Родственников выбирают...

Убрал ли директор опасную живность из школы, осталось неизвестным. Но коридор на третьем этаже с того времени перегородили защитными чарами, как объяснил всем желающим Стивен, по всей вероятности, настроенными на возраст и еще несколько параметров. Школьники там пройти больше не могли. Это не значило, конечно, что они не пропускали вообще никого, а самое главное, никто не знал, могут ли нарушить такие чары с той стороны сбежавшие тролли или церберы, но вороны славились кроме цепких умов, еще и отсутствием ненужных рефлексий. Они сделали все, что могли, пусть те, кто сможет, сделают лучше.

Гарри нашел в факультетской библиотеке жизнеописание Фламеля, внимательно его прочитал и понял, что Философский Камень – вовсе не панацея от всех болезней, как он первоначально предположил, а скорее, наоборот, ядовитая дрянь с наркотической составляющей. Эликсир, дарующий бессмертие, выжигал из крови практически все, кроме чистой магии – а значит, совершенно не подходил для лечения магглов, а именно о них, точнее, одном-единственном маггле на свете, Гарри заботился.

Как бы ни странно это звучало, но проще всего Гарри давались предметы, непосредственно связанные с «глупыми помахиваниями волшебной палочкой». Трансфигурация после объяснения Роджера с упором на маггловскую математику(а ее Гарри в последний год здорово подтянул) не представляла собой ничего сложного. Чары Флитвик и на уроках разбирал так, что никаких дополнительных объяснений не требовалось. Кстати, декан заметил его возню с перьевой ручкой и дал неожиданный совет, за который Гарри был ему потом страшно благодарен:

- Мистер Поттер, вам все-таки лучше пользоваться перьями, хотя бы первое время. Перья для волшебников - не глупый анахронизм, а осознанная необходимость. Они... - подбирая слова продолжил профессор, - своеобразный тренажер для развития мелкой моторики рук. Перо очень узкое - вам приходится прилагать больше усилий при письме и одновременно контролировать свою силу, чтобы его не сломать. Это упражнение делает движения руки более отточенными и заклинания выполняются намного проще.

Спустя неделю тренировок Гарри сам убедился в правоте своего декана.

На уроках ЗОТИ заклинаний они еще не разучивали, и Гарри всерьез сомневался, что будут: бедный профессор Квиррел, казалось, заикался сильнее с каждым уроком. А что бывает с волшебниками, если неправильно проговорить заклинание, им популярно объяснял декан на уроках Чар. Впрочем, по вечерам старшекурсники иногда показывали малышне простенькие чары вроде Ступефая или Риктусемпры, которые были в учебнике ЗОТИ за первый курс. Сами старшекурсники занимались вместе со змеями и барсуками в клубе по изучению Защиты. Змеи всегда были сильными дуэлянтами, с ними было интересно и полезно оттачивать заклинания. Со второго курса в этот клуб принимали всех желающих и Гарри собирался в него вступить.

А вот Гербология оказалась для Гарри неожиданным ударом по самолюбию. Год занимаясь травами, он тешил себя надеждой, что кое-что в этом деле понимает... Как же он ошибался! Начать с того, что деление магических растений на низшие и высшие связано не только с наличием корней, стеблей и листьев, а с их разумностью и магической составляющей. Вот почему магглы относят грибы к низшим, а маги - к псевдовысшим. Растения делились не только на виды и семейства, но и на стихии. Причем последних было пять. Помимо огня, воды, земли, воздуха, существовала еще стихия дерева. А еще было влияние на них времени суток, лунных фаз и астрономического цикла. У каждой части растения было свое время созревания и сбора. И все это надо было учитывать. Вот почему отвары Гарри получались такими слабыми: он просто ничего этого не знал.

- Теперь ваша очередь, мистер Поттер, опишите любое присутствующих здесь растений.

- Эмм... Полынь горькая. Аrtеmsiа аbsintium. Или абсент. Семейство Астровые. Стихия земли. Растение высотой до 50 дюймов, стебли прямостоячие, ребристые. Листья очередные... Цветет в июне-июле. Плоды собирают в августе. В зельеварение используются цветущие верхушки с листьями. Применяется при лечении болезней мочевого и желчного пузыря, усиливает секрецию желчи, панкреатического и желудочного сока. Кроме того полынь в виде благовоний способствует ясновиденью и предсказаниям. Ее используют и как защитное средство. В канун Самайна (Хэллоуина) ее бросают в огонь чтобы отпугнуть злых странствующих духов...

- Пять баллов Рэйвенкло и просыпайся, Поттер, - заржал Майкл Корнер. - Эта Гербология тебя доконает. Еще чуть-чуть и ты станешь вторым Лонгботтомом.

- А он-то здесь при чем, - злой и невыспавшийся Гарри сел на кровати.

- Это лучший ученик Спраут.

- Еще один энтуазист? Мало им Бешеной маглы, так у них еще и Чокнутый Ботаник завелся. На Гриффиндоре уже можно филиал Мунго открывать.

- Зря ты так, - тихо сказал Майк. - Он хороший.

Услышать такое от Корнера с его нелюбвью к гриффам было очень... странным.

Большую часть свободного времени Гарри проводил в библиотеке. Отдел Гербологии он прошерстил от и до. Все растения, которые могли помочь деду, были выписаны и систематизированы. Затем ему удалось получить разрешение у профессора Спраут на создание собственного травяного сада. Она, обрадованная таким интересом к своему предмету, даже помогла наложить ему погодные заклинания на выделенную теплицу. Дело шло к зиме, с каждым днем становилось все холоднее.

Именно там, в теплицах, Гарри и обратил внимание на Лонгботтома. Застенчивый и неуклюжий в школе, здесь он казался выше и стройнее. Растения сходили с ума от одного его присутствия. Трепетные кустики начинали громко трещать как цикады. Серебристая лилия - на редкость гордое растение, даже Спраут к себе не подпускала - ластилась к нему как сиамская кошка. Даже заунывники и те пели ему ирландские риллы и хорнпайлы. А уж видеть то, как дьявольские силки нежно его щекочут, и вовсе было жутко.

- Охренеть, - только и мог сказать Поттер. – Как это у него получается?

Он раздумывал несколько минут, стоит ли спросить про это у самого Лонгботтома, но решил не приставать к явно занятому человеку. Грядки в выделенной ему теплице сами не вскопаются и не разрыхлятся. И ухаживать за травками, с таким трудом выпрошенными у профессора Спраут, должен он сам, иначе что это будет за травяной сад Поттера? Слово «ответственность» Гарри понимал, как «самостоятельность» - и никак иначе. Впрочем, Лонгботтом тоже определил в теплицах собрата по увлечению и теперь посматривал в его сторону со сдержанным интересом. А когда взошли первые ростки, пришел сам, посмотреть, чем именно собрат занят. И даже дал несколько действительно полезных советов по подкормке почвы и удобрениям.

- У меня всегда это хорошо получалось, - стеснительно улыбаясь, поведал он Гарри, - я растения... ну, чувствую, что ли. Я их понимаю.

- Они тебя – тоже,  - кивнул Гарри.

С той поры, пересекаясь в библиотеке, они дружелюбно кивали друг другу, а иногда даже писали вместе эссе. После того, как Безумная маггла выкинула свой очередной фортель, заявив на всю библиотеку, мол, ваши родовые обряды просто привязаны к календарным датам, ничего в них такого нет, просто каждая семья делает их по-своему, - Лонгботтом, уж на что тихий и терпеливый, демонстративно встал и отошел от нее подальше. И с тех пор предпочитал делать уроки в одиночестве, или вот, с Гарри, если удавалось.

В гостиной Рэйвенкло по-прежнему проходили совместные обсуждения самых разнообразных тем, в основном, по Кодексу Чистокровных или по обрядовой политике магов. Выпад Грейнджер в библиотеке был услышан, обсмеян и рассмотрен со всех сторон. А когда Гарри заикнулся, что все книги по этой теме в школьной библиотеке перекочевали в Запретную секцию, Пенелопа только хмыкнула и показала ему полку в гостиной, на которой спокойненько стояли дубликаты.

- Не бывает запретного знания, - сказала она, - это либо неправильно понятое, либо специально извращенное для невежд. Читай на здоровье.

- А мадам Пинс сказала, это сделали для того, чтобы не волновать юные умы кровавыми жертвоприношениями...

- Ну да, конечно, - улыбнулась Пенелопа, - ваши юные умы чем-то можно напугать.  Читай, потом расскажешь, что ты понял.

Понял Гарри практически все. У них в школе уже проводили уроки сексуального воспитания – чего там не понять. И когда он, все же смущаясь и краснея, пересказал старшим, что именно он понял из обрядов Брака, Благословения Урожая и Дома, те одобрительно покивали.

- Они говорят – кровавые жертвы! – Начал сегодняшний оратор, Ален Кромби, тот самый, что разбирался в церберах. Кто именно «они» оставалось за кадром, но скорее всего, это были именно Безумные магглы или бездумные маги, забывшие родство. Такие тоже попадались – Уизли, например, именно поэтому считались Предателями Крови. – Кровавые – вдумайтесь! – жертвы. Не пролив пота – не вспахать земли. Не пролив семени – не зачать сына. А не пролив крови, этого сына не родить. Может, нам уже и роды запретить, как Темнейшую магию – ведь процесс-то болезненный и кровавый! Что есть жертва, которую приносят маги? Кровь, сила и пот. Чем она отличается от такой же жертвы магглов? Да практически, ничем, разве что в наше понятие «сила» входят, как физическая, так и магическая составляющие – не более.
Они говорят: Темные маги ненавидят грязнокровок – какая чепуха! Сильного магглорожденного волшебника с радостью примет любой Род, и Темный, и Светлый. Простейший ритуал принятия – и магглокровка становится Новой кровью. А ею не разбрасываются, она бесценна. И знаете, почему? Потому что не несет в себе случайных родовых проклятий. Если Род силен и защищен от них, магглорожденные ему ни к чему.А вот если предки накосячили, обзавелись парочкой врагов, схлопотали от них порчу – такая Новая кровь вполне способна очистить Род. И ведь просчитывается это элементарно: загляни в родословие, посчитай количество детей, рожденных каждой парой твоих предков! Это же видно! Если в роду в нескольких поколениях рождается только один наследник – Род проклят. Кстати, Поттер, я считаю, именно поэтому твой отец женился на магглорожденной. Его отцу не помогло вливание крови Блэков, а те всегда были многодетными. Но Дорея Блэк, хоть и из многодетной семьи, родила только одного сына – Джеймса.  Значит, дело было в какой-то родовой порче. Такая же проблема сейчас, например, у Малфоев: Нарцисса Блэк из семьи, где было трое дочерей, а сын у нее всего один, Драко. Значит, Драко должен жениться, как минимум, на полукровке, если не найдет сильную магглорожденную ведьму.

- Это получается, мы с Драко родственники? – удивился Гарри.

- И не только с Драко, - хмыкнул Ален. – Глянь на досуге Бархатную книгу, там все Родовые связи расписаны. Кто, кому и в какой степени кузен.

«А Хагрид сказал, что Дамблдор отдал меня Дурслям, потому что они мои единственные выжившие родственники, - растерянно подумал Гарри. – Как же так, получается, что родственники у меня не только среди магглов, но и среди магов имеются! Почему же меня отдали магглам, да еще – таким?»

- Конечно, отыскать бриллиант среди кучи дерьма, - продолжал Кромби – бывает практически нереально. По-настоящему сильные магглорожденные так же редки, как Великие Магистры среди магов. Один на тысячу, а то и на десять тысяч. А еще нужно учитывать направление вектора магии сопоставимого с Родом.

- А вектор магии – это что? – заинтересовался Гарри.

- Это не «Светлая» или «Темная» магия, если ты так подумал. Это дополнение к родовым Дарам чистокровного, который принимает Новую кровь в род. Вот, к примеру, если Род традиционно занимается Зельеварением, то им подойдет кто-то со способностями к Гербологии. Или к Чарам. Трансфигураторы принимают Чароплетов и Зельеваров, тогда из их детей выходят неплохие артефакторы. То есть, таланты родителей в этом случае складываются. А вот если к Боевым магам прибавить Герболога, то ничего из ребенка не выйдет. Нет, магом он, разумеется, станет, но вряд ли будет обладать Даром, который сможет передать детям.

- А Светлая или Темная магия?

- А это – страшные сказки для тупых магглов. Или таких же тупых магов, которые сами думать не умеют. Что значит – Темная и Светлая? Почему все кровные чары постепенно объявляются Темными? Потому что какой-нибудь министерский чин падает в обморок от вида крови? Ритуал побратимства: разрезание ладоней, рукопожатие – кровь к крови. Ритуал принятия в Род: кровь за кровь. Введение в Род Наследника – кровь кровью подтверждаю... Ну и где тут Тьма, скажи мне?

- Одно время считалось, что к разделу Темных относятся те чары и заклинания, которые направлены на разрушение, а Светлые – на созидание. Потом, правда, одумались – во-первых, Светлые заклинания могут быть не менее разрушительны, чем Темные, а во-вторых, отток сил на них идет гораздо больший. А разрушение подчас, так же необходимо, как и созидание: вместо того, чтобы к сарайчику-развалюхе пристраивать несколько лишних этажей, не проще ли развеять его в прах, а уж потом выстроить нормальный дом?

- Сейчас к Темным относят чары, необратимо влияющие на человека, их применяющего – ну и на того, на кого они направлены - тоже. Непростительные заклинания, числом три: Круцио, Империо, Авада Кедавра. Болевое, Подчиняющее волю(а точнее, лишающее воли) и смертельное. Кроме вреда здоровью и жизни «объекта», каждое из них приносит вред и «субъекту». Поэтому те, кто часто ими пользовался – Пожиратели Смерти и Авроры, - столь же часто сходят с ума. Статистически (это было любимое слово на факультете), они все не очень-то нормальны, но чем чаще использовали, тем это виднее невооруженным взглядом. Того же Грюма вспомнить: псих-психом. И «клиенты» его – треть Азкабана – не лучше. И опять – если вспомнить Грюма... – Грюм, пожалуй, был самым ярким примером, о котором знали все, а кто не знал, тому быстро объясняли, что к чему. – Если бы ногу и глаз он потерял, пострадав от светлого заклинания, то его просто было бы снять и вырастить ему новые, и глаз, и ногу. Но поскольку заклинание было темномагическим, без отменного – у нас есть Безумный глаз, спешите любить и жаловать. Полчеловека, все остальное – протезы.

- То есть, если я правильно понял, достаточно придумать для заклинания Финиту – и оно переходит в разряд Светлых?

- Теоретически – так. Практически – Министерству проще запретить все скопом, чем разбираться с каждым отдельным случаем.