Глава 48
Пятëрка драконов вошла в Большой зал, обсуждая предстоящие занятия. Как обычно, они двинулись по ряду между столами Слизерина и Когтеврана, чтобы разделиться лишь в последний момент, однако их разговор был прерван. Слишком много студентов смотрели на них с удивлением и подозрением, некоторые и вовсе шушукались. Первой идеей было бы связать происходящее с тем, что Гарри чемпион Турнира, но это уже устаревшая информация. Ничего нового. А его перевязанные ладони было просто невозможно заметить, ведь он спрятал руки в карманы мантии.
— А вот и главные звёзды утра, — пропела Дафна Гринграсс с газетой в руках.
— О чём это ты? — Гермиона вопросительно выгнула бровь, эту привычку она невольно переняла от Малфоя.
— И снова в центре скандала наш Гарри, правда, теперь не в одиночестве, — слизеринка усмехнулась. — У тебя большие неприятности, Пэнс, — блондинка протянула соседке по комнате «Ежедневный пророк».
Взяв в руки газету, Паркинсон не сдержала досадного стона. На первой же странице была колдография в форме сердца, на которой Гарри целовал её в лоб, нежно обнимая. Конечно, была и кричащая сенсацией статья:
«Сердце юного чемпиона уже занято?
Спешу огорчить всех юных красавиц, желавших заполучить сердце Избранного. Оно, вероятно, уже занято. Гарри Поттера застали обнимающимся с Пэнси Паркинсон прямо перед первым испытанием Турнира трёх волшебников. Ранее мы были уверены, что они лишь друзья, но фотография говорит лучше любых слов. Они пропитаны трепетом и заботой. Может быть, мисс Паркинсон — один из тех секретов, что хотел сохранить мистер Поттер, когда я в первый раз брала у него интервью? Но ведь это не то, о чём надо молчать! О таком сильном и светлом чувстве, как любовь, надо кричать на каждом углу при каждой возможности!..»
Дочитывать Пэнси не стала. Сердце загнанной птицей билось в груди, не давая воздуху поступать в лёгкие. Что делать? Что сказать?
— Решать тебе, — спокойный голос Гарри выдернул девушку из размышлений. — Как скажешь, так и будет.
— Не хочу, чтобы в это лезли. Не сейчас.
— Значит, не полезут.
Гарри забрал газету из рук Пэнси, скептически осмотрел со всех сторон, а потом показательно разорвал на две части. Он понимал, что этого будет недостаточно, чтобы пресечь все слухи в Хогвартсе, но слизеринцы точно поймут намёк и будут думать дважды, прежде чем задавать вопросы.
***
Весь Хогвартс стоял на ушах. Близился Святочный бал, который должны были возглавлять чемпионы Турнира. Девушки бегали стайками, стреляя в парней глазками, шушукаясь и тихо хихикая, тогда как мужская часть замка или улыбалась до ушей, ведь их предложение приняли, или огрызались на каждое слово, получив отказ, или ходили с пунцовыми лицами, не в силах набраться смелости.
Блейз, ещё не решивший, кого позовёт, с нескрываемым весельем наблюдал за всем происходящим. Он, как истинный кукловод, наслаждался поведением окружающих, а особенно ему нравилось вносить свою лепту. Так он свёл пару Невилла Долгопупса и Полумны Лавгуд. Эта чудаковатая девушка с его факультета была очень милой и отзывчивой красавицей с огромными мечтающими глазами. Такого понимающего и терпеливого человека Забини не встречал давно. И он прекрасно понимал, что сам Невилл, вздыхающий по сереброволосой когтевранке, никогда не осмелится пригласить её. Поэтому... Луна, не стыдившаяся ничего, пригласила его сама.
Что веселило Блейза больше — ревность Драко или влюблённость Крама, — он сам не знал, но не упускал возможности понаблюдать за тем, как друг уводит Гермиону прямо из-под носа болгарина, который, в свою очередь, не упускал возможности побыть с девушкой рядом. Это было нечто неповторимое и уникальное, ведь остальные студенты уже давно поняли, что подходить к Гермионе как к девушке себе дороже. А особенно, если ей это не понравится. Так Кормак МакЛаген вернулся в гостиную Гриффиндора с ушибами и синяками, после того как посмел насильно удерживать когтевранку за руку, желая поговорить. Парень не подумал, что на защиту Грейнджер встанет не только факультет умников, но и весь Слизерин. Именно змеи устроили ему «тёмную».
Все студенты бурно обсуждали предстоящий праздник за завтраком. Гарри делал вид, что всё это ничуть его не касается, тогда как Пэнси то и дело бросала хитрые взгляды на сидящего напротив Малфоя. За всё время Драко не взял в рот ни крошки, выжидая, когда, наконец, решился: встав из-за стола, парень кивнул друзьям и, прихватив с собой вилку, двинулся к столу Когтеврана. Гарри и Пэнси тут же достали палочки и принялись насылать заклинания на пространство вокруг ничего не подозревающей Гермионы.
Заслышав нежную мелодию, все студенты притихли, стараясь глазами найти источник звука, но их внимание привлекли сверкающие хлопья снега, посыпавшиеся с потолка прямо на стол Когтеврана. Гермиона вскинула голову и выставила ладонь, словно хотела убедиться, что это и правда снег. Отвлекли её шушуканья однокурсниц, смотревших куда-то за спину девушки. Обернувшись, Гермиона замерла, затаив дыхание. На одном колене перед ней стоял Драко, а на его губах была подрагивающая улыбка.
Завладев вниманием Гермионы и большей части студентов, не поднимаясь с колена, Малфой вывел из-за спины руку, в которой держал вилку со стола Слизерина. Прошла секунда, и твёрдый металл в его руке изменил свои очертания, превратившись в хрустальную розу. С замиранием сердца Гермиона приняла хрупкий подарок, а потом вновь перевела свой восторженный взгляд на Малфоя.
— Гермиона Джин Грейнджер, — девушка уловила в его голосе еле заметные нотки волнения, от чего улыбка на её губах стала ещё шире, — окажешь ли ты мне честь, пойдя со мной на Святочный бал?
— Я... — Гермиона не могла вымолвить ни слова, воздуха не хватало, а голова кружилась. Всё, что она могла, лишь хлопать глазами, на которых навернулись слёзы неподдельного счастья. — Да! — выдохнула, наконец, она, вскочив с места. — Сто раз да.
— Отлично, — Драко порывисто поднялся на ноги и, схватив её за руку, побежал прочь из Большого зала под восторженные крики публики.
Вместе они промчались по коридорам. Гермиона не знала, куда они бегут, куда её ведёт парень, однако сейчас это не имело никакого значения, не для неё. Счастье вскружило девушке голову, одурманило, как алкоголь. Она уже задыхалась, когда Драко притормозил у опушки леса.
— Идём, хочу кое-что показать, — он потянул её за собой в лес.
— Уверен? Это Запретный лес.
— Именно поэтому мы туда и пойдём, — подмигнул ей Малфой.
«Это не самая лучшая затея» — пронеслось в голове Гермионы, но она и не подумала прислушиваться к себе. Слишком доверяла Драко. Они шли достаточно долго, когда, наконец, вышли на поляну. Отпустив руку девушки, Малфой отошёл чуть в сторону, потом обернулся драконом. Его перламутровая чешуя переливалась на солнце, отливая золотом.
— Давай, — дракон подошёл чуть ближе и опустился на землю, — только тебя и жду.
— Ты хочешь, чтобы я?..
— Ты же не боишься летать со мной, — напомнил Драко, а его серые глаза весело сверкнули. — Залезай.
Гермиона неуверенно подошла ближе и коснулась прохладной чешуи. Провела по ней ладонью, чувствуя каждую шероховатость... Наконец, она решилась. Ухватившись за гребень из редких шипов на спине Драко и оперевшись на подставленную лапу, девушка подтянулась.
— Готова?
— Да? — неуверенно ответила Гермиона, крепче цепляясь за шипы перед собой.
— Я ни за что не уроню тебя, не забывай.
Мощными лапами Драко оттолкнулся от земли и взмыл в небеса, тогда как Гермиона взвизгнула, вцепившись в его шипы и зажмурив глаза. Очень быстро они набирали высоту. В ушах свистел ветер, прерываемый хлопаньем мощных перепончатых крыльев. Открыв глаза, Гермиона не смогла сдержать рвущегося наружу восторженного смеха. Хоть она и летала в облике сокола, парить верхом на драконе было ни с чем не сравнимое чувство. Девушка чувствовала каждую напрягающуюся мышцу парня, каждый взмах его могучих крыльев.
— Ты ведь всегда меня поймаешь? — Гермиона нервно облизнула губы.
— Что затеяла?
— Хочу кое-что попробовать. Взлети повыше.
Драко не стал спорить и тут же выполнил её просьбу. Нескольких взмахов крыльев хватило, чтобы они поднялись над облаками. Какое-то время Гермиона сидела неподвижно, но потом приподнялась, удерживая равновесие, словно проверяя себя, и, наконец, сиганула вниз. Малфой издал ни то стон, ни то рёв и уже бросился за ней, как вдруг девушка обернулась соколом. По сравнению с Драко, она была совсем крошечной, однако в скорости почти не уступала.
— Не делай так больше, — недовольно прорычал парень и клацнул зубами в воздухе.
— Тебе не нравится перспектива полетать вместе?
И они летали вместе, лавируя между облаками, ловя потоки ветра, обмениваясь обрывками своих мыслей. Уединение.
***
Весь Хогвартс шептался о том, что какой-то первогодка видел силуэт дракона, взлетающего над Запретным лесом. Кто-то говорил, что это сбежал дракон с первого испытания, другие уверяли, что в лесу и правда завелись огнедышащие ящеры, и только пятеро студентов и двое профессоров знали правду, за что первые получили нагоняй. Северус почти час отчитывал Драко за неосмотрительность и глупость, не забывая кидать камень в огород Сириуса. Гарри, Пэнси и Блейз, заикнувшиеся о том, что они тут вообще ни при чём, были отправлены на отработку вместе с Малфоем, и лишь Гермиона вышла почти сухой из воды.
***
Была уже глубокая ночь, а Пэнси, как и всегда, сидела у камина в гостиной Слизерина, глядя в огонь. Её взгляд был пустым, и одному Мерлину было известно, где девушка находится мыслями. Конечно, Гарри мог бы проникнуть в её сознание, но никогда бы не поступил так, не нарушил бы её личных границ. Опустившись на диван рядом, Поттер коснулся руки Пэнси, привлекая её внимание.
— Уже поздно, — почти шёпотом сказал он, когда девушка, наконец, перевела на него взгляд. — Тебе нужен сон.
— Знаю, — она устало провела рукой по лицу, словно стирая усталость. — Нет сил даже встать.
— Тебя отнести? — Гарри усмехнулся уголками губ.
— Ты меня не поднимешь.
— Ты слишком плохого обо мне мнения, плюс, — он поднялся на ноги и расправил плечи, — я сильнее, чем могу показаться, помнишь?
— Я всё равно не усну, — начала капризничать Пэнси.
— Уснёшь, — Поттер осторожно взял её на руки и не дрогнул, когда девушка испуганно вцепилась в ворот его рубашки. — Не бойся, не уроню, — он понёс её в сторону отдельной спальни, ключ от которой им пятерым отдал Северус. — Я прослежу за тем, чтобы ты уснула и проспала до самого утра.
— Ты так говоришь, будто я маленький ребёнок, — обиженно заметила Пэнси.
— Ты не ребёнок, просто устала, — Гарри шевельнул пальцами и вошёл в открывшуюся дверь. — И поэтому я о тебе позабочусь, — он опустил её на кровать и невесомо коснулся губами лба. — Твоя пижама в тумбочке, а я пойду переоденусь в ванну. Идёт?
— Ты всё продумал! — сразу поняла она. — Знаешь, что рядом с тобой я тут же засыпаю!
— Потому что чувствуешь себя в безопасности, — парень тепло улыбнулся, а потом поспешил скрыться в ванной.
Когда он вернулся через десять минут, Пэнси, надув губы и скрестив ноги по-турецки, сидела на одеяле. Гарри приглушённо рассмеялся, забрался под одеяло, а потом мягко притянул девушку к себе. Слизеринка попыталась вывернуться, но он слишком хорошо её знал, понимал, что это лишь желание показать крутой нрав. Вместо того, чтобы отпустить её, Гарри коснулся губами виска девушки, и она тут же замерла.
— Тебе нужно отдохнуть, — прошептал ей в самое ухо Поттер. — Давай уже ложиться.
— Тебе не нужен сон, — напомнила Пэнси.
— Нужен, но меньше, чем тебе, а теперь быстро спать, — махнув рукой, Гарри, не без помощи беспалочковой магии, вырвал из-под девушки одеяло.
— Просто невероятно, — буркнула она, а потом сладко зевнула. — Ладно, ты победил.
Гарри тихо рассмеялся и отпустил Пэнси, позволяя ей удобнее устроиться на своей груди. Поёрзав, девушка свернулась клубочком, положив голову ему на плечо, а руку перекинула через живот. Гарри с нежностью смотрел на расслабленное, не отягощённое переживаниями лицо девушки, мысленно считая секунды.
— Расскажи что-нибудь, — пробормотала Пэнси, даже не открывая глаз.
— Сказку?
— Что угодно.
— Хорошо, — он убрал съезжающую прядь чёрных волос со щеки слизеринки. — Жила-была девочка. Кожа её была белее снега, волосы чернее ночи, а глаза зеленее изумрудов. Всё было у неё, кроме любви. Шли годы, девочка научилась жить без неё, выстроила вокруг себя крепость изо льда. А потом в её жизни появились друзья. Медленно лёд таял, отступал, как зима с приходом весны. Сначала девочке было очень страшно, она боялась, что станет беззащитной и слабой, но тогда друзья рассказали ей, что теперь они будут оберегать её, станут защитой и бронёй. И девочка поверила им. В её душе наступила весна, а на щеках появился румянец. Медленно девочка училась дружить и любить...
— Это не сказка, Гарри, — Пэнси, оперевшись рукой о его грудь, приподнялась и посмотрела прямо в глаза.
— Это сказка. Волшебная, — он коснулся кончиками пальцев её лица, — моментами грустная, но со счастливым концом.
— Конец ещё не написан, — девушка опустила взгляд, и тени от длинных ресниц упали на светлую кожу.
— Мы сами напишем его, — заверил её Поттер и услышал судорожный вздох. — Сказка будет яркой, с неожиданными поворотами, но лишь мы будем писать её.
— Думаешь? — Пэнси не знала, чего в её голосе было больше — сомнения или надежды, но точно была уверена, какой ответ мечтает услышать
— Знаю.
И он поцеловал её. Еле ощутимо, невесомо, не зная, разрешит ли она, захочет ли. И Пэнси ответила, потянулась в ответ, уперевшись рукой уже не в его плечо, а в мягкую податливую подушку. Гарри откинулся назад, давая девушке возможность отстраниться в любой момент. Он понимал, что сам никогда не отпустит её. Хотел чувствовать её тепло на своих губах. Хотел чувствовать её подрагивающие пальцы в своих волосах...
Он поцеловал её. Сам. Не потому что она сделала это первой, и хотел отплатить ей тем же. От непривычного трепета в груди кружилась голова, а кислорода катастрофически не хватало, но последнее, чего хотела Пэнси — отпускать его. Нет. Никогда. Гарри был её спасительным кругом, её маяком в непроглядной тьме. Он спасал её каждый раз, вытягивая из пучины. Пальцы свободной руки, которая до этого лежала на его животе, сами собой нашли его волосы, такие пушистые и мягкие. Пэнси почувствовала, как парень медленно опускается на подушки, но не отстранилась. Нет, не сейчас. Ей не хватило этих блаженных секунд, ощущения его прохладных губ. Но воздух закончился, и длинный неподвижный поцелуй пришлось прервать.
— Пойдёшь со мной на Святочный бал? — еле слышно спросил Гарри, заглядывая в искрящиеся болотные глаза прямо напротив. — Если не с тобой, то ни с кем.
— Пойду, — её губы задрожали в улыбке, а потом сам собой вырвался смешок. — Да, Гарри, я пойду с тобой.
Они уснули быстро, в объятьях друг друга. Пэнси и правда очень быстро погружалась в сон, слушая размеренное биение сердца слизеринца, а Гарри... Ему хватало того, что девушка просто была рядом, посапывала на его груди, доверчиво прижавшись щекой.
***
Драконы сидели прямо на снегу под деревом, наколдовав из пары палок подушки, на которых и развалились, а Гарри по привычке взял на себя обязанность создать кокон тепла, так как преуспел в этом простом лишь на первый взгляд заклятье больше других. Гермиона удобно расположилась на груди Драко, опиравшегося на ствол дуба, и, поджав колени к груди, укутанная в его слизеринский шарф, читала книгу по травологии. Блейз лежал на животе и решал какие-то задачи по нумерологии, тогда как Гарри объяснял Пэнси последнее задание по зельям. С предметом Северуса девушка так и не смогла подружиться, но не упускала возможности попросить у друзей помощи.
От дел пятерых отвёл тактичный кашель. Обернувшись, они все устремили недоумевающие взгляды на стоявшую в нерешительности девушку. Джинни Уизли, прижимая к груди учебники, переминалась с ноги на ногу и явно чувствовала себя страшно неловко, однако всё равно находила в себе силы не отворачиваться.
— Привет, — Гермиона приветливо улыбнулась, правда, её губ было почти не видно из-под слизеринского шарфа. — Тебе нужна помощь?
— Да, — девушка отвела взгляд и убрала прядку огненных волос за ухо. — Нумерология какая-то запутанная, а мои братья не лучшие учителя, да и ученики тоже.
— Тогда ты по адресу, — Блейз расплылся в довольной улыбке и похлопал по свободному месту рядом с собой. — Садись, показывай, рассказывай, жалуйся.
— Такое ощущение, будто ты собрался слушать о её неудачной влюблённости, а не проблемах с учёбой, — усмехнулся Драко, устраивая Гермиону поудобнее в своих объятьях.
— Это почти одно и то же, — махнула рукой Пэнси, перекладывая сумку, чтобы освободить место гриффиндорке. — Если любовь невзаимная, всё валится из рук, ничего не получается, а если взаимная, то и в жизни всё идет на лад.
— А ты, я погляжу, у нас профессионал? — Малфой криво усмехнулся, наслаждаясь вспыхнувшим на щеках подруги румянцем.
— От профессионала слышу, — не отрывая глаз от собственных записей, ответил Гарри.
— Так что там с нумерологией, Джинни? — напомнил о себе Блейз с самой невинной улыбкой на губах.
Уизли перевела изумлённый взгляд на когтевранца, явно не понимая, а нормальны ли подобные перебранки, и имела ли она вообще право слышать всё это. Однако уже через пару минут Джинни поняла, что такого рода подколки для пятёрки — обычное дело и на это не стоит обращать внимание. Что интересовало девушку намного больше: хороший ли это знак, что её подпустили к себе эти пятеро лучших студентов Хогвартса?
Правда, долго сидеть в тишине и покое им было не суждено. Пара гриффиндорок, кажется, Лаванда Браун и Парвати Патил, подбежали к уже шестёрке и хихикая попросили Гарри подойти к ним.
— Во-первых, я вас еле знаю, — он скептически посмотрел сначала на одну девушку, а потом на вторую, — а во-вторых, вы все можете говорить при моих друзьях.
— Друзьях? — Лаванда удивлённо посмотрела на не дрогнувшую Джинни, но явно решила не развивать эту тему. — Гарри, мы хотели спросить...
— Не хочешь ли ты пойти с одной из нас на Святочный бал? — закончила за подругу Парвати.
— Нет, — коротко ответил он и вновь опустил взгляд на записи по зельеварению.
— Но...
— Вы язык не понимаете? — поинтересовалась Пэнси, склонив голову к плечу. — Или может быть, оглохли? Вам сказали нет.
— Думаю, они поняли и с первого раза, Пэнс, — прыснул Драко, но тут же охнул, получив от Гермионы удар локтем под рёбра. — Ладно-ладно, молчу.
— Молодец, — отозвалась Грейнджер, не отрывая глаз от книги.
— Значит, слухи не врут, — фыркнула Лаванда. — Так и знала.
— Прости? — Пэнси медленно приподняла левую бровь, строго смотря на блондинку.
— То, что ты и Гарри пара, — ответила за подругу Парвати. Складывалось такое ощущение, что они, как близнецы Уизли, друг без друга и говорить толком не могут. — Об этом и в Пророке писали.
— А Рита Скиттер никогда не врёт, — подметила Браун.
— Не врёт, — эхом повторила Пэнси. — Какая прелесть, вы умеете читать и отличать ложь от правды. Неожиданно. Но ещё более неожиданно то, что какая-то репортёрша знает о наших жизнях больше, чем мы сами. Прямо-таки волшебство на новом уровне.
— Хорошо, тогда с кем ты идёшь на бал? — с вызовом спросила Лаванда.
— Милочка, — Паркинсон медленно поднялась, чтобы их глаза оказались на одном уровне, — не нарывайся.
— Наша кобра открывает капюшон, — восторженно прошептал Драко. — Сейчас будет шоу.
— Ты лезешь не в свои дела. Неужели так хочется усугубить конфликт между нашими факультетами? Вы, факультет львов, а ведёте себя, как... — девушка прикусила язык, вспомнив про Джинни за своей спиной. — Правда, далеко не все. Валите-ка отсюда, а то сделаю львиц общипанными курицами.
— Не кипятись, Пэнс, — Гарри лениво поднялся на ноги, а на его губах появилась предательская улыбка. Он сам не знал, чем был так доволен. — Просто две маленькие девочки очень хотели получить всеобщее внимание и наконец стать героинями тех слухов, которые обычно слушают. Дай детям помечтать, — он мимолетно коснулся руки девушки, задев такие чувствительные подушечки пальцев. — Вы ещё здесь?
Ответа не последовало. Гриффиндорки насупились и, пробормотав что-то нечленораздельное, поспешили скрыться, чтобы не стать героинями слухов, в которых они были бы облачены позором.
Стоило друзьям вновь окунуться в свои дела, как их снова отвлекли. Гарри недовольно поджал губы, Пэнси картинно закатила глаза, уже готовая убить кого бы то ни было, кто стоял за её спиной, Блейз и Джинни недоверчиво посмотрели на подошедшего, тогда как Драко ещё крепче обнял Гермиону в своих руках.
— Гермиона, поговорить можем? — достаточно громко спросил Виктор Крам, остановившийся неподалеку.
— Пойдёшь? — бесстрастно спросил Драко.
— Если что, позову, — Гермиона легко поднялась на ноги, но слизеринский шарф с шеи так и не сняла.
— Я тебя слушаю, — вздохнула девушка, отойдя с болгарином чуть в сторону от друзей. — Снова нужна помощь с книгой? — позволила себе издёвку когтевранка. Друзья её явно портили.
— Я хочу спросить, идёшь ли ты со мной на бал?
— Прости? — опешила Гермиона, удивлённо вскинув брови, краем глаза замечая, что проходящие мимо студенты начали тормозить, прислушиваясь к разговору.
— Пошли со мной на бал, — повторил предложение Виктор.
— Меня уже позвал Драко, и я сказала «да». Ты, как и весь Хогвартс, видел это, — напомнила девушка. — Или ты думал, что я передумаю, откажу Драко и пойду с тобой, потому что ты?.. — она неоднозначно махнула рукой. — Знаменитый игрок в квиддич, один из чемпионов и далее по списку? — Гермиона приглушённо рассмеялась, а потом резко посерьезнела. — Нет, Виктор. Я не пойду с тобой на бал. Я иду с Драко. И я буду с ним. Надеюсь, ты поймёшь и примешь это.
Решив, что продолжать разговор не имеет смысла, Гермиона развернулась к болгарину спиной и вернулась к друзьям, тут же устроившись в уютных объятьях слизеринца. Бросив на Крама насмешливый взгляд, Драко прижался щекой к густым волосам девушки, плотнее обнимая её руками и начиная глазами бегать по строчкам её книги.
***
Гарри задумчиво смотрел на поверхность золотого яйца и выводил на его «скорлупе» узоры пальцем. Целую неделю ему пришлось ходить с бинтами на руках, покорно принимая помощь друзей во всём. Единственное, что ему разрешали делать самостоятельно: есть, мыться и одеваться. По началу это раздражало, но Пэнси, понявшая, какую силу имеет над ним, тут же пресекала все попытки сопротивления.
Пэнси... Она, казалось, расцветала на глазах. А ведь ей всего-то нужно было понять, что её любят. Такой, какая она есть. Со всеми капризами и фырканьями. Её и без того яркие глаза теперь светились, а улыбка почти не сходила с губ, но больше всего Гарри нравился тот особенный огонёк, загоравшийся на дне её зрачков, когда она смотрела именно на него. Он полюбил касаться её руки, чувствовать такие тёплые нежные пальцы девушки на своей прохладной и мозолистой коже. Полюбил рассматривать профиль её лица, когда они одни сидели на краю астрономической башни. Полюбил обнимать её, зарываясь носом в густые чёрные волосы, пахнувшие фиалками. Полюбил чувствовать её размеренное дыхание на своей коже. Полюбил... всё. Просто полюбил.
Золото таинственно блеснуло в свете зелёного пламени светильников гостиной Слизерина. Гермиона и Блейз последние месяцы всё чаще оставались ночевать в подземельях, пользуясь свободной спальней, предоставленной Снейпом. Забини день и ночь сидел над документами, которые ему передал Люциус, стараясь спланировать идеальный диалог с Дамблдором, тогда как Грейнджер изучала все тонкости непреложного обета. У них не было шанса на ошибку.
Руки Поттера сами собой снова потянулись к яйцу. Несчастное яйцо, открыв которое, он слышал лишь омерзительный писк. Драко и Пэнси пытались найти ответы, придумать, что делать, но верное решение всё никак не находилось. Устало вздохнув, Гарри взял яйцо в руки, подошёл к самому окну, отделявшему гостиную от Чёрного озера, и уселся на подоконник, разглядывая стайки проплывающих мимо рыбок. Он не знал, сколько просидел так, сколько смотрел в тёмную мутную воду, как вдруг где-то вдали увидел размытый силуэт. Прошло время, и вот, наконец, он разглядел очертания русалки. Какое-то время он следил за резвящимся созданием, гонявшимся за какой-то мелкой рыбёшкой, как вдруг в голове что-то щёлкнуло. Идея была просто безумной, однако... Чем боггарт не шутит?
Бесшумно прокравшись в ванную, Гарри хотел было открыть кран, но быстро передумал. У него не было времени на эти мелочи. Взмахом палочки он наполнил ванну почти до краёв, а потом нагрел воду. Ещё раз подумав, что это самая безумная идея за последнее время, не раздеваясь, он залез в ванную с яйцом в руках, а потом опустился под воду и помолился всем богам, чтобы не оглохнуть. Беззвучно щёлкнув, лепестки яйца открылись. Вода окрасилась в золотистый цвет, а вместо писка послышалось нежное пение:
— Мы тебе шлём зов чудесный, но
Мы на земле не поём.
Ведь дан тебе один лишь только час,
Чтобы найти, что скрыто у нас!
Ищи, где наши голоса звучать могли бы,
Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы.
Ищи и знай, что мы сумели то забрать,
О чём ты будешь очень сильно горевать.
Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали
На возвращение того, что мы украли.
Ищи и помни, отправляясь в этот путь,
Есть только час, потом пропажи не вернуть.
Гарри вынырнул из-под воды, жадно хватая ртом воздух, в тысячный раз благодаря Мерлина за то, что его определили на Слизерин. Если бы не силуэт русалки за окном, он бы даже не подумал об этом. Осталось лишь разгадать загадку, что было намного проще. Тут ему даже не понадобится помощь друзей. Сейчас он справится сам.
— Какой ты умница, — Эмма села на край ванны и заботливо расчесала пальцами его густые чёрные волосы. — Даже помогать не пришлось.
— А ты так хотела, — усмехнулся Гарри, весело смотря на неё снизу вверх. — Где ты вообще последнее время пропадаешь?
— Соскучился по мне?
— Я привык к тому, что ты постоянно где-то рядом, а сейчас, — он пожал плечами, — появляешься от силы раз в неделю.
— Мой маленький Повелитель, — улыбка сползла с губ девушки, а рука повисла безвольной плетью, — приближается буря и... — она поджала губы, словно не могла выдавить из себя слова.
— Ты не можешь сказать, — понимающе кивнул он.
— Прости, милый.
— Ничего, — Гарри улыбнулся и ласково коснулся руки Эммы. — У всех есть секреты. А у тебя тем более.
— Мой не по годам умный маленький Повелитель, — она тяжело вздохнула, а потом поднялась на ноги. — Постарайся спать побольше.
— Хорошо.
***
Северус сидел в своём кресле и смотрел в огонь, дожидаясь, когда же, наконец, пламя окрасится в зелёный цвет. Гость уже опаздывал на десять минут, что было для него совершенно несвойственно, и, упаси Мерлин, с ним случилась какая-то беда. Страшно даже представить, что могло пойти не так, учитывая то, какой артефакт должен был принести Люциус. И, наконец, комнату осветило изумрудное пламя.
— Порядок? — Северус тут же поднялся навстречу другу.
— Да, оно у меня, — Люциус стряхнул сажу с рукава мантии. — Они справятся?
— Они уже не дети и понимают, насколько это важно, — Снейп тяжело вздохнул. — От этого зависит слишком многое.
— Я спрашиваю не об их осознанности, а о возможности выполнения задачи.
— Они справятся.
— Тогда вот, — Малфой выудил из кармана мантии небольшую бархатную коробочку, которая с легкостью затерялась бы на полочках с ювелирными украшениями Нарциссы. — Кольцо там.
— Я верю в них, — Северус забрал коробочку из рук друга.
— Все мы верим в своих детей, даже если это противоречит логике, — криво усмехнулся Люциус. — Это естественно.
— И все мы боимся за них, — напомнил Снейп. — Если ОН вернётся...
— Давай будем реалистами! — неожиданно громко возмутился Малфой. — ОН вернётся! Этого не изменить. План Крауча идеален, а мы не можем вмешиваться, не выдавая себя.
— Что тогда будет ждать их? Драко станет как мы? Пэнси? Блейз? А что будет с Гермионой? Про Гарри я даже думать не хочу!
— А стоит начать, — рыкнул Люциус. — Думаешь, я не засыпаю и не просыпаюсь с мыслями об этом?! Я делал всё, чтобы Драко не повторил моих ошибок, не повторил мою судьбу! — мужчина шумно выдохнул и провёл рукой по своим волосам. — Гарри не дурак. Думаю, он предвидел такое развитие событий и начал формировать свой план действий. Тем же стоит заняться и остальным. Поговори с ними при случае.
— После Рождества, — кивнул Северус.
***
— Пора, — Блейз покосился на пьедестал со столом преподавателей на противоположном конце Большого зала. — Больше нельзя тянуть.
— А если он не согласится? — Пэнси закусила нижнюю губу. — Всё пойдёт наперекосяк.
— Значит, сделаем так, чтобы не пошло, — качнул головой Гарри, рукой находя в кармане мантии коробочку с кольцом, которую ему утром отдал Северус. — Время пришло.
— Уверены, что справитесь? — Гермиона поочередно посмотрела на каждого из парней. — Мы сейчас не урок сорвать планируем.
— Они справятся. Побольше уверенности и поменьше сомнений, — с нажимом произнёс Малфой. — Всё. Расходимся.
За завтраком все пятеро почти не говорили. На любые вопросы отвечали невпопад, а ели так, словно каждая крошка отнимала у них год жизни. Когда Большой зал почти опустел, Блейз пересел за стол Слизерина к Гарри, и они вместе стали дожидаться, когда Дамблдор, наконец, встанет и направится к выходу. Страдать в нетерпении им пришлось добрые десять минут. Директора они нагнали почти сразу, и на немой вопрос в холодных старческих глазах Гарри ответил одной фразой: «Надо поговорить».
Поход до кабинета директора занял, казалось, целую вечность, но, наконец, они оказались перед статуей феникса. Винтовая лестница сама подняла их наверх. Дамблдор прошёл к столу и опустился в кресло, при этом рукой указав студентам на два гостевых стула.
Блейз не рассматривал ни причудливый интерьер, ни картины, ни Фоукса. Всё его внимание сейчас было сосредоточено на старике, тогда как сознание снова и снова повторяло правила непреложного обета.
— Полагаю, причина веская? — Дамблдор сложил пальцы домиком и снисходительно посмотрел на своих студентов.
— Весьма, — Гарри усмехнулся краем губ. — Прежде чем мы начнём, я хотел бы у Вас кое-что спросить.
— Не стоит тратить моё время зря.
— Это Вы бросили моё имя в кубок?
— Даже если и так, он бы никогда не признался, — фыркнул Блейз.
— Ваша мать явно уделяла Вашему воспитанию мало времени, мой мальчик, — сухо заметил Альбус.
— Как верно подмечено, — криво улыбнулся Забини. — Давайте к делу. У нас есть для Вас предложение, от которого Вы просто не сможете отказаться.
— Весьма громкое заявление.
— Мальчики, не стоит так спешить, — прошептала Эмма, появившаяся, как и всегда, неожиданно. — Мягче. Он всё-таки не молод.
— Вы помните наш разговор о Дарах Смерти, профессор? — Гарри еле заметно кивнул, давая понять Эмме, что понял намёк. — Мантия-невидимка, бузинная палочка и воскрешающий камень.
— Да, помню. И?
— Вы ведь не просто знаете о них, — подхватил Блейз. — Когда-то давно, в юности, вместе со своим товарищем Грин-де-Вальдом Вы искали их, желали заполучить каждый.
— Откуда вы?..
— Это не столь важно, — не дал ему договорить Гарри и встал. — Один из даров у меня, — он достал коробочку из кармана и открыл. — Это кольцо Мраксов, — брови Дамблдора приподнялись, но заговорить он не успел. — Всё верно, один из крестражей, но также и один из даров смерти. Если присмотреться, можно увидеть выгравированный знак всех трёх даров. Мы проверили, это и правда воскрешающий камень, — руки директора опустились на стол. Он еле сдерживал себя.
— Мы хотим заключить сделку, — Блейз наклонился вперёд, чтобы не упустить ни единой эмоции на лице старика. — Вы прожили долгую, очень долгую жизнь, профессор. Уверен, у Вас есть те, перед кем вы бы хотели извиниться, или те, кого хотели бы увидеть вновь, с кем бы хотели поговорить. Мы отдадим вам камень.
— А что взамен? — Дамблдор даже не отвёл глаз от заветного артефакта. — Что вы хотите получить.
— Защиту, — честно ответил Гарри. — Вы дадите мне непреложный обет. Поклянётесь оберегать меня, Драко, Пэнси, Блейза и Гермиону. Дадите слово, что будете делать всё для защиты каждого из нас.
— Не много ли вы хотите?
— Или так, или никак, — Поттер захлопнул коробочку. — Мы оба хотим, чтобы Тёмный Лорд не вернулся, чтобы он окончательно и бесповоротно проиграл. И мы оба знаем, что что-то происходит, тучи сгущаются. То происшествие на Чемпионате мира не случайность. Он всё ближе.
— Мне нужно время подумать, — качнул головой директор и, поднявшись со своего места, отошёл к окну.
— У нас нет времени, сэр, — Блейз так же встал. — Счёт идёт на дни, если не часы, а мы пока что слишком слабы, чтобы противостоять угрозе самостоятельно.
— Вы давно выбрали сторону, выбрали защиту Малфоев...
— Я думал, мы больше не играем в эту игру, — с укором сказал Гарри. — Возможность воскресить любимых взамен на защиту. Это честный договор.
— Честный, — эхом повторил директор.
Больше минуты он молчал, а друзья покорно ждали, не прерывая поток его мыслей.
Гарри чувствовал, как от волнения кожу покалывают тысячи иголок, а сердце непривычно сильно бьётся. Он нервно облизнул пересохшие губы и сглотнул ком в горле. Они не могли упустить эту возможность, которая уже почти была в их руках. Впереди их ждало слишком много тьмы, чтобы справиться в одиночку.
Блейзу не хватало воздуха. Время тянулось мучительно долго, а ноги начали болеть, словно они стояли неподвижно вот уже несколько часов. В голове он уже начал придумывать, как ещё надавить на директора, чтобы он точно согласился, чтобы его друзья, его семья, ещё на некоторое время оказались в безопасности.
— Хорошо. Ты получишь желаемое, — наконец, изрёк Дамблдор, повернулся и подошёл к Гарри. Наверное, впервые он смотрел на него не как на ребёнка, а как на равного. — Полагаю, мистер Забини, именно вы будете свидетелем.
— Да.
— Формулируйте свои мысли очень чётко, мистер Поттер, — старик протянул свою руку.
— Не сомневайтесь, — Гарри взялся за предплечье директора, а Блейз направил на их сплетённые руки палочку. — Даёте ли вы слово, что при любых обстоятельствах, даже под угрозой своей гибели, вы будете делать всё, чтобы Гермиона Джин Грейнджер, Драко Люциус Малфой, Блейз Забини, Пэнси Паркинсон и я были в безопасности?
— Даю.
— Даёте ли вы слово, что ни одно Ваше решение не будет направлено во вред Гермионе Джин Грейнджер, Драко Люциусу Малфою, Блейзу Забини, Пэнси Паркинсон и мне?
— Даю.
— Даёте ли вы слово, что будете защищать Гермиону Джин Грейнджер, Драко Люциуса Малфоя, Блейза Забини, Пэнси Паркинсон и меня от любой угрозы, как прямой так и косвенной?
— Даю.
— Да будет так! — провозгласил Блейз.
Руки директора и Гарри окольцевали алые нити пламени чистой магии. Какое-то время они плясали, казалось, прямо на их одежде, а потом впитались в плоть, подтверждая сделку. Дамблдор дал непреложный обет. Он не мог нарушить данного слова. Они получили желаемое. Они получили безопасность?
***
В понедельник Блейз и Джинни, как обычно, встретились на поле для квиддича. Тренировка проходила как всегда: сначала разминка на земле, потом в воздухе, а после этого уже игра один на один, однако за тридцать минут до окончания девушка спустилась на землю. На вопросительный взгляд Блейза она отмахнулась, сославшись на то, что у неё срочные дела, и тут же побежала в сторону Хогвартса.
Около минуты когтевранец смотрел в спину удаляющейся девушке, прокручивая в голове все события последних дней, прикидывая, ради чего она могла прервать их тренировку по квиддичу. Идей не было, поэтому, закинув метлу под трибуны, Блейз обернулся вороном и полетел прямо за ней. Джинни быстро добралась до стен замка и скрылась внутри. Блейзу пришлось приложить все силы, чтобы незаметно лететь прямо под потолком, стараясь как можно реже взмахивать крыльями и часто делать остановки в тени.
Как он и думал, сначала Джинни забежала в башню Гриффиндора, чтобы переодеться. Забини еле успел спрятаться на верхней лестнице, когда она выходила из-за портрета, а потом продолжил свою слежку. Спустившись на несколько этажей вниз и пройдя вперёд по коридору, девушка остановилась у туалета Плаксы Миртл, чтобы оглянуться. Всё, что она увидела, — мелькнувшая тень, на которую, конечно, не обратила внимания. Подождав, пока Джинни скроется за дверью, Блейз нырнул в тёмную нишу неподалеку, где и обернулся обратно в человека. Бесшумно он проскользнул в женский туалет и замер у стены, вслушиваясь в бульканье и шипение.
— Вроде не испортила, — пробормотала Джинни.
— Ну-ну, — хихикнула Миртл. Её голос было не спутать ни с одним другим. — Думаешь, наш умный когтевранец не догадается, что ты подлила ему любовное зелье?
— Нет, не догадается, — как можно спокойнее ответила Уизли. — Сладкий вкус перебьёт шоколад.
— А запах?
— Ваниль и корица.
Блейз прикинул, насколько это реалистично. Шоколад и правда мог перекрыть сладкий привкус любовного зелья, какое бы оно ни было, а если добавить много корицы, она перебьёт и запах. Это было достаточно умно, учитывая то, что Джинни училась всего лишь на третьем курсе. Только вот для чего ей подсовывать кому бы то ни было любовное зелье? Ответ пришёл достаточно быстро. Святочный бал. Она хотела опоить какого-то когтевранца со старших курсов, чтобы он позвал её на Святочный бал, ведь приглашены все с четвёртого года и старше. И тут Блейза осенило. Она варит зелье для него! Именно он тот когтевранец, которого планировала влюбить в себя Уизли. Ухмылка сама собой расцвела на губах Забини, а желание устроить кавардак вспыхнуло, как спичка.
Выйдя из своего укрытия, парень вальяжным шагом подошёл к девушке, сидевшей на полу напротив котла с варевом. Он с нескрываемым наслаждением наблюдал за расцветающим на её лице удивлением, сменяющимся ужасом. Миртл, почувствовавшая напряжение, повисшее в воздухе, булькнула в туалете.
— Блейз?.. — Джинни подскочила на ноги. — Я... я всё объясню!
— Не стоит, — он сел на корточки перед котлом, принюхался, помешал зелье, а потом, взяв лавровый лист, кинул его в котёл. — Отличное было зелье, — признал он. — Я бы сказал, почти идеальное.
— Блейз...
— Я же умный когтевранец, помнишь, — он поднялся на ноги и шумно вздохнул. — Джинни-Джинни, как не стыдно?
— Я просто...
— Знаю, знаю. Ладно, пока, — он развернулся на пятках и уже двинулся на выход, но потом остановился и щёлкнул пальцами, словно вспомнил что-то только сейчас. — Чуть не забыл! — парень обернулся и широко улыбнулся. — Ты идёшь со мной на Святочный бал.
— Что? — опешила Джинни.
— Ты же именно ради этого устроила здесь лабораторию.
— И ты не злишься?
— Нет, это даже забавно, но, на будущее, советую просто попросить, — он стал совершенно серьёзным, а всё веселье стекло с его лица. — Я не отказал бы тебе в такой малости. И впредь, если будет нужна помощь, говори прямо, я не откажу.
— Прости меня, — Джинни сжала край своей плиссированной юбки. — Я просто...
— Поэтому сейчас я не злюсь. И запомни, тебе не нужно никакое любовное зелье, чтобы очаровать кого-то, — подмигнул ей Блейз и, не дожидаясь ответа, ушёл, совершенно довольный собой.
***
Гарри, Блейз и Драко стояли у дверей в большой зал и обсуждали теорию трансфигурации, и как она бывает неприменима на практике, пока дожидались своих спутниц, искоса поглядывая на главную лестницу. Несмотря на внешнее спокойствие, и Гарри, и Драко нервничали, тогда как Блейз, в отличие от друзей, не относился к событию, как к чему-то особенному. Джинни была его подругой, не больше.
Наконец, они появились, и всем разговорам пришёл конец. Три девушки приковали к себе взгляды парней, и случись сейчас землетрясение, они бы не обратили на это внимания.
Пэнси, одетая в чёрное платье без рукавов, хитро улыбалась своими винными губами, купаясь в восхищённом взгляде Поттера, как в ванне, впитывая это тепло каждой клеточкой кожи. Она поймала себя на мысли, что хотела, чтобы он всегда смотрел на неё так. И только на неё.
Драко зачарованно смотрел на Гермиону, которая сейчас была ещё легче и воздушнее, чем на приёме в Малфой-мэноре. Вероятно, это платье так же подбирала его мать, отталкиваясь от предпочтений девушки. Голубой идеально подходил Гермионе, казалось, отражая саму её суть. Нежная, как дуновение летнего ветерка, невесомая и чарующая.
Джинни, одетая в мятное платье, заметно переживала и, стараясь смотреть только себе под ноги, быстро подошла к Блейзу, даже не глядя на него. Заметив это, когтевранец улыбнулся краем губ и, взяв подругу за руку, поцеловал кончики её пальцев.
— Вы прекрасно выглядите, мисс Уизли.
— Блейз! — она выдернула руку, а на её щеках вспыхнул румянец. — Хватит придуриваться!
— А я думал, тебе нравится, — обиженно протянул он.
— Мерлин, ты просто невыносим.
— Я готова наблюдать за этим целую вечность, — протянула Пэнси, еле сдерживая улыбку.
— Мне есть на что смотреть, — тихо ответил Гарри, который даже не повернулся, чтобы посмотреть на Блейза и Джинни. — Мы открываем бал.
— Значит, все увидят нас вместе, — она пожала голыми плечами. — Это было неизбежно.
— Могу сбегать за мантией невидимкой, если хочешь, — парень протянул локоть в приглашающем жесте.
— Весьма заманчивое предложение, но, думаю, люди не поймут, если ты будешь танцевать с воздухом.
— Гермиона, — Драко пришлось прокашляться, чтобы заговорить. — Ты прекрасно выглядишь.
— Здесь нужно сказать спасибо Нарциссе, — девушка поджала губы, отводя глаза в сторону. — Мне безумно неловко, что...
— Никакой неловкости, — прервал её Малфой. — Ты член нашей семьи. Запомни это. И сейчас тебе нужно думать не об этом, а о том, что тебе предстоит провести вечер с принцем Слизерина, — он самодовольно усмехнулся, на что девушка только фыркнула.
— Вы с Гарри оба носите этот титул, но, — Гермиона подошла ближе, критично осматривая парня, — тебе явно нужно проявлять чуть большую аккуратность, — она поправила белоснежный галстук-бабочку на его шее.
— Что-нибудь ещё? — насмешливо поинтересовался Драко.
— Одна деталь, — Гермиона запустила пальцы в его волосы и слегка взъерошила. — Вот теперь идеально.
— Не знал, что я твой идеал.
— А вот самомнение нужно чуть поубавить.
— Как прикажете, — Драко склонился в поклоне, а потом, взяв девушку под руку, повёл в сторону Большого зала.
Вскоре подошли и Седрик с Джоу, и Крам с какой-то ученицей Хогвартса, кажется, она была с Гриффиндора, и Флер со студентом старших курсов. МакГонагалл прочитала им наставительную речь об ответственности, положенной на их плечи, на что Гарри лишь усмехнулся. Он как никто другой знал, что такое взваленная ноша. За ней неизбежно следовали угнетение и подавленность.
Когда же двери Большого зала вновь открылись, чтобы пропустить четвёрку чемпионов вперёд, Гарри уверенно взял Пэнси под руку и повёл, прекрасно зная, как всем студентам будет интересно на них посмотреть. Он хотел показать девушке, что она не одна, что он её опора и защита, кто бы что ни говорил или думал.
Хоть они и были заключающей парой, многие взгляды были направлены именно на них, некоторые начали шептаться, но до Гарри и Пэнси всё равно долетали обрывки фраз. Вместо того, чтобы прислушиваться к чужим голосам, Поттер решил отдать предпочтение созерцанию зала, который сейчас полностью был покрыт льдом и снегом.
Тут и там висели гирлянды, сияли огоньки. На больших круглых столах возвышались фигуры изо льда, а там, где обычно находился стол преподавателей, сейчас выросли три огромные ели, в ветвях которых почти терялись студенты оркестра и профессор Флитвик. Обычно звёздное небо зала сейчас было затянуто белой дымкой, а в воздухе парили крупные снежинки.
Встав на нужную позицию, Гарри положил одну руку на талию Пэнси, а второй взял её хрупкую ладонь.
— Сейчас всё и правда похоже на сказку, — заметила Пэнси, ожидая первых нот мелодии.
— И мы сами пишем её.
Заиграли скрипки, и Гарри сделал первый шаг, ведя девушку за собой, неотрывно глядя на её счастливые болотные глаза и блистательную улыбку. Он хотел запомнить это искреннее счастье на её лице, тот свет, что она излучала.
В такт музыки они кружили по залу, а потом, когда ноты побежали вверх, Гарри подхватил её за талию и приподнял над полом. Пэнси даже не вздрогнула. Она знала, что Поттер никогда не даст ей упасть, что бы ни случилось.
Вскоре к чемпионам присоединились и другие. Сначала Дамблдор с МакГонагалл, а следом и студенты. Драко, прекрасно знавший, что в Гермионе ещё остался лёгкий страх танцев, ждал, когда она будет готова, и, наконец, поймав её лёгкий кивок, вывел её в центр зала. Он, в отличие от некоторых других, не спешил, вальсировал достаточно быстро, чтобы попадать в такт, но не мельтешил и не менял позы рук, давая девушке вновь привыкнуть к своим движениям. Блейз же, наоборот, казалось, хотел повеселиться вдоволь. Он кружился с Джинни, не давая ей ни секунды отдохнуть, однако девушка не отставала и явно получала удовольствие, не желая быть как все вокруг. Они то сходились настолько близко, что нельзя было и подумать, что они лишь друзья, то расходились, что их чуть ли не разделяли другие пары.
***
— Ты ведь не сомневалась в себе, верно? — поинтересовался Драко, когда они с Гермионой вышли из круга танцующих.
— Не задавай вопрос, на который сам прекрасно знаешь ответ.
— Пунш? — Драко спрятал довольную ухмылку.
— Было бы здорово.
— Дай мне две минуты. Надеюсь, тебя никто не украдёт.
— Драко, я не бриллиант, чтобы меня крали, — рассмеялась Гермиона, прикрыв рот ладошкой.
— А вот тут ты не права, — Малфой подошёл вплотную к ней и убрал с лица тонкую прядку. — Ты самый прекрасный и драгоценный бриллиант.
— Пунш, — напомнила Гермиона, однако не смогла сдержать улыбки, а счастливый блеск в глазах выдал её с головой.
— Две минуты, — кивнул Драко и поспешил к столу с напитками.
Гермиона проводила его взглядом, а потом дала-таки своим эмоциям волю. Закружившись на месте, она обняла себя руками и вжала голову в плечи, словно старалась спрятать от людей вокруг свою улыбку. Несмотря на прохладный воздух в зале, ей было жарко, а голова слегка кружилась. Впервые в жизни ей хотелось вернуться назад вместе с Драко и снова начать танцевать.
Из мыслей её вырвал тактичный кашель где-то справа. Повернувшись, Гермиона на мгновение замерла, не до конца осознавая, кто стоит перед ней, а главное, что ему нужно. Виктор Крам, одетый в красный мундир, отделанный мехом, склонился в чинном поклоне, выказывая ей уважение. Что болгарину от неё может быть нужно, Гермиона просто не представляла, ведь она ещё тогда в библиотеке дала понять, что, а точнее, кто ей интересен. И, несмотря на многократные попытки Виктора сблизиться, продолжала упорно держать дистанцию.
— Потанцуешь со мной? — спросил Крам с надеждой в глазах.
— А где же твоя спутница?
— Там же, где и твой, — парень кивнул куда-то в сторону. — Так потанцуешь со мной?
— Нет, я танцую только с Драко, — честно ответила девушка и уже хотела было уйти, как вдруг напоролась глазами на строгий взгляд МакГонагалл. Казалось, Гермиона расслышала её мысли.
— Я настаиваю.
— Я... — МакГонагалл предупреждающе выгнула бровь. — Один танец, и ты оставишь меня в покое?
— Я слишком заинтересован, но если это условие.
— Это ультиматум. Так да или нет?
— Да.
— Хорошо. У тебя один танец, а потом ты даже рядом не появляешься.
Мысленно Гермиона обругала декана Гриффиндора всеми известными ей ругательствами, несмотря на то, что очень уважала её как волшебницу. Сейчас профессор подложила ей огромную болгарскую свинью. Девушка была совсем не уверена, а сможет ли танцевать с кем-то, кроме Малфоя. Сможет ли довериться? Виктора она почти не знала. Да, они часто пересекались в библиотеке, несколько раз разговаривали, но не больше, тогда как Драко... Просто Драко.
Они вошли в круг танцующих, и Крам потянул её за собой. Мысленно Гермиона постаралась представить, что сейчас ведёт её именно Малфой, а не Виктор, но тут же поняла, что это невозможно. Болгарин даже руку её держал иначе, не подстраивал шаг под партнершу, а разница в росте у них была большая. Драко всегда это учитывал, поэтому его шаг был заметно меньше, чтобы Гермионе было удобно, и она за ним поспевала. Спокойно, дыши, скоро этот треклятый танец закончится, и ты вернёшься к Драко.
Малфой взял пунш и подошёл к тому месту, где совсем недавно оставил девушку, но её там уже не было. Просканировав взглядом весь зал, Драко без труда нашёл Гермиону, вальсирующую с Крамом. Всё-таки он был прав, и оставлять её одну даже на две минуты — плохая идея. А он-то наивно полагал, что если позовёт Гермиону на Святочный бал при всём Хогвартсе, этот тугодум-ловец наконец поймёт, что здесь ему ничего не светит. Малфою понадобилась вся его воля, чтобы подавить нахлынувшую волну гнева и ревность.
Отставив пунш на ближайший стол, Драко ринулся к открытой площади, где танцевали пары. Палочки у всех студентов забрали ещё до самого праздника, только вот они не учли, что драконам такие безделушки и не нужны вовсе. Когда Крам вместе с Гермионой оказались совсем рядом, Малфой резко сжал кулак и рванул с места. Всё произошло за один миг. Виктор споткнулся и выпустил Гермиону из рук, которая в свою очередь пошатнулась и начала падать назад, но Драко тут же оказался рядом, перехватил её за талию, и не дал упасть, тут же вводя девушку в танец.
— Никогда не уроню.
— Это ты сделал? — прошептала побледневшая Гермиона одними губами. — Ты поставил ему подножку?
— Вовсе нет. А должен был устроить сцену ревности? — Малфой осторожно поднял её и ввёл в танец, как ни в чём не бывало.
— Мне нужно выйти на воздух, — строго ответила Гермиона и, вывернувшись из рук парня, направилась к дверям Большого зала.
Драко страдальчески закатил глаза, но спорить не стал. Сейчас он вновь убедился, что идеальных нет, и Гермиона моментами бывает просто невыносимо правильной, что не могло не раздражать.
— Чувства — это так больно, — усмехнулся кто-то рядом. Повернув голову, Драко встретился взглядом с одним из чемпионов — Виктором Крамом.
— Кулаком по роже тоже, — с вызовом ответил он. — Хочешь проверить?
— Она достойна большего.
— Рад, что ты реально оцениваешь свои силы, — криво усмехнулся Малфой и, дабы не искалечить надменного болгарина, поспешил за девушкой.
Гермиону он нашёл во внутреннем дворике Хогвартса. Зябко потирая замёрзшие руки, девушка смотрела на чёрное звёздное небо над своей головой, не обращая внимания на падающие на лицо снежинки. Тихо ступая по снегу, стараясь не издавать ни единого лишнего звука, Драко подошёл к ней со спины и накинул на озябшие плечи свой пиджак.
— Я не хотел тебя расстраивать, — честно сказал он, обнимая Гермиону со спины.
— Ты ведь не извинишься перед ним, да?
— Не извинюсь, — подтвердил догадку девушки Малфой. — Возможно, это было не так изящно, как могло бы быть, но верно.
— Я не твоя собственность и меня не нужно охранять, — Гермиона повернулась в его руках и посмотрела прямо в глаза. — Ты же не ведёшь себя так, когда рядом Гарри или Блейз.
— Потому что я знаю, что у них на уме. И в прямом, и в переносном смысле этого слова, — Драко ласково коснулся её лица, очерчивая контур скулы. — Я не должен был оставлять тебя одну.
— Пообещай, что не будешь так больше делать. Пообещай дать мне пространство. Пообещай дать мне шанс самой решать свои проблемы, — попросила Гермиона, зажмурившись и прижавшись к его ладони. — Если мне будет нужна твоя помощь, я попрошу.
— Я всегда буду рядом, чтобы подхватить тебя, — кивнул Драко, прижавшись своим лбом к её, дыша одним воздухом. — Я обещаю.
Несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы собраться с духом, а потом он сделал то, что хотел уже давно — поцеловал её. Легко, почти невесомо коснулся тёплых нежных губ. Драко почувствовал, как Гермиона вздрогнула под его руками, почти почувствовал, как сильнее забилось её сердце, а потом девушка прильнула к его груди, руками обнимая за шею. И это было лучшее, что происходило с ним за последние месяцы. Сердце и душа трепетали, а от счастья он не мог подавить улыбку. Гермиона не отстранилась, не испугалась, она была рядом. Была его.
Гермионе не верилось, что это происходит с ней. Голова кружилась, а в животе порхали бабочки. Чтобы не потерять равновесие, она обняла Драко за шею, прижимаясь к его тёплой груди ещё ближе. Она хотела, чтобы этот миг растянулся навечно, чтобы Малфой всегда был рядом, чтобы он всегда держал её в своих уверенных руках и не отпускал ни на секунду. Сейчас она острее, чем когда-либо, осознала, что значат его слова. Драко и правда никогда не даст ей упасть. Что бы не происходило, он будет рядом с ней. И от этого становилось так легко, что казалось, будто Гермиона может взлететь без крыльев.
Дафна Гринграсс, вышедшая на воздух, чтобы немного отдышаться, на секунду не поверила своим глазам. Драко Малфой и Гермиона Грейнджер стояли во внутреннем дворике и целовались. Первой мыслью было окликнуть их, чтобы убедиться в реальности происходящего, но девушка тут же одёрнула себя. Она достаточно времени провела с обоими, чтобы понять, что это не секундное увлечение. Пусть она и не была до конца согласна с решением Малфоя, лезть в это девушка не имела никакого права. Она расспросит однокурсника об этом потом, в гостиной. Как расспросит и Гарри с Пэнси о том, когда это они успели стать парой.
***
Гарри кружил Пэнси по залу, не отрывая от девушки глаз. Казалось, от счастья она светилась изнутри, и Поттер хотел сделать всё, чтобы это продлилось как можно дольше. Он хотел дарить ей столько положительных эмоций, сколько было в его силах.
Легко подхватив Пэнси за талию, парень поднял её над собой и закрутил, отчего она звонко рассмеялась, после чего мягко опустил на пол и продолжил вести, словно ничего и не произошло. Сейчас для них не существовало больше никого, кроме них самих во всём мире. И самое прекрасное было то, что обоим этого было достаточно. Им было достаточно иметь друг друга, чтобы быть счастливыми.
Северус, стоявший в стороне ото всех, наблюдал за своими драконами с еле заметной улыбкой на губах. Он был рад, что хотя бы в этот вечер они отбросили все терзания и раздумья, позволив себе побыть свободными птицами. Для себя Снейп решил, что позже запечатлеет воспоминания об этом вечере в сфере и отправит Нарциссе, чтобы хоть как-то успокоить её, дать понять, что её дети ещё какое-то время остаются детьми.
Поток мыслей профессора зельеварения был прерван тактичным кашлем. Повернув голову, он на секунду замер, невидящим взглядом уставившись на Эмму, одетую в роскошное вечернее изумрудное платье.
— Сейчас меня видят все, — девушка поправила прядь своих длинных чёрных волос. — Видят, но не запомнят.
— И что же стало причиной твоего такого появления? — прочистив горло, спросил он.
— Ты должен мне танец, Северус.
— Не припоминаю такого.
— Ты мне должен, — вновь напомнила Эмма.
— Лишь танец? — удивился Снейп.
— Наш танец начнётся сегодня, — девушка задумчиво посмотрела на вальсирующих студентов, — но кто знает, когда он закончится? Завтра? Через месяц? Год?
— Надеюсь, я буду танцевать с тобой до самой старости, — Северус подал девушке руку. — Окажи мне честь.
— Конечно, — Эмма грустно улыбнулась и вложила свои изящные тонкие пальцы в его протянутую ладонь. — Я тоже очень хочу танцевать с тобой ещё десятки лет.
И они вошли в круг танцующих, закружились по залу, неотрывно глядя друг другу в глаза. Северусу казалось, что девушка его загипнотизировала, заколдовала. Он не мог оторвать взгляд от этих глубоких тёмных глаз, на дне которых светились изумрудные искры. Что-то внутри него надорвалось, и звериный страх побежал вверх по позвоночнику, но он так и не смог оторвать от Эммы взгляд. Они всё танцевали, и танцевали, и танцевали...
***
Когда оркестр сменила рок-группа ведьмаки, все студенты оживились. Больше им не нужно было строить из себя чинных правильных юношей и девушек. Они танцевали так, как чувствовали, и драконы не были исключением. Пятёрка вместе с Джинни расположились у самой сцены. Они прыгали в такт музыки, парни кружили девушек и ловили их, когда у тех начинала кружиться голова. К своему удивлению, Джинни не чувствовала себя лишней в их компании, наоборот, она словно всегда была их частью. И ей было не важно, что Гарри, Пэнси и Драко были с факультета змей, было не важно, что о ней подумают или скажут гриффиндорцы. С ребятами было так легко и естественно, что всё остальное уходило на задний план.