Осознание

Январь встретил вернувшихся в Хогвартс студентов пронзительной, звенящей стужей. Хогвартс-экспресс, тяжело отдуваясь паром, замер у платформы Хогсмида, и сонные, укутанные в тяжелые мантии ученики повалили на перрон. Однако привычного тепла замка они в этот раз не ощутили сразу — на самой границе школьных земель их встретил плотный кордон магов.

Орден Феникса и лояльное Дамблдору крыло Министерства предприняли отчаянную попытку вернуть контроль. У входа на территорию замка, прямо у кованых ворот с крылатыми вепрями, стояли Кингсли Бруствер, Грозный Глаз Грюм и еще пятеро мракоборцев в тяжелых боевых облачениях. Они сканировали багаж прибывающих студентов тяжелыми артефактами обнаружения тёмной магии.

— Что здесь происходит, Поттер? — Драко Малфой, шедший чуть позади Гарольда, брезгливо поморщился, глядя на то, как Грюм бесцеремонно вытряхивает содержимое чемодана какого-то третьекурсника-хаффлпаффца.

— Конгония умирающей власти, Драко, — ровным, леденящим тоном ответил Гарольд. На нем была глухая черная мантия, а на пальцах под перчатками скрывались четыре родовых кольца. — Старик пытается показать, что он все еще здесь хозяин. Пойдем, снимем это недоразумение.

Столкновение у ворот

Когда Гарольд, окруженный Ближним кругом из слизеринцев, приблизился к воротам, Грозный Глаз Грюм резко повернул свой волшебный глаз в его сторону. Настоящий глаз старого мракоборца сузился.

— Стоять, Поттер! — прорычал Грюм, выставляя вперед свою тяжелую трость. — Особое распоряжение Директора и Департамента правопорядка. Полный досмотр. Мы знаем, что после Йоля в замок пытаются протащить артефакты связи с беглыми Пожирателями. Твой багаж — первый в очереди.

Студенты, шедшие следом, остановились. Наступила мертвая, напряженная тишина. Кингсли Бруствер сделал шаг вперед, пытаясь сгладить углы:

— Гарри, это просто мера предосторожности. Азкабан пуст, Тёмный Лорд собирает силы. Мы должны быть уверены, что школа в безопасности.

Гарольд даже не посмотрел на Кингсли. Его изумрудные глаза, за которыми скрывалась бездонная Тьма Певереллов, зафиксировались на Грюме.

— Во-первых, господин Бруствер, для вас я — Лорд Слизерин, — тихо, но так, что каждое слово разнеслось над заснеженной поляной, произнес Гарольд. — Во-вторых, вы находитесь на суверенной территории Рода, автономия которой была официально зафиксирована Визенгамотом. Вы не имеете права находиться здесь с обнаженным оружием и обыскивать моих студентов.

— Твоих студентов?! — взвизгнул Грюм, его деревянная нога с силой ударила по насту. — Ах ты, щенок... Почуял силу? Директор Дамблдор — Хранитель этого замка! Обыскать его! — скомандовал он стоящим рядом мракоборцам.

Два молодых чиновника нерешительно сделали шаг к Гарольду, доставая палочки.

Это было их роковой ошибкой.

Гарольд не стал доставать свою палочку. Он лишь слегка ударил каблуком правого сапога по каменной плите, обозначающей границу антиаппарационного барьера Хогвартса. Магия Рода Слизерина и Певерелла, полностью слившаяся с древним сердцем замка, отозвалась мгновенно.

Серебряно-изумрудное марево защитного купола, дремавшее над школой, внезапно детонировало яростной вспышкой. Земля под ногами мракоборцев задрожала. Изголодавшаяся по истинному хозяину магия Основателей хлынула наружу, соткавшись в гигантские призрачные плети.

Хлыст! Хлыст!

Мракоборцев, попытавшихся достать палочки, смело мощнейшим ментальным и физическим ударом. Их палочки со свистом вырвались из рук и улетели в сугробы, а самих магов отбросило на добрых десять ярдов назад, за пределы кованых ворот.

Грюм попытался выставить щит, но магия Хогвартса просто проигнорировала его Протего. Трость старого боевого мага разлетелась в щепки, а сам он тяжело рухнул в снег, задыхаясь от внезапного отката собственной магии. Его волшебный глаз бешено вращался, фиксируя колоссальный уровень энергии, исходящий от шестнадцатилетнего юноши.

Кингсли Бруствер, которого не тронуло лишь потому, что он не успел потянуться к оружию, замер с поднятыми руками, его темное лицо покрылось бледным потом.

— Я предупреждал Министерство, и я предупреждал Дамблдора, — Гарольд медленно пошел вперед, проходя сквозь распахнувшиеся сами собой ворота. Студенты Слизерина и Райвенкло двинулись за ним, как за королем. — Любой, кто поднимет палочку на территории Хогвартса без моего согласия, будет признан агрессором. Кингсли, забери этих калек и убирайся в Министерство. Передай Фаджу, что если к вечеру я увижу хоть одну министерскую мантию в Хогсмиде, Гринготтс перекроет финансирование Департамента мракоборцев до конца года.

Не дожидаясь ответа, Ближний круг во главе с Гарольдом двинулся к замку, оставив поверженный авангард Ордена Феникса в заснеженном поле.

 Ультиматум в кабинете Директора

Вечером того же дня, когда Большой зал бурлил обсуждениями дневного инцидента, Гарольд без стука вошел в кабинет Директора. Альбус Дамблдор сидел за своим столом. На нем была блекло-голубая мантия, а его знаменитые серебряные приборы на полках молчали — гоблинские ликвидаторы заклятий, завершив аудит, запечатали большую часть артефактов слежения.

Рядом с Директором стояла разгневанная Минерва Макгонагалл.

— Гарри! То, что вы устроили у ворот — это вопиющее нарушение! — с порога заявила декан Гриффиндора, её губы были сжаты в тонкую линию. — Профессор Грюм и мракоборцы прибыли для защиты школы! После побега из Азкабана...

— Профессор Макгонагалл, — перебил её Гарольд, и в его голосе прозвучал такой металл, что ведьма осеклась на полуслове. — Защиту этой школы обеспечиваю я. Магия Основателей больше не подчиняется директивам Министерства или личным капризам Альбуса Дамблдора. Из-за вашей «защиты» в прошлом году на территории школы едва не погиб студент, а по коридорам разгуливал Пожиратель Смерти под оборотным зельем. Мой аудит показал, что система безопасности Хогвартса при Дамблдоре была сознательно ослаблена на сорок процентов.

Дамблдор тяжело вздохнул, его очки-половинки тускло блеснули в полумраке кабинета. В его взгляде больше не было привычного лукавого мерцания — лишь глубокая, вековая усталость мага, понимающего, что его эпоха безвозвратно уходит.

— Гарри... мальчик мой, — тихо произнес старик. — Ты играешь с силами, природу которых не до конца понимаешь. Разделяя магический мир Британии сейчас, когда Том силен как никогда, ты ведешь нас всех к катастрофе. Нам нужно единство. Орден Феникса...

— Орден Феникса — это незаконная вооруженная группировка, существующая на краденые деньги из сейфов Поттеров и фонда Хогвартса, — отрезал Гарольд, делая шаг к столу и опираясь на него руками. Перстень Певереллов на его руке оказался прямо перед глазами Дамблдора. — Хватит лжи, Альбус. Ваше «Высшее Благо» стоило жизни моим родителям, сломало жизнь Сириусу и превратило Невилла Лонгботтома в изгоя в собственном доме. Йольский прием показал, что чистокровные роды больше не верят вам. Тридцать глав семей подписали Пакт о нейтралитете под моим руководством.

Дамблдор слегка вздрогнул. Информация о Йольском приеме Гринграссов явно стала для него тяжелым ударом. Он не ожидал, что Поттер сможет так быстро консолидировать вокруг себя консервативную элиту.

— Что ты планируешь делать дальше, Гарри? — спросил Директор, внимательно вглядываясь в лицо юноши.

— Я забираю школу под полный контроль, — Гарольд выпрямился. — С завтрашнего дня Попечительский совет вводит новую программу обучения. Защита от Тёмных искусств заменяется на Боевую Магию и Теорию Кровных Чар. Профессор Снейп остается на своем месте, но его учебный план будет скорректирован Мастером Вейссом из Германии. Вы, Директор, остаетесь здесь исключительно как номинальная фигура — до окончания учебного года. Если вы попытаетесь тайно провести в замок членов Ордена или начнете обрабатывать студентов младших курсов — магия Хогвартса навсегда закроет для вас этот кабинет. Это мой ультиматум.

Минерва Макгонагалл испуганно прикрыла рот ладонью, ожидая, что Дамблдор ответит мощнейшим заклинанием. Но Великий Светлый Маг лишь опустил голову. Он понимал, что в физической дуэли внутри Хогвартса против Лорда Слизерина, подкрепленного силой четырех Родов, у него нет ни единого шанса. Замок просто выпьет его магию.

— Хорошо, Гарри, — тихо ответил Дамблдор. — Пусть будет по-твоему. Но помни: когда Том придет за тобой, и твоя Тьма не сможет его остановить, двери моего кабинета все еще будут открыты для диалога.

— Когда Том придет, Директор, он найдет не испуганного мальчика со шрамом, а силу, которая сотрет его имя из истории, — Гарольд резко развернулся, его мантия взметнулась, словно крылья огромной ночной птицы, и покинул кабинет.

Первый урок Боевой Магии

Среда ознаменовалась первым совместным занятием пятых курсов Слизерина и Гриффиндора по новому предмету — Боевой Магии. Класс ритуалистики на третьем этаже был расширен до размеров тренировочного полигона. Вместо парт здесь стояли манекены из закаленного дуба, покрытые рунами поглощения заклятий.

Профессор Снейп и Мастер Ганс Вейсс стояли на помосте в центре зала. Вейсс, одетый в строгий военный камзол немецких магов-ликвидаторов, окинул студентов строгим, оценивающим взглядом.

— Забудьте все, чему вас учила эта розовая свинья из Министерства, — зычным голосом произнес Вейсс, его английский был практически лишен акцента. — Экспеллиармус и Ступефай — это заклинания для детской площадки. Настоящий боевой маг не пытается разоружить врага, который хочет его убить. Он нейтрализует угрозу так, чтобы она больше никогда не смогла подняться.

Гермиона Грейнджер, сидевшая на первой скамье гриффиндорской стороны, возмущенно вскинула руку:

— Профессор Вейсс! Но ведь Министерство четко регламентирует применение боевых заклинаний! Использование магии высшего порядка без лицензии карается Азкабаном!

Вейсс холодно усмехнулся, переводя взгляд на Гарольда, который сидел в окружении слизеринцев.

— Мисс Грейнджер, — взял слово Гарольд, плавно поднимаясь со своего места. — Министерство Магии не смогло защитить собственную тюрьму строгого режима три дня назад. О каких регламентах вы говорите? Когда Пожиратель Смерти применит к вам Авада Кедавра, вы будете апеллировать к министерским брошюрам? Мастер Вейсс прибыл сюда по моему личному приглашению и с согласия Попечительского совета. В этих стенах действует закон Хогвартса, а не Фаджа.

Гермиона густо покраснела и опустила голову. Рон, сидевший рядом с ней, примиряюще положил руку ей на плечо, шепнув что-то успокаивающее. На удивление, Уизли-младший больше не пытался вступать в перепалки — разговор в пустом коридоре перед каникулами явно заставил его переосмыслить свои приоритеты.

— Итак, начнем, — Вейсс взмахнул палочкой, и один из дубовых манекенов пришел в движение, выставив тренировочный щит. — Первое заклинание, которое мы освоим — Оссьо Дисрупцио. Костедробильное проклятие среднего круга. Оно не является непростительным, но при правильном вливании силы способно превратить руку противника в кашу, лишая его возможности держать палочку. Мистер Малфой, продемонстрируйте.

Драко уверенно вышел на помост. Его движения стали четкими, лишенными прежней аристократической вальяжности. Он сделал глубокий вдох, концентрируя магию Рода Блэк, которую в нем пробудил Гарольд.

— Оссьо Дисрупцио! — резко выдохнул Драко, делая рубящее движение палочкой.

Луч грязно-серого пламени со свистом сорвался с кончика его палочки и насквозь пробил тренировочный щит манекена. Раздался жуткий, сухой треск — дубовое «плечо» мишени разлетелось в щепки, а сам манекер завалился набок.

— Великолепно, мистер Малфой. Двадцать очков Слизерину, — одобрительно кивнул Вейсс. — Чистая работа, правильная фиксация намерения. Теперь все остальные — разбились на пары. Начинаем отработку на поглощающих щитах.

Класс заполнился гулом заклинаний и вспышками серого боевого пламени. Гарольд наблюдал за процессом, удовлетворенно отмечая, как быстро студенты — даже гриффиндорцы — адаптируются к новой реальности. Страх перед возвращением Волдеморта заставлял их учиться с утроенной силой.

Третья Сторона не просто крепла политически — она создавала свою собственную армию молодых, обученных и преданных магов внутри стен Хогвартса. И когда наступит весна, эта армия будет готова встретить любого врага.