Останься

Не успел Сириус оглянуться, как до Рождества осталось меньше недели. Последний день Гарри в школе был в среду, двадцать первого. На следующий день к ним на ужин должны были прийти Уизли. Двадцать третьего было полнолуние. А потом будут Сочельник, Рождество... Сириус вздохнул, глядя на календарь. По крайней мере, попытался он утешить себя, скука на каникулах ему не грозила.

В среду утром он отвёл взволнованного Гарри в школу и трансгрессировал, как только скрылся из виду маглов. Ему ещё многое предстояло сделать — учитывая ужин на следующий день и полнолуние, все приготовления к Рождеству нужно было закончить сегодня. За покупку продуктов отвечал Лунатик. Это убирало с его плеч одну из забот. На прошлой неделе он отправил сову Уизли и попросил разрешения прийти в Нору, чтобы обсудить некоторые детали. Он получил приглашение прийти в любое время.

Дом Уизли был высоким, покосившимся и явно волшебным. Это было здание, построенное с расчётом на практичность, а не на эстетику. Тем не менее, в нём было какое-то деревенское очарование. Он подошёл к входной двери, спугнув по пути несколько кур, и постучал. После недолгого ожидания дверь открыла невысокая кругленькая женщина с рыжими волосами. Она доброжелательно улыбнулась ему.

— Мистер Блэк, входите, входите. — Она посмотрела на него с некоторым любопытством, вероятно, из-за его магловской одежды.

— Спасибо, миссис Уизли. — Снимая пальто, он заметил четыре веснушчатые рыжие головки, выглядывающие из дверного проёма. Он улыбнулся им. Миссис Уизли взяла у него пальто и каким-то образом умудрилась повесить его рядом с как минимум тремя десятками других курток и плащей. Она повернулась, чтобы провести его на кухню, и от её движения дети порскнули прочь.

Видимо, они сидели за кухонным столом, когда он постучал: тот был завален кусочками цветной бумаги, звёздочками, мишурой, ножницами, клеем, блёстками и прочими материалами для поделок.

— Мы делаем украшения, — с улыбкой объяснила миссис Уизли. — Это Фред и Джордж, — сказала она, потрепав по волосам двух старших детей. Они явно были близнецами.

— Нет, я Фред.

— Нет, я Фред.

— Мама, он опять притворяется мной.

— Нет, это он притворяется мной.

Сириус рассмеялся над ласковым упрёком их матери «Ведите себя прилично, когда у нас гости», и протянул каждому из них руку:

— Приятно познакомиться, мальчики. Я Сириус.

— Это Рональд, — она указала на третьего мальчика, который застенчиво улыбнулся Сириусу и пожал ему руку. — И Джиневра, наша младшая.

Девочка сердито посмотрела на мать.

— Я Джинни, — решительно заявила она Сириусу. Хотя её свирепый вид его позабавил, он не стал улыбаться и протянул руку ей тоже.

— Приятно познакомиться, Джинни.

Прежде чем кто-либо успел что-то сказать, она выпалила:

— Вы правда были в Азкабане?

— Не будь такой любопытной, Джинни, — сказала ей мать прежде, чем Сириус успел ответить. — Присаживайтесь, мистер Блэк. Не хотите ли чашечку чая?

— Да, спасибо. И, пожалуйста, зовите меня Сириус.

Под любопытными взглядами четверых детей Сириус выдвинул стул.

— Так что вы мастерили? — спросил он.

Ему тут же стали показывать рисунки и украшения, и он попытался слушать четыре голоса одновременно, объяснявшие, что они делали и для кого. Фреда и Джорджа было особенно трудно понять, поскольку они, похоже, экспериментировали с тем, что заканчивали друг за другом предложение через каждое слово.

— Это для Билла, — гордо сказала Джинни, изо всех сил стараясь перекричать своих братьев.

— Билла? — спросил Сириус, в это время миссис Уизли поставила перед ним дымящуюся кружку, и тарелку с печеньем в центр стола. Произошла потасовка, когда четыре пары маленьких ручек стали хватать столько сладостей, сколько могли удержать.

— Билл, Чарли и Перси должны вернутся из Хогвартса сегодня днём. Мы с нетерпением этого ждём, правда?

Дети дружно кивнули. Они не могли говорить, потому что у них были набиты рты. Миссис Уизли тоже пододвинула себе стул.

— Мистер Бл... Сириус, вы уверены, что хотите, чтобы все мы завтра пришли? Было бы вполне понятно, если бы это были только Артур и Перси, может быть, ещё Билл и Чарли, но действительно нет никакой необходимости приглашать всех нас.

— Нет, не волнуйтесь. Я пригласил вас всех и не собираюсь идти на попятную. На самом деле, есть ещё одна причина, по которой я очень хотел бы видеть вас всех.

— О?

— Да, э-э... Как вы думаете, можно ли поговорить несколько минут наедине?

Миссис Уизли выглядела удивлённой, но быстро выпроводила своих четверых младших детей из кухни. Те с неохотой подчинились и каждый прихватили по горсти печенья «на дорожку», как выразился Фред — или Джордж. Как только дверь за ними закрылась, миссис Уизли направила на неё палочку и пробормотала заклинание себе под нос. Сириус улыбнулся. Он догадался, что все они будут подслушивать под дверью. Она выжидающе посмотрела на Сириуса.

— Ну, я не уверен, если вы знаете, но я крёстный отец Гарри Поттера.

Она кивнула.

— Да, я знаю. Об этом писали в газетах.

— Да, что ж... Дело в том, что он живёт со мной уже несколько месяцев. Мы держали это в секрете из соображений безопасности, как вы, я уверен, понимаете.

— Бедняжка...

— Мы бы также хотели сохранить это в тайне как можно дольше. Я знаю, что прошу о многом, но можно ли сделать так, чтобы казалось, будто он просто гостит у меня на каникулах? Я знаю, что тайна рано или поздно раскроется, просто мы бы хотели, чтобы это произошло позже, а не раньше.

Она кивнула.

— Конечно. Я это устрою.

— Спасибо. Кроме этого... Гарри никогда не встречал никого из нашего мира, кроме моего друга Римуса, Дамблдора и меня. Он не знает, что знаменит, и не знает, почему. Я рассказал ему о своём участии, но насчёт остального подожду, пока он сам спросит.

Она сочувственно кивнула.

— Должно быть, ужасно говорить такое ребёнку. И ведь он не старше моего маленького Ронни...

— Вот почему я хочу подождать, пока он не спросит. Я не буду лгать ему о таких вещах, но и не хочу рассказывать ему раньше, чем это необходимо. Я просто предпочёл бы, чтобы он услышал это от меня, а не от ваших детей. Как ты думаешь, это тоже можно устроить?

— Да, конечно. Думаю... ну, я скажу им, чтобы они об этом не упоминали. Наверное, я бы в любом случае так сделала — не стоит напоминать ему о таких ужасных вещах, не правда ли? Только не на Рождество, бедный мальчик...

— Ничего страшного, если что-то просочится. Я не люблю просить кого-то лгать. Это и для Гарри нехорошо, но... я бы хотел избавить его от лишней боли. Он очень хороший ребёнок.

Внезапно из соседней комнаты раздался громкий стук, за которым последовали плач и крик: «Мама!». Миссис Уизли без колебаний бросилась в ту сторону. Она начала отчитывать своих детей ещё до того, как добралась до коридора.

— Что я вам говорила... Говорила вам вести себя наилучшим образом, ну? Всегда одно и тоже. Почему вы никогда не слушаете? Что тут случилось? Фред, Джордж, что вы сделали?

— Ничего! — одновременно запротестовали два голоса. Плач прекратился.

— Он спрыгнул... — начал один из близнецов.

— ...с дивана... — продолжил его брат.

— ...и упал... — закончил первый.

— Это были не мы! — сказал второй.

— Вы теперь старшие! Вы должны были за ним присматривать!

— Мы не виноваты...

— ...что он неуклюжий! Джинни делала это до него...

— ...и она не ушиблась! Хоть она и...

— ... всего лишь девочка! Ронни всегда был немножко медленный... — Прежде чем кто-либо из них успел закончить фразу, двое младших детей перебили его.

— Я не всего лишь девочка! Мама, скажи им...

— Я не медленный! И не называйте меня «Ронни»...

Сириус тихонько усмехнулся и взял себе ещё один пирожок, ожидая, пока спор утихнет. Каково это было десять лет назад, когда дома было семеро маленьких детей? Ради миссис Уизли он надеялся, что её муж вернётся с работы до того, как её старшие сыновья прибудут на Кингс-Кросс. Семеро... У него и так был хлопот полон рот, когда дома были только Бен и Гарри, а ведь ему не приходилось иметь дела с ними двумя одновременно дольше пары часов.

Миссис Уизли вернулась с Роном, у которого были красные глаза, усадила его на стул и привычным движением палочки наколдовала немного льда, который завернула в чистое кухонное полотенце. Остальные дети вошли следом за ней с пристыженным видом.

— И мне пришлось оставить нашего гостя одного, чтобы разобраться с вами. Это очень грубо, — продолжала она отчитывать их. — А я же говорила вам вести себя хорошо. Если я увижу ещё что-нибудь подобное, вы не пойдёте завтра в гости, поняли меня? — Она передала кухонное полотенце Рону, и тот прижал его ко лбу. Дети кивнули. — Это ещё если мистер Блэк до сих пор хочет, чтобы вы пришли, после того как увидел, какой шум вы тут устроили...

— Буду только рад, — сказал Сириус, улыбаясь. — Мне всегда нравится немного хаоса в доме, Молли. — Кроме того, он надеялся, что Гарри с ними подружится. Он доверял Уизли — они были хорошими людьми. Немного более-менее регулярного общения с детьми-волшебниками Гарри не повредит — конечно, при условии, что они поладят. Он всё ещё планировал однажды познакомить Гарри с Невиллом, но пока его не встречал.

Через несколько минут Сириус извинился и ушёл через каминную сеть, тем самым проверив, что она будет работать без сбоев на следующий день.

Сегодня занятия в школе должны были закончиться раньше из-за спектакля, который поставят ученики. Родителей пригласили прийти на час раньше, чтобы посмотреть его, и Сириус с Лунатиком, конечно же, решили присутствовать. У всех детей были только маленькие роли, по одному предложению, чтобы никто не чувствовал себя обделённым. Роль Гарри заключалась в том, чтобы прочитать строчку из стихотворения, и Сириус не преминул сообщить ему, что он справился блестяще.

Гарри сиял от счастья. Они с Беном с восторгом носились по детской площадке, в то время как Лунатик и Сириус разговаривали с Сэмом.

— И вы действительно уверены, что Гарри может остаться на ночь? — спросил Лунатик. — Мы бы поняли, если нет. Это ночь перед Рождеством, и...

— Всё в порядке, — сказал Сэм, улыбаясь. — У нас ничего не запланировано до второй половины дня, а поскольку Гарри займёт Бена, у нас, возможно, даже появится шанс сделать несколько дел заранее. Так что, если уж на то пошло, он облегчит нам задачу.

На следующий день около полудня пошёл снег. К тому времени, как Уизли приехали ближе к вечеру, сад был покрыт слоем снега толщиной сантиметров в четыре. Сириус и Лунатик провели большую часть дня на кухне, готовя еду. Гарри пытался помочь, но был слишком взволнован, чтобы ему можно было доверить что-то важное с тех пор, как Сириус рассказал ему, что именно Перси нашёл Петтигрю, благодаря чему Сириус смог выйти из тюрьмы.

Гарри сидел за кухонным столом и пытался раскрашивать картинку — в попытке сделать рождественскую открытку для Бена — когда камин в гостиной впервые ожил. Он подпрыгнул, выронил карандаш и побежал вперёд, но только до коридора, где остался ждать Сириуса — похоже, он был не настолько взволнован, чтобы в одиночку встретиться с совершенно незнакомыми людьми. Лунатик остался на кухне, присматривая за кастрюлями.

Мистер Уизли прошёл первым. Он с улыбкой пожал Сириусу руку.

— Ещё раз спасибо за приглашение, мистер Блэк, — сказал он. — Для нас это большая честь.

Сириус отмахнулся:

— Пустяки. И, пожалуйста, зовите меня Сириусом.

— Только если вы будете звать меня Артуром.

Гарри стоял, наполовину спрятавшись за Сириусом, но добрая улыбка Артура успокоила его настолько, что он тоже пожал ему руку.

— Я Гарри.

— Приятно познакомиться, Гарри.

Камин снова и снова загорался зелёным, пока из него один за другим появлялись рыжеволосые люди. Они все представились.

Билл был самым старшим. Он был широкоплечим и такого же роста, как Сириус, красивый и уверенный в себе. Уже через несколько минут Сириус понял, что все его младшие братья и сестра равняются на Билла и что он это знает. Он был их лидером и принимал эту роль с тихой грацией.

Чарли был намного ближе по возрасту к нему, чем к Перси, будучи следующим по старшинству. Он был ниже ростом, коренастее и не таким очевидно привлекательным, но очень харизматичным и с заразительным смехом. Он был единственным, кого Билл воспринимал как равного. Его рукопожатие было крепким, и Сириус сразу понял, что он станет хорошим другом для всех.

Перси своим прилежным видом напомнил Сириусу юного Лунатика. Он был спокойнее своих братьев и сестры, и после нескольких минут разговора с ним Сириус определил бы его на Когтевран. Перси изо всех сил старался выглядеть безупречно и старше, чем был на самом деле. Каждые несколько секунд он бросал взгляд на Билла в поисках совета и поддержки. Он был застигнут врасплох, когда Гарри крепко обнял его и поблагодарил за то, что он вытащил его крёстного из тюрьмы.

Фред и Джордж были такими же, какими их впервые встретил Сириус — беззаботными шутниками. Они широко улыбнулись Гарри и заговорили в унисон, заставив его рассмеяться после секундного замешательства.

Рон опять был немного застенчив, но тоже пожал Гарри руку и представился. Его взгляд скользнул по шраму Гарри, но, взглянув на мать, он ничего не сказал.

Джинни весело улыбалась всем с уверенностью маленькой девочки, которая знает, что может очаровать любого своими большими карими глазами. Она была ближе всех к Гарри, хоть и не по возрасту, но по росту, и он, похоже, это заметил. Они оба привыкли быть самыми маленькими.

Большую часть гостиной занимал огромный обеденный стол, который Сириус наколдовал по такому случаю. В конце концов, после долгой толкотни, споров и последнего, но окончательного призыва к порядку от миссис Уизли, все нашли себе место. На столе были торт, печенье, чай, горячий шоколад и кофе. Гарри сел рядом с Перси и ловил каждое его слово, преклоняясь перед своим героем — по крайней мере, первые несколько минут, после чего он, похоже, решил, что, хотя Перси и вытащил его крёстного из тюрьмы, это не значит, что он интересный. Сириус наблюдал за этим с лёгкой улыбкой. После этого Гарри сосредоточил своё внимание на Роне, Фреде и Джордже. Похоже, с ними ему было веселее.

Когда дети доели, кто-то предложил немного поиграть со снегом на улице. Четверо младших Уизли и Гарри мгновенно пришли в восторг от этой идеи. Миссис Уизли уговаривала Перси пойти с ними, но тот негодующе покачал головой:

— Я слишком взрослый для того, чтобы бросать снежки, мама, — сказал он. Его старшие братья обменялись снисходительными улыбками над его головой, один из близнецов и Джинни показали ему язык, а Рон и другой близнец просто закатили глаза.

В школе Перси был на три курса младше Чарли, но разница в возрасте казалась больше. Чарли было шестнадцать, и у него уже начался период полового созревания, его голос был низким, а плечи широкими. Перси было двенадцать. Разница в возрасте с Фредом и Джорджем составляла менее двух лет, и это было заметно. Билл и Чарли были «старшими», и хотя Перси учился с ними в Хогвартсе, ему не удавалось быть похожим на них. Он слишком старался.

Пятеро младших детей вышли в холл, старательно надевая обувь и пальто — миссис Уизли воспользовалась каминной сетью, чтобы принести всё необходимое для своих детей. Сириус прошёл мимо них по пути на кухню, чтобы заварить ещё чаю.

— Ты с нами не играешь, ты слишком маленькая, — сказал один из близнецов Джинни.

— Да, и ты девочка, — сказал Рон. — Девочки не умеют хорошо бросать.

— Мама сказала, чтобы вы разрешили мне с вами играть! — запротестовала Джинни.

Второй близнец пожал плечами и ухмыльнулся ей.

— И что ты будешь делать, малышка Джинни? Побежишь к маме плакаться?

Сириус остановился перед дверью в кухню и продолжил слушать.

— Я расскажу Биллу, и он тебя заколдует!

— Нет, не заколдует, — сказал Рон. — Он знает, что ты слишком маленькая, чтобы с нами играть.

— Я буду с тобой играть, — вмешался Гарри. — Я покажу тебе своих драконов, если хочешь.

— Хорошо, — тут же сказала Джинни.

— Нет, — запротестовал Рон, — Ты должен был пойти с нами играть в саду.

— Но это не по-хорошему, если Джинни останется одна. Я останусь с ней.

Наступила недолгая пауза, когда трое маленьких мальчиков молча обдумывали варианты.

— Ладно, она может пойти с нами, — неохотно сказал один из близнецов. — Но ей придётся быть в твоей команде, Гарри.

Открылась дверь, и послышались удаляющиеся шаги. Только тогда Сириус заметил, что он не один в комнате — Артур стоял у плиты. Он улыбнулся Сириусу.

— Он умный, — сказал он Сириусу, давая понять, что тоже слушал. — И добрый. Вы можете им гордиться.

— Я горжусь, — ответил Сириус, ставя заварочный чайник на стол и наполняя водой чайник.

Артур кивнул и с интересом наблюдал, как Сириус повернул ручку на передней панели печи и сверху вырвалось пламя.

— Как это работает? — с интересом спросил он.

Сириус пожал плечами.

— Вам придётся спросить Римуса. Я ничего не смыслю в магловских технологиях.

Артур кивнул и продолжил осматривать плиту, пока вода почти не закипела. Сириус наблюдал за ним с тихим весельем.

— Почему у вас магловская плита?

— Это магловский район. Мы не можем жить среди волшебников, не когда у нас Гарри. Это мой способ скрываться — либо это, либо полная изоляция, а последнее никому из нас не пошло бы на пользу.

Артур кивнул.

— Должно быть, он, Гарри, привык к маглам, верно?

— Да, привык.

— Он часто видится со своей семьёй?

— Нет, он не видел их с тех пор, как переехал ко мне, и я не думаю, что увидит снова.

Артур выглядел потрясённым, и Сириус решил объяснить:

— Это был его выбор приехать сюда, — пояснил он. — Я бы никогда не стал его заставлять. Они... они были ужасными, отвратительными... Поверьте мне, если бы вы видели, как они с ним обращались, вы бы тоже его забрали. И он по ним не скучает.

Теперь Артур выглядел ещё более потрясённым, но это больше не было направлено на Сириуса. Вода закипела, и он перелил её в заварочный чайник.

— Артур, Гарри и я... мы всем обязаны вашей семье. Если бы Петтигрю не нашли... я бы, наверное, провёл остаток жизни в этом аду, а Гарри пришлось бы и дальше жить с теми маглами. Так что, если я могу что-нибудь, что-нибудь для вас сделать, только скажите. Я серьёзно.

Артур покачал головой.

— Это Перси обнаружил. Он действовал из любопытства. Было чистой случайностью, что это запустило цепочку событий, которые доказали твою невиновность. Напротив, если бы я действовал правильно, я бы разоблачил Петтигрю в тот же день, когда Перси его нашёл.

— Но Перси всё равно его разоблачил, и это единственная причина, по которой я свободен.

Артур грустно улыбнулся, но ничего не ответил. С ним было непросто спорить, не с его спокойным рассудком и понимающей улыбкой.

И всё же Сириус попытался снова.

— Ну, если вы ничего не примете, как насчёт ваших детей? Есть какие-нибудь пока не сбывшиеся рождественские желания?

Взгляд Артура был теперь нерешительным, в нём боролись гордость и желание видеть своих детей счастливыми. Сириус усмехнулся, предчувствуя победу. Он бы с радостью отдал Уизли свои деньги, но знал, не спрашивая, что они их не возьмут. Они были слишком честны для этого. Тем не менее, подарить детям несколько дополнительных рождественских подарков казалось вполне справедливым.

Он взял чайник и направился обратно в гостиную, Артур пошёл за ним. Без младших детей в комнате стало куда меньше шума и хаоса. Перси говорил с Лунатиком о какой-то книге, которую прочитал, и Лунатик, похоже, был достаточно заинтересован. Молли тихо спорила со старшим сыном.

— И у тебя слишком длинные волосы, Билл. Кто возьмёт тебя на работу с такой причёской?

Билл откинулся на спинку стула, не переживая о критике матери. Сириус провёл рукой по своим волосам. Он не стригся со дня перед судом, и хотя его волосы были не такими длинными, как у Билла, их длина всё равно была слишком большой, чтобы заслужить одобрение Молли, это он понимал. Он подмигнул Биллу и сел.

— Так что ты думаешь делать после Хогвартса? — спросил он его. — Ты на последнем курсе?

Билл кивнул, явно радуясь смене темы.

— Я хочу работать ликвидатором проклятий, желательно в Гринготтсе, в Египте или где-нибудь в Южной Америке — я присматривался к Перу, Боливии и Чили. Все эти места такие увлекательные и захватывающие, так что, возможно, там я и окажусь.

— Неплохо, — впечатлённо сказал Сириус. — Значит, ты изучаешь... нумерологию, древние руны... Что ещё?

— Трансфигурацию, защиту от тёмных искусств и чары. Это то, что мне нужно, но я также стараюсь сдать ЖАБА по зельеварению и травологии, просто на всякий случай.

— Похоже, у тебя много работы.

Билл кивнул.

— Да, немало дел.

— Он ещё и староста школы, — гордо сказала миссис Уизли, смахивая пылинку с его плеча. — А Чарльз — староста.

— Мам, не нужно хвастаться, — произнёс Чарли, подмигнув ей. — Но я не буду старостой школы, — сказал он Сириусу. — Я надеюсь стать капитаном квиддичной команды в следующем году.

— Кем ты играешь? — спросил Сириус.

— Ловцом.

— Лучший на Гриффиндоре за многие годы, — вмешался Билл. — Я слышал от самого Дамблдора, что он лучший ловец Гриффиндора со времён Минервы МакГонагалл.

Сириус рассмеялся.

— Старушка Минни была ловцом? Даже спустя столько лет она не перестаёт меня удивлять.

— Сириус, — предостерегающе произнёс Лунатик.

Сириус закатил на него глаза и подмигнул хихикающим Биллу и Чарли.

— Она всегда была ко мне неравнодушна, — сказал он им, воздерживаясь от более непристойных шуток, поскольку их слушал Перси. — Если увидите её, можете ей сказать, что она по-прежнему женщина моей мечты.

Лунатик чуть не подавился чаем, Билл и Чарли расхохотались, а Артур спрятал улыбку за чашкой. Молли тоже пыталась сдержать смех. Один Перси выглядел возмущённым.

— Сколько дней мне придётся провести на отработках, если я ей это повторю? — спросил Чарли.

— Нисколько, — отозвался Сириус. — Она никогда не назначала мне отработок.

— Ещё как назначала, — пробормотал Лунатик.

— Да, всегда назначала, но не за флирт с ней. Ты же там был. Она всегда мне почти улыбалась.

Лунатик посмотрел на Билла и Чарли и покачал головой.

— Джеймс мне верил! — пожаловался Сириус, притворяясь обиженным.

Лунатик улыбнулся.

— Да, он так говорил. Но, с другой стороны, он мог просто подначивать тебя, чтобы посмотреть, как далеко ты зайдёшь.

— Она назначит тебе отработку, — убеждённо сказал Билл Чарли.

— Не назначит, — сказал Сириус. — Готов поспорить.

— На сколько? — спросил Чарли.

Сириус обдумал это.

— Хорошо, если она назначит тебе отработку, я пришлю ей громовещатель к завтраку с признанием в вечной любви.

Чарли ухмыльнулся.

— Идёт. — Они пожали друг другу руки.

Билл расхохотался.

— О, братишка, я так надеюсь, что ты получишь отработку.

— Чарльз, я не уверена, что это хорошая идея. Ты же староста, в конце кон...

— Не волнуйтесь, — перебил её Лунатик, снова став спокойным и рассудительным. — Сириус прав. Она никогда по-настоящему на него не сердилась.

— Кроме того, — добавил Сириус, — Джеймс был старостой школы, а вы бы видели, какие трюки он выделывал в школе. У неё есть чувство юмора, хоть она и не часто его показывает. — Все снова захихикали, и Сириус решил сменить тему на что-нибудь менее ужасное для самого младшего из присутствующих. — Так, Перси, ты вообще играешь в квиддич?

Перси покачал головой.

— Мудрое решение, — вмешался Лунатик.

— А ты, Сириус? — спросил Билл.

Сириус открыл было рот, чтобы ответить, но Лунатик насмешливо фыркнул.

— Что? — пожаловался он вместо этого.

— Я тебя умоляю, — сказал Лунатик. — Игра в квиддич подразумевала бы хоть какую-то деятельность. Помню, бывали времена, когда мы не могли вытащить тебя из постели, если только не предлагали тебе еду или симпатичных девушек, или и то, и другое. Однажды ты целый месяц не делал ни единого домашнего задания.

— Хорошие были времена, — проговорил Сириус с задумчивой улыбкой. — Это сводило моих родителей с ума, вот уж точно. — Затем, осознав, с кем он разговаривает, он решил поправить своё заявление. — Чего они заслуживали, потому что были гнусными, злобными негодяями — совсем не как ваши замечательные родители, — добавил он, взглянув на троих мальчиков Уизли.

— Что будет, если не делать домашнее задание месяц? — спросил Чарли с лёгким благоговением в голосе.

Сириус пожал плечами.

— Ну, под конец я проводил каждую свободную от уроков минуту на отработках. В итоге это стало скучно — к тому же я стремился скорее к рекорду. Как только я закончил месяц, у меня не осталось особого стимула продолжать. Целый семестр был бы неплох, но я решил не искушать судьбу.

Последняя фраза заставила Лунатика снова фыркнуть. Чарли и Билл хихикнули, и даже Артур, казалось, был позабавлен, в то время как Перси вновь выглядел возмущённым. Взгляд Молли был явно неодобрительным, но Сириус умел игнорировать такие вещи.

Гарри, Рон, Джинни, Фред и Джордж играли на улице, пока миссис Уизли не позвала их ужинать. Их щёки раскраснелись, и они промокли до нитки, но на лицах у всех сияли улыбки. У одного из близнецов была ссадина на левой щеке, и миссис Уизли тут же начала суетиться вокруг него.

— Фредди, что случилось?

Фред пожал плечами.

— Ничего.

— Это был я, — одновременно с ним сказал Гарри. — Я бросил в него снежок, и тот его поцарапал. Я не хотел сделать ему больно. Простите.

Фред вздохнул и посмотрел на него сверху вниз.

— Я же тебе говорил, всё в порядке. Я не собирался на тебя ябедничать.

Взгляд Гарри метался от Сириуса к миссис Уизли.

— Простите, — повторил он. Сириус тоже посмотрел на миссис Уизли. Она казалась немного растерянной тем, с какой готовностью он признался в своём проступке. Сириус предположил, что у детей Уизли было правило не доносить друг на друга. Единственными братом и сестрой, с которыми Гарри регулярно общался, были Бен и Чарли, которые постоянно грызлись друг с другом и не испытывали по этому поводу никаких угрызений совести. Сириус полагал, что в доме с семью детьми всем было бы выгодно наговаривать друг на друга за малейшие проступки.

— В следующий раз будь осторожнее, Гарри, — сказал Сириус, почувствовав, что миссис Уизли не решается критиковать Гарри в его присутствии. — Прежде чем бросить снежок, всегда проверяй, нет ли в нём камней или чего-нибудь ещё.

— Да, наша единственная надежда — что не останется шрама, Гарри, — сказал Джордж. — Иначе люди смогут нас различать, а это будет настоящей болью в з... — Его близнец бросил на него предостерегающий взгляд. — ...зубе, — закончил он, не убедив никого, что именно это он и собирался сказать с самого начала.

Гарри всё ещё выглядел расстроенным, но, увидев, что Сириус смеётся, тоже улыбнулся.

За ужином возобновились шум и хаос. Гарри рассказал Сириусу и Лунатику о битве, в которой они перестреливались снежками, Фред и Джордж против всех остальных. Они также построили крепость и слепили снеговика. Сириус был очень рад услышать всё это, а ещё больше обрадовался, когда Гарри спросил: «Можно они снова придут поиграть?»

Гарри будет проще войти в волшебный мир с друзьями рядом, чем если его просто высадят на вокзале Кингс-Кросс, в мире, где он никого не знает, но где все считают, что знают его. Но до этого дня было ещё далеко, и до тех пор Сириус позаботится о том, чтобы подготовить его как можно лучше.