Глава 13. Мэри Поппинс
Учёба. Учёба. Учёба. Вся жизнь в ней. Впереди — очень тяжёлая неделя: в пятницу нужно сдать эскизы своей коллекции одежды. А пока она только на начальной стадии, вернее, просто достала мольберт, пастель и карандаш. Бумага белая, чистая — как и мысли. Или наоборот — такие же пустые.
В колледже по-прежнему всё однообразно: занудные лекции, одинаковые люди, которых заботят только они сами. Казалось, деградирую. Так хочется что-то поменять в жизни, сделать что-то уму непостижимое. Но пока только мечты и эскизы, которые не хотят рождаться.
Два дня уговаривала маму переехать к нам в квартиру с Сарой. Она охотно согласилась. Еврейская девушка была без ума от этой женщины — они часто усаживались на кухне, пили чай и разговаривали обо мне, дружно смеясь. Мама рассказывала истории из моего детства, Сара заливалась хохотом, а я сидела с горящими щеками и делала вид, что меня здесь нет.
Папа сказал, что прилетит в ближайшее время. Хочет провести с нами выходные. Пока разговоров о возвращении в Нью-Йорк не было, но внутри поселилось ожидание. Странное, тревожное и одновременно тёплое.
На учёбе всё свободное время проводила с Джуном. Он развлекал меня, как мог. Оказывается, мы однокурсники, и почему не видела его раньше? Полгода прошло, а встретила только недавно. Судьба? Или просто слепота?
— Ди, скоро пара начинается, а ты прохлаждаешься на подоконнике! — Джун вынул из ушей наушники. Я вздрогнула от неожиданности, чуть не слетев вниз.
— Джун, чего бы тебе хотелось больше всего? — спросила, поправляя волосы.
— Я бы хотел, чтобы ты подняла свой зад и пошла со мной на пару! — он улыбнулся, и эта улыбка была такой солнечной, что трудно было устоять. — Тетрадь и увлекательная лекция психологии ждут нас!
— А серьёзно? — потянула его за руку, отчего он чуть не упал в мои объятия. Мы оба засмеялись.
— Ты знаешь? — он прибавил шаг, поднимаясь по лестнице. — Мне бы хотелось увидеть отца, который мной доволен.
Я догнала его и обняла, чувствуя, как он напрягся на мгновение. Но потом расслабился, приняв это тепло.
— Если захочешь поделиться, буду рада тебя выслушать. Ладно?
— Что за сопли, Ди? — он приподнял уголок губ, делая вид, что ему всё равно. Но я знала — ему не всё равно.
— Иди ты в одно слово, — засмеялась, забирая его кепку и натягивая на себя. — Кажется, она мне идёт больше.
— Пошли, — махнул он рукой, но улыбка осталась.
Пара прошла быстро — благодаря Джуну. Всю лекцию он передразнивал миссис Уизли, которая кидала на нас суровые взгляды. Я старалась не смеяться, прикрывая рот ладонью, но он был неумолим. К концу пары у меня болели щёки.
— Джун, мне нужно бежать, — когда прозвенел звонок, схватила сумку и рванула к выходу. — Встречаюсь с подругой и мамой!
— Мама? — он остановился. — Но ты же говорила...
— Я всё позже расскажу, — послала воздушный поцелуй.
Он сделал вид, что поймал его, и улыбнулся.
У выхода стояла Сара, облокотившись на мою машину, а мама оживлённо ей что-то рассказывала, размахивая руками. Идеальная картина: солнечный свет, две мои любимые женщины, смех, который разносится по парковке. На мгновение показалось, что всё на своих местах.
Сара в тёплом облегающем сером платье выше колена, бежевых сапогах-чулках, с распущенными кудрявыми волосами. Мама — по своему обычному вкусу: тёмные балетки, расклешённые джинсы, светло-серая кофта с большим воротом. Она выглядела так обычно — и одновременно так неправильно. Будто эти два года исчезли, а она просто вернулась из магазина.
— Привет! — подбежала к ним, обняв каждую. — Долго ждали?
— Тебя хоть жизнь готовы ждать, — фыркнула Сара, но в её глазах сияла радость. — Что это на тебе? — она приподняла чёрную кепку с белыми буквами «FBI».
— У Джуна забрала, — поправила головной убор, чувствуя себя почти как шпионка.
— Джуна? — мама приподняла бровь. — Это твой парень?
— Нет, — закатила глаза. — Мы учимся в одной группе и дружим. Просто дружим, мама.
— Ну что, по коням и в волшебный мир? — Сара подпрыгнула, запрыгивая на заднее сиденье. — Я чувствую, сегодня будет что-то грандиозное!
В салоне нас встретили как истинных леди. Белый мрамор, хрустальные люстры, пахло дорогими духами и кофе. У каждого мастера, у каждой комнаты — своя атмосфера. Когда я вышла через час, мои волосы сияли светло-пурпурным отливом. Тоник — лёгкий, воздушный, как каприз. Он смоется через пару недель, но сейчас я чувствовала себя новой. Другой. Той, кто не боится перемен.
Сара, увидев меня, присвистнула:
— Ну ты даёшь! В кого превращаемся?
— В себя, — ответила, улыбнувшись. — В ту, которую прятала.
Мама подошла, взяла прядь моих волос, улыбнулась:
— Еношка, ты всегда была яркой. Но этот цвет... он тебе идёт. Правда.
Розовые прямые волосы завязала в небрежный хвост, надела обратно кепку. На мне — свободная красная толстовка Nike, джинсы с дырками на коленях и розово-белые аирмаксы.
— То, что нужно! — улыбнулась мастеру.
Выходя из салона, почувствовала, как внутри нарастает напряжение. Достала пачку сигарет — за последние два года они стали спасением, чтобы не попасть в психушку. Когда никотин проникал внутрь, а дым наполнял лёгкие, становилось спокойнее. Иногда это был единственный способ собраться с мыслями.
Закурила, облокотившись о стену. Затянулась, глядя на небо. И вдруг — знакомый чёрный Range Rover с тонированными стёклами. Он парковался прямо за моей машиной. Сердце упало в пятки.
«Вот чёрт!»
Несколько нервных затяжек. Пригнулась, прячась за вазоном с деревом. Дверь хлопнула два раза — значит, он был не один.
«Видимо, привёз лебедушку свою очередную», — пронеслось в голове. Тишина. Значит, зашли.
Расслабилась. Только собралась встать, как кто-то постучал по козырьку кепки.
— Кто там? — спросила, хотя уже знала ответ.
— Мэри Поппинс, — услышала знакомый низкий голос.
Присела на корточки, не поднимая головы. Он, в ответ, опустился напротив и заглянул под козырёк.
— Голос точно её, — пробормотала, чувствуя, как его пальцы схватили за подбородок и приподняли вверх.
Зелёные глаза смотрели с каким-то странным выражением и были слишком близко к моим. Он злился?
— Ты что, куришь? — он выхватил уже почти дотлевшую сигарету и отбросил в сторону.
— Тебе какая разница? — убрала его руку и встала.
— Ненавижу курящих девушек, — сказал он, приближаясь.
Дунула на него пару раз, чтобы прочувствовал запах, и направилась к двери.
— Не так быстро, — его рука схватила за локоть, разворачивая к себе.
— Слушай, парень, — выдохнула, стараясь говорить спокойно. — Мне кажется, тебя там девица твоя ждёт. Отпусти. Иди с миром.
— Это что за девица его ждёт? — раздался знакомый голос.
Обернулась — Нил стоял в проёме, улыбаясь.
— Нииил! — хотела броситься к нему, но Мэтью всё ещё держал. — Да убери ты свои слоновьи лапы!
Очнулся. Опустил руки. Разбежалась, прыгнула на ирландца, обвивая его ногами. Он подхватил, рассмеялся, подставляя руки под бёдра.
— Я тоже соскучился по тебе, подружка, — он сиял, целуя в щёку. — Сара тоже здесь?
— Даааа! — ответила, улыбаясь, как ребёнок.
— Я что-то пропустил? — Мэтью подошёл ближе, и в его голосе послышалось что-то новое. Что-то, что я не могла разобрать.
— Это та самая дама, которая разбила мне сердце, — сказал Нил, и я чуть не упала от неожиданности.
— Твоя дама — мисс Адлер, Нил. Не путайся, — спрыгнула и пнула его в плечо. — Пойду посмотрю, где она.
— Харт... — голос Мэтью остановил меня. — Можно тебя на минутку?
Развернулась. Подошла слишком близко.
— С каких пор ты стал спрашивать разрешение?
— Ладно, я за Сарой, — Нил ретировался, оставляя нас одних. — За Сарой! — крикнул он, но мы даже не обернулись.
— Диана...
— Даааа, Мэээтью, — передразнила.
— У меня к тебе одно предложение.
— Что это? — приподняла бровь. — Мэтью Суон волнуется? Это нужно заснять!
Полезла в карман за телефоном, но он перехватил мою руку и убрал в сторону. Его пальцы касались моей кожи, и по телу пробежали мурашки. Дрожь. Какая-то необъяснимая.
— Что за чёрт, Мэтью? — убрала руку, стараясь не смотреть в его глаза.
— Тебе обязательно быть такой колючей всегда? — он склонился ближе.
— А тебе обязательно быть таким самовлюблённым индюком?
Он приподнял козырёк моей кепки, положил руки на плечи. Я сделала вид, что на меня положили мешок картошки. Но он не дрогнул.
А потом — поцеловал.
Губы обжигали. Мягкие, настойчивые, они двигались медленно, будто пробовали на вкус. Я замерла, не в силах пошевелиться. Внутри пронеслась паника — не от отвращения, а от того, как легко я могла бы ответить. И как сильно боялась этого.
Мэтью приоткрыл веки, не останавливаясь, и встретился с моими глазами. Глазами, которые были широко распахнуты. В его взгляде — вызов. И одновременно вопрос. Он ждал. Он хотел, чтобы я ответила.
«Что ты делаешь со мной, Мэтью Суон?»
Мысли путались. Где-то внутри, глубоко, что-то дрогнуло. Но я не позволила себе сдаться. Я стояла, не отвечая, чувствуя, как его пальцы сжимают мои плечи.
Он отстранился. В его глазах — смесь разочарования и чего-то другого. Что-то, что я не хотела видеть.