда пойти, – Вальбурга перегородила путь. – Это самоубийство! Реддлу только это и нужно. Он убьет тебя...– Нет-нет, – зашептала Нарцисса. – У меня нет другого выхода. Оставайся здесь, – скомандовал парень и бросился к камину. Схватив дымолетного пороха, он кинул горсть внутрь, четко проговорив: – Малфой-мэнор.

***

Беллатриса очнулась в неизвестной комнате. Осмотревшись по сторонам, она попыталась понять, где находится, но безрезультатно. На стенах не было никакой символики, которая указала бы на хозяев этого места. Сама она лежала на кровати, а палочки и браслета-портала нигде не было видно. Слизеринка выругалась от досады. Послышался звук открывающейся двери. А через секунду в комнату вошли Лестрейндж с Розье, запечатывая за собой дверь. В руках обеих были палочки и Беллатриса начала строить планы, как заполучить хоть одну.– Что-то твой Певерелл не торопится тебе на помощь, – мерзко ухмыльнулся Лестрейндж. – Но это и к лучшему. У нас будет шанс развлечься, – и делает несколько шагов к кровати. – Если бы ты знала, как давно я мечтал это сделать, – с рывком он набрасывается на брюнетку. Белла обладала хорошей реакцией, поэтому успела вовремя отскочить. С размаху она с силой ударила нападавшего в живот. – Сучка, – прохрипел парень. – Держи ей руки, – эти слова предназначались Розье. – Посмотрим, как долго ты сможешь сопротивляться.До Беллатрисы дошел весь ужас того, что с ней хотят сделать эти мерзавцы. Она изо всех сил сопротивлялась, но силы были не равны. Парней было двое, притом в их руках были палочки. Борьба продолжалась больше десяти минут.– Строптивая, люблю таких, – ухмылялся Лестрейндж. – Ну же, не сопротивляйся. Уверен, тебе понравится, – он без стеснения рвал на ней одежду, пытаясь добраться до обнаженного тела. Девушка сопротивлялась, кусала и царапала своего насильника. – Если бы не Певерелл, всё могло быть иначе. Ты принадлежала бы мне. Но появился этот выскочка... Лестрейндж наконец-то сорвал блузу и с силой сжал грудь девушки. Вторая его рука шарила по телу слизеринки, сжимая до боли и оставляя синяки на нежной коже. – Будешь дергаться – заколдую, – пригрозил парень. Но Белла даже не думала сдаваться, она боролась из последних сил. Очередной её удар пришелся на пах насильника и тот, отскочив, застонал от боли.– Мерзкая сучка. Я тебя предупреждал, – взмах палочки и по телу девушки прошлась волна магии. А в следующую секунду она поняла, что не может пошевелить даже пальцем. В горле тоже встал ком. Лестрейндж тем временем расстегнул свои брюки и скинул те вместе с трусами на пол. Плотоядно ухмыльнувшись, он навис над слизеринкой. Его внушительное достоинство, уперлось той в живот. – Давай быстрей кончай с этим, я тоже хочу получить свой приз, – послышался позади голос Розье. – Не торопи меня, я хочу насладиться этим сполна. Скажи мне Беллатриса, тебе нравилось раздвигать ноги перед Певереллом? Нравилось отдаваться этому ничтожеству? – Лестрейндж схватил ее за шею. – Вижу, что нравилось. Раздвинув девушке ноги, он грубо ворвался в её тело, сметая на своем пути все преграды. Не церемонясь, парень начал с силой вколачивать в сжавшееся тело, не обращался внимания на текущие по лицу слезы.– Господин обещал мне, что после смерти Певерелла, ты будешь моей, – шептал Лестрейндж. – Ты станешь моей женой, как и планировалось ранее, а Нарцисса достанется Малфою. Лестрейндж сделал еще несколько особо мощных толчков и кончил, заполняя девушку своим семенем. Прижав ту своим телом, он кусал-целовал ее шею, оставляя свои метки. Розье завозился позади и попытался подобраться до подрагивающей девушке, но Лестрейндж оттолкнул его.– Она моя! Беллатриса сжалась комочком, кутаясь в изодранных простынях. Слёзы безудержным потоком текли из глаз, а в голове звенел всего один вопрос: «Почему?» Почему всё произошло именно так? Чем она заслужила такую насмешку судьбы? И тут, на смену боли и отчаянию, пришла ненависть, всепоглощающая и пожирающая. Глаза замерцали, наполняясь диким огнем... Безумием... Клац. Нечто сработало, словно спусковой механизм. Магия, что так долго дремала, вырвалась наружу. Неконтролируемый выброс, как бывает у маленьких детей, которые только учатся обуздывать свои силы. Магия вышла из-под контроля, проносясь по всему помещению и отбрасывая двух парней к стене, словно кегли. Послышался хруст, а за ним болезненные стоны, но девушка ничего этого уже не слышала – её поглотила тьма. Лестрейндж не мог даже пошевелиться, настолько всё горело внутри адским огнем. Розье валялся рядом в луже крови и, похоже, был без сознания. И тут послышался звук открывающейся двери. В комнату торопливо вошел Люциус. Увидев, что произошло здесь, он озверел.– Идиоты, – зашипел не хуже змеи блондин. – Вы хоть соображаете, что вы наделали? Господин вас убьет!– Милорд обещал, что она будет моей, – прохрипел едва слышно Лестрейндж. – Идиоты. Круцио! – в руках Малфоя молниеносно оказалась волшебная палочка, и её кончиком он указал на Лестрейнджа. Ему было плевать на состояние парня, как и на то, что тому сейчас и так несладко.

***

Как оказалось, появление Гарольда не прошло незамеченным. Да это и неудивительно, поскольку магия мэнора сообщает своему господину о всех визитерах. Певерелла ждали у камина. Домовик, низко поклонившись, попросил проследовать за ним. Парень так и сделал. Крепко сжимая в руке палочку, готовясь принять бой.– Какая неожиданная встреча, – прозвучал слащавый голос Реддла. – Что привело тебя сюда, мой юный друг? – продолжал насмехаться темный маг.– Ты прекрасно знаешь, почему я здесь, – голос Гарольда был холоден. – Всё такой же нетерпеливый... Прискорбно, что мы не поняли с тобой друг друга в прошлый раз. Ты лишил меня весомого союзника. Я опечален...– Где Беллатриса!? Что ты с ней сделал? – Ты лишил меня верного соратника, а я отнял у тебя игрушку. Ты должен согласиться, что это справедливо... Ты же всегда был за справедливость. Внутри у Певерелла похолодало. Рука с палочкой взметнулась вверх. Короткий пас и в сторону Темного лорда полетел изумрудный луч. Реддл больше не улыбался, его лицо окаменело, а в руке тот держал свою палочку с пером феникса. – Запомни, Певерелл, я ничего не прощаю. Ты посмел восстать против меня... Вознамерился посягнуть на то, что принадлежит мне... Но, пожалуй, я готов дать тебе еще один шанс. Стань на колени и признай меня своим господином, и тогда я тебя пощажу.– Никогда! – прогромыхал. – Это твой выбор. Значит, ты погибнешь так же бесславно, как твой обожаемый Орион, – с кончика Реддловской палочки сорвался красный луч. Дуэль началась, точнее, бой на выживание. Оба понимали, что отсюда выйдет живым лишь один из них. Хотя и окончательная смерть никому из них не грозит. У обоих были якоря – крестражи, которые удержат их души в мире живых.