Останься

Сириус вернулся днём на мотоцикле и ждал, на этот раз на виду у всех, перед школой Гарри, когда прозвенел звонок. Многие родители, пришедшие забрать своих детей, смотрели на него с подозрением. Он полагал, что это в основном из-за мотоцикла, к которому он прислонился. Лунатик предложил ему надеть другую одежду на этот раз, чтобы произвести на всех более хорошее впечатление. На нём были джинсы и белая рубашка под светло-коричневой курткой, всё совершенно новое. Посмотрев на себя в зеркало, он решил, что производит довольно приятное семейное впечатление — хоть мотоцикл, вероятно, и свёл на нет все его усилия.

Когда Гарри выбежал из ворот, он широко улыбался. Его глаза радостно сияли, и в своей новой форме он, наконец, представлял собой картину, которой Сириус мог искренне улыбнуться. Он дал пять Сириусу и снова запрыгал от восторга.

— Сириус, — улыбнулся он, явно радуясь встрече.

— Привет, Гарри. Как прошла твоя неделя?

— Она прошла хорошо. Тётя Петуния купила мне новую одежду, и обувь, и новую форму, и всё остальное, — слова лились потоком. — Она даже спросила меня, чего я хочу, и когда я сказал рюкзак, она мне его купила. У меня здесь все мои вещи и альбом, который ты мне дал. Ты был прав — она его не забрала.

— Вот видишь, я же обещал, не так ли? — Он рассмеялся, глядя на счастливое лицо Гарри, просто не в силах устоять перед его заразительным энтузиазмом. Он внёс некоторые улучшения в жизнь Гарри, какими бы незначительными они ни были.

— Мы сейчас уезжаем?

Краем глаза Сириус увидел приближающегося Дадли в сопровождении четырёх мальчишек, которых Сириус уже дважды отпугивал.

— Конечно, залезай.

Гарри снова забрался в коляску, и немало учеников глазели, как Сириус завёл двигатель, и мотоцикл с рёвом помчался по дороге чуть быстрее, чем было строго необходимо. Гарри рассмеялся, когда ускорение вдавило его в кресло. Сириус усмехнулся — он никогда не мог устоять перед скоростью и возможностью произвести впечатление — а если это делало Гарри счастливым, то альтернативы действительно не было...

— Где ты живёшь? — спросил Гарри.

— Недалеко отсюда. Примерно в получасе езды — если ты не против полетать, — поддразнил он.

Гарри широко улыбнулся, как и ожидал Сириус.

— Мне нравится летать.

И действительно, они приземлились перед его домом примерно через тридцать пять минут, которые Гарри провёл, рассказывая о том, что происходило в его жизни, большую часть из чего Сириус уже знал, поскольку Гарри рассказал об этом чёрному псу. Лунатик ждал их у открытой входной двери. Он должен был услышать приближение мотоцикла.

— Гарри, это Лунатик, — сказал Сириус и махнул рукой в сторону дома. Ранее он напомнил озадаченному Лунатику быть особенно любезным с Гарри — что, зная его, было совершенно лишним. Тем не менее, услышав, как Гарри неоднократно беспокоился о том, что он не понравится Лунатику, он не смог сдержаться.

Гарри кивнул и осторожно выбрался из коляски со своим рюкзаком. Он с любопытством оглядывался по сторонам, пока они шли через заросший палисадник к Лунатику. Сириус видел, что Гарри нервничает всё больше и больше по мере их приближения, но продолжал невозмутимо идти.

Лунатик улыбнулся, опустился на колени, чтобы оказаться на одном уровне с Гарри, и протянул ему руку для пожатия.

— Привет, я Римус.

Гарри пожал ему руку.

— Я Гарри, — сказал он с опаской.

— Приятно познакомиться, Гарри, — улыбнулся Лунатик. — Ты голоден? Я испёк шоколадный торт, тебе такое нравится?

Гарри кивнул и последовал за Лунатиком, который повёл их на кухню. Сириус попытался взглянуть на дом глазами Гарри. В нём ещё были явно заметны следы строительных работ, особенно в холле — единственной комнате, которая всё ещё нуждалась в наибольшей работе. Пахло свежей краской, дверь в гостиную отсутствовала, перила нуждались в покраске, а лестница, которая была покрыта ковром пятидесятилетней давности, когда Сириус купил дом, ещё не была отполирована.

— Я уже говорил тебе, что мы только что переехали, — объяснил он Гарри. — Так что дом ещё не совсем готов. Надеюсь, ты не слишком возражаешь. — В целом дом был вполне пригоден для проживания, главное, над чем им нужно было поработать — это над эстетикой.

Гарри молча покачал головой. Сириус предположил, что он был довольно ошеломлён — и это понятно. Пока они устраивались за кухонным столом, Лунатик и Сириус болтали о пустяках, обсуждая полёт на мотоцикле, чтобы дать Гарри возможность акклиматизироваться.

Именно Лунатик задал Гарри первый вопрос после того, как они все приступили к большим кускам сочного и ещё тёплого шоколадного торта.

— Гарри, чем бы ты хотел заняться сегодня? У нас есть весь день.

— Что мы можем сделать? — осторожно спросил Гарри после минутного раздумья.

— Боюсь, не так уж и много, — сказал Сириус. Он планировал купить метлу и позволить Гарри полетать, раз уж ему так нравилось летать, но Лунатик запретил это. Он подчеркнул, что Гарри не привык к магии, и поэтому они должны сократить её использование настолько, насколько это возможно. Сириус согласился с этим. Для Гарри было бы достаточно странно находиться здесь и без того, чтобы они размахивали палочками каждые несколько минут. Вместо этого он купил магловский мяч, который не в коей мере не был таким захватывающим, как метла.

— У нас здесь есть несколько настольных игр, в которые мы можем поиграть. Мы можем пойти прогуляться или, может быть, поиграть в мяч в саду.

— Что ты хочешь делать? — спросил Гарри.

— Мне всё это кажется хорошим, — сказал Сириус, решив, что Гарри должен принять решение. Он уже понял, что Гарри никогда не имел права голоса у тёти и дяди.

Гарри посмотрел на Лунатика, который кивнул, соглашаясь с Сириусом, и наконец сказал:

— Играть в мяч? — Это прозвучало как очень неуверенный вопрос, но Сириус его услышал.

Таким образом, после еды они вышли на улицу и бросали и пинали мяч по саду. После нескольких минут нерешительности Гарри начал оттаивать. Лунатик поддразнивал Сириуса после неудачного удара, из-за которого мяч пролетел на несколько метров мимо Гарри. Сириус ухмыльнулся в ответ и бросил мяч Лунатику в голову — тот едва успел увернуться и снова вскочил, смеясь.

Они продолжали подшучивать друг на другом, к чему так привыкли после всего времени, проведённого вместе в школе, и, наконец, Гарри присоединился к ним. Он стал настолько уверенным, что Сириус даже рискнул немного поддразнить его тоже. В первый раз Лунатику пришлось снабдить его остроумным ответом, но он произнёс его с улыбкой.

Гарри было весело, в этом не было никаких сомнений — как и Сириусу с Лунатиком. Было приятно провести несколько часов, сосредоточившись исключительно на ударах по мячу. Гарри учил их основам футбола, игры, которую ни Лунатик, ни Сириус никогда не смотрели и никогда не играли. Соответственно, их навыки были плохими, но Сириус предположил, что это, вероятно, к лучшему. Это придавало Гарри больше уверенности.

Когда солнце начало садиться, они вернулись домой, испытывая жажду и физическое истощение. На ужин у них были спагетти болоньезе, а потом, в благодарность за то, что их познакомили с футболом, Сириус и Лунатик решили научить Гарри играть во взрывающиеся карты. Он оказался прирождённым игроком.

Примерно в половине одиннадцатого Лунатик уснул на диване, и, немного посмеявшись над этим, Сириус напомнил себе, что он должен быть ответственным взрослым.

— Гарри, я думаю, пора спать, — сказал он, пытаясь говорить так, будто знает, что делает. Когда дети в возрасте Гарри должны были ложиться спать?

Гарри разочарованно посмотрел на него, но сказал:

— Хорошо.

— Я покажу тебе, где ты спишь, — сказал Сириус. В коридоре он поднял рюкзак Гарри, который бросили и забыли там до этого момента. — Твоя комната наверху.

Гарри следовал за ним, пока они поднимались по лестнице.

— Это ванная, — Сириус указал на первую дверь слева, — А это твоя комната. — Он открыл дверь и включил свет. Это была единственная комната в доме, которая была полностью закончена. Он покрасил стены в бледно-голубой цвет, а Лунатик нашёл подходящие занавески. Они купили кровать, письменный стол, стул и шкаф и нашли несколько постеров с животными, которые теперь украшали стены. Сириус также вставил в рамку фотографию Гарри и его родителей и поставил её на тумбочку у кровати.

— Это всё для меня? — в благоговении спросил Гарри. — Только для меня?

— Конечно. Тебе нравится?

Взгляд Гарри метался по комнате, впитывая каждую деталь. После почти минуты ошеломлённого молчания он кивнул, очевидно, слишком ошеломлённый, чтобы говорить.

Сириус надеялся, что это был приятный сюрприз, и улыбнулся Гарри, заговорив.

— Отлично. Вот что я тебе скажу. Ты готовься ко сну, чисти зубы и всё такое, а я приберусь внизу и загляну к тебе минут через десять, ладно?

Гарри снова кивнул и послушно начал рыться в рюкзаке в поисках пижамы. Сириус вернулся на кухню, где быстро убрал со стола и вымыл посуду. Затем он убрал игральные карты в гостиной. Лунатик всё ещё спал на диване. Сириус взял одеяло и накрыл им спящего друга. Он выключил свет, проверил, заперта ли входная дверь, и снова поднялся по лестнице.

Гарри уже ждал его. Он аккуратно сложил всю свою одежду в шкаф. Его школьный портфель лежал на столе, а он теперь катал свой мотоцикл взад-вперёд по комнате.

— Почистил зубы?

Гарри кивнул и запрыгнул на кровать.

— Я даже ещё не устал, — заявил он.

Сириус рассмеялся и подавил желание сдаться. Он сделал то, что знал, что должен был сделать — то, что сделал бы Лунатик.

— Я знаю. Но уже поздно. Ты всё ещё хочешь пойти завтра в Торп-парк?

— Да. Римус пойдёт?

— Да, думаю, он пойдёт. А теперь давай, забирайся под одеяло, клади голову на подушку и спи.

Гарри сделал, как ему было сказано, но почти сразу снова сел, по-видимому, слишком взволнованный, чтобы контролировать себя. Сириус не мог не улыбнуться.

— Когда мы завтра уезжаем?

— После завтрака, — ответил он. — Спокойной ночи. Если тебе что-нибудь понадобится, я рядом.

— Спокойной ночи.

Сириус выключил свет и закрыл дверь. Он думал о Гарри, пока готовился ко сну. Было ли неправильно, что он хотел, чтобы он остался? Возможно, было неправильно даже делать его комнату такой красивой. Чем больше Гарри бы понравилось здесь, тем больнее ему было бы возвращаться к тёте и дяде.

Он лёг в постель и принялся за кроссворд из «Ежедневного пророка», как делал это каждый вечер. На этот раз он заснул, не закончив и половины. Он измотал себя, и впервые за неделю ему не нужно было беспокоиться о том, как дела у Гарри.

Он снова проснулся около трёх часов ночи, растерянно моргая на свет, который остался включённым. Он бросил теперь уже скомканную газету на тумбочку у кровати. Раз уж он не спал, то решил сходить в туалет, прежде чем снова заснуть. Однако, проходя по коридору, он заметил свет в комнате Гарри. Он почти сразу погас, вероятно, когда Гарри услышал его шаги. Обеспокоенный, он подошёл и постучал. В ответ — тишина. Он открыл дверь. Гарри притворялся спящим.

— Я видел свет, — сообщил он ему. — Ты не можешь спать?

Гарри оставался неподвижным ещё несколько секунд, но затем сел и посмотрел на него. Он помотал головой.

— Ты не спал всё это время? — Он был в очках.

Гарри снова покачал головой.

— Я проснулся совсем недавно.

— Что-то не так?

Он опять помотал головой.

Они не включили свет, поэтому комнату освещал только тусклый свет голой лампочки, проникавший сквозь щель полуоткрытой двери. Сириус пересёк комнату и опустился на край матраса Гарри. Он всё-таки тосковал по дому? Может быть, было слишком рано приглашать его остаться на ночь, учитывая, что он почти не знал Сириуса и познакомился с Римусом всего несколько часов назад.

— Это немного странно, да? — спросил он. — Спать в новой кровати.

Гарри ответил не сразу.

— Это хорошая кровать, — наконец сказал он.

— Гарри, если ты предпочитаешь поспать дома, я могу отвезти тебя обратно. Я могу это понять. Я мог бы забрать тебя после завтрака, и мы бы отправились в нашу поездку.

И снова в ответ Гарри лишь покачал головой.

— Ладно, — сказал он, сдаваясь, не желая давить на Гарри. — Тогда я могу что-нибудь для тебя сделать? Помочь тебе снова заснуть?

Гарри колебался, и в сердце Сириуса вспыхнула надежда. Значит, было что-то, что он не осмеливался попросить, но оно было. Он молча ждал ответа Гарри.

Наконец, тот открыл рот.

— Я... я думаю... я думаю, мне немного страшно одному, — признался он, его голос был едва громче шёпота.

Сириус к тому времени уже достаточно хорошо знал Гарри, чтобы оценить, чего ему стоило это признание. Он не был доверчивым, это было очевидно.

— Чего ты боишься? — Он подумал о том, чего боялся в детстве — фестралов, злобных призраков и инферналов, о которых ему рассказал один из его самых нелюбимых дядей, когда ему было пять лет.

— Темноты.

— О, но вся хорошая магия происходит в темноте. — Слова автоматически слетели с его губ, и ему потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, откуда они взялись. Это было название книги — одной из книг Джеймса, которую он видел в его комнате, когда впервые пришёл к нему в гости, где-то на Рождество, когда ему было всего двенадцать. Джеймс назвал её «детской», когда увидел, что Сириус её читает, и она действительно была такой — книжкой-картинкой.

Гарри выглядел озадаченным его порывом.

— Это история, — поспешил объяснить Сириус. — Твоя бабушка читала её твоему папе, когда он был в твоём возрасте. — На самом деле Сохатый никогда ему этого не рассказывал, но Сириус умел читать между строк.

— Что это за история?

— Я не помню точных слов, но могу попробовать, если хочешь?

— Да, пожалуйста.

— Тогда ложись, — приказал Сириус и попытался упорядочить отрывки, которые помнил, пока Гарри устраивался поудобнее. Сириус прочистил горло и начал говорить. Что с ним стало, — спросил он себя с лёгкой улыбкой, — он — и рассказывает сказки на ночь? Кто бы мог подумать?

— Вечером, когда солнце садится, все маглы ложатся спать. Тогда-то и встают ведьмы и волшебники, потому что ночью они могут творить магию, и никто их не увидит. Самые отважные летают с совами так высоко, что почти могут коснуться луны. Самые мудрые разводят костры в лесах и танцуют всю ночь с кентаврами. Самые умные торгуют золотом, рубинами и всем, что блестит, с гоблинами. Самые любопытные ныряют глубоко в воду, чтобы петь с русалками.

Список в книге был длиннее, но он не мог вспомнить их все. Каждый пример имел отдельную страницу и сопровождающую его движущуюся картинку.

— Самые прилежные варят зелья для лечения всех болезней. Самые храбрые ездят на драконах. Самые нежные кормят единорогов. — Глаза Гарри были закрыты, но они распахнулись, когда Сириус замолчал. — Но когда наступает утро и просыпаются маглы, магия засыпает до тех пор, пока снова не засияют звёзды.

— Это и есть та история? — спросил Гарри.

— Да, вот такая история.

Гарри кивнул и зевнул.

— Мне она нравится. А папе нравилась?

— Я уверен, что нравилась.

— Как ты думаешь, я смогу летать на метле?

— Я тебя научу.

— Правда?

— Да, я определённо планирую это сделать.

Гарри улыбнулся на это и вздохнул, но ничего не сказал. Сириус последовал его примеру и тоже промолчал, и всего несколько минут спустя глаза Гарри закрылись, и его дыхание стало медленным и ровным. Сириус понаблюдал за ним ещё некоторое время. Он был поражён тем, что ему действительно удалось успокоить Гарри, чтобы тот снова заснул — или, по крайней мере, не помешать ему в этом процессе. Это уже кое-что, сказал он себе, возвращаясь в собственную постель с улыбкой на лице.

***

Когда Сириус вошёл на кухню на следующее утро, он обнаружил Лунатика и Гарри, размышляющих над большой картой Англии. Гарри поприветствовал его с широкой улыбкой.

— Мы планируем, как мы туда доберёмся, — объяснил он без подсказки.

Сириус кивнул и налил себе кофе. Он ещё не был готов к разговору.

— Сначала ему нужно проснуться, — сказал Лунатик Гарри. — Дай ему несколько минут.

Гарри кивнул и продолжил завтракать. Похоже, Лунатик приготовил ему гренки и какао.

— Французский тост, Бродяга? — спросил Лунатик. Когда Сириус кивнул, он встал и занялся сковородкой. Сириус зевнул. Его мозг медленно начал работать, и глаза открылись немного шире. Гарри, похоже, уже полностью проснулся.

Лунатик поставил перед ним тарелку.

— Ура, — пробормотал Сириус.

— Готов поговорить? — спросил Лунатик.

— В значительной степени.

— Хорошо; итак, мы посмотрели, и Торп-парк, похоже, здесь. — Он указал на место неподалёку от того, где были они, к западу от Лондона. — Я думаю, потребуется не больше получаса, чтобы добраться туда на твоём мотоцикле.

Сириус снова зевнул.

— Мы все на нём не поместимся.

— Так ты хочешь сказать, что нам следует трансгрессировать? — спросил Лунатик, оценивающе глядя на Гарри. — Ты уверен, что это хорошая идея?

— Ну, а какая альтернатива? — Он посмотрел на Гарри. — Трансгрессирование ощущается немного странно, но это очень быстро.

Гарри пожал плечами.

— Я не знаю, что это такое.

Лунатик не выглядел убеждённым.

— Да ладно, — сказал Сириус. — Сохатый трансгрессировал бы с ним. — Флимонт трансгрессировал бок о бок с сыном с тех пор, как тому исполнилось пять, утверждая, что к этому лучше привыкнуть как можно раньше. Джеймс, скорее всего, сделал бы то же самое со своим сыном.

Лунатик усмехнулся и вздохнул.

— Он твой крестник, твоя ответственность.

С этими словами вопрос был решён. Сириус кивнул. Это было решение, которое он мог принять и которое не вызывало у него боли в животе.

— У тебя есть магловские деньги? — спросил Лунатик.

— Да, я вчера довольно много обменял.

— Можешь одолжить мне немного? Я верну тебе галлеонами.

Сириус отмахнулся:

— Чепуха. Ты приглашён. Мне нужно найти способ потратить деньги, которые Министерство выплатило мне в качестве компенсации.

— Если ты уверен? — неловко спросил Лунатик. Почему он всё ещё чувствовал себя неловко по этому поводу? Пора бы было уже понять.

— Конечно. Я с удовольствием. — В прошлом деньги всегда были у Сохатого. Сириус никогда не надеялся унаследовать что-либо кроме того, что оставил ему дядя Альфард. Он всегда ожидал, что Регулус получит всё, но с тех пор, как брат был убит, и Сириус теперь был единственным оставшимся Блэком, он унаследовал всё семейное состояние плюс внушительную сумму компенсации за то, что был несправедливо заперт в Азкабане в течение семи лет. Пригласить Лунатика с собой в однодневную поездку было сущим пустяком.

— Когда мы выходим? — спросил Гарри, закончив завтрак.

— Как только мы все будем готовы. Почему бы тебе не пойти одеться?

Гарри соскользнул со стула и побежал вверх по лестнице.

Сириус снова зевнул и допил остаток кофе.

— Спасибо, что присмотрел за ним.

— Без проблем.

— Что ты о нём думаешь? — спросил Сириус. С тех пор, как приехал Гарри, у них не было возможности поговорить наедине.

— Он хороший ребёнок, — Лунатик поднял палочку и заставил всю посуду полететь в раковину, помедлив, прежде чем продолжить, — Ты был прав. Он очень похож на Сохатого, но у него глаза Лили. Как думаешь, нам стоит взять перекус?

— Полагаю — я понятия не имею, продают ли там еду. — Он посмотрел на Лунатика. — Правильно ли я поступаю? Приводя его сюда, я имею в виду?

— Ты делаешь то, чего хотели от тебя Джеймс и Лили. Гарри — их ребёнок. Их мнение — то, что важно.

— Да, но это было семь лет назад. Всё изменилось, не так ли? Кто знает, что бы они сказали сегодня.

Римус грустно вздохнул.

— Мы никогда не можем сказать наверняка, но... Лили не хотела, чтобы он попал к её сестре. Она никогда не хотела, чтобы это произошло. Они выбрали тебя крёстным отцом, потому что думали, что с тобой Гарри будет наиболее в безопасности и счастлив.

Сириус вздохнул.

— Я никогда не понимал, почему они не выбрали тебя. Ты знаешь, как обращаться с детьми. Ты приготовил ему завтрак. Ты знаешь, что безопасно, а что нет. Ты гораздо лучше с ним управляешься.

Лунатик улыбнулся.

— Не думаю, что так работает вся эта штука с крёстными отцами... и уж точно не так работает любовь. Я вижу, что он тебя обожает.

— Он не любит меня. Он меня ещё даже не знает.

Лунатик пожал плечами, но Сириус по его взгляду мог сказать, что тот совсем не убеждён. Он всё равно оставил эту тему, услышав шаги Гарри, спускающегося по лестнице. Он воспринял это как сигнал встать и пойти подготовиться самому.

Когда он спустился вниз, он увидел, что Лунатик пакует рюкзак с сэндвичами, бутылками воды, чаем и какао, а также остатками вчерашнего торта. Гарри наблюдал, возбуждённо ёрзая на кухонном стуле.

Прошло ещё несколько минут, пока все не надели обувь и куртки. Они вышли на улицу.

Сириус повернулся к своему крестнику:

— Ладно, Гарри, тебе нужно держаться за мою руку и не отпускать её, понял? Это будет ощущаться немного странно, но это пройдёт. Просто держись за мою руку, хорошо?

Гарри кивнул и последовал его инструкциям. Лунатик кивнул им, и он и рюкзак исчезли с тихим хлопком. Гарри уставился на то место, где он исчез.

— Это то, что мы собираемся сделать? — спросил он.

— Да. Ты готов?

Хватка Гарри усилилась, и он решительно кивнул. Сириус секунду постоял, восхищаясь его прыжком веры, а затем развернулся на месте и ощутил знакомое чувство стеснения и дискомфорта. Через несколько секунд он почувствовал под ногами землю и посмотрел на Гарри. Тот слегка шатался, и его лицо было бледнее обычного.

— Ты в порядке?

— Меня немного тошнит.

— Знаю. Это пройдёт, — сказал он и решил отвлечь его. — Так куда, по-твоему, делся Лунатик?

Сириус огляделся. Они оказались на краю большой и почти пустой парковки. Он посмотрел на часы. Было всего половина десятого. Человек помахал им примерно в пятидесяти метрах от них — Лунатик.

Они направились к нему и, получив от него широкую улыбку, вместе последовали указателям, которые вели ко входу. Чем ближе они подходили, тем больше было вокруг людей, идущих в том же направлении. Наконец, они встали в очередь, чтобы купить билеты.

— Мы могли бы просто трансгрессировать, — предложил Сириус, но выражение ужаса на лице Гарри убедило его в обратном. В любом случае, очередь продвигалась довольно быстро.

Купив билеты, Сириус взял карту всех аттракционов, и они вместе составили план, куда пойти в первую очередь.

К счастью для Гарри, он был чуть выше минимального роста, необходимого для пропуска на большинство американских горок. Гарри отлично провёл время, катаясь на одном аттракционе за другим, и Сириусу нравилось видеть, как он смеётся.

В обеденное время они сели на скамейку и съели свой пикник, за которым последовало мороженое. К концу дня они побывали почти на всех аттракционах. Они решили поужинать, а затем прокатиться ещё раз, прежде чем вернуться домой.

— Пожалуйста, можно нам пойти на этот? — взмолился Гарри. Они стояли перед чем-то, что рекламировалось скелетами и монстрами.

— Это может быть немного страшно, — с сомнением сказал Лунатик. Сириус посмотрел на оборотней, нарисованных спереди, и не смог сдержать улыбку, глядя на своего друга.

— Дадли сказал, что он ходил на него, и совсем не испугался, — настаивал Гарри. — Пожалуйста, можно нам пойти? Здесь написано, что детям разрешено, если им восемь лет или больше. — Он указал на знак.

Лунатик пожал плечами и посмотрел на Сириуса, ожидая его решения. Тот вздохнул.

— Ладно, но это последний раз. Потом никаких споров. Это последняя поездка, а потом мы пойдём домой. Договорились?

Гарри кивнул с широкой улыбкой на лице и побежал вперёд, чтобы присоединиться к очереди. Лунатик и Сириус последовали за ним.

— Не могу сказать, что я большой поклонник магловских развлечений, — сказал Сириус. — Только представь, каким хорошим всё это было бы с капелькой магии. Честно говоря, внесение депозита в Гринготтс более захватывающее, чем это, не так ли? Мне кажется, дракон мог бы немного оживить это место, как думаешь?

Лунатик рассмеялся.

— Тебе стоит заняться этим — волшебным тематическим парком. Ты мог бы заставить маглов думать, что всё это — просто очень умные магловские технологии. Это может стать хорошей стратегией для заработка.

Когда они уже собирались занять свои места в тележках, Гарри выглядел слегка испуганным.

— Мы ещё можем вернуться, — сказал Сириус, но Гарри покачал головой.

По мнению Сириуса, аттракцион был не особенно страшным. Там было несколько манекенов и ещё больше скелетов, разноцветные мерцающие огни и пронзительный смех, играющий на треке. Искусственные паутины покрывали стены, а механические головы вампиров поворачивались, когда они проезжали мимо.

Сириус не испытал ни малейшего страха. Гарри, однако, уткнулся лицом в руку Сириуса где-то на полпути и чуть не убежал с аттракциона, когда он закончился.

Сириус и Лунатик поспешили за ним. Он остановился в нескольких десятках метров, тяжело дыша и выглядя совершенно напуганным. Сириус посмотрел на своего друга, прося совета, но Лунатик только пожал плечами. Он, очевидно, тоже не имел ни малейшего понятия, что так напугало Гарри. Конечно, некоторые из детей, сидевших рядом с ними, немного притихли, но никто из них не проявил такой сильной реакции, как Гарри.

Сириус положил руку на плечо Гарри.

— Что случилось? — спросил он.

Гарри покачал головой и не ответил.

— Пойдём домой? — предложил Лунатик, и Гарри кивнул на этот раз. Они направились к выходу вместе с большинством людей. Гарри смотрел в никуда, шёл так медленно, что Сириус в какой-то момент подхватил его и понёс на плечах. Похоже, он здорово испугался. Он не произнёс ни слова, пока они не добрались до места, где могли бы трансгрессировать, не привлекая внимания маглов.

— Гарри, пожалуйста, возьми меня за руку снова.

Гарри сделал, как ему сказали, и через несколько секунд они вернулись в дом Сириуса. На этот раз путешествие, похоже, никак не повлияло на Гарри. Он всё ещё смотрел в пустоту.

— Не хочешь перекусить перед сном? — спросил Сириус, когда они вошли в дом. — Или попить горячего шоколада или что-то в этом роде?

Гарри снова покачал головой, и Сириус с Лунатиком снова переглянулись. Что на него нашло?

— Ладно, тогда иди, — Сириус мягко подтолкнул его к лестнице. — Иди, приготовься ко сну. Я скоро поднимусь, чтобы пожелать тебе спокойной ночи.

Гарри тяжело поднялся по ступенькам. Сириус проводил его взглядом, а затем последовал за Лунатиком на кухню, чтобы помочь распаковать то, что осталось от пикника.

— Мы не должны были пускать его на эту штуку, — сказал Лунатик. — Ты знаешь, почему он так испугался?

— Нет, понятия не имею. — Он вздохнул. Это родительское дело оказалось сложнее, чем он ожидал. Он подумал о том, что сказали бы Джеймс и Лили, если бы увидели Гарри сейчас, и сглотнул. Что он сделал с их ребёнком?

— Не волнуйся, — сказал Лунатик, наблюдавший за ним. — Он придёт в себя. Дети легко пугаются, а в следующий момент уже снова в полном порядке. Готов поспорить, что завтра он даже не вспомнит об этом.

— Пожалуй, — он посмотрел в потолок. — Я только пойду проверю его.

Лунатик кивнул, и он поднялся по лестнице.

Гарри ещё не переоделся в пижаму. Он сидел рядом с кроватью, держа в руках фотографию родителей. Сириус сел рядом с ним.

— Ты можешь рассказать мне, что случилось? — тихо спросил он. — Потому что я очень хочу тебе помочь.

Гарри не ответил — он просто продолжал смотреть на маленькую фотографию, на которой смеялись Лили и Джеймс. Сириус даже не был уверен, что он услышал его, пока Гарри не покачал головой.

— Я не знаю, — тихо сказал он.

Сириус ломал себе голову, пытаясь сообразить, что делать. Стоит ли ему продолжить расспрашивать? Стоит ли ему полностью сменить тему? Или что-то среднее?

— Ладно... — сказал он наконец. — Итак, ты мало спал прошлой ночью, а сегодня был долгий день. Как думаешь, ты мог бы пойти спать?

Гарри посмотрел на него в замешательстве, а затем кивнул.

— Да, я... — его голос затих.

Сириус оставил его готовиться ко сну, но когда он вернулся, Гарри всё ещё вёл себя странно. Он не стал спрашивать снова, но дал Гарри общее заверение, что тот может рассказать ему всё, что угодно. Он также предложил остаться, пока Гарри не уснёт. Гарри с нетерпением кивнул на это.

В ту ночь это заняло гораздо больше времени, чем раньше. Сириус просидел у кровати Гарри почти до полуночи, пока тот наконец не задремал. Он не плакал, но не хотел оставаться один, это было очевидно. Сириус снова и снова уверял Гарри, что будет совсем рядом и что он будет очень рад, если Гарри постучит, если не сможет уснуть, всё время проклиная себя за то, что позволил Гарри сесть в этот дурацкий поезд-призрак.