The object of adoration/ Объект обожания

***
От лица Мэтью:

   Смотрел на неё, когда она сидела напротив меня, так близко, так рядом. Даже не вслушивался в то, что именно она говорила. Её голос был таким приятным. Слова исходили нежно. Да и сама она была красива. Я внимал всему, что она говорила, и думал о том, как мне повезло встретить такую девушку. Её духи благоухали, мне казалось, на всё помещение — такой сладкий аромат. Всё в ней было идеально. Бывает же такое.

   Я смотрел на неё и не мог поверить, что это действительно она. Диана. Живая. Дышит. Смотрит на меня незнакомым взглядом. Не помнит меня. Не помнит нас. Два года я искал её, два года я жил с мыслью, что потерял её навсегда. И вот она здесь. Но она не помнит.

— Мэтью, ты уверен, что ты до сих пор это чувствуешь? — проговорил Нил. — Ты давно её не видел. Два года прошло.

— Не начинай, — ответил я, чувствуя, как внутри закипает злость. На себя. На обстоятельства. На всё. — Ты прекрасно знаешь, что со мной было, пока я не мог к ней приблизиться, пока не мог прикоснуться. Я с ума сходил.

— Ты мне так и не рассказал, почему родители Дианы это сделали. Почему они запретили ей общаться с нами? С тобой? Почему перевезли её обратно в Нью-Йорк? Почему не разрешают даже написать ей? Они заблокировали нас во всех социальных сетях, номер поменялся.

— Нил, она теперь не Диана Харт, а Алексана Мур. Попробуй так её поискать, — немного помолчав, сжал губы в одну полоску. — Друг, ты нужен мне. Вы с Сарой оба мне нужны. Здесь. Может, она хоть что-то вспомнит, вас увидев. Я не вынесу этого. Она не помнит ничего. Действительно не помнит. Ты себе представить не можешь, я стоял как кретин.

   Безнадёжно посмотрел в окно и сжал трубку возле своего уха со всей силы. Не смог рассказать Нилу и Саре, что случилось в ту ночь, не осмелился. Сам не хотел в это верить. Ненавидел себя. Почему не остановил её днём? Почему отпустил? Что со мной случилось вечером? Так этого боялся. Так боялся, что это может произойти вновь. Грёбаное животное. Не достоин того, чтобы меня могли любить. Алкоголь срывает мне мозг. Если я зол или мне перечат в этот момент, слетаю с катушек, как будто другая личность выходит. Это не я. Чуть не убил собственную сестру, когда та спорила со мной, изнасиловал девушку, которую люблю. Может быть, семья Дианы права и мне не место рядом с их дочерью? Но так не могу, нет. Так долго искал её в других девушках, оборачивался каждый раз, когда слышал знакомый голос, запах. Каждый раз бежал за знакомой шевелюрой. Я буду эгоистом. Потерял её уже однажды. Второго такого проступка я не допущу. Мой кулак врезался в стену, потом ещё раз, сильнее. Глухо простонал от боли.

«Лучше физическая боль, чем душевная! Кто знал, что чужая игра перерастёт в мою личную любовь?»

   Я закрыл глаза и снова увидел ту ночь. Диана, лежащая на кровати, её слёзы, её крик. Как я не остановился. Как я продолжал, несмотря на её мольбы. Я помнил каждое её слово. «Ты делаешь мне больно». Я помнил, как она смотрела на меня после — пустым, разбитым взглядом. И как она ушла. Как я не смог её остановить. Как я позволил ей уйти.

   А потом авария. Я бежал за ней, кричал, звал её. Я вытаскивал её из машины, чувствуя, как её кровь заливает мои руки. Я молился, чтобы она осталась жива. Я обещал себе, что если она выживет, я исправлюсь. Я стану лучше. Я заслужу её прощение. Я сделаю всё, чтобы она была счастлива. Даже если это будет без меня.

---

От лица Дианы:

   На удивление, встав вовремя — без будильника и без подъёма родителей, — поплелась на кухню. Горло болело. Видимо, как бы ни пыталась тепло одеваться и стараться защищать своё тело от холода, зима взяла своё. Я заболела. Снова. Ну что за дела со мной творятся? Два года мой организм не может прийти в норму, и простудные заболевания не могут оставить меня в покое. Достав чашку с верхней полки, заварила себе чай. Взяв сахар, случайно наткнулась на коробочку с мятой. У мамы она была везде — у нас кухня как огород. Повсюду её листики мяты, мелиссы, чабреца. Взяла пальцами одну веточку и поднесла к носу. Мама рассказывала, что раньше я любила этот запах. Любила вкус мяты. Подарила ей баночку с маслом именно с этим растением. Что же поменялось? У Мэтью вчера был этот запах — запах мяты и дорогого парфюма. В животе сразу пролетел табун мурашек, а сердце стало биться быстрее. Прикрыла глаза, всё так же держа веточку перед носом. Почему он не выходит у меня из головы? Его образ, глаза, губы, сильные и большие ладони, которые сжимали мою руку, его запах. Мне хотелось снова оказаться в галерее.

— Ты почему не собираешься? — меня вернул в реальность голос отца.

— Я вышла чай попить. Снова простыла, — пожала плечами.

— Тогда может, останемся сегодня вместе дома? — у папы появился огонёк в глазах. — Закажем пиццу, посмотрим фильм, как раньше, помнишь?

— Не помню, папа, ты же знаешь, — повернулась обратно к шкафчику. — Но мне действительно нужно собираться на работу. У нас смена руководства, и, кстати, твою дочь сегодня повышают!

— Иди обниму тебя.

   Положила мяту в коробку и подошла довольная к отцу.

— Поздравляю! — папа обнял меня в ответ, после отстранился. — Мята?

— Что?

— Ты пахнешь мятой, — отец подозрительно посмотрел в мои глаза.

— Всё можно полюбить, если захотеть! — подмигнула мужчине, поцеловала его в щёку и ушла одеваться на работу.

   Надела расклешённые от бедра джинсы тёмно-синего цвета с завышенной талией и нежно-жёлтую рубашку. Заправив верх одежды в джинсы, обула ботинки с высоким и устойчивым каблуком, надела кожаную куртку и длинную меховую жилетку из песца чёрного цвета. Волосы оставила распущенными.

   Сегодня меня переводят в главный центральный офис. Мне никогда не доводилось там бывать. Но видела это здание, проезжая мимо. Даже не знаю, откуда у нас такие деньги на арендную плату и содержание фирмы. Буду скучать по девочкам. Мы за год очень сдружились. Тиффани — как мой личный психолог. Она всегда меня останавливала на нужном моменте и вправляла мозг, сто раз подумает, прежде чем сказать. София — эта леди — копия меня. У нас слишком схожи характеры, мы понимаем друг друга с полуслова. Она такая же взбалмошная, отрывная и не умеет держать язык за зубами.

   И не заметила, как подъехала к работе. Вытащив коробку из багажника для своих пожитков, направилась к лифту.

— И снова здрасте! — коробка оказалась немного больше меня по ширине, поэтому еле запихнула её в дверной проём.

— Привет. Это что за скелетоноситель? — Тиффани ткнула пальцем в мою коробку.

— Я увольняюсь, девочки, — села на стул и опустила голову в пол.

— Ты что, прости? — переспросила София.

— Вы же слышали, что меняется генеральный, — сделав пару круговых поворотов на стуле, встала напротив подруг. — А я вчера имела честь познакомиться с новым. И знаете, он... — задумалась, как бы его назвать. — Редкостная заноза в заднице.

— Алексана... — пыталась перебить меня София, чеша свой затылок. Тиффани в это время прикрыла глаза руками.

— Напыщенный, самодовольный кретин, — продолжила я, не обращая внимания на подруг. — Которого заботит только собственный нос. Я не хочу с такими людьми даже рядом находиться.

   Закончив, увидела испуганный взгляд девочек. Это так мои слова на них подействовали?

— Этот что ли? — проговорила София, махая головой в сторону моего плеча.

   Зажмурила глаза, ударила себя ладонью по лбу, состроила идиотскую улыбку и решилась повернуться к стоящему за мной мужчине.

— Добрый день, мистер Суон, — наклонила голову вниз в знак приветствия. Эти корейские замашки с поклонами меня точно до добра не доведут.

   Он стоял передо мной с явной улыбкой. «Ему понравилось всё мною сказанное? Может, он садист?» — не исключала бы такой версии. На нём были чёрные классические джинсы, чёрная футболка и белый пиджак с кожаным чёрным воротом. На шее была цепочка. Я не заметила, как подошла к нему ближе и взяла кулон в руки. Это была птичка.

«Почему он мне знаком? Определённо я видела его раньше».

   Мои руки накрыли тёплые большие ладони, и я осознала, что подошла к своему новому боссу и стала трогать вещи на нём. Выдернула руки и отскочила от него так, что чуть не упала. Но он успел схватить меня за запястье и притянуть обратно к себе, отчего мои глаза слишком широко раскрылись. Снова почувствовала этот сладкий для меня запах. Мята так быстро стала манить. Девочки наблюдали за нами, открыв рты от изумления.

— Всё в порядке, можете отпустить меня, — украдкой взглянула в его глаза. Такие чистые, прям искрящиеся зелёные изумруды. — Обалдеть.

— Ты о чём? — с улыбкой задал риторический вопрос шатен.

— А? — наконец оторвала свой взгляд от его лица и немного помотала головой, чтобы прийти в чувства. — Я говорю, обалдеть, какая у вас реакция. Спасибо, что не дали погибнуть на рабочем месте.

— Мы же оба понимаем, что ты не это имела в виду, — он наклонился ко мне и сказал эти слова шёпотом, чтобы никто не услышал.

— Что? — не верила тому, что слышу.

— Я говорю, обращайся.

   Он отошёл от меня и подмигнул. Я так и стояла в шоке, не могла и слова сказать, даже глазом дёрнуть.

— Слышал, ты собираешься увольняться? — он посмотрел на меня, немного нахмурившись. — Ты же понимаешь, что просто так не сможешь отсюда уйти. Я смотрел твой контракт, и пару дней назад прежний босс продлил его ещё на год.

— Да, я знаю, — перевела взгляд на девочек. — Это я так, шутки шутила. Не собираюсь уходить. Тем более...

— Тем более тебя перевели в главный офис? — перебил он и снова улыбнулся.

   Увидела его ямочки.

«Чёрт возьми, в этом индюке есть хоть что-то, что бы не привлекло моё внимание?!»

— А ты знаешь, чьё это здание? — продолжил Суон.

— Я так понимаю, Ваше? — приподняла одну бровь и скрестила руки на груди.

— Моего отца, — самодовольно ответил он. После повернулся к остальным работникам. — Стивен брал в аренду у нас пару офисов. С завтрашнего дня мы все туда переезжаем. Для вас будут открыты новые возможности и все удобства, которых не было раньше.

   У всех загорелись глаза, и находящиеся в этом помещении встали и принялись хлопать.

«Как мало нужно для счастья».

   Но это на самом деле здорово. Мне не нужно будет прощаться с подругами, и все останутся довольны новым обитанием. Можно будет забыть о скрипучих полах, обваливающейся штукатурке в коридоре и ужасно тормозящих компьютерах. Надеюсь, мы же не будем их перевозить с собой.

— Завтра будет ужин с нашими новыми партнёрами. Оденься прилично, мы поедем в ресторан, — повернулся ко мне Мэтью.

— Что в Вашем понимании прилично? — переспросила я. — И зачем мне туда ехать? У нас есть сотрудники, которые работают дольше и разбираются в рекламе намного лучше.

— Мне нужна ты, — он немного запнулся, как наслаждаясь своими словами. И я не понимала, собирается ли он продолжать предложение. — Как лицо нашей компании. Будут очень солидные люди. Не подведи меня! И надень платье.

   С этими словами он вышел из офиса, и девочки сразу напрыгнули на меня с расспросами. Вдоволь насмеявшись, все принялись собирать свои вещи для переезда. Повернув голову, увидела Джуна в дверях. Он стоял, облокотившись на дверь.

— Грузчика вызывали? — улыбнулся он.

— Привет, Пак! — помахали ему дружно Тиффани и София. Брюнет улыбнулся им в ответ, помахав ладошкой.

— Джууун, — подбежала к нему и обняла его за шею. — Тебе папа сказал?

— Да. Вот я и решил проехать мимо и помочь тебе с веща...

   Он резко остановился и посмотрел мне за спину. Он ещё больше побледнел, и его рот приоткрылся. Как будто он чего-то испугался. Повернув голову, увидела возле нас Мэтью. У него были нахмурены брови, губы образовали одну полосу, вена на шее стала бешено пульсировать, руки сжались в кулаки.

— Я тебя напугал? — с ухмылкой спросил у брюнета Мэтью.

— Вы знакомы? — хлопая ресницами и встав между ними, произнесла я.

   Джун в этот же миг закрыл глаза и, попробовав сконцентрироваться, протянул руку Мэтью.

— Джун Пак. Молодой человек Алексаны, — холодно проговорил он. Мне показалось, что Джун выделил моё имя особым тоном, и в этот момент на его лице появилась улыбка, отчего шатен ещё больше сжал губы.

— Мэтью Суон, новый начальник мисс Мур, — он так же подал руку корейцу, но уже выделил слово «начальник».

   От «дружеского» рукопожатия кореец немного дёрнул глазом. Видно, Мэтью сильно сжал его руку. Джун резко взял меня за локоть и вывел в коридор. Закрыв за собой дверь, он резко прижал меня к стене.

— Что он здесь делает? — прорычал он.

— Что с тобой? Мне больно! — попыталась вырваться, но мне это не удалось. — Ты ведь сказал, что вы не знакомы.

— А вы знакомы? — задал встречный вопрос брюнет.

— Он мой начальник, Джун. Я познакомилась с ним вчера. В чём твои проблемы?

   Мне стала жечь спину, так как была просто прибита мёртвой хваткой к бетонированной неровной стене. Джун посмотрел в мои глаза, и его словно подменили. Он резко передвинул свои руки мне за спину и крепко прижал к себе.

— Прости. Я просто боюсь тебя потерять, — ответил он.

— А почему ты должен меня потерять? — непонимающе немного отодвинула лицо и придвинула его удобнее к груди парня.

— Просто мне на миг так показалось, — его холодные пальцы стали выводить узоры на моей спине. — Я люблю тебя, Диана.

— Что ты сказал?! — оттолкнула его и посмотрела в глаза. — Как ты меня назвал?

— Прости. Я случайно! Алексана, прости. Почему-то вертелось то имя на языке.

   Он снова прижал меня к себе и стал медленно двигаться по кругу, снова танцуя.

— Снова твои дурацкие танцы? — фыркнула я.

— Они не дурацкие. А если даже и так, они ведь тебе нравятся? — улыбнулся он.

— Они забавные, — взяла брюнета за руку и потянула к двери в офис. — Пойдём, мне нужно собрать вещи.

   Джун помог мне сложить всё в коробку и вынес к машине. Попрощавшись с девочками, заметила, что Мэтью больше не выходил из своего кабинета. Спустившись на улицу, помахала корейцу, подходя.