Осознание

Эхо триумфа в Зале Основателей еще долго вибрировало в воздухе замка. Весть о том, что Гарри Поттер ворвался на заседание Попечительского совета и буквально растоптал министерский Декрет, распространилась по Хогвартсу со скоростью лесного пожара. К обеду Большой зал напоминал растревоженный улей: студенты всех факультетов бросали учебники, бурно обсуждая невероятные слухи.

Говорили разное. Кто-то утверждал, что Поттер применил Непростительные заклинания к Люциусу Малфою; кто-то шептался, что он вызвал на дуэль саму Амбридж и заставил её съесть собственный пергамент. Но неизменным оставалось одно — розовая жаба больше не имела прежней власти, а защитная магия Хогвартса, дремавшая веками, осязаемо проснулась, окутав замок едва заметным изумрудно-серебряным маревом древней силы Слизерина.

Гарольд сидел в самом дальнем углу библиотеки, отгородившись от внешнего мира мощными заглушающими и отвлекающими внимание чарами. Перед ним лежал массивный фолиант в переплете из темной змеиной кожи — «Тайны Родовой Магии и Вассалитета», полученный им из закрытой секции Блэк-касла. Спирос лениво переползал по страницам книги, иногда указывая кончиком хвоста на сложные рунические схемы.

«Хозяинссс... Гриффиндорские щенки ищут тебяссс...» — прошипел змей, приподняв голову. «Их злосссть пахнет гнилью... Они не понимают, что ты высссше их...»

— Пусть ищут, Спирос, — спокойно ответил Гарольд, делая пометку в своем блокноте изящным серебряным пером. — Их время ушло. Сейчас меня волнует куда более крупная дичь. Люциус Малфой сломлен, но Волан-де-Морт скоро узнает о моем лордстве Блэк и Слизерин. Реакция безумца будет непредсказуемой. Мне нужно укрепить внутренний круг здесь, в Хогвартсе, до того, как начнется открытое противостояние.

Шорох отодвигаемой портьеры заставил Гарольда поднять взгляд. Его чары рассеивания внимания были филигранными, но тот, кто шел к нему, явно руководствовался не просто зрением, а зовом крови.

В проходе стоял Драко Малфой. Он выглядел так, словно не спал несколько суток. Его безупречная слизеринская мантия была слегка помята, а в серых глазах вместо привычного высокомерия застыла смесь дикого страха, благоговения и отчаяния. Он сжимал в руке запечатанное письмо с гербом Малфой-мэнора.

Гарольд легким взмахом руки без палочки снял заглушающую сферу, позволяя Малфою подойти.

— Присаживайся, Драко, — ровным, бархатным голосом произнес юный Лорд. — Вижу, твой отец уже прислал тебе подробный отчет о сегодняшнем утреннем... инциденте.

Драко судорожно сглотнул и опустился на стул напротив Гарольда. Его руки заметно дрожали, когда он клал письмо на стол.

— Отец... отец в панике, Поттер... то есть, Лорд Блэк, — Драко запнулся, его голос сорвался на хриплый шепот. — Он пишет, что магия Рода Блэк полностью заблокировала его счета, привязанные к приданому мамы. Он не может воспользоваться ни одним галеоном Блэков без твоего личного одобрения. Но хуже другое... Он боится Тёмного Лорда. Если Сами-Знаете-Кто узнает, что Глава Рода Слизерин — это ты, и что Малфои находятся под твоим частичным контролем через маму... он убьет нас всех. Медленно и мучительно.

Гарольд внимательно посмотрел на бледное лицо кузена. Его легилименция мягко, словно теплый весенний ветер, коснулась поверхностных мыслей Драко. Никакого предательства, никакой фальши. Малфой-младший действительно был на грани ментального срыва от ужаса перед Волдемортом.

— Я обещал тебе защиту, Драко, — Гарольд закрыл фолиант, и звук захлопнувшейся книги прозвучал в тишине библиотеки как выстрел. — Но защита Лорда даруется только тем, кто готов платить за нее абсолютной верностью. Твой отец совершил свою ошибку, выбрав сторону безумного полукровки Тома Реддла. Но у тебя и твоей матери еще есть шанс.

— Мой отец... он не сможет просто уйти от Тёмного Лорда, Поттер! — Драко подался вперед, в его глазах блеснули слезы отчаяния. — Метка... она выжжет его магию, если он предаст Его!

— Черная Метка — это всего лишь продвинутое вассальное проклятие, привязанное к крови и магии Реддла, — холодно и авторитетно произнес Гарольд, и его перстень Певереллов на мгновение вспыхнул зловещим фиолетовым светом. — Как Лорд Певерелл — Рода, стоявшего у истоков магии Смерти и Душ — я могу оборвать эту связь. Но не сейчас. Сейчас Люциус должен продолжать играть роль преданного слуги. Он будет поставлять Волдеморту ту информацию, которую я сочту нужной. А ты... ты принесешь мне клятву верности прямо сейчас. Как твоему Главе Рода.

Драко посмотрел на перстень Блэков. Его магия крови, истосковавшаяся по сильной руке истинного лидера после долгих лет слабости Сириуса и тирании Волдеморта, буквально запела, требуя подчинения. Малфой медленно поднялся со стула, обошел стол и, опустившись на одно колено перед Гарольдом, достал свою волшебную палочку.

— Я, Драко Люциус Малфой, кровью Блэков и магией Малфоев клянусь в верности Лорду Гарольду Поттер-Певерелл-Блэк-Слизерину, — твердо, без единого колебания произнес Драко, перехватывая палочку за лезвие и протягивая рукоять своему Лорду. — Твое слово — мой закон. Твои враги — мои враги. Твой Род — моя защита. Да будет магия мне свидетелем!

Яркая, густая серебряная вспышка родовой магии окутала руку Драко и перстень Гарольда. Воздух наполнился ароматом озона и морозной свежести — Род Блэк официально принял клятву верности от своей младшей ветви.

Гарольд положил ладонь на плечо Драко, заставляя его подняться.

— Встань, Драко. Отныне ты под моей защитой. Твоя магия очищена от страха перед Меткой. Теперь слушай меня внимательно. Твоя задача на ближайшее время — взять под полный контроль Слизерин. Дафна Гринграсс поможет тебе. Все старшекурсники, чьи семьи сомневаются или не хотят идти под нож Волдеморта, должны быть аккуратно подведены к мысли о Третьей Стороне. Действуйте тонко. Снейп не должен ничего заподозрить раньше времени, хотя после сегодняшнего он будет тише воды, ниже травы.

— Я сделаю все, как ты велишь, Милорд, — в глазах Драко впервые за долгое время появилась уверенность. Он поклонился и, забрав письмо отца, бесшумно покинул библиотеку.

Гарольд удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Слизерин был практически в его кармане. Близнецы Уизли контролировали молодую кровь Гриффиндора и Хаффлпаффа через свои артефакты и авторитет шутников. Гринграссы обеспечивали поддержку нейтральных родов. Фигуры выстраивались в идеальный боевой порядок.

Вечером того же дня, когда Гарольд возвращался в гостиную Гриффиндора, его ждала неизбежная, но оттого не менее надоедливая сцена. У самого портрета Полной Дамы его караулили Рон и Гермиона. Гермиона выглядела заплаканной, её волосы казались еще более растрепанными, чем обычно, а Рон буквально дышал яростью, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.

— Гарри! — Гермиона бросилась к нему, но наткнувшись на ледяной, предупреждающий взгляд изумрудных глаз, остановилась в двух шагах. — То, что ты сделал сегодня... это чудовищно! Профессор Макгонагалл рассказала нам! Ты угрожал Люциусу Малфою! Ты отменил Декрет Министерства! Ты объявил себя Лордом Слизерином?! Гарри, это же Тёмный Род! Ты сходишь с ума из-за связи с Сами-Знаете-Кем! Директор Дамблдор так расстроен... Он сказал, что ты рушишь все, что строилось годами ради победы над Тьмой!

— Заткнись, Грейнджер, — тихо, но с такой убийственной силой произнес Гарольд, что Гермиона инстинктивно отшатнулась, прижав руку к губам.

— Да как ты смеешь так с ней разговаривать?! — взревел Рон, делая шаг вперед и пытаясь схватить Гарольда за воротник мантии. — Ты предатель, Поттер! Зазнался из-за своих дурацких колец?! Ты продался Слизерину! Моя мама была права, тебя нельзя было оставлять без присмотра! Ты...

Гарольд даже не достал палочку. Легкое ментальное усилие, подкрепленное сырой магией замка, и Рона буквально впечатало в противоположную стену коридора. Он повис в воздухе, судорожно хватая ртом воздух, словно невидимая рука сжала его горло.

— Послушайте меня внимательно, вы двое, — Гарольд подошел к ним вплотную. Его аура Тьмы и Смерти развернулась на полную мощность, заставляя Полную Даму на портрете в ужасе убежать из своей рамы. — Ваша игра в «спасителей Гарри Поттера» официально закончена. Вы — всего лишь ничтожные пешки в руках старого манипулятора, который использовал вас, чтобы контролировать меня. Ваша матушка, Рон, ответит перед судом гоблинов за каждую каплю зелий Дружбы и Доверия, которые она пыталась скормить моему голему. А ты, Гермиона, со своей слепой верой в авторитеты, останешься у разбитого корыта, когда министерство, которое ты так защищаешь, падет под ударами войны.

Гарольд взмахнул рукой, и Рон с грохотом упал на пол, кашляя и держась за шею.

— Если вы еще хоть раз попытаетесь встать у меня на пути, прочитать мне нотацию или выполнить приказ Дамблдора в отношении меня — я сотру ваши разумы до основания. И никакая магия директора вам не поможет. Для вас я больше не «Гарри». Я Лорд Певерелл. И вам лучше запомнить это, если вы хотите дожить до окончания этой школы.

Гарольд назвал пароль портрету, который испуганно вернулся на место, и вошел в гостиную, оставив бывших друзей лежать в пустом коридоре. Внутри гриффиндорской комнаты царила тишина — студенты, видевшие его возвращение через приоткрытую дверь, поспешно отводили глаза. Фред и Джордж, сидевшие у окна, обменялись с Гарольдом короткими, понимающими кивками.

Третья Сторона окончательно закрепила свои позиции внутри Хогвартса. Замок принадлежал ему. Слизерин был верен. Гриффиндор был запуган и нейтрализован. Альбус Дамблдор потерял рычаги давления. Впереди оставался самый главный враг — Лорд Волан-де-Морт. Но Гарольд Поттер-Певерелл-Блэк-Слизерин больше не боялся его. Он ждал его. По его правилам. В его замке.